Глава 7

Проснулась — и первым делом удивилась, что вообще спала. Вторым — что моя голова лежит на чьей-то широкой мускулистой груди.

Совершенно точно на груди. Моя голова на ней мерно вздымалась, а под ухом ровно и спокойно стучало сердце. Но как я оказалась в таком положении и когда — хоть убей не помнила. Последнее, что осталось в памяти: я сидела, обняв рюкзак, и смотрела в чужое небо. А потом… лежу. Видимо, просто отключилась.

Приоткрыла глаза и из-под ресниц увидела, что рассвело. По небу среди розоватых облаков летали два золотых дракона — лениво, широкими кругами, как ястребы над полем. Только каждый размером с корабль.

Тут же вспомнила, что вчера произошло, и рывком села, ненароком скинув со своей талии мужскую руку. Оказывается, она там лежала как-то слишком уж удобно.

Оборачиваться и выяснять, чья именно, я не стала. Не сейчас. Потом. Когда-нибудь. Никогда.

— Мне кажется, они нас приняли за еду и присматриваются, как бы половчее ухватить в лапы, — выпалила я охрипшим ото сна голосом.

Не кому-то конкретно — просто в пустоту. Чтобы не молчать. Чтобы не думать о руке на талии.

— Нет, мы не привлекательная для хищников добыча. Разве ты не знаешь, что наши походные костюмы оснащены отпугивателями? — бодрым голосом возразил Леон.

Я повернула голову и обнаружила, что он сидит перед небольшой кучкой различных предметов, разложенных на земле с аккуратностью музейной экспозиции. Деревянная болванка. Кусок необработанного янтаря. Склянка с мазью. Моя косметичка. А чуть поодаль лежит мой выпотрошенный походный мешок.

Подавила возмущение. Потому что читать Леону лекцию о том, что рыться в чужих вещах нехорошо, — бесполезное дело. Он скажет, что просто не хотел терять время и меня будить, а так-то перед ним стоит наиважнейшая задача: собрать передатчик связи. И будет прав. Сейчас действительно самое главное — связаться с Лаором. А о хороших манерах лучше пока забыть.

Воображение моментально нарисовало картинку: мы в этом мире действительно единственные люди. Навсегда. Втроём. Среди каменных троллей и золотых драконов. Без связи, без портала, без надежды.

Стало так страшно, что я вскочила на ноги.

— Отпугиватели действуют на каменных троллей? — выкрикнула. — Для них мы кто?

— Точно не еда, — задумчиво ответил Леон. — Правда, я не знаю, насколько они разумны и не примут ли нас за забавных зверюшек для своих детей.

— Спасибо, утешил, — проворчала я, оглядывая плато.

Сухая утрамбованная серая земля — и ни единого кустика. Ни камня, ни впадины. Вообще нигде не спрятаться. При свете дня плато выглядело ещё более голым и беззащитным, чем ночью. Мы тут как три жука на обеденной тарелке. Интересно, почему нас именно сюда порталом выбросило?

— Надо спускаться к озеру. Тролль ушёл, — сказал Тристан.

Как он умудрился встать и подойти к обрыву так бесшумно — без понятия. Сейчас он стоял на самом его краю, заложив руки за спину, и смотрел вниз. Утренний свет падал на него сбоку, и я невольно отметила, как естественно он снова выглядит в собственном теле. Высокий, с безупречной осанкой и властно приподнятым подбородком.

— У меня большая часть походных артефактов осталась в мешке, а куда его выбросило, я не знаю, — виноватым тоном, как будто действительно где-то накосячил, пробубнил Леон. — Можем попробовать вернуться на место переноса и поискать.

Но едва я подумала, что придётся возвращаться по этой бескрайней пустыне неведомо сколько времени, а потом, возможно, безрезультатно искать мешки Леона и Тристана…

Нет.

Я не смогу. Мне срочно нужно в кустики, или придётся опозориться.

Подлетела к обрыву и глянула вниз. Не так уж и высоко! Метров… ну, много. Но я спущусь запросто. Трансформирую руки в крюки и буду цепляться за почву. На склоне она рыхлая, к тому же чуть ниже начинается растительность — густая, за неё можно хвататься.

— Вы ищите, а я вас внизу подожду! — выпалила и встряхнула руками, готовясь к трансформации.

— Все вместе пойдём, — отрезал Тристан. И добавил через короткую паузу, не оборачиваясь: — А мешки искать нет смысла. Их затянуло в портал вместе с пустыми сундуками раньше нас, но на выходе мы их не видели. Значит, их выкинуло где-то в другом месте.

— Но как мы спустимся без лестницы? — возразил Леон, осторожно заглянув за край. — Там высоко. И спуск отвесный.

— При помощи левитации, умник. Ты что, не умеешь применять левитацию? — Тристан наконец обернулся и посмотрел на Леона с выражением, которое я про себя называла «герцог разговаривает с прислугой». — Ни разу с крыши в детстве не прыгал?

