Глава 22. Разборки - часть вторая.

Мия

Сконцентрировавшись на своих противниках, Мия первым делом решила оценить их силы. Их габариты были куда внушительней привычных земных животных, и тот же волк мог спокойно сравняться ростом в холке с привычной для нее лошадью. В этом было основное отличие двуликих от всей остальной фауны этого мира. Рысь и Лис так же были куда больше, чем Мии того бы хотелось, да и сила у них была не шуточной, ну а самым неудобным и противным лично для нее было то, что даже в зверином обличье они не теряли свою способность думать рационально и работать в коллективе.

Волк в этот раз дал возможность рыси и лису напасть, пока сам приходил в себя от удара по морде. Не до конца понимая анатомию животных, Мия могла лишь сравнить это животное с собакой, у которой нос был самым чувствительным местом. Отталкиваясь от этого, она и нанесла свой удар по морде, в чем, как вышло, не ошиблась: раз зверю понадобилось время, чтобы прийти в себя.

Рысь, перенимая инициативу на себя, вышел вперед и решил атаковать так же, как его друг в лоб, а вот Лис, оправдывая свою расу, решил зайти со спины и подловить ее атакой сзади. Мия, имея дело с несколькими противниками, решила, что возможность себя окружить слишком неудобна, и поэтому вместо того, чтобы ответить на прямую атаку рыси, она быстро ушла в бок, а затем почти моментально развернулась и выкинула в лиса один из своих ножей.

Времени целиться не было, и Мия понадеялась на позаимствованный дополнительный навык – меткость. Так пусть она и лишилась одного из оружия, но все еще был шанс, что она ослабит лиса и вырвется из ловушки.

Возможности узнать, попала ли она, не было, так как в ту же секунду ей пришлось резко уйти вниз и сесть на шпагат, уходя от когтистой лапы рыси, которая к тому моменту успела встать на задние лапы и передними попыталась расцарапать ей верхнюю часть тела. Девушка уже заметила, что как волк, так и рысь стали все больше целиться в верхнюю часть ее тела, что заставляло ее проявлять невероятные трюки ловкости и гибкости, чтобы уйти от прямой атаки.

Они разминулись буквально немного, и спасибо этому Мия могла сказать только своей интуиции, так как видеть, что происходит у себя за спиной, даже она не могла.

Толпа загалдела еще громче. Они явно думали, что она вот-вот попадется и все будет кончено. Многие выкрикивали возгласы поддержки, кто-то даже пытался ей помочь, выкрикивая такие напутствия, как «слева», «берегись», «да покажи ты им всем» и тому подобные, но были и те, кто ставил на ее смерть и всячески старался ей помешать, лишь путая ее. Это еще хорошо, что Мия и не надеялась на помощь толпы и действовала сама. Некоторые особо ярые сторонники приехавших даже попытались прорваться к ней и вступить в бой, но та же толпа, которая пусть и не всегда пользовалась моральными принципами, но в этот раз их задержала, и она была уверена, что к этому приложил руку Стержень.

Все это ей удалось разглядеть лишь краем глаза в тот момент, когда она меняла положение тела, переходя из одной позы в другую, для того чтобы продолжить бой и не попасть под когтистую лапу любого из зверей, которые сейчас нападали на нее.

Не вставая, девушка тут же подняла вверх свой оставшийся нож и попыталась поранить рысь, пока она была больше всего уязвима – в момент приземления на четыре лапы. Однако ей не повезло. Времени, чтобы завершить удар, у нее катастрофически не хватило. Лис, который хоть и пострадал от ее ножа, все же не выбыл из боя и вцепился ей в плечо своими зубами так сильно, что Мия закричала в голос.

