2

Номер в гостинице был крошечный, в платье едва повернешься, зато на стене висело зеркало, дающее возможность рассмотреть себя полностью, чем Полина и занималась.

Господи, что она здесь делает?

Недавняя решимость организовать себе праздник стремительно таяла. Детский сад какой-то! Утренник!

С работы она уехала сразу после обеда, сказав, что направляется в Отрадное в качестве куратора – надо посмотреть, как продвигаются работы по оформлению интерьера усадебного дома. Деньги-то на реставрацию мебельного гарнитура выделены!

Самое главное, даже не наврала. В Отрадное съездит, дом проверит. А про костюмированный бал лучше промолчать, если не хочешь стать предметом насмешек.

Платье Полина взяла в компании, занимающейся сдачей напрокат маскарадных костюмов. Темно-синий наряд с золотыми оборками. Смотрелось неплохо. Полина напоминала себе одну из тех дам, что прохаживаются по Дворцовой площади в Петербурге и предлагают с ними сфотографироваться. Интересно, на балу будут гости в костюме Петра I? Зеленый камзол, высокие ботфорты, характерные усики. Только бы не встретить знакомых. Руководитель пиар-службы успешного банка на более чем странном сборище в маскарадном одеянии. Ужас!

И сын удивил. Оказалось, он тоже получил пригласительный и озаботился костюмом. На вопрос, зачем ему это, ответил:

– Обещал помочь профессору. Буду играть на рояле в отсутствие клавесина.

Час от часу не легче. Полина всегда думала, что у них нормальная семья. Оказывается, ошибалась. У них семья шутов.

Забронировать номер в этой гостинице посоветовал Шевцов, потому что ехать после праздника ночью в Москву – не лучший вариант. Полина положилась на мнение профессора. Тем более что требовалось место для облачения себя в исторический, чтоб его, костюм.

И если с платьем проблем не было, то с прической возник вопрос. Стрижка есть стрижка, и как из нее соорудить нечто бальное – загадка. Идею парика Полина отмела сразу. Неизвестно, кто до нее эти парики носил. Пришлось звонить своему многолетнему парикмахеру Лене и спрашивать, не завалялся ли у нее где-нибудь шиньон темно-медного цвета? По счастью – завалялся. И сейчас Полина была занята тем, что пыталась прикрепить этот шиньон к затылку.

В дверь постучали. С не до конца застегнутым платьем и кое-как закрепленным шиньоном Полина отправилась открывать дверь.

На пороге стоял сын.

– Ты готова? – спросил он.

А Полина потеряла дар речи. В темно-сером камзоле, белоснежной сорочке с пенящимися тонкими кружевами и серебристой заколкой на шее он был похож… на принца из сказки «Золушка»! Моцарт доморощенный.

– Я не готова, – ворчливо заметила она. – Платье не могу застегнуть и с прической беда.

– Давай помогу, побуду сегодня твоим пажом, – милостиво предложил Даня.

Он быстро справился с молнией на спине, а потом терпеливо ждал, когда Полина надежно закрепит шиньон и соорудит из него пучок.

– Ну как? – спросила она, зафиксировав прическу лаком.

– Нормально, – ответил сын. – Но не хватает пера.

– Да, – с нескрываемым сарказмом согласилась Полина. – Только пера мне и не хватает.

Даня пропустил эти слова мимо ушей, бросил взгляд на маленькую вазу с искусственной желтой розой, вынул ее и вставил цветок сбоку у основания пучка.

– Вот теперь отлично, – сказал он. – Ты будешь королевой бала.

– Я чувствую себя комедианткой, – пожаловалась Полина сыну.

– Мама, где твой авантюризм? Ты выглядишь великолепно!

Сказать по правде, платье ей шло. Темно-синий оттенял серые глаза, делая их почти голубыми, глубокий вырез открывал стройную шею. Пожалуй, все не так уж и плохо. Надо только найти потерявшийся авантюризм. Делая последние приготовления – подкрашивая ресницы и губы, нанося духи, – Полина бросала взгляды на Даню.

Он чувствовал себя в костюме галантного века вполне комфортно и выглядел в нем… Она как-то всегда считала, что мужская мода в старину была довольна смешна. Женская – да, красива. Все эти длинные платья, кружева, шляпы, затейливые прически. Но мужская в большинстве своем нелепа. Оказалось, Полина ошибалась. Если детали костюма подобраны правильно и не кричаще, то такая одежда смотрится красиво и даже… мужественно.

В своем открытии Полина еще раз убедилась, когда в дверь номера постучали во второй раз и с вопросом: «Вы готовы?» на пороге появился Шевцов.

Без очков, в черном бархатном, украшенном по краям золотой тесьмой, камзоле он казался строгим и торжественным одновременно. Туго завязанный шейный платок, закрепленный позолоченной булавкой с красным камнем, дополнял образ.

Очки исчезли. И это было непривычно.

– Полина Александровна, – приятный баритон обволакивал, – бесподобно. Прошу.

Он протянул руку.

Полина вложила в нее свою и переступила порог.

Даня, выключив свет и захватив легкую шубку Полины, вышел из номера последним.

Отступать было некуда.

Они поехали на бал.