глава 8

Под утро от княгини Кантемиры прилетел сизарь. Пустой. Однако Ядвига не была бы старой опытной ведьмой, если бы не знала, как прочитать это послание. Она унесла голубя в свою горницу, начертила на столе заговоренным мелом колдовской круг с рунами, а в центр этого круга поставила зеркало. И у этого зеркала птицу.

Голубь вздрогнул, встопорщил перья, а потом замер, словно остекленел. И вдруг заговорил голосом Кантемиры. Яга слушала, постукивая пальцами по столу, в конце концов, отпустила птицу и недовольно цыкнула.

Затевает ее дочь самую настоящую войну, да не абы с кем, с самим Верховным. И девчонку втягивает. Знала Яга, откуда у этой застарелой ненависти ноги растут. Предупреждала Кантемиру, чтобы не путалась с Дием, не про нее Верховный. Но та ничего не хотела слышать.

Он меня любит, он на мне женится.

Ага. Дий женился на елинской царевне. А она потом тайно ребеночка от него вытравила. Яга тогда была против, но кто ж ее послушал! А лесным ведьмам нет дела, в браке дитя рождено, или просто так, по любви. Лесные ведьмы вообще замуж не идут, живут свободно. Сейчас был бы сын.

И вот опять. О мести своей думает, а не о том, что на кону счастье девчонки, а может, и ее жизнь. Но Кантемира всегда была жестокосердой и к себе, и к дочерям. Старших всех сосватала и замуж выдала, не спрашивая их воли. Стерпится слюбится.

Одна осталась Василиса младшенькая. Кровиночка. Внучка любимая.

Нет, тут вопросов нет, Яга, конечно, спрячет у себя девочку. Пока Кантемира будет с Верховным воевать, амбициями мериться. Она уже закрыла все подступы к своим землям так, что мышь не проползет, комар не пролетит. Но.

Что там княгиня велела? От Кощея ее беречь, он первый враг? А вот тут бабушка надвое сказала. Ядвига пожевала губами, вспоминая его послание.

«Спрячь».

Был бы врагом, давно бы девку выкрал и был таков.

Да и саму Василису не мешало бы спросить.

Яга решила наблюдать и пока не вмешиваться.

***

Ни о чем этом Василиса, разумеется, не знала.

Она проснулась на заре, прекрасно выспавшись. За окном ее горенки первые солнечные лучи уже позолотили лес. Птички поют, свежесть, тишина. На душе легко, и никаких отрицательных эмоций.

Откинулась на подушки и зажмурилась, вспоминая странные сны, что ей снились ночью, и почему-то смутилась и покраснела. Фыркнула:

— Вот еще!

И побежала умываться, а потом завтракать.

Настроение у нее было чудесное, произошедшее уже не казалось чем-то ужасным. Правда, она так не придумала, что именно будет говорить по поводу вчерашнего, но Василиса особо не тревожилась, ей всегда лучше всего удавалась импровизация.

А на завтрак у них были румяные сырнички со сметаной и бабушкин особый взвар на малиновых листьях и землянике. Василиса сначала набросилась на еду, было ну очень вкусно. Но потом все-таки промокнула губы льняной салфеткой и начала:

— Бабуль, я хочу тебе кое-то рассказать. Ну… насчет вчерашнего.

— Да? И что же?

Бабушка была само благодушие, потому Василиса и решилась выпалить:

— Ба. Знаешь, на меня вчера напали разбойники.

— Да что ты говоришь?! — очень натурально изумилась ведьма Ядвига.

— Ага. Но я Сивку как погнала… э… кхммм, — спохватилась она. — Но я не испугалась.

— Да, ты молодец, — кивнула Яга. — А как же так вышло, ты ж вроде ехала по тропе?

Василиса отвела глаза и уставилась на маленький сучок в левом углу. Пришлось сознаться, но не во всем.

— Случайно вышло. Там были степняки. Один из них так свистел, что у меня чуть уши не лопнули. Но я не испугалась, — молоденькая ведьмочка взглянула на старую. — Я хотела биться.

Яга накрыла ее ладонь своей и с чувством сказала:

— Ты молодец.

Это было ужасно приятно слышать, Василиса приободрилась и спросила:

— Ты же меня научишь? Ну всем этим приемам боевой магии?

— Угу, — кивнула та. — И мечника хорошего тебе в учителя найду.

— Правда! Спасибо!

Потом она конечно опомнилась и проговорила, поморщившись:

— Но мне и не пришлось. Ба, ты только матушке ничего не говори, но степняков разогнал и проводил меня потом Кощей. Он там… Случайно рядом оказался.

Фух. Ну вот, сказала. Почти всю правду.

— Хорошо, не скажу, — улыбнулась та.

А у Василисы отлегло от сердца. Жизнь сразу стала казаться простой понятной, как всегда, когда она приезжала к бабушке. Всегда хотела стать лесной ведьмой! Никаких тебе вечных придирок и разговоров о замужестве, можно хоть до самой старости жить и не тужить.

Вот кстати!

— Так я пройдусь с утра на речку?

— Пройдись, — кивнула Яга. — Только в воде не сиди долго, простудишься.

— Ага! — выпалила ведьмочка и тут же умчалась без оглядки.

Яга смотрела внучке вслед и хмурилась. Не хотелось бы, чтобы Кантемира своей жаждой мести исковеркала ее судьбу.

***

Собралась Василиса быстро. Книгу матушкину взяла, узелок пирожков, что бабушка ей передала через прислужницу, и скатилась вниз по крутой винтовой лестнице.

Ворон тут же подлетел, уселся на плечо. Выглядел он немного встопорщенным, но вполне довольным жизнью. А за воротами ее встретили два адских пса, на ворона косились, но тоже вроде вели себя мирно.

Так они и отправились на речку.

Идти было недалеко, ведьмочка скоро добралась до маленькой уютной заводи с песчаным плесом. Как только пришла, ворон взлетел на ближайшую ель, смотреть вокруг, псов она отправила погулять, а сама устроилась на берегу с книгой.

Почитала немного, а солнышко поднялось, стало припекать. У воды хорошо. Стрекозы летают над заводью, пчелы. Цветы вдоль берега, касатики, вербейник, лопухи, цикута, сладкий запах в воздухе. И так что-то захотелось искупаться… А потом съесть пирожков.

Василиса огляделась, быстро стянула с себя сарафан и рубашку. Подошла к воде, аккуратно попробовала ногой, а потом разбежалась и прыгнула в воду. И плавала, и ныряла, хохоча и отфыркиваясь. Распугивала брызгами стрекоз.

Однако бабушка была права, сейчас только начало лета, вода еще холодная. Она обернулась, чтобы вылезти на берег…

И тут же занырнула обратно.