Левитация — и правда то, чему первым делом учатся дети. Самое простое практическое применение магии. Прыгнул — завис — мягко приземлился. Даже я умела её включать, хотя мне с крюками удобнее.

Однако, судя по тому, как побледнел Леон, ему в детстве даже в голову не приходило развлекаться такой ерундой как прыжки с крыши.

— Леон, ты сможешь, это совсем не страшно, — попыталась я подбодрить друга. — Даже самый слабо одарённый маг способен пустить в ступни сопротивление силе притяжения, а у тебя приличный уровень дара. Бояться вообще нечего! Это как отталкиваться от земли, когда хочешь подпрыгнуть, но только от воздуха.

Я даже подпрыгнула для наглядности. Зависла на мгновение — и мягко опустилась. Вот так. Проще простого.

Леон опустил глаза. Посмотрел на свои ботинки. На край обрыва. Снова на ботинки. И ничего не сказал.

— Так. Всё ясно. — Тристан скрестил руки на груди и окинул Леона оценивающим взглядом. — Но я хочу искупаться в озере и поесть.

Пауза.

— Собирай всё, что там разложил. Я тебя спущу. Некогда сейчас с фобиями разбираться.

Леон понуро побрёл к своей кучке ценностей, но герцог наподдал ему магией для ускорения. Не сильно — не так, чтобы сбить с ног. Но наш друг посыл прекрасно понял и скидывал всё в мой мешок со всей возможной расторопностью. Зеркальце, склянки, какие-то детали, записи — всё полетело внутрь без разбора.

А я, пока смотрела на него, отчётливо поняла одну вещь: Леону гораздо сложнее, чем мне и Тристану. Мы оба — выживальщики. Я росла в деревне с дядькой, который считал меня обузой, и умение добыть еду и вовремя спрятаться, чтобы не нарваться на наказание, было важнее любых манер. Тристан окончил боевой факультет. А Леон… Леон первокурсник, который мечтает стать учёным. Умный, невероятно одарённый, способный собрать передатчик из косметички и пары гвоздей. Но совершенно неприспособленный к жизни, где нет крыши над головой, горячей еды и заботливой мамочки. Он практически беззащитен. Он без нас не выживет.

Я встряхнулась, разгоняя магию по каналам, трансформировала руки — пальцы удлинились, затвердели, изогнулись, превращаясь в знакомые острые крюки — и с разбегу прыгнула с обрыва.

Ветер ударил в лицо, и я развернулась в полёте. Стена понеслась навстречу. Я замахнулась и вонзила крюки в землю, остановив свободное падение рывком, от которого лязгнули зубы. Немного съехала и глянула вниз, прикидывая оставшееся расстояние до земли: ещё высоко. Оттолкнулась и полетела снова.

Падение — рывок — остановка. Падение — рывок — остановка.

Стремительный спуск позволил не расклеиться. Когда тело работает, голова молчит. А ещё я прилично опередила друзей. Мой способ гораздо быстрее. Нашла поросший кустами уступ — широкий, укрытый от глаз — и там уединилась, пока герцог медленно левитировал вниз с Леоном под мышкой. Буквально — под мышкой. Леон висел с выражением лица человека, осознавшего, что его достоинство погибло окончательно и бесповоротно, но смирившегося с этим ради сохранения жизни.

Не смешно. Совсем не смешно.

Ладно, немного смешно.

Когда я выбралась из кустов и присоединилась к парням, настроение было уже чуть получше. Но ненадолго. Потому что уныние вернулось, стоило увидеть, как страдальчески Леон трёт рёбра и услышать его тяжкие вздохи. Чужой мир. Нет портала. Нет связи. И полная неизвестность.

Мы обязательно найдём возможность вернуться домой. Обязательно. Иначе…

Иначе мне даже представлять не хочется, во что превратится наша жизнь с таким неутешительным раскладом: я — мама, герцог — папа, и Леон — наш сынок.

Нет. Даже думать об этом не буду.

— Так. Я просканировал долину, — сообщил Тристан. Видимо, пока они спускались, считывал местность. — В озере есть рыба. В траве прячется мелкое зверьё. Ядов не чувствую. Хищников тоже. Здесь безопасно. На берег идём.

Он говорил короткими фразами, как военный разведчик. Чётко, без лишних слов и привычного брюзжания. Выглядел сосредоточенным, собранным и… до глубины души поражал мощью своих возможностей. Просканировать целую долину? Вот так, по́ходя?

Нет, такого Тристана я ни за что разлюбить не смогу.

Исчез избалованный, привыкший к комфорту герцог, который морщился от малейшего дискомфорта и ворчал на остывший чай. Появился воин из армии повстанцев — тот, который наводил ужас на врагов. Тот самый герой, в которого я влюбилась пять лет назад — в прошлом страшном будущем, которое не настанет.

Прикусила щёку изнутри. Сильно, до боли.

