Глава 7. Новая фаворитка

Когда снова открыла глаза, обнаружила в своей спальне солнечный свет и незнакомую женщину. Удивилась и тому и другому. Отчего, не понимала. Да, в голове творилось что-то странное. Она была чугунной и звенела. Или это был колокол?

— Охотники вернулись. Сигналят, что едут с добычей, — пояснила мне та женщина, заметив недоуменный взгляд.

Вернее, это ей так казалось, что прояснила ситуацию. Я же и комнату с трудом узнавала и все гадала, где же снова оказалась. А потом, раз, и вспомнила. Или это было после той настойки, что заставила выпить сиделка? Наверное, все же после нее. И вот в памяти восстановились события последних нескольких дней. И еще какие-то непонятные пока обрывки воспоминаний. Стало ясно, про каких охотников шла речь.

— Это надо! У них двоих слуг потравили, меня чуть не угробили, а они с утра пораньше поехали кабанов бить. Ну и ну! Так помрешь здесь, а никому и дела до этого не будет…

Это все были рассуждения про себя. Да, говорить по-прежнему не могла. Вот же невезение! Который по счету уже шок пережила, а голоса как не было, так и не появился. Но вот в памяти…что-то мне теперь подсказывало, что я не могу умереть от яда. Кто бы и чем бы ни старался отравить. Уверенность в этом появилась, но отчего, пока не прояснилось.

— Вам передали не вставать с постели, — заявила женщина, назвавшаяся Тати. — Маг велел. Сказал, чтобы сил набирались. А сам в комнате своей закрылся с жидкостями всякими.

Точно! Внизу у него лаборатория. Кровь мою, наверное, исследует. И ведь нароет же в ней чего-нибудь заковыристого!..

— Вам кушать сюда принести? Маг сказал, что есть можно и нужно. И пить тоже. Что изволите сказать? Не поняла я этих звуков. Ванну желаете принять? Сейчас сбегаю к магу и спрошу, можно ли.

Она умчалась, а я задумалась. И что напрягалась и время теряла в поисках комнаты мага? Вот глупая! Взяла бы бумагу и написала…или нарисовала свой вопрос к слугам. Где, мол, маг? Такой лохматый, в балахоне и увешенный железяками. Наверняка, в первый же день мне об этом рассказали бы. И не было бы сейчас, возможно, на руке этого вот браслета.

— А почему я решила, что все беды мои из-за него, из-за браслета? — наморщила лоб, но ответ не открылся. — Так, так! Время откровений еще не настало. Но чувствую, оно не за горами.

Откинула одеяло и попробовала спустить ноги с кровати. Получилось. И даже села, но голова кружилась сильно. А тут вернулась сиделка Тати и начала щебетать, что ванну принять маг разрешил. Вот разве положено сиделкам так много и громко разговаривать?!

— Обопритесь на меня, госпожа Ардамира. И потихоньку пойдем к воде. Вот так! Замечательно! Волосы мыть будем? А леди Леонтию-то закрыли в ее комнате…

Ну, вот! Хоть какая-то польза появилась от этой Тати. Хоть сведениями от нее можно было разжиться. А здорово, что Вальтер фаворитку свою наказал. Еще бы отправил ее, куда подальше, было бы совсем отлично. Спокойнее уж точно. Но и арест пока сойдет. Только вот зачем же он на охоту-то отправился? Это же что значит? Ему безразлична моя жизнь?

— Маг сказал, что вашему здоровью ничего больше не угрожает. Но силы растрачены, и их надо восполнить.

Слова сиделки бальзамом вылились на сердце. Вальтер уехал из замка, потому что был уверен, что пойду теперь на поправку. Тогда ладно — пусть охотился. Тогда можно!

— А в замке-то переполох случился! — захихикала тут Тати. — Среди дам. Все как с ума сошли. Со вчерашнего вечера началось. После того, как леди Леонтию посадили под замок. Не догадываетесь почему? — сделала женщина хитрые глаза.

Я догадывалась. Очень даже. И от этой догадки кошки на душе заскребли.

— Уже с ночи леди задали работы своим горничным. Платья там…прически стали выдумывать. А самые прыткие из них хотели за мужчинами и на охоту снова увязаться. Ха! Вчера чуть ни все повально соли нюхали, а сегодня… вот, что значит, место фаворитки освободилось!

