глава 36

Княгини в зале не было.

Несколько первых минут побыла она с гостями, а потом, как только те стали налегать на угощение, накинув отвод глаз, незаметно вышла из-за стола. Никто из гостей не видел, как она покинула свадебный пир. Только Ракш проводил ее взглядом, да лягушка, сидевшая на столе в небольшом круглом блюде, прикрытом вышитым рушником.

Но княгине было не до них.

Ей прекрасно было известно, что означала гроза, разразившаяся над теремом. Однако она все же сначала поднялась в горницу, служившую ей кабинетом, запечатала заклинанием двери и подошла мерцавшей в углу карте. Убедиться. На карте отражалось все как есть.

В том числе гости, которых она не ждала так скоро.

Кантемира невнятно выругалась и сцепила зубы. Потом одним жестом сняла охранный барьер с границ княжества и второе кольцо — с терема. А после открыла окно.

Явились вдвоем.

Мать и ее старшая дочь. Прямо против окна зависла ступа, в которую при необходимости трансформировался артефакт, в обычное время служивший Яге подъемной платформой. А рядом с ней на небольшом крылатом Змее восседала Евлампия.

Вокруг хлестал дождь, однако над ними был раскинут невидимый полог, полностью укрывавший их от ливня.

— Зачем пожаловали? — сурово спросила Кантемира.

— Может быть выйдешь за ворота? — спросила Яга. — Или боишься?

— Я? — Кантемира деланно рассмеялась и ступила на теневую тропу.

Выйти княгиня собиралась на перекрестке трех дорог у старинного менгира, на котором красовалась полустертая надпись «…ь свою найдешь». Вскинула руку, укрывая от дождя всю поляну, и ступила на мокрую траву. Огляделась вокруг, не сдержала ухмылки. Конечно же! Она была первой.

Однако уже в следующий миг обе ее гостьи были здесь.

На поляну ступил крылатый Змей, а рядом с ним опустилась ступа.

— Говорите, что хотели. Мне недосуг, — произнесла она, глядя на обеих.

Евлампия спустилась со спины крылатого Змея, подошла и остановилась ровно в трех шагах. Плотно сжатые губы, спина идеально ровная. Суровая, словно высеченная из камня женщина казалась старше своего возраста. Куда только подевалась мечтательная нежная девочка, любившая когда-то елинскую поэзию. Теперь это была правительница, под стать своему мужу, царю Гордию, которого звали повелителем драконов.

В отличие от старшей внучки, которая, казалось, была воплощенное спокойствие, Ядвига сильно нервничала.

— Зачем ты так с Васенькой? — спросила, срывающимся голосом.

— Как? — Кантемиру это уже начало злить. — И вообще, какого нечистого вы явились, две защитницы?

Она обернулась к дочери:

— Разве я тебя не так же замуж выдавала?

— Нет, — качнула головой та. — Гордий сватался ко мне. И у меня было время, чтобы привыкнуть к нему и принять свою участь. А то, что ты сделала с Василисой, чудовищно.

— Ничего, привыкнет.

— Что привыкнет? — взорвалась Яга. — Быть лягушкой? Ты хоть понимаешь, что ты с девчонкой сделала?! Или ненависть так глаза застит, что ты дальше своего носа не видишь?

— Что, по-вашему, мне было, свое княжество Дию с Кощеем отдать? — выкрикнула Кантемира, вскинув руки.

— А сейчас кому ты княжество отдала? Они же… На лягушке готовы жениться ради денег!

Тяжелое молчание повисло

Дождь не доставал до них, но было слышно, как разбиваются капли о защитный купол. Княгиню охватила нервная дрожь. А Евлампия сложила руки на груди и нахмурилась.

— Люди не дураки, княгиня, — начала она. — Брак незаконный.

— И что с того? — отмахнулась Кантемира. — Договор подписан, свадьбу сыграли. Дело сделано. Я сохраню свое княжество, а Василиса уедет к мужу и будет царицей.

Она вытащила из пространственного кармана свой экземпляр договора и ткнула его Евлампии.

— Вот!

Та просмотрела и нахмурилась еще больше.

— Брак незаконный и будет оспорен, — повторила упрямо. — Без консумации недействителен, а в случае, если подтвердить консумацией, всегда найдутся те, кто скажет, что брак заключался с лягушкой. И они будут правы. А Василиса останется ни с чем и непонятно в каком статусе. Она даже на свое княжество прав иметь не будет, потому ты его отдала этим договором.

— Дай сюда! — рявкнула Кантемира и вырвала у нее пергамент, вглядываясь в запись на нем.

— Княжество они получили. Теперь для них выгоднее всего будет как можно скорее избавиться от Василисы. И если бы дед не приставил к ней защитнка, я бы гроша ломаного не дала за ее жизнь, — произнесла Евлампия холодно.

А до княгини медленно начало доходить.

— Нет, — сжала она пальцы, сминая договор. — Я не отдам им княжество!

— Княжество?! — Яга уставилась на нее, зло сощурившись.

Шагнула к Кантемире и отвесила ей со всего размаху пощечину. Так, что у той голова мотнулась.

— Знать тебя больше не хочу.

***

Ее мать и старшая дочь давно уже покинули поляну, а княгиня Кантемира все еще стояла там. Потом вернулась в терем.

Пьяные гости спали. Царь Осий со старшими сыновьями в отведенных им покоях, остальная свита — кто где. Зал как после побоища, девок сенных перепортили. Плевать ей было на это все.

Княгиня поднялась к себе в кабинет и колдовала какое-то время. Затем она отправилась в княжескую горницу. Долгие годы эта комната была ее спальней, однако теперь в этих покоях положили молодых.

Хотела войти незаметно.

— Кто? — спросил царевич Иван, как только дверь приоткрылась.

То, что он не спал и не стал поднимать шума, уже само по себе было хорошо. Княгиня прошла внутрь, плотно притворив за собой дверь, да еще плетение защитное по контуру накинула. А после сказала:

— Есть разговор.