Глава 21

Легла в свою замечательную постель (в элитном корпусе это совсем не то, что в общежитии первокурсников) и поняла, что не усну. Весь день я крутилась как белка в колесе. После лекции у декана опять поймала Леона и уже подробнее пояснила про клуб, чтобы он не успел надумать себе ничего романтического. Еще и о фальшивой помолвке с наследником упомянула, пообещав все вечером на собрании объяснить. А он мне рассказал свою идею, как можно уничтожить сумку. Она пришла ему в голову на лекции, когда декан рассказывал о истинном призвании.

— У меня есть одно изобретение. Оно еще сырое, конечно, но я из своей комнаты смогу поместить его в сумку и активировать, если она хотя бы на тридцать минут останется без присмотра в общежитии первокурсников. Сумка превратится в пространственный карман. То есть она останется на месте, но не будет видна. Фактически — никакой кражи или вредительства никто зафиксировать не сможет, а значит никто ничего не поймет, — сказал Леон и попытался углубиться в подробности, но я его остановила.

— Леон, дорогой, я никогда не смогу постичь смысл твоего гениального изобретения, просто сделаю все, чтобы Ирма пришла в кафе без сумки.

Потом были лекции, потом кафе. Там я рассказала девочкам о помолвке с Карсианом и вдохновенно врала два часа про вспыхнувшую между нами страсть. Потом было собрание, и вот наконец я осталась одна в тишине и темноте один на один со своими мыслями.

Вынуждена признать, что внезапная помолвка выбила меня из колеи, и на собрании я себя вела немного истерично. А как иначе, когда я совершенно не готова к такому повороту? Все понимаю — у его высочества не оставалось иного выхода, — но в моем сознании я до сих пор жена Майкла! Я ненавижу его всей душой и не хочу, чтобы он был моим мужем, но вдруг наш брачный ритуал до сих пор действителен? Я понятия не имею, как работает перемещение в прошлое в подобных случаях. Мы ведь в Храме Создателя заключали союз, и вроде как священник связал наши души...

От всего этого голова шла кругом. А еще будущий разговор с родителями угнетал. В прошлые свои девятнадцать я часто их обманывала, а потом, когда поумнела, горько об этом пожалела. Естественно, получив второй шанс — я зареклась их расстраивать, но ведь когда наша помолвка с Карсианом будет расторгнута, для них это точно будет удар!

Как же все сложно в жизни… И если поначалу мне казалось, что знание будущего ее упростит, то теперь я с ужасом осознавала, что нет. Наоборот, еще больше всё путает.

Я встала попить воды и на цыпочках, стараясь не шуметь, пошла в кухню. В комнате Мари стояла гробовая тишина — мое облако, в отличие от меня, никакими лишними мыслями не мучилась.

Но едва я протянула руку за бокалом, пришло видение. С момента прыжка в прошлое ни одного еще не было, и вообще при наличии облака они должны стать контролируемыми. То есть способность никуда не делась, но чтобы вызвать видение, нужно создать особую обстановку: зажечь свечи, медитировать и погрузиться в транс. Но, видимо, когда Мари спит, возможны спонтанные всплески видений. И не о будущем, а о прошлом.

Потому что меня перенесло в центральный холл дворца, в тот момент, когда Майкл и Херман вернулись с пробежки и наткнулись на Карсиана. Его высочество окатил их водой! К сожалению, слов я не слышала, но он говорил что-то неприятное, а мой бывший муж широко разевал рот и махал руками, пытаясь увернуться от холодного душа. Видение было мимолетным, но вызвало у меня счастливую улыбку и неожиданно успокоило. Я даже пить не стала, а вернулась в спальню и быстро и спокойно уснула. Тяжесть с души будто смыло, как самодовольство с технарей водной магией Карсиана.

Утром я проснулась в прекрасном настроении. В окно светило солнце, пели птички, а в голове мелькала правильная мысль: все будет хорошо, потому что я уже никогда не совершу своей главной ошибки — не свяжусь с Майклом. А остальное не так страшно.

А вот Мари пришла завтракать какая-то непривычно задумчивая и печальная. Я насторожилась.

— Приснился плохой сон? — спросила, погладив ее по руке.

— Нет, — мотнула она головой и после паузы добавила: — Мне восемнадцать. Скоро будет девятнадцать.

— Тебя беспокоит вопрос, сколько ставить на торт свечей? — попыталась я разрядить обстановку ласковым подтруниванием.

Мари вздохнула.

— Если бы... Просто его сиятельство видит во мне ребенка, а я-то не ребенок! — с горечью воскликнула она.

И я округлила губы в немой букве «о», поняв, о чем речь. Это мне в принципе даже лучше вернуться из двадцати четырех в девятнадцать. А если бы я вернулась в себя тринадцатилетнюю со взрослыми мозгами? Пожалуй, мне бы было тяжело. И полбеды, если придется опять ходить в школу и ложиться рано спать. А как быть с тем, что смотришь на всё окружающее с высоты настоящего возраста?