— И к-кк… — боги! Это я чуть ни спросила «и как же»? Ничего себе!

— Как, как! Мужчины и слышать ничего не хотели про их общество на сегодняшней охоте.

Это как? Она меня поняла? Выходило, что так.

— Дамы обиделись, но потом разбежались по своим комнатам. Готовятся к решающей битве за звание главной возлюбленной милорда. Только сколько им еще радоваться-то?! У господина же невеста есть! Да-а! Есть! Поговаривают, что скоро свадьба. Вот он и отрывается. Ой! Простите, леди. Заболталась я.

Не может быть! Он же на меня так смотрит… И у меня нашлись несколько достоинств, которые его заинтересовали. Взять хоть игру «Шарто»! Не каждая женщина способна ее освоить. А у меня вышло…почти. Я и собеседница хорошая…наверное. М-да, с этим пока все сложно. А! Я же стреляю из лука, как бог. И с кинжалами управляюсь, словно настоящий воин. Или это не в счет? Нет, надо что-то делать, а то его завоюет кто-то другой. Другая! Не допущу! На этой решительной мысли начала кряхтя выбираться из ванной.

— Леди, Ардомира! Маг велел… Ой! Что это вы так на меня посмотрели?.. Волосы вам высушить? Прическу сделать? Я могу, но специально-то этому не обучалась…

Выбраться из своей комнаты получилось только к ужину. И даже на него опоздала. Раньше никак не вышло — слабость преодолевала. Но поборола эту заразу, от которой в пот бросало и ноги подкашивались. Не с первого раза, но смогла. Зато шла потом по коридорам вполне уверенно. Ну, чуть только за стену придерживалась. И по лестнице спускалась довольно грациозно. А если хваталась за перила, то всего несколько раз. Слуги распахнули передо мной двери в зал, и тогда увидала всю компанию в полном сборе. А еще заметила тушу крупного кабана на вертеле в камине. Запах стоял от почти готового мяса такой соблазнительный, что чуть ни облизнулась, а в носу приятно так от дымка защекотало.

От соблазна тут же завладеть кусочком прожаренной свинины, отвлек женский смех. Насторожилась, не надо мной ли хихикали. Оказалось, что нет. Так, просто дамы попеременно пытались привлечь к себе мужское внимание. А судя по тому, какие жаркие взгляды бросали на милорда Вальтерлинга, не составило труда понять, чье именно внимание им было дорого.

Мой осмотр собравшихся выявил еще и отсутствие за столом Леонтии. Это радовало. Это обнадеживало. Плохо было только то, что Вальтерлинга со всех сторон облепили соблазнительницы. Да, да! Раньше-то за порядком следила главная фаворитка, а теперь, посмотрите, безвластие и разгул страстей наступили. Я когда только вошла и в его сторону посмотрела, так заметила, как одна нахалка сама его по бедру гладила. Подумать только! Бесстыжая! И другая еще, ей под стать, такие откровенные ласки мужской груди себе позволяла, что…в общем, понятно стало, отчего он ею соблазнился и запечатал ее уста своими. Ох! Вот что некоторые женщины делали?! А потом плачутся, что мужчины с ними бывали грубы и распущены. А сами-то!..

Очень неприятно было весь этот разгул наблюдать. Но раз пришла, не уходить же так сразу. Вот и пошла решительно к столу. Только не могла понять, куда же мне сесть. Все так смешалось и нарушилось! Хорошо, лорд Гай меня заметил и предложил стул. В первый раз от него пользу заимела. А как я оказалась рядом с ним, так еще и ухаживать принялся. Распорядился, чтобы мне налили в кубок вина, а на тарелку положили кусок от того самого кабана. Только вот у меня что-то аппетит испортился.

— Как самочувствие? Выглядишь очаровательно, только немного бледна.

Нет, лорд Возмездие определенно бывал иногда мил и почтителен с дамами, а говорили про него, что женоненавистник…

— Сспа…но…но — Сама не ожидала, что попытаюсь ответить, а не просто кивнуть головой и помахать рукой.

Сказать хотела «спасибо, нормально», а получилось то, что получилось. Но лорд Гай, похоже, меня понял.