Если бы она сменила траекторию своего удара и прицелилась на нападавшего лиса, то ее корпус остался бы без защиты, и, несмотря на всю боль в плече, все же дождалась момента, когда рысь, сам того не желая, напоролся на ее нож и зашипел от боли. Как только это произошло, Мия тут же выдернула нож из плоти рыси, что получилось слишком легко, и нанесла еще один удар, при этом вкладывая в него куда больше силы, чем в прежней, чтобы покончить с ним раз и навсегда. В этот раз ей пришлось приложить больше силы, чтобы не только поранить рысь, но и протянуть лезвие ножа ниже – тем самым добиваясь максимально сильного повреждения.

Кровь тут же полилась на нее, пачкая не только одежду, но и руки, а также и лицо. Капли попали и на губы, и на язык, тут же обжигая ее вкусовые рецепторы, лишь сгущая краски и напоминая, что все это не игра и сейчас она лишает жизни не животного, а такого же человека, как и она сама.

Раненный рысь, к счастью, не упал на нее, а попытался спасти себя и уйти от удара, но, сделав пару шагов, все его лапы подкосились, и он рухнул. Он попытался обратиться в человека, но из-за нехватки сил он то и дело переходил из одной формы в другую, надеясь, что так ему удастся минимизировать ущерб. Однако смерть настигла его раньше, чем тело смогло полностью регенерировать.

Мия же лишь услышала звук падения, так как уже успела переключиться на Лиса, который и не думал ее отпускать. Его челюсть была плотно сжата у нее на плече, а лапы частично расцарапали ее спину, что причиняло нешуточную боль. Кровь так сильно залила ее одежду, что кроме удерживающей его пасти, лис не мог удержаться больше нигде.

Регенерация хоть и работала, но она не успевала справляться с той скоростью нанесения ударов, которой нападал лис. Будь она обычным человеком, то она бы уже успела погибнуть от кровопролития, однако Мия не была готова сдаться так быстро.

Время на раздумья не было, и Мия решила поступить кардинально эффективно, но в то же время болезненно для себя. Она занесла руку себе за спину, крепко сжимая рукоять ножа. Чтобы избавиться от лиса, она решила вместо того, чтобы скидывать его – заблокировать и нанести удар. Мия, не вставая, резко наклонилась спиной назад, придавливая животное своим телом. Тот явно этого не ожидал, однако, вместо того, чтобы отступать, он вцепился зубами еще сильнее, вырывая часть ее плоти. Боль была столь сильной, что у нее на долю секунды замельтешило перед глазами, ее затошнило, а адреналин возрос так сильно, что все виделось в красном свете. Боль от постоянного применения дара Эммы так же причиняла неудобство, но думать об этом сейчас было некогда – на кону была ее жизнь, а противники ничуть не уступали ей в силе.

Пока Лис соображал, что происходит, Мия закинула одну руку назад, еще дальше, и быстро нанесла три режущих удара подряд. Нужный эффект она получила именно от последнего удара, так как хватка животного ослабла, а шевеление позади прекратилось. Животное обмякло и признаков жизни не подавало, а значит, у нее остался лишь один видимый противник – волк, чьего имени она вовсе не знала, но она точно понимала, что раз он заодно со Степаном, то приговор его – смерть.

В этот момент волк, который наконец пришел в себя, решил вернуться в бой и напасть на нее, пока она находится на земле, но он опоздал. Мия уже успела откатиться и встать во весь рост, однако нож так и остался в теле поверженного лиса. Она осталась без единого ножа, которым могла бы воспользоваться, но это не значило, что она была полностью безоружна.

Она ни на минуту не забывала, что имеет дело не с простыми и обыденными двуликими, а с элитой, которая прикрывала своего альфа. Они были куда сильнее своих соратников, но и Мия за эти месяцы успела кое-чему научиться, и пусть без ранений полностью она не обошлась, но победа будет за ней. Другого она себе позволить просто не могла!

Что же касается волка, Мия понимала, что с ним хитрить будет куда сложнее, и, встав в полный рост, она сама понеслась на него, не дожидаясь того, что предпримет животное. Волк встал в боевую стойку и оскалил свою морду, но, почти столкнувшись с ним лоб в лоб, она чуть вильнула так, чтобы поднятая лапа животного не задела ее живот. Полностью увернуться она не успела, и небольшие царапины остались у нее на правом боку, но к тому моменту адреналин полностью сменил любые другие проявления боли, да и раны на спине успели затянуться. С плечом все было не так радужно, так как там не хватало большого куска плоти, но и он потихоньку приходил в норму на удивление всех окружающих.