Хватит. Не время. Не место. Не сейчас.

Решительно двинулась к озеру. Достала из ножен клинок и сконцентрировалась.

Что я умею делать хорошо, так это выживать и охотиться. Вот этим лучше и займусь.

Уловила справа в траве движение — что-то размером с кролика стремительно убегало от меня. Серая спинка мелькнула между стеблями и понеслась прочь, петляя.

Нет, так метко я кинжал не метну. Не на бегу, не в высокую траву, не по такой юркой мишени. Убрала клинок в ножны и трансформировалась. Это заняло одно мгновение. Тело вытянулось, руки удлинились и ударили в землю уже лапами, позвоночник выгнулся, мышцы перестроились — и вот я уже не человек, а большая чёрная кошка, низко стелющаяся над травой.

Три длинных прыжка — и лапа, вернее рука, прижимает к земле пушистую тушку. Зверёк пискнул и задёргался. Оглушила магией, ухватила за холку покрепче и вернулась в человеческий облик. Пальцы перехватили то, что секунду назад сжимали когти.

— Вот и завтрак, — объявила я своим спутникам, потряхивая в воздухе добычей.

Правда, сама старалась на неё не смотреть. Потому что отлично себя знаю. Станет жалко — пальцы ослабнут — и прощайте, калории. У зверька наверняка мордочка с усами и глазки-бусинки, и мне совершенно не нужно об этом думать. Сейчас нужно думать о выживании. Нам никто готового жареного мяса на блюде не принесёт.

Леон смотрел на меня со смесью ужаса и восхищения — рот приоткрыт, глаза круглые. Тристан… А он как будто злился. Стиснул челюсть, взгляд потемнел, между бровей залегла суровая складка, которая не сулила ничего хорошего.

— Разводите костёр. Я рыбу поймаю, — процедил он, развернулся и пошагал к берегу, на ходу скидывая с себя куртку и расстёгивая штаны.

Высокие кусты помешали досмотреть до конца весь процесс герцогского раздевания. Да и Леон отвлёк.

— Это было эпично, Мариэлла! — воскликнул он восторженно. — Огромная, затянутая в чёрную кожу кошка как будто летела над травой! Как ты смогла принять такой облик? Ведь подобных созданий в природе не существует! Я думал, метаморфы могут трансформироваться лишь в то, что хоть раз в жизни видели своими глазами.

Леон в своём репертуаре. На всё ему нужен ответ. Разложить по полочкам, классифицировать, записать в тетрадку. Жаль, тетрадка осталась в неведомо куда улетевшем мешке — а то бы уже строчил.

— Понятия не имею, как работает моя магия, — ответила я, подойдя к нему ближе. — Ты же знаешь, я толком не училась с ней обращаться.

— Мне кажется, ты прямо как настоящий метаморф, а не человек с их наследием.

Я пожала плечами:

— Карсиан так не может. И я тоже раньше только прятаться умела. Но когда его величество наш любимый император научил меня кое-каким приёмам, я стала пробовать, экспериментировать — и вот, выходит то, что выходит. — Я протянула ему зверька. — Разделаешь крысу? Я пойду тоже умоюсь. И отдай мне мой мешок.

Было лестно услышать, что моя сила уникальна и кого-то так сильно впечатляет. Но в то же время это смущало. Я никогда не знала, как реагировать на комплименты. На злость, на угрозы, на насмешки — пожалуйста. А на искреннее «ты невероятная» в арсенале ответов зияла дыра.

Поэтому я поспешила сбежать.

Кинула придушенного зверька под ноги Леону, выхватила у него свой мешок и скрылась в кустах. Не в тех, в которых скрылся Тристан, разумеется. Пошла в противоположную сторону. Подальше. Максимально подальше.

Продравшись через ветки, которые цеплялись за волосы и царапали щёки, я вышла на лысый пятачок у воды и ужасно обрадовалась.

Песчаный берег. Прозрачная вода. Тишина, нарушаемая только плеском волн о камни.

Я стянула с ног сапоги, скинула куртку и брюки и полезла в мешок за чистым бельём, мылом и полотенцем. Какое всё-таки ценное изобретение — пространственные шкатулки! В одну мог поместиться целый банный комплекс, а в другую — гардероб. Жаль только, что походная кухня осталась в мешке Тристана, навесы у Леона, а пространственный шатёр нам Карсиан с собой не дал.

Я распустила волосы, и они упали на плечи тяжёлой рыжей волной. Шагнула в воду. Зажмурилась от блаженства. Тёплая. Мягкая. И нежное, без единого камня, песчаное дно под ступнями. После дня в седле, после ночи на голом плато, после межмирового перехода — это счастье. Простое, физическое, бездумное счастье.

Набрала воздуха и нырнула.

Проплыла немного под водой, чтобы намочить волосы, — вода обняла со всех сторон, тёплая и зеленоватая, — вынырнула, откинула мокрые пряди с лица…

И тут меня схватили за лодыжку.