4

Женя вышла из машины, чувствуя предстартовое состояние. Ведь сейчас ей предстоит настоящее выступление, пусть не ледовое, но тоже очень важное. По этому поводу она долго решала, что на себя надеть, как выглядеть. Женя должна хотя бы попытаться убедить маму Дана… в чем? В том, что она прекрасно подходит ее сыну, несмотря ни на что. В результате специально к поездке в Отрадное Женя купила новый сарафан, который удачно скрывал шрам на ноге.

Дан был сражен – он просто стоял, смотрел на Женю и молчал. Вид имел довольно глупый, поэтому Женька сразу записала себе плюсик. Оставалось надеяться, что в новом наряде она произведет хорошее впечатление и на Полину.

– Пойдем, – Дан протянул руку.

Женя подумала, что Отрадное для них – это уже личное. Осенняя поездка, зимний бал и вот теперь… Она вложила свои пальцы в его ладонь.

– Пойдем.

Летом здесь было все по-другому. Кругом зелень, цветы, новые скамейки.

– Смотри, статуи! – она показала рукой в сторону. – Почти как в Пушкинском музее.

– И телевизионщики.

– Телевизионщиков в Пушкинском не было.

Группа людей с камерой и микрофонами шла по направлению к главному дому. Значит, будет сниматься сюжет для новостей. Размах торжества впечатлял.

– Циммерман! – воскликнула Женя. – Он все-таки приехал, надо же. Представляешь, я рассказала ему про усадьбу и крепостной театр, и он заинтересовался.

Лев Циммерман действительно стоял на одной из лужаек, к нему уже подошел журналист с микрофоном.

– Этот человек всегда использует свой шанс, – сказала Женя, наблюдая за успешным продюсером.