Глава 45. Оглашения войны.

Мия

Она прошла вперед в сопровождении голосов, которые обсуждали причину ее появления тут, а также осуждения и восхищения ее наглости и самоуверенности. Мия шла, гордо держа осанку и взгляд, точно направленный на Филиппа, который смотрел на нее с ожиданием и предвкушением.

Он точно