— Ох, милая моя, ты влюблена в его сиятельство? — с сочувствием выдохнула я.

Мари встрепенулась и нахохлилась, как воробушек.

— Нет, что ты! Он просто мой кумир! Я всегда им восхищалась, и... у меня даже был его портрет. Я с забора сорвала листовку, на которой было написано, что его разыскивают. Просто мне хочется, чтобы он видел во мне союзницу, взрослого человека, который может принести пользу общему делу.

Я грустно улыбнулась. Ясно все с ней.

— Мари, но он согласился взять тебя сегодня на операцию в Лазоревый порт. Там и Леон будет. Он, наверное, тоже твой кумир. Тебе представится шанс им обоим доказать, что ты надежный соратник. Не переживай, они постепенно привыкнут и станут тебя воспринимать как равную. Меня тоже пока не особо воспринимают всерьез, — подбодрила я, припомнив ночное видение и что Карсиан даже не подумал меня в подробности своего общения с моим бывшим мужем посветить. — Но я же не расстраиваюсь. Со временем мы обязательно добьемся их уважения.

— Ты права, — согласилась Мари и вроде бы даже повеселела.

Но только в академии нас ждала на только истерящая из-за пропажи сумки Ирма, но и сообщение, что на большой перемене вместо обеда нас собирают в актовом зале.

— Что там опять могло случиться, что нас собираются голодом морить? — проворчала Сибилла — большая любительница поесть.

Я предполагала, что нам представят новых преподов из Стейтона, но промолчала. А вот Ирма была не в том настроении.

— Сиби, никуда твой обед не денется! Это, наверное, из-за моей сумки сбор. Я подала жалобу в ректорат, думаю, они до обеда найдут вора и предъявят его на этом собрании.

— Ой, Ир, ты уже достала всех своей сумкой, — отмахнулась от нее Сиби. — Уж насколько я люблю всякие заморские штуковины, но даже у меня она уже поперек горла стоит.

— А мне вообще кажется, что она самоуничтожилась из-за того, что сломалась, — вставила Лети. — Мне кузина говорила, что у техномагов есть такие боевые машины, которые при поломке самоуничтожаются, чтобы не достаться врагу. Ей ее знакомый техномагистр рассказывал про них. Так что никто твою сумку не воровал.

Браво! Я чуть не захлопала в ладоши.

Как бы все ужасно ни повернулось, а сумка хоть немного, но пролила негатива на техномагические вещи. У моих подруг навсегда останется в подсознании, что не такие уж они и волшебные. Ломаются, как и все, да еще и дорогущие.

Но главный сюрприз дня ожидал меня в коридоре после окончания урока «Лекарственные травы» перед большой переменой.

— Пойдем в зал вместе и сидеть будем рядом, — тихонько пояснил мне Карсиан, обнимая меня за талию.

Это, конечно, логично для жениха и невесты, но я в роль вжиться не успела и не ожидала, что мы вот прямо с сегодняшнего дня начнем разыгрывать свой спектакль. Ведь даже не репетировали и ничего не обсуждали!

Вся группа косилась на нас с любопытством. Мои подруги и Леон — многозначительно, а остальные — шокировано. Слухи полетят молниеносно, и, боюсь, мои родители узнают о том, что я хожу по академии за руку с принцем, еще до того, как я к ним приеду и сама сообщу. Но не шарахаться же от Карсиана. Так что я мило ему улыбнулась и прошептала:

— Надеюсь, мы сядем на последний ряд.

— Даже не надейся. Мы сядем так, чтобы нас было видно всем, — усмехнулся он.

И уверенно повел нас с Мари на центральные места в первом ряду.

— Будут с магистрами знакомить? — спросила я, склонив голову к Карсиану, чтобы скрыть неловкость и создать для окружающих видимость милого воркования.

— Если честно, то я точно сам не знаю, — понятливо подхватив мою игру, с придыханием ответил Карсиан, повернувшись так, чтобы проникновенно смотреть в глаза. — Ректор вчера обещал не делать из события праздник. Посмотрим, как он держит слово.

— Не могу вспомнить ничего про его позицию в отношении технарей из прошлого. Я, к сожалению, бросила академию и не следила, что в ней происходило. Помню только, что ее закроют после того, как техномаги полностью захватят власть. Мясу ведь учиться не надо, — прошептала я наследнику в губы.

— Ну вы не усердствуйте так уж, — раздался насмешливый голос над нашими головами. — Ребенок с вами сидит, бессовестные.

Я едва не шарахнулась от Карсиана, словно застигнутая на горячем. В последний момент себя остановила и, отстранившись плавно, задрала на герцога голову.

— Мариэлле скоро девятнадцать вообще-то, а у нас очень ответственные роли, — сказала с приветливой улыбкой.

Тристан пожал плечами и упал в кресло рядом с братом.

— Я просто напоминаю, что если для технарей и их почитателей открытое проявление чувств — норма, то за его высочеством раньше такого замечено не было. Это привлекает внимание и удивляет тех, кто с ним знаком. Так что не переигрывайте, — тихо, но строго сказал он, подавшись к нам ближе.