— Девочка, ты делаешь успехи, — взлетели его брови на лоб. — Это было спасибо, да? И когда начало получаться?

— Не..д..вно, — сказала и сама сильно обрадовалась успеху.

— Великолепно! — лорд Гай тоже радовался, а вот тому же, чему я, это был еще вопрос.

Мне же очень захотелось с кем-то другим поделиться своей радостью. Да что там, с Вальтером, конечно же. Но он меня, похоже, не замечал. А все те развязные женщины! Они такое себе позволяли, что стыдно было смотреть. И горько. И не хотелось больше находиться в этом зале. А еще я взглянула на Курта. Тот был явно сильно пьян. Как, собственно, большинство присутствующих. Мой, яко бы жених, уже чуть ли ни лежал на столе в обнимку с кубком. Он с ним, а леди в платье со слишком глубоким декольте, обнимала его. Стыд и срам! Но Курт ладно, не приставал, и, слава богу. Но Вальтер!.. Как он мог позволять так много тем двум женщинам?! Нет, надо было уходить. Немедленно!

— Куда ты? — заинтересовался лорд Винтпот. — Зачем так резко встала из-за стола?

— К к…бе! — ох, лучше бы головой качнула в сторону выхода.

— А! — тем не менее, ответил мне лорд Гай. — Иди. Здесь трезвым делать нечего.

Я шла и плакала. Беззвучно. Просто размазывала молча кулачком слезы по щекам. В своей комнате тоже еще немного поплакала. Вытаскивала шпильки из прически, всматривалась в зеркало на свои припухшие глаза и роняла слезы. Ведь вон, какие у меня были красивые глаза. Цвета грозового неба! Они так нравились Вальтеру. А он!.. А я!.. К счастью, слезы потом кончились, остались горестные вздохи. Чтобы их как-то прекратить, заставила себя оторваться от зеркала, пойти умыться, переодеться и лечь в постель. Но сон никак не шел. Наверное, слишком переволновалась. Поэтому лежала и прислушивалась к ночным звукам.

А через некоторое время услышала, что веселье в зале начало затухать. Его же окна были где-то под моими. Вот и терзали меня несколько часов подряд безудержный хохот и крики. А еще музыка. Но наконец, все это смолкло. И мне подумалось, что теперь смогла бы уснуть. Но нет. Не выходило. Начала отвлекать себя разными мыслями о жизни и вдруг вспомнила про мага. А ведь его не было среди празднующих удачную охоту. Значит, находился все это время у себя. Не попробовать ли сходить к нему? А что?! Все угомонились, никакой опасности. Почему не попытаться?

Накинула на себя халат и выскользнула в коридор. Что-то темновато там было. Слуги тоже расслабились, что ли? Но куда идти знала, поэтому страшно в потемках не было. Вот только звуки, что это были за далекие шумы? Призадумалась, прислушалась и решила, что похоже на скрежет когтей по каменным полам. А, ясно, выпустили побегать по коридорам Грома и Молнию. Но это ничего, я их не боялась, и они ко мне относились нормально. Пошла дальше. А на повороте, раз, и с кем-то столкнулась. И крепкие руки сжали растерявшуюся меня как тисками.

— Ау! — только этот звук и получилось с перепуга издать.

— Да! Попалась! Не вырвешься, птичка моя.

Вот это да, Вальтер. Один? А где же толпы его обожательниц? И тут же мой мозг предложил ответ, что он их всех бросил и пошел ко мне. Одумался. Осознал. Понял. Хотелось с ним заговорить об этом, но от волнения и растерянности не получалось выдать ничего вразумительного. Да и дальнейшие действия мужчины прекратили те жалкие попытки. Ведь милорд взял и подхватил меня на руки. Как пушинку подхватил и прижал к груди. Излишне крепко, но это от чувств, наверное. И он стал сильно и жарко дышать мне в висок. И очень возбужденно. Все бы ничего, только от него пахло спиртным вместо коры и листвы с травой. Но я решила, что любой запах любимого мужчины должен быть в радость. Стерпится и слюбится, это про нечто подобное говорили, наверное.

— Милая! — между тем открыл ногой дверь в свою спальню милорд. — Как ты относишься к ночи, полной любви?

