Глава 10. Учеба

Мне выделили отдельную комнату в отдельно стоящем домике. Все в том же в северном углу территории школы. И он очень удачно располагался неподалеку от полигона: доползать после занятий до него близко было. Вот так, когда совсем без сил, выжат похлеще пресловутого лимона, а до душа из бочки и койки всего метров сто, это же явное удобство. А еще до столовой от нового жилища рукой было подать. Наверное, даже меньше сотни метров. Возможно, именно поэтому моими соседями были служащие кухни. Ближайшую комнату занимала главная повариха. Дородная Глорфи отчего-то сразу после знакомства заимела цель откормить новую соседку. А мне-то, признаться, совсем в первое время не до еды было — полигон выматывал настолько, что рука ложку после него не держала. Только бы до кровати добраться и рухнуть на нее, а тут врывалась добрая Гло с мисками.

— Так нельзя, деточка! Снова в столовую не пришла! У тебя же одни мослы! На тебя же без слез не взглянешь, а мужчины так вообще уже начали смотреть сквозь это худосочное тело!

Да гори они, эти мужчины! Вот уж до кого совершенно не было дела. И даже больше: хоть бы они совершенно перевелись на свете. Ведь все тогдашние мои беды были из-за них. В ссылку по чьей воле угодила? Троица! А кто они? Кто скажет, что женщины? Вот, вот! А душу кто мне перевернул и дал впервые отведать горечь ревности и предательства? Вальтерлинг! И ведь еще больнее сделал, что сначала пообещал большое и чистое чувство, а потом замарал его, прикрывшись словами о долге перед родом. И ведь я тогда впервые полюбила, а он подарил мне ребенка, потом же и отнял его, сделав мою жизнь невыносимой и невозможной в общем доме. А лорд Гай был повинен в том, что оказалась в этом проклятом месте, где только и занималась, что истязала собственное тело. На господина Магнуса ополчилась за то, что принял меня сюда. Нет бы, признал совершенно непригодной, а то «миниатюрная девочка», а у нас все на износ, справится ли, уж ладно, попробуем». Да после трех месяцев, проживания здесь, про меня уже и слово «миниатюрная» не получалось сказать. Больше подходило «сухая щепка». Эх, права была Глорфи, что остались от меня одни мослы. А на них крепились жилы и загрубевшие мышцы, продубленные солнечными лучами, дождями, ветрами и превращенные в железо постоянными физическими нагрузками. Что уж там, женские округлые формы, радующие мужской глаз, остались в прошлом, вздыбившись и превратившись в нечто.

И вот ведь, раз потеряла привлекательный вид и перестала выглядеть женственно, могла ли надеяться, что слилась бы с парнями, другими студентами школы? Я питала такие надежды. А они, нет, не приняли в свои ряды. Подколки сыпались со всех сторон и постоянно. Зазеваешься — получишь тычок. Расслабишься — жди толчок, а то и подножку. Утратив женскую привлекательность, могла ли рассчитывать на отношение к себе, как к незадачливому соплеменнику? Чтобы внимания уделяли меньше вплоть до полного игнорирования? Мне бы хотелось этого. Тогда бы, не отвлекаясь ни на что, тихо и мирно сконцентрировалась только на себе. Мечты, мечты! Не судьба была им сбыться.

И три месяца такой вот жизни! Постоянные нагрузки, как сказал директор, на износ. И странно, что мои суставы и зубы в итоге не стерлись в пыль, а сухожилия и мышцы не полопались от перегрузок. Из меня делали бойца наравне с другими парнями, а видя неплохой результат, не спешили принимать в общий строй. Подозревала, трепали нервы, добиваясь абсолютной стрессоустойчивости. Мне казалось, что глумились и скалились в ожидании, когда же эта пигалица сдохнет от такой жизни. Но нет, я им подобной радости предоставлять не собиралась. Борьба, борьба и еще раз борьба! А раз все было так, могла ли переживать, что перестала привлекать мужчин как женщина? Вот уж нисколько, госпожа Глорфи, не расстраивалась я, что они смотрели сквозь меня. Мало того, именно этого и добивалась. И эта милая женщина могла сколько угодно не верить мне, а в голове нисколько, ни капельки, не было мыслей о притяжении к себе мужских особей, или притянуться к кому-то из них самой. Ни во сне, ни наяву! А что же наблюдала в сновидениях? Полигон, полигон и полигон!