Я вспыхнула. А ведь он прав! Я немного запуталась между временами, а Карсиан-то что?!

— А я раньше не называл никого своей невестой, — огрызнулся он, и не думая стыдиться.

Но тут на сцене ярче вспыхнул свет и из-за кулис вышел ректор. Его сопровождали Майкл и еще трое печально известных мне приближенных к паучихе техномагистров.

— Студенты, важное объявление! С завтрашнего дня в ваше расписание будут внесены изменения, — торжественно объявил ректор. — Наши друзья из Стейтонской академии будут вести новые предметы: «Основы маркетинга», «Принципы построения равенства в обществе», «Здоровые отношения между мужчиной и женщиной» и «Начальное магическое материаловедение»...

— Для всех? — спросил Тристан, усилив голос магией.

Великий герцог мог себе позволить перебить ректора.

— Нет. Посещение добровольное. Однако у наших новых друзей запланировано тестирование в конце краткого курса.

— Насколько краткого? — выкрикнул Карсиан.

И ректор, едва заметно поморщившись, пояснил:

— Занятия рассчитаны на шесть недель по одной лекции каждого предмета в неделю. Так вот, с вашего позволения я продолжу. По результатам тестирования будут выданы награды. Чем лучше вы себя проявите, тем ценнее приз. Но с пустыми руками не уйдет никто. А сейчас в качестве знакомства вы увидите удивительный продукт смешения творчества и технологий от ведущих производителей Стейтона. Это чудо называется манускрин и создается он при помощи кристаллографа. Таким образом мы с вами сейчас, не сходя с места, побываем в далекой Стейтонской империи и познакомимся с ее жизнью ближе!

Зал загудел восторженными возгласами студентов.

Плохо! Очень и очень плохо! Технари пошли с козырей!

— В прошлый раз они не вываливали все свои достижения с такой скоростью, потому что мы и без того падали им в руки, как спелые сливы, — проворчала я.

— Это что-то опасное? — мрачно уточнил Карсиан.

Подозреваю, после собрания ректора ждал тяжелый разговор с наследником.

— Это поразительная вещь, которой у нас пока нет. Она однозначно произведет неизгладимое впечатление на студентов. Но в это время технари сами только научились записывать на кристаллы окружающую обстановку и транслировать изображение на специальное полотно. Позже они научатся делать настоящие постановочные истории. Как спектакль в театре, только более реалистичные. Вот тогда наступит полный караул. Они будут при помощи этих жизнескринов, а по простому «жизы», виртуозно манипулировать общественным сознанием.

— Ясно, значит нужно им помешать, — решительно сказал Карсиан и подался вперед.

Я его остановила:

— Нет, Карс, это не выход. Лучше их опередить и сделать свои жизнескрины. Если получится, то мы перехватим инициативу. А запреты только разожгут интерес.

— Надеюсь, ты изучала эту технологию и в подробностях нам о ней расскажешь, — язвительно процедил Тристан.

Карсиан ткнул брата локтем в бок и встал на мою сторону:

— У нас есть Леон. Может, если указать ему направление и дать покопаться в этой штуковине, он поймет, что делать.

Я собиралась пояснить, что все дело только в том, что технари пока не додумались до использования этой технологии в идеологических целях, а значит, у нас будет фора, но тут свет в зале погас и с потолка опустился белый экран. Пошли первые кадры, показывающие столицу Стейтона, сопровождающиеся непривычными для собравшихся звуками. Только мы с Мари и технари не реагировали на то и дело гудящие клаксоны, шелест колес безлошадного транспорта и периодические хлопки, вылетающие из труб заводов по переработке магии. Только нас не удивляли расхаживающие по улицам в коротких юбках женщины с густо раскрашенными лицами. Не повергали в восторг яркие вывески развлекательных заведений и магазинов, а уличные музыканты, которые просто нажимали кнопки на огромных музыкальных артефактах, не вызывали желания встать рядом, чтобы послушать диковинную мелодию, заплатив за это пару монет.

Но это нас. А остальные смотрели на экран, раскрыв рты. И даже Тристан выглядел ошарашенным.

Студентам показали высотные дома-башни, достающие крышами до самых туч, и рестораны на их верхних этажах. Поля с работающей на них техникой вместо людей и праздник на огромном пустыре, где молодежь танцевала энергичные зажигательные танцы, больше похожие на хаотичные телодвижения нездоровых людей. Стейтонскую академию из стекла и камня с огромными лабораториями и оранжереями. И много чего еще, чем можно хвастаться. Этого хватило, чтобы произвести настоящий фурор.

А вот нищих и лагеря для истощенных магических доноров из колоний они, конечно, не показали.

Показ длился минут пятнадцать, не дольше, однако ходить на лекции к технарям собрались все без исключения. Хотя мы уж точно не для того, чтобы восторгаться, а чтобы изучить врага лучше. И нужно самой себе признаться, что этот раунд остался за технарями.