4

– Так, значит, шпионка? – Дан повернулся и сменил руку.

– По-моему, отличное занятие, – Женька сделала оборот.

Ей здесь ужасно нравилось. Было интересно, весело и необычно. А еще она соскучилась по Дану, с которым не виделась два дня, и сердце пело от радости встречи. Но показывать этого ни в коем случае нельзя. Вот еще.

– И очень захватывающее, – согласился Дан.

Когда она увидела его за роялем в этом костюме, то чуть не пискнула от восторга. Сказочный принц, не иначе! Дану так шел этот серый… кафтан? Сюртук? Камзол? В общем, одежда. И зачесанные назад волосы, хотя челка все равно упала на глаза.

«Это все мое, – думала Женька с ликованием. – Смотреть можете все, но целовать буду только я».

– Придворный музыкант, конечно, скучнее, – заявила она.

– Ты так думаешь?

Снова поворот и поклон.

– Конечно. Обслуживающий персонал, все танцуют, а ты сидишь и играешь. Кстати, почему для концерта и бала разные музыканты?

– В целях экономии, – Дан взял ее за кончики пальцев и повел вперед. – Эти – профессиональные, а значит, им надо платить два раза: и за концерт, и за танцы. Так что было решено в первой части вечера обойтись собственными силами.

– То есть те девочки – непрофессионалы?

– Они обе закончили музыкальную школу, но вообще – студентки профессора.

Хм… Женя задумалась. Студентки… Та, что с флейтой, так и стреляла глазами в их сторону. Интересно, много таких студенток у Дана в универе? Да полно, ответила она сама себе. И этот ответ ей не понравился. Женька закусила губу.

– А у тебя какие студентки?

– Разные.

– Пудришь им мозги?

– Ревнуешь? – Его улыбка была вопиюще наглой.

– Кто? Я?! Не дождешься, – фыркнула Женька и повернулась спиной. – Жалею бедных девочек.

Когда она, сделав оборот, вновь оказалась к Дану лицом, он все еще продолжал улыбаться.

Первый танец закончился, за ним последовал другой, третий, и останавливаться не хотелось.

Они впервые танцевали вдвоем. Сначала это было необычно, но потом в какой-то момент Женька пожалела предков, потому что они не могли прижаться друг к другу, обнявшись руками, и качаться в такт мелодии. А ей очень хотелось прижаться и наговорить кучу дерзостей. Раскрыть Дану глаза на его наглость и самоуверенность.

– Разрешите вас пригласить, – послышалось рядом, как только музыка в очередной раз смолкла.

Женя подняла голову. Перед ней стоял поручик Преображенского полка. Высокий как баскетболист. И симпатичный.

– С удовольствием, – ответила она и, торжествующе посмотрев на Дана, отправилась танцевать с новым партнером.

Поначалу все шло хорошо. Музыка играла, баскетболист-поручик важно выхаживал вокруг Жени, красноту его лица она списала на духоту, но потом поняла, что он нетрезв. Перепил фуршетного вина.

«Ничего, – подумала Женька. – Сейчас тихо потанцуем, музыка закончится, и я ускользну».

Но тихо не получилось. Партнеру вздумалось начать светскую беседу.

– Вы иностранка?

– Нет.

– А на кого работаете?

– В смысле?

– Если вы шпионка, то должны работать на чью-то разведку, – рассуждал поручик-баскетболист. – Франция? Австрия? Англия? Могу посодействовать в краже писем вице-канцлера.

Женя сбилась с шага. Ей потребовалось время, чтобы понять – ее партнер в образе. Мало того, что пьян, так еще и играет роль.

– Спасибо, – кратко ответила она, ища взглядом Дана. – Я справлюсь сама.

Дан времени даром не терял и танцевал с флейтисткой. Флейтистка глупо улыбалась и вообще выглядела как влюбленная дурочка. Мог бы один танец и пропустить, а не обхаживать восторженных студенток.

Да, она ревновала!

– Не будьте самонадеянны, дом вице-канцлера хорошо охраняется. Вы туда не попадете, а я знаком с его слугой, – бубнили Жене на ухо.

Он это серьезно? Глянув в лицо танцору, стало понятно, что серьезнее не бывает.

– Возьму на заметку, – пообещала Женя и чуть не столкнулась с выполнявшим перестроение Даном.

– Жаль, что не вы будете принимать у нас зачет, – долетел игривый голосок флейтистки.

Жаль, что девочка слишком далеко, а то Женька с удовольствием отдавила бы ей ногу. И танец, как назло, все не заканчивался.

– Думайте скорее, послезавтра вице-канцлер отбывает в свое имение.

– Вот и славно. В доме его не будет, значит, можно легко устроить похищение.

– Он планирует забрать с собой всю переписку.

Это полный… даже точного слова сразу не подберешь. Женя глубоко вздохнула. И выдохнула. А тут и музыка наконец закончилась. Торопливо сделав реверанс, она собралась было сбежать, но у поручика имелись другие планы. Он крепко взял ее за руку и потащил за собой.

– Куда? – отцепиться не удалось.

– Помогать вам.

Он ненормальный! На выходе из бального зала Женя начала упираться:

– Если вы меня не отпустите, я закричу.

– Что происходит?

Голос Дана Женька узнала сразу и выдохнула.