Не обращая внимания на ранения, которые уже начали затягиваться, Мия в очередной раз запрокинула здоровую руку себе за спину, но в этот раз ее целью была не арбалет, а лишь одна стрела с ядом на наконечнике. Она была достаточно близко, чтобы нанести ею удар даже не стреляя, к тому же ей было бы достаточно лишь поцарапать волка, и тот перестанет быть ей угрозой. Яд действовал быстро и качественно.

Волк успел развернуться и нанести новый удар, однако и скорость Мии была нечеловеческая, и стрела успела достигнуть своего противника, попав ему прямо в бок и причиняя не малую боль, так как Мия засадила ее, глубоко не жалея своих сил. Вытаскивать стрелу не было сил и времени, и поэтому Мия сконцентрировалась на том, чтобы отразить удар, который неизбежно достиг бы ее. Зубами цапнуть волк ее не смог и вновь попытался достать ее лапой, вот только Мия успела выставить поврежденную руку как щит, чтобы защитить свое тело от куда более серьезных ран.

Будь она простым человеком, и шансов у нее не было бы вообще. Сейчас же она жонглировала своими возможностями, как шариками, выбирая именно то, что ей нужно в конкретный момент больше всего, и могла лишь порадоваться тому, что она позаботилась о готовности к бою заранее.

Скорость, меткость и сила так вообще были подключены без остановки, а интуиция работала на пределе возможностей. Не будь всего этого, и сама Мия, скорей всего, погибла бы, так и не начав бой. Все же ее план состоял не в прямом столкновении, а в западне, но раз все вышло так, то и здесь ей нельзя было терять лицо. На нее смотрели будущие соратники, и чем она лучше покажет себя сейчас, тем быстрее она сможет реализовать свой план в будущем.

Ранение на руке было противным и очень болезненным, так как моментально залило всю ее одежду ее же кровью, пачкая ее еще сильнее, как будто крови рыси ей было недостаточно.

Раны были глубокими, и на то, чтобы дар Эммы сработал, нужны были лишние секунды, которые могли стоить ей жизни. Такой роскоши, чтобы переждать процесс заживления, у нее не было, и вместо того, чтобы кричать от боли, девушка в очередной раз сделала то, чего от нее совершенно не ожидали. Используя стрелу в боку волка как ступень, так как она была куда толще, чем те, что использовались для стрельбы из лука, Мия здоровой рукой помогла себе взобраться на животное, которое меньше всего этого ждало. Не попади яд в его тело к тому моменту, то он смог бы ее сбросить, но он ослаб, и происходило это куда быстрее, чем тот готов был признать, однако недостаточно быстро, чтобы она могла о нем больше не волноваться.

Чтобы не упасть раньше времени, Мия схватилась за гриву волка больной рукой. Здоровая ей все еще нужна была. Силы в хватке было недостаточно, но и зверь заметно ослаб.

Новая стрела из ее запаса и новый удар, но в этот раз точно в морду, что тут же вывело последнего участника их разборки из игры. Волк начал заваливаться на правый бок, и Мия вместе с ним. Тут ей вновь пришлось проявить всю силу своей скорости и гибкости, так чтобы массивное тело зверя не придавило ее во время падения.

Вся троица была повержена, но расслабляться было рано. Второй альфа все еще был в игре, как и два бойца Леонида, и один из них подкрадывался к Оскару за спину, а тот явно был к этому не готов.

В этот раз Мия достала не только стрелы, но и арбалет, чтобы быстро перезарядить его, что было проблематично с ее не до конца зажитыми ранениями. Две стрелы и два выстрела. Один в того, кто собирался напасть на ее приятеля со спины, попав тому прямо в голову, устраняя его еще до того, как он смог бы подловить Оскара, а второй так и остался у нее в тетиве, но был нацелен на Степана.