А на четвертом месяце пребывания в школе тренировки перенесли на горные высоты. Буквально. Выдавали дневной продуктовый паек в вещмешке и гнали с утра пораньше в горы по узким крутым тропам. Пробежка получалась, что надо: по камням, колючим кустам и буеракам да под таким углом к горе, что порой имела возможность рассмотреть жучков на травинках и чуть ни цветы понюхать, так близко перед носом они оказывались. Первая стоянка, и завтрак, а потом лезли на высоту дальше. Там уже, не разбивая лагеря, просто сбрасывали заплечные мешки, а когда и нет, отрабатывали ранее заученные приемы друг на друге. До изнеможения. Потом перекус, и за ним следовали новые занятия. Возвращались же в школу обычно при свете луны и звезд. И вот так горными козлами носились еще два месяца. А потом нам привнесли новшество.

Мне так точно стали в диковину те занятия. А парни, вроде бы, уже подобным занимались. Подумала так, потому что некоторые из них очень уж лихо получили похвалу от строгого мастера. Что за навыки принялись отрабатывать? О, очень ценными они мне показались. Нас начали учить быть незаметными. Поодиночке или группами, для одного человека или толпы, в городе или на природе. Был человек, и вдруг исчезал. Надо было так вот изловчиться, чтобы тебя потеряли и перестали преследовать, если что. Ох, и намучилась, пока хоть что-то получилось. И семь потов прежде сошло, и голова перекаливалась, в поисках выхода из сложных ситуаций. Но…все преодолела.

А первым и лучшим в этом умении, да и в других премудростях охранника, неизменно оказывался Патрик. Тот долговязый блондин. И кстати, это только вначале мне его тело показалось немощным, потом же мнение кардинально изменила. Да, в нем не было ни грамма жира, а вот видимость о себе, как о слабосильном, он создавал у окружающих умышленно. Когда этого хотел. Тоже, кстати, наука! В остальное же время…в общем, я быстро поняла, что ошибалась на его счет, как только увидала его без той безобразной серой рубашки. Одного взгляда хватило на голый торс. Вот это была картина! Мне такого никогда не достичь, поскольку природа стала против, но завидно было, и очень. И уж не знала, мои восхищенные взгляды ли на его мускулы и новые успехи в учебе повлияли, но Патрик начал ко мне благоволить.

Нет, парень не предложил отношений, как между мужчиной и женщиной. Не стал оказывать помощь в учебе — по-прежнему барахталась в собственных ошибках и промахах. Но подал пример остальным своим приятелям, когда перестал постоянно добавлять мне испытаний и без того в насыщенной ими жизни студента данного заведения. А когда мы всей группой перешли к отработке навыков обращения с ножами, так вообще заинтересовался моим умением и попросил разъяснить некоторые нюансы. Дальше откровенно восхитился меткостью в стрельбе из лука и вызвал на соревнование. Получив в результате ничью, мы стали с ним почти что друзьями. Надо ли говорить, что тогда уже наладились отношения и с остальными парнями группы, раз Патрик был у них за лидера. Да, жизнь налаживалась.

И вот, полученное первое задание. Оно было групповым и заключалось в сопровождении торгового обоза через Призрачную пустошь. Странное название? Нисколько, если знать, что на пути караванов торговцев, стремящихся к рынкам на побережье Восточного моря, как ниоткуда и как призраки вставали разбойники. Плодились они там, в зарослях низкорослого колючего кустарника и в бескрайнем море ковыля, что ли? Но поговаривали, что ни одному торговцу не удавалось пересечь довольно ровную местность без встречи с грабителями. Вот нас и отправили на помощь одному из обозов. Не бесплатно, конечно. И догадывалась, что господин Магнус обогатил казну школы на кругленькую сумму. Ну да не наше дело считать чьи-то капиталы.

Выехали мы на рассвете. Каждый оседлал по приземистой лошадке, вскочил в седло и направил скакуна на окраину слободы Альфис. Именно там нас дожидался обоз. Я насчитала в нем семь груженых телег. На каждой сидел возница, сплошь крепкие вооруженные мужики, а вот охранников всего богатства, то есть верховых, насчитала троих. И как, спрашивается, они смогли до нас-то добраться? Да, с запада тракт не настолько прославился душегубами и нападениями на торговых людей, но бывало же такое. А судя по груженым под завязку телегам, разжиться тут было чем. Но сомнения мои вскоре объяснили.