– Не вмешивайтесь, сударь, – ответил поручик.

– Вообще-то, это моя девушка.

– Вы ошибаетесь, она моя.

Сумасшедший дом.

– Послушайте, – Женя старалась говорить спокойно. – Я понимаю, вам интересно поиграть в прошлое, но у каждой игры существует финал. Мы потанцевали, и игра закончилась. Все. На дворе XXI век.

– Отпустите ее, – тихо проговорил Дан.

– Дуэль! – провозгласил поручик. – Если двое мужчин претендуют на одну женщину, все решит поединок! – И он начал вынимать свободной рукой из ножен шпагу.

– Конечно-конечно, – ладонь Дана легла на ножны, – но не здесь же. Не стоит привлекать к себе внимание.

– Согласен.

– Отпустите девушку и пройдемте в холл решать наши разногласия.

Как ни странно, поручик повиновался и освободил руку Жени. Она собралась было последовать за дуэлянтами, но Дан повернулся к ней и сказал:

– Я сейчас, побудь тут.

Наверное, ей следовало бы остаться в гостиной, а может – вернуться в бальный зал, но Женя смотрела на две удалявшиеся фигуры и чувствовала беспокойство. Дан, хоть и отличался хорошим ростом и отличной физической формой, был на полголовы ниже поручика, а по сравнению с его мощной фигурой вообще казался маленьким. Что, если дело дойдет до драки? Ведь этот человек явно путает фантазии с реальностью, да еще и выпил лишнего.

Недолго думая, она последовала за ними.

Миновав гостиную и столовую, дуэлянты оказались в холле. Женька спряталась за дверями столовой. Похоже, поручик все время что-то втирал Дану, потому что Женька услышала вопрос про секундантов.

«Иди спать! – хотелось закричать ей. – Я вызову тебе такси!»

Шпага была вынута из ножен. Да, она бутафорская, да, ненастоящая. Но почему-то все равно стало страшно. Это в любом случае оружие в руках неуравновешенного человека.

И тут Дан начал говорить. По-французски. Он говорил много и с чувством. Поручик от неожиданности остолбенел. Женька тоже.

– Перевожу, – перешел Дан на русский. – Позвольте представиться, Жан-Луи-Этьен, посланник французского двора. Вхож в личные покои государыни. Боюсь, наша дуэль наделает слишком много шума при дворе, и вы окажетесь арестованы, а дипломатические отношения между нашими странами будут нарушены. К тому же, если мне не изменяет память, дуэли в России запрещены. Будете у нас во Франции, добро пожаловать. А здесь… Вам неприятности нужны? Нет, не нужны. Мне тоже. Предлагаю лучше махнуть шампанского за здоровье вашей императрицы.

Поручик слушал эту речь не шевелясь. Женька закрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться и не выдать себя. За спиной послышалось движение. Обернувшись, она увидела, что в столовую вошел еще один человек в форме гвардейца, и поспешила к нему:

– Это не ваш знакомый в холле? Посмотрите. Мне кажется, он не совсем трезв.

– Виталик? – уточнил мужчина.

– Я не знаю, как его зовут.

Когда Женя с гвардейцем оказались в дверях, Дан уже протягивал руку:

– Вашу шпагу.

И поручик послушно вложил в нее свое оружие.

– Та-а-ак, – протянули у Женьки за спиной. – Виталик снова в образе. С ним такое бывает. Ну-ка, друг мой, пошли на воздух.

И мужчина, подхватив Виталика под руку, увел его из холла, приговаривая:

– Опять не закусывал? Все виваты императрице делал. Пошли на морозец, в себя придешь.

Женька и Дан остались вдвоем.

– Конечно, здорово ты его, прямо укротитель, – сказала она.

Он пожал плечами:

– Все, у кого двадцать человек сидят в аудитории на семинаре, немного укротители.

Ах, вот оно что… укротитель студенток, значит.

Не думая, что делает, Женька выдернула из его рук шпагу и наставила клинок на Дана. Кончик коснулся груди.

– И меня укротишь?

Он не ответил. Просто смотрел в глаза и позволял касаться себя оружием.

Да, оно было с тупым концом. Но в данный момент это не имело никакого значения. Женя чувствовала, как шпага касается его тела.

Он мог бы сказать: «Перестань». Он мог бы отвести клинок рукой. Или просто отступить на шаг назад.

Но Дан ничего не делал. Он просто стоял и смотрел. И игра перестала быть игрой. В горле пересохло.

Ты хочешь узнать, кто кого переглядит? Давай. Я упрямая.

Да, она была очень упрямой, и глаза не отводила, но рука дрогнула. И шпага, чиркнув по белоснежной сорочке, опустилась.

Дан улыбнулся. Он протянул руку, коснулся ее лица и снял маску. А потом, разглядывая, наклонил голову набок и сказал:

– Знаешь, Эжени, мне не нравится расположение твоей мушки. – Он переклеил ее из угла глаза на середину щеки. – Вот так гораздо лучше.

И поцеловал в губы.

– Дай мне шпагу, я сдам ее в гардероб.

– Зачем ты ее вообще забирал?

– Чтобы этот балбес по дурости никого не поранил.

Пока Дан сдавал шпагу на хранение, Женя прочитала в инструкции, лежавшей на столе:

«Мушка на середине щеки – занята».