Я не была против, только как-то иначе ее себе представляла. Должны же быть томные взгляды, вздохи, ласки, шепот, нежные поцелуи. Хотя бы в самом начале. Потом-то я знала, что должно произойти между мужчиной и женщиной. Откуда — без понятия. Но меня просто бросили на постель и прижали локтем. Прямо поперек груди. Больно же! А другая рука милорда уже раздирала халат и задира ночную сорочку.

— Ммм! — начала извиваться, чтобы освободиться.

— Сейчас, сейчас! Вот он! Мой мальчик! Вырвался на свободу. И где наша девочка?!

В свете проникающего в спальню луча луны я рассмотрела, кто там «он», тот «мальчик». От увиденного я вздрогнула и сопротивляться уже принялась с удвоенной силой. Только толку от моих трепыханий не было.

— Какая прыткая! Сопротивляться?! А знаешь, ты угадала, я люблю объезжать строптивых лошадей. — и навалился на меня всей тяжестью, и боль от локтя, вжимающегося в грудь, сменила другая.

А потом он затих. Я лежала под ним, ни жива, ни мертва. Очень хотелось сбросить с себя мужское тело, да боялась пошевелиться. Вдруг бы снова продолжил мучить меня теми болезненными проникновениями. Но время шло, мышцы сильно затекли, а сопение в ухо, сказало, что кое-кто крепко спал. Вот и решилась. Осторожно совсем же пошевелилась!..

— О, прости, малыш. Я, кажется, заснул. День был тяжелый, но готов исправиться. Я обещал тебе ночь любви? — на этот вопрос отчаянно закрутила головой. Меня не поняли или не захотели понять. — Будет! А ну, ложись-ка на живот!..

Рассвет я встретила слезами. Болело все. А мужчина говорил о еще какой-то там позе. Господи! И почему в этой спальне такие плотные портьеры?! Было бы светло, раз солнце начало подниматься, увидел бы меня и…

— А чего ты все время молчишь, птичка? Эй, ты там жива?

Неужели мои молитвы услышали? Наконец-то.

— Погоди! Это ты, Ардамира? Что ты здесь делаешь? Да как же здесь оказалась? Черт! И голова гудит! Ах, да! Ты же немая! Вот, черт!

Он тут же освободил меня от своего веса. И вроде бы даже окончательно протрезвел. Так мне показалось, когда, отдернув занавески с окон, подошел и стал пристально рассматривать все то, что со мной сотворил.

— Вот, черт! — вновь выругался, поняв мое плачевное состояние. — Но ничего, сейчас я все исправлю.

Что имел в виду, я не поняла, но милорд Вальтерлинг быстро оделся, а потом потянулся ко мне руками. Я в страхе начала от него отползать.

— Не бойся. Просто отнесу тебя к магу. Самой тебе лучше сейчас не передвигаться.

И действительно понес к той двери, за которой должен быть маг. Тот открыл ее сразу же. Увидев господина со мной на руках, нахмурился.

— Это то, о чем думаю?

— Да, — ответил ему коротко Кнауфорт.

— Тогда клади ее вот на этот стол. И раздень. Это же и не рубашка на ней, а кровавые лохмотья. Тихо, тихо, не стони, знаю, что больно. Но я сейчас все поправлю. Ну, почти все!.. Ты озверел, мой господин? Зачем спину-то искусал?! А бедра?.. Твои псы человечнее порой бывают, чем ты во время…

— Заткнись! Знай, свое дело делай. Почему твоя магия ей почти не помогает? Выдохся на экспериментах? Снова всю ночь здесь с колбами резвился?

— Я-то с колбами, а ты…

— Заткнись, я сказал. Лечи, давай!

— Не получается. Думаю, из-за этого вот браслета. Откуда он на ней? Дать ей перо и бумагу? Может, напишет чего?

— А сможет она сейчас писать?

— Тоже верно. И посмотри, какой странный кулон у нее на шее. Разве она не из рода Ньютленд? Ладно бы на цепочке болтался олененок…а тут демоненок, кажется.

— Кто его знает, отчего девицы так любят украшения и вешают на себя всякую всячину. Каких только кулонов я на них не видел…

— Да, у тебя подружек было не мало. Отчего с этой-то так жестоко поступил?