- Ей ты! – выкрикнула Мия, обращаясь к тому, кто дрался с Мироном, но ее возглас привлек внимание всех оставшихся в игре бойцов.

Именно этим криком воспользовался Оскар и завершил свой бой с последним приспешником Леонида и также повернулся в ее сторону. Мия видела тот момент, когда ее приятель увидел ее и то, в каком состоянии она была. Он даже дернулся, чтобы помочь, но тут же остановился, когда она отрицательно качнула головой и вновь устремила весь взгляд на последнего альфа, который все еще нес для них угрозу.

Мирон же вместе со Степаном на время остановились, стоя на расстоянии в пару метров друг от друга, и посмотрели на нее. Мия четко заметила, что член Триумвирата хоть и выполнил ее указ и не убил его, но он, не стесняясь, потрепал своего противника, и на нем было мало живого места, хотя и Мирону тоже не мало досталось.

- Хочешь жить - сдавайся! – произнесла она, обращаясь к Альфе, но не уточняя, как долго эта жизнь продлится. – Ты проиграл! Дернись, и ты труп! – добавила она и не уверенной походкой направилась к ним, чтобы закончить то, что собиралась изначально.

Ей нужно было огласить приговор, и она собиралась сделать это так, чтобы Степан его точно услышал.

- Степан Николин – твой приговор будет исполнен не мной. – произнесла она то, что не мало удивило как Мирона с Оскаром, так и всех тут присутствующих. – Он будет исполнен всеми теми, кому ты навредил. Все те женщины, которые годами страдали по твоей вине, станут твоими палачами, и только от них зависит, будешь ли ты жить или умрешь, однако я как судья могу тебе гарантировать, что безнаказанным ты не уйдешь. – добавила она и подошла к альфе так близко, что стрела уперлась ему точно в сердце.

Тот, может, и хотел сопротивляться, но сил у него на это не осталось, а ее соратники, стоявшие у нее за спиной, не позволяли усомниться в том, что любая его попытка обернется провалом.

- Такой же приговор изначально был и для твоего приятеля. Ему предстояло стать участником той же охоты, только в этот раз он бы выступил в роли добычи, однако вы сами нарушили мои планы, и поэтому мы имеем что имеем.

Тот все же попытался высказать свое недовольство, но Мия была не в настроении его слушать и поэтому одним отточенным движением в шею отправила его полюбоваться умиротворенным сном напоследок.

Как только альфа упал у ее ног, толпа вновь загалдела, но в этот раз там был перемешан шок и поддержка. Мия же думала, как бы побыстрее со всем закончить и побыстрее помыться. Липкость крови сильно мешала двигаться, а раны, которые так и не зажили, все еще причиняли много боли. В идеале ей бы и вовсе сейчас принять ванну и лечь спать, но она слишком хорошо понимала, что до этого ей ой как не близко.

- Сможешь организовать исполнение приговора? – на грани слышимости спросила Мия, обращаясь к Мирону, который стоял у нее за спиной.

- Смогу. – тут же ответил он, не колеблясь, чему девушка была искренне благодарна.

- Хорошо. – ответила она и посмотрела вперед, где толпа расступалась, и пропустила вперед своего главу – Стержня, который точно все это видел, но почему-то решил не вмешиваться. – Тогда лучше займись этим сейчас, а главу палачей я возьму на себя. – Мирон лишь кивнул, быстро перекинул Степана через плечо и удалился еще до того, как глава успел подойти.

Тот хоть и видел, что тот творит, но возражать не стал, а Мия, вновь закрепив за спину свой арбалет, встала ровно ожидая, что же скажет Стержень и чего ей стоит ждать от всей этой потасовки. Одно она знала точно – здесь и сейчас она обзавелась многими соратниками. Она видела это по их лицам, взглядам и тому, как они уважительно кивали на ее поступок и решения.

Бой пусть и вышел тяжелым, но он все же достиг желаемого.