— Сознаюсь, что слух про нас и наш путь достиг, скорее всего, уже многих ушей, — сказал так хозяин всего добра, телег и наемного люда, самый толстый дядька из всех присутствующих. Обращался он к Патрику, который объявил себя главой нашего отряда из пяти всадников. — По пути сюда пережили уже одно нападение. Из-за него лишились почти всех возничих, вот и пришлось моим охранникам взяться за вожжи. А это кто? С вами девка, что ли? И зачем? Я и за нее заплатил, что ли? — указал толстяк в мою сторону, особенно сверля глазами толстую тугую косу за спиной. — За такую вот женскую немощь?! А, не считая ее, вас всего четверо!..

— Понял, — качнул наш старший головой, колыхнув белобрысыми патлами, и совершенно проигнорировал замечание купца. — Не беспокойтесь, все будет, как надо. В путь!

Далее он только повел плечом, а мы уже рассредоточились по краям обоза, следуя заученной схеме построения. И вот все тронулись. Послышались понукающие лошадей окрики, зацокали по камням копыта, заскрипели колеса телег. Продвигались размеренно и не торопясь, с одной короткой остановкой на перекус, а ближе к ночи разбили лагерь. Все обозники выглядели утомленными дорогой. Несомненно, на них сказалось и напряжение, вызванное боязнью столкновения с разбойниками. Нас же научили быть расслабленными в подобной ситуации настолько, чтобы зря не расходовать, на не пойми что, силы, но в нужный момент быстро концентрироваться по обстановке. А вот со стороны смотрелись, должно быть, слишком самоуверенными молодыми людьми. Возможно, именно поэтому хозяин обоза отказался потом от предложения Патрика ночной караул доверить только нашему отряду. Это называлось «хотели, как лучше», а нарвались на косые взгляды.

— Нет, так нет! — развел он руками на категоричный отказ купца. А потом развернулся в нашу сторону. — Слушай меня! Объявляю два поста. Один около оврага, другой — на краю лагеря с северной стороны. Дежурства распределим так…

Мне выпало заступать в караул первой. Поэтому, наскоро впихнув в себя кашу с тушеным мясом, проверила крепеж ножей, перекинула через плечо и за спину колчан со стрелами, взяла лук и пошла к краю становища, в ту сторону, где вдали виднелись особо густые заросли кустарника. Покрутившись немного на месте, нашла самое выгодное положение и позу. Все, к дежурству я приготовилась, а значит, замерла каменным изваянием. Посмотреть со стороны, причем с любой, ни дать, ни взять, серый валун лежал в траве, каких кругом виднелось много. Вот так не прошло для меня даром обучение в школе. Что говорить, науку маскировки нам преподали основательную. На занятиях, бывало, учитель нещадно лупил нерадивых учеников, буквально вколачивая понимание его требований длинной такой и крепкой палкой.

И в одной позе отсидела положенные мне несколько часов. Что с того, занемели части тела, мы же к этому были привычные. Ничего страшного. А сменили, пять минут применила к себе массаж, вот и прошло все. Порадовало и то, что вокруг все было спокойно. И еще чутье мне подсказало, что ночь должна была закончиться без происшествий. Так оно потом и вышло. Я же, сменившись, отправилась спать. Для отдыха мне теперь требовалось просто упасть на землю, а здесь к услугам было еще шерстяное одеяло, сложенное в несколько слоев и тепло от прогоревшего костра. Красота! Улеглась и тут же выключила организм — пусть отдыхает.

А утром ждал сытный завтрак. Отдых, а не задание! И, похоже, так подумали многие из наших, и абсолютно все обозники выглядели расслабленными и довольными жизнью. Но у нас был строгий Патрик, который подошел к каждому и сделал внушение, чтобы были настороже. А вот тем вооруженным до зубов мужикам, что изначально охраняли обоз, никто не напомнил об особенности местности. Поэтому они и растерялись, когда из кустов повалили заросшие бородой до глаз разбойники. Подозревала, многим из них такая заминка стоила бы жизни, да наш отряд их задницы прикрыл. А вообще, у меня было предчувствие о нападении. Уж больно беспечными все выглядели на рассвете — самое время истребить защиту и прикарманить груз. Место, время, людской настрой — все говорило за это.