— А кто его знает! Будто помутнение рассудка было. И тело у нее такое манящее…

— Было. А сейчас его лечить и лечить. И шел бы ты уже отсюда, ваше милордство. Мне без тебя легче делом заниматься, однако.

И все это доносилось до моего сознания, как через пелену забытья. Или, может, так оно и было. Потом же и вовсе ушла в беспамятство. А очнулась от резкого запаха. Это маг поднес к носу флакон с некой жидкостью.

— Просыпайся. Нельзя долго спать под тем зельем, что я тебе дал. Как себя чувствуешь? Эй, эй! Меня можешь не бояться и не стесняться. Я тебя здесь врачую, а не что-то там другое творю. Что так смотришь? Да, раны начали затягиваться. Все неплохо должно получиться. Вот только медленно. А ускорить процесс не получается. Что у тебя за браслет на руке, знаешь? Нет? Вот и я. Но догадываюсь, что он блокирует магию. Не полностью, но сильно. Поэтому заживление идет так медленно. Что хочешь сказать? А, снять его просишь. Не могу, детка. Не по силам мне это. Поэтому и варю для тебя все эти отвары. Видишь банки? Их содержимым тебя уже пять дней отпаиваю. Удивлена? Да, ровно столько ты здесь у меня находишься. Вот, даже кровать для тебя пришлось соорудить. Ты плачешь? Не стоит. Тело твое я полностью восстановлю. А душой пусть займется тот, кто это все сотворил. Не бойся! Вальтерлинг никакой не зверь. Просто…а пусть он сам тебе расскажет, отчего не смог вовремя остановиться. Мне-то он повинился. Да, был у нас разговор. Он сюда по несколько раз в день приходил. Волновался за тебя. Да. Он не жесток, но…мужчины они разные бывают. Вальт же обещал впредь быть с тобой ласковым. Не веришь? А я напротив, поверил сразу. Что-что, а слово свое наш милорд держит…если его дает. Ну, пей, давай, отварчик. И сейчас попробуем подняться. Завтра, возможно, уже начнешь ходить. И вот еще что. Хочешь, я верну тебе речь? Вот это мне по силам. Всего дня два надо будет позаниматься. И еще, не для чужих ушей будет сказано, но у тебя кто-то стер память. Грубо и грязно. Одни ошметки от нее остались. Но она и сама должна со временем сложиться, лет так через пяток. А я мог бы процесс ускорить. Согласна? Вот и хорошо. Приступим.

И маг поставил меня на ноги, а потом и речь восстановил. Было так странно произнести первые связные выражения. И я радовалась им, как ребенок долгожданной игрушке. Но мне предстояло новое испытание — встреча с Вальтерлингом. Как только маг сказал несколько дней назад, что милорд желает навестить, так попросила не допускать его до меня. Так и получилось, мы с ним не виделись. А теперь подошло время справиться с этим страхом. И вот милорд явился. Вошел и спокойно подошел. А потом попросил разрешения присесть рядом. Какое-то время сидели молча. Далее Вальтерлинг решил взять мою руку в свою. Напряглась, но позволила.

— Прости. Я все осознал. Могу поклясться, что такого срыва у меня никогда не было. Если дашь нам шанс, то попробуем построить отношения сначала. Ты мне действительно очень нравишься. И тогда и сейчас… Предлагаю попробовать быть вместе. У тебя будут какие-то условия? Готов выслушать.

И я плакала. А он гладил мои плечи. Глупо-не глупо, а я ему поверила. И настолько, что все простила. И заговорила с ним потом о Леонтии.

— Я вышлю ее из замка. Сегодня же.

— А все это время она была здесь?

— Да. Была. Что еще ты от меня хочешь?

— Быть единственной любимой.

— Так уже есть. Другие мне теперь не нужны. Могу всех женщин, что незамужние, отослать.

— А как же твоя невеста?

— Она есть, но очень далеко отсюда. И этого пока не изменить. Так ты согласна быть моей единственной любимой?

И я согласилась. И два месяца Вальтер за мной только ухаживал. А потом маг шепнул нам, что я полностью здорова. И все равно было страшно лечь с ним в постель. Но я справилась с этим страхом и нисколько потом не пожалела. Мой Вальтер мог быть необыкновенно нежным и заботливым, а через месяц и снова горячим любовником, только уже в меру.

— Люблю тебя! — эти слова от него я слышала много-много раз за это время.

Он мне их и шептал, они вырывались иногда у него со стоном, был и неистовый крик. А сегодня сказал просто и спокойно. Мы выехали с утра на верховую прогулку, проделали большой путь вдоль извилистой реки, а теперь спешились и прилегли прямо в траву, чтобы отдохнуть перед обратной дорогой в замок. Конечно, целовались, и он любил меня, затем легли на спину и принялись смотреть в небо. А там плыли облака. И так спокойно было наблюдать за их движением. Но вдруг среди них показалась черная точка.

— Взгляни! Что это? — я вскинула руку и указала в ту сторону.

— Это? А, дракон. Почему ты так заволновалась? От них нет беды. Да, властвуют над Ниросом. Немного поменяли наши людские законы. Да, платим им дань. Вполне посильную, между прочим. В нашу жизнь почти не вмешиваются, охрану от соседей гарантируют. Что в такой их власти может некоторых не устраивать?

— Не знаю. Полной свободы, может, люди хотят? Вернуться к древним обычаям?

— Да что понимать под свободой?! А обычаи? Они почти в неприкосновенности остались.

— Хм. Почти…

— Конечно! А от себя драконы мало что к ним добавили. Ну, вот например, Властитель намерен объявить отбор. Такого раньше у нас не было. Ты слышала о нем?

— Нет. А что это такое?

— Жениться главный дракон собрался. А у них для этого должна найтись истинная пара, или что-то вроде сильного притяжения получиться.

— Это как? Как мы с тобой?

— Хм. Это он должен созвать в свои владения толпы невест и выбрать из них одну. Истинную. Вроде бы определяет это по запаху.

— Интересно. Перенюхает их всех, отберет одну, остальных отпустит? — засмеялась я.

— Что-то вроде этого. Сам не знаю. А что ты такая задумчивая в последнее время? Мира? Ты ничего от меня не скрываешь?

— Да нечего вроде бы.

— Это хорошо. И вот еще что, должен тебя поставить в известность, что на днях мне надо уехать. Не спросишь куда? А вот бледнеть не надо, любовь моя. Да, мне надо съездить к невесте. Ты же знала, что это неизбежно. Но клянусь, что все сделаю, как лучше…для нас с тобой.

И я ему поверила. А через два дня он уехал. Обещал вернуться через месяц или раньше. Но как только с его отъезда прошла неделя, я почувствовала неладное. Сначала в самочувствии. Меня начала мучить дурнота по утрам. Служанки это состояние заметили и стали перешептываться. А потом ко мне подошла Мирабель. Она к тому времени вышла замуж за Ганса, и они ждали первенца.

— Все шушукаются, что ты в тягости. Не пила отвар против зачатия, как и я? Но у меня-то муж…

— А у меня Вальтер. Это одно и то же.

— Хотела бы, чтобы это было так. Но что станешь делать, когда он вернется?

— Расскажу о ребенке, конечно.

— Да? — задумчиво посмотрела она на меня. — Ты стала мне подругой, Мира. Но я очень переживаю за тебя с тех пор, как…в общем, я не могу от тебя таить, что милорд Вальтерлинг поехал, чтобы заключить, наконец, брачный союз. Говорят, невеста и ее родня на этом настояла.

— Не может быть!

— Да об этом все в замке знают. Одна ты живешь в неведении. Мне жаль, Мира, но это так. Милорд вернется сюда с женой.

— Не может быть!

— Что ты заладила одно и то же! Может. Очень даже. И что тогда будешь делать? Сохранишь его дитя?

— Конечно. Иначе и быть не может.

— Да? Извини за то, что сейчас скажу. Надеюсь, это будет во благо… Но посмотри вон на того мальчика. Не туда. Вон он играет с другими ребятами, камушек поднял. Заметила, какие у него глаза?

— Ты хочешь сказать…

— Именно. Извини, подруга. Этот мальчик бастард милорда. Увы, твой ребенок будет таким же.

— Не может быть!

— Снова? Но успокойся, мне известна одна трава…

— Нет! Никогда! Даже не заговаривай про это!

— Как знаешь. Больше не заговорю с тобой на эту тему. А если понадобится моя помощь, то обращайся. Сама. И я тебе ее окажу.