Но специально обученные охранники поняли ситуацию. И были настороже. Никого из нашего отряда ватаге лихих мужиков не удалось застать врасплох. А там уже пошли в дело луки. Вжик, вжик, двое нападавших упали. Помножить на нас пятерых, получилось за минуту уложить в ковыль десятерых. Как потом оказалось, разбойников было всего тридцать пять человек. Сколько времени шло сражение с ними? Правильно, управились с ними быстро. Настолько, что никто из обозников в бой так и не вступил. А потом Патрик и двое их людей пошли смотреть поверженных врагов. Оказалось, что трупы от наших стрел стали похожи на дикобразов. А мое оперение, полосатое такое, встретилось им особенно часто.

— Мира, одного бедолагу ты убила дважды, — хмыкнул Патрик, когда вернулся к обозу.

— Да! Да! — закивали-загалдели те двое, что ходили с ним вместе. — Меткая лучница, ничего не скажешь!

— Просто, он падал, видно, слишком медленно, — пожала я безразлично плечами.

Больше про то задание и вспомнить было нечего — оно завершилось совсем гладко. А вот следующее!.. На него нас отправили вместе с Патриком. Приказали выкрасть девицу. Малолетка сбежала из дома — за большой любовью подалась. Пришла ей охота смазливого и с медовыми речами мужичка назначить единственным и неповторимым возлюбленным. Купил он ее на слова, нежности, страстные взгляды и обещание большой и чистой привязанности. Девчонка смотрела на новоявленного мужа обожающим взглядом, а он уже успел послать к ней домой требование о полагающемся приданом. Родители же новобрачной посовещались и обратились к руководству нашей школы. Они, во что бы то ни стало, желали вернуть себе доверчивое и горячо любимое единственное чадо. Вот за этим нас с Патриком и отправили в городишко под названием Алькхом.

Прибыли мы туда ближе к вечеру. И сразу поймали удачу: новобрачных обнаружили в первой же гостинице. Изображая парочку, сняли комнату там же, что и «голубки». Решили понаблюдать за этими двумя, чтобы наметить план похищения девушки. Казалось, все должно было занять не более суток времени. И как иначе? Пара обнаружена, нисколько не опасается быть узнанными, проявляет беспечность, гуляя по всему городу. Бери, хватай и убегай! Ан, не все так просто оказалось.

И началось с того, что молодожены, нагулявшись по улицам, заперлись у себя в номере. На ночь — это понятно. Но утро наступило, а они не вышли на завтрак. Обед тоже потом пропустили. Это нас с Патриком отчего-то насторожило. У него первого возникло желание проверить, есть ли кто в номере. Мой патлатый блондинистый друг с беспечным видом спустился в общий зал и сообщил подавальщице, что в интересующий нас номер потребовалось вино и легкая закуска.

— Даже так?! — уперла крупная девица в переднике руки в бока. — Требуют они! Да за прежний заказ бы лучше расплатились. — Но потом эта дочка хозяйки заведения сменила гнев на милость. — Ладно. Отнесу им поднос. Так и быть.

А вот когда она поднялась на второй этаж, на ее стук никто не ответил. Заподозрив недоброе, девушка позвала отца. Тот пришел с запасным ключом и немедленно открыл дверь. Надо ли говорить, что комната оказалась пуста?

— Что бы их темнота преисподней поглотила! — взвыла девица и ее родитель.

Но мы такого своим объектам не желали. Нам их требовалось срочно найти, чем и поспешили заняться. И уф, пропажа отыскалась. В похожей гостинице на другой окраине города.

— Он что, совсем без денег? — выдвинул предположение Патрик. — А выглядит таким франтом!..

— Как же девчушка на такое пошла? Не должны ли сейчас начать рушиться ее грезы о счастливой жизни с этим субъектом?

— Как бы там ни было, а он, так понимаю, ждет не дождется приданого девушки.

— Само собой, раз назначил посланнику место встречи в этом городе. Только вот что-то у него пошло не так…

Узнать, что именно не заладилось, получилось на следующий вечер. Мы наблюдали теперь за нашей парой в четыре глаза, поэтому вдвоем же последовали за ними на вечернюю прогулку по городу. А закончилась она у них в игорном заведении. Причем, девушка идти туда не хотела, замялась на пороге, а муженек настойчиво утягивал за собой.

— Прошлый раз ты тоже говорил, что будет интересно, — недовольно высказалась она. — А мне совсем не понравилось. И, по-моему, ты тогда проигрался. Сознайся же, проиграл кучу денег?

— Самую малость, — успокаивал муж молодую супругу неприятным гнусавым голосом. — Сущий пустяк. Я ничуть не ощутил урона.

— Да?! А из гостиницы тогда зачем сбегали?

— Это же было приключение, дорогая! И потом, тех людей следовало проучить. Подумай только, за скромный обед они потребовали немыслимую сумму.

— И что? Ты же богат…

— Но знаю счет деньгам. Та еда не стоила назначенной за нее суммы.

— Счет деньгам?.. А сам идешь вот сюда?! Мой папа всегда говорил, что…

— А не слишком ли ты часто стала вспоминать своего папу, птичка? К чему бы?

— Просто мне скучно. Почему мы не едем к тебе в имение, Жорж?

— Потому что там слуги все готовят к нашему приезду. Вот подадут мне сигнал, и тогда сразу же туда отправимся. А пока, чем не развлечение зайти и сыграть в простейшую забаву? Ну же, милая! Птичка, доставь мне удовольствие…идем.

И утянул, таки, девушку в заведение под яркой вывеской. Мы с Патриком последовали за ними. Вошли, осмотрелись, свой объект обнаружили в следующем зале. Понятно, что новоиспеченный муж принялся играть. Вот только ему не улыбалось тем вечером выиграть. Оттого мужчина все больше хмурился, а девушка рядом с ним совсем уж через пару часов надула губы.

— И вот, опять!.. — притопнула она ножкой на новый проигрыш возлюбленного. — Идем отсюда!

— Да, да, сейчас уйдем. Вот только…

— Нет, Жорж! Уходим немедленно.

Супруг ее послушался, но надо было видеть, с каким лицом поднялся из-за стола. И так они и шли потом до своего нового гостиничного номера: рядом, но врозь, и нисколько не разговаривая. А дальше вышло так, что новобрачный решил провести ночь отдельно. Мы ничуть уже не удивились тяги мужчины к игорному заведению, вот только странно было, что за дверью оставленного им номера была тишина. Ни тебе возгласов возмущения, ни проклятий вслед, ни слез…

— Разделимся? — как прочел мои мысли Патрик. — Ты иди за ним, Мира, а я выясню, что там с девушкой. Если повезет, то уговорю ее вернуться к родителям.

— Думаешь, все так просто для нас обернется? Сомневаюсь. Но ладно, пойду за мужиком. Если что, дай знать, до чего ты ей зубы заговорил. Например, записку с мальчишкой пришли.

Проскользнув тенью за тем самым Жоржем по ночным улицам Алькхома, я второй раз за день оказалась около игорного дома. И дальше следовало подумать, под каким образом туда проникнуть. Вариантов много не представлялось, потому что ни одна леди сюда не пришла бы, да еще одна и в полночь. Оставалось что? Правильно, разыгрывать из себя шалаву, некую разгульную и легкодоступную женщину. Не сказать, что очень уж испугалась перспективы, но позволила себе пошипеть-побраниться на напарника.

— Черт бы побрал тебя, Патрик! Какого дьявола сюда пошла я? Нет бы себе взял эту задачу, а мне поручил пробраться к девчонке, втереться к ней в доверие, по девчачьи, так сказать, расположить ее к себе, а там…слово за слово…

Но делать было нечего — следовало играть другую роль. Вот и принялась входить в образ. А для этого расстегнула верхние пуговки на платье. Но этого показалось мало, и пришлось совсем оголить шею, грудь же — на две трети. И все равно, что-то было не то. Как-то оно, отвыкла я от разгулов-загулов. Вот на Земле, помнится… А впрочем, здесь тот опыт не очень подходил, все же другой мир. Но шпильки из волос вынула, косу расплела и локоны жгуче-черные красивым каскадом разложила по оголенным плечам. Не успела толком оценить дело рук своих, как рядом раздался хриплый мужской голос:

— Что медлишь, красавица? Зачем замерла на крыльце? Утомилась чьим-то обществом, возможно, и вышла передохнуть на ночном воздухе? А как тебе моя кандидатура?

Оглянулась, а за спиной стоял здоровяк усач. Жеманно улыбнулась ему, что-то пискляво пролопотала, а он уже и подцепил локоток, за который и потащил в игорный дом. Удача. Вроде как, и не одна сюда зашла, а значит, внимания от других мужиков ожидалось меньше. Еще бы потом от усача отделаться, а то, держал за руку уж как-то слишком крепко. Но это немного погодя. В ту же минуту осматривала зал в поисках Жоржа и в первом помещении его не находила.

— Милашка! Что дергаешься? Или дядя Винтер тебе не приглянулся?

Какой еще…а это он себя имел ввиду! Винтер, значит! Надо же, так увлеклась, что упустила нить разговора. Кавалер мне представился, а я не отреагировала.

— Не угостит ли господин девушку? — состроила здоровяку глазки.

— Запросто! Эй!..

Пока этот Винтер объяснялся с местным слугой, удалось высвободиться из его клешни и улизнуть в соседний зал. Ага! Вот и Жорж. Уселся за свой любимый стол. И как у него дела обстояли с удачей на этот раз? Пока что та к нему не благоволила. Это поняла быстро, а еще заметила, что сама я была объявлена в розыск. Разумеется, усач жаждал продолжить наше с ним знакомство.

— Вот ты где! Кто так делает?! Ищи тебя везде! И на, держи свою порцию веселья.

Приняла из его рук чарку и лихо опрокинула в себя ее содержимое. И тут же гортань обожгло мерзкое пойло. Я на ощущение поморщилась, а господин Винтер удовлетворенно крякнул.

— Ух! Молодая, да ранняя, да? Лихо пьешь, голубка! Надеюсь, ты и в другом деле будешь столь же быстра и горяча.

Мне до его соображений не было печали, только этот тип снова завладел моим локтем. А еще потащил в прежний зал. Вот это уже было нарушением моих планов. И могла бы отделаться от той хватки на счет «раз», да привлекать к нам чужое внимание не было бы правильным. Потому начала улыбаться от уха до уха.

— Во что собрался играть, господин? А вы удачливы, мистер Винтер?

Тот захлопал глазами и принялся крутить бычьей шеей от игорных столов к лестнице на второй этаж, где размещались номера, и обратно. Похоже, даже мои костлявые плечи произвели на мужика неизгладимое впечатление. А еще он таращился на оголенные полушария груди. Кстати, та совсем не похудела от частых и трудных тренировок и смотрелась в вырезе платья очень даже соблазнительно.

— Эээ!.. Ладно, сначала сыграю…

Вот и отлично! Усача усадила, руки ему на широкие плечи возложила. А еще удачу в игре принесла. Он должен был остаться мною доволен. Возможно, так и было, но никак не расслаблялся при этом, в игру с головой не погружался и рук убрать со своих плеч не давал. Только ладони начинали сползать ему на спину, как с ухмыляющимся взглядом мне в глаза возвращал их на прежнее место.

— Уже не терпится пойти наверх, милашка? Мне тоже. Поэтому могу прервать игру в любой момент. И что скажешь?..

— Разве можно! Удача так и хлынула потоком золотых монет в ваши руки, мистер!..

Так оно и было, мужик выигрывал раз за разом. Но он на это только хохотал.

— Ух, соблазнительница! И откуда ты такая взялась?! Я же здесь всех знаю… — усач, к моему сожалению, смотрел больше не на игорный стол, а в вырез моего платья. А еще постоянно требовал, чтобы не снимала рук с эго плеч. Да и сам частенько похлопывал по ним ладонью. — Признаюсь, шел сюда вовсе не для того, чтобы сесть за игру. Мне надо было совсем иное развлечение…ну, ты поняла, да. Шалунья, как меня заводит твоя улыбка!

Если так, то готова была стереть ее со своего лица. Только это ничего не решило, потому что попавший от меня под впечатление мужик вдруг дернул за руку и ловко усадил к себе на колени. И как он тогда собрался играть?

— Сиди и не дергайся! Последний ход, и идем в номер!

В мои планы такой расклад не входил. А тут и Жорж, весь надутый и злой из соседнего зала вышел. И что было делать? Не вырубать же бугая у всех на глазах, чтобы освободиться? А он крепко держал меня за талию! Но на выручку и ко мне пришло везение. Кому в чем, а мне повезло, что усачу потребовались сразу две руки, чтобы загрести к себе выигрыш. Вот и воспользовавшись моментом — выскользнула.

— Куда?! — ринулся, разбрасывая вокруг деньги, за мной бугай.

Да только я была шустрая девчонка: раз, и нет меня уже рядом, да и в игорном доме тоже.

— Не уйдешь! — неслось вдогонку.

Не ожидала от крупного мужчины подобной прыти, а он изловчился поймать за платье. Но так себе материя его оказалась: раздался треск, и Винтер остался с куском тряпки в руках. А я уже, не щадя ног, мчалась по соседней улице, догоняя Жоржа. Но мне надо было не просто настичь свой объект. Цель заключалась в том, чтобы догнать, оставшись незамеченной, и перегнать. Мне следовало прибежать в гостиницу первой, чтобы предупредить Патрика. И вот уже она была перед глазами, а куда именно нестись, не знала. Ноги понесли к номеру нашей девчонки. Влетела туда — пусто. В нашу с напарником комнату — тоже никого, причем, и вещей наших с ним тоже не заметила. Вот тогда уже ураганом помчалась в конюшню. И вот оно! Вернее, они!

И что я увидела в конюшне? А еще и услышала! Лобзания! Эти двое уютно устроились около какого-то стойла и смачно целовались. И волна гнева немедленно окатила меня. С головы до ног. Вот и подскочила к этим голубками встрепанной фурией. Хотела гаркнуть что-то гневное, да вот только Патрик опередил своим высказыванием. Мило так оторвал губы от припухших губок девицы, прошелся ими еще и по подставленной шейке, а потом уже обратился ко мне.

— А! Это ты. Садись в седло — уезжаем. И можешь ничего не говорить!

Я так и поперхнулась невысказанной отповедью. Вот гад! Я там…а он здесь!.. И очень хотелось все же выплеснуть эмоции, но меня остановили не столько строгие глаза напарника, сколько заинтересованно-непонимающий взгляд девушки. Эта миленькая блондиночка никак не могла понять, кто я такая и откуда взялась. Понятное дело! Им так хорошо было вместе, а тут какая-то лохматая и сверкающая глазами баба явилась и все испортила. И из-за нее девочку перестали ублажать… 1439f7c

— О! Стоп! — сказала в тот же момент себе. — А что это я так завелась? У меня было одно задание, и я его выполнила. У Патрика — другое, и он его тоже выполнил. Вот же, девочку, целую и невредимую, везет ее отцу. Причем, без всякого насилия обошелся. Мало того, она готова исполнять любой его приказ. И в лицо ему так и норовит смотреть. Высший класс, а не работа! Так на что же я затаила обиду?..

Ответ на этот вопрос мне абсолютно не нравился. Поэтому предпочла его не озвучивать даже мысленно. А еще немного отстала от этих двоих. Так, мне казалось, было лучше. Но Патрик принялся часто оглядываться на меня и злорадно хмыкать. А еще время от времени эту блондиночку целовал. Раздражало! Вот и обогнала их и поехала впереди. А что было там, за спиной… конечно догадывалась, и концентрация мысли на другом не помогала отвлечься.

— Черт! Этого только не хватало!

— Что ты там ворчишь, Мира?

Зачем ко мне лез? Продолжал бы миловаться с девчонкой. Но нет, вредность вперед него родилась! В общем, за дорогу извелась вся. А как приехали в школу, предоставила Патрику возможность дочку отцу вручить, сама же сразу направилась в свой домишко. И не успела переодеться в свежее белье после холодного душа, как в дверь постучали. Открыла, а на пороге Патрик.

— Не ждала? — привалился к косяку и улыбался. — А мне предложение поступило: зятем новым стать. Прикинь! Эй! — а вот теперь зубы демонстрировать перестал, как дверь ему в лицо-то полетела. Но ногу подставить в проем успел, разумеется. — Погоди! Я поговорить хотел. Эй! Зачем выпихиваешь! Мира! Да что бы тебя!.. Женщина, открой!

Только это и успел из-за закрывшейся двери крикнуть и умолк. И в следующий миг раздался другой стук, и другой голос позвал:

— Ардамира! Выходи! Тебя директор к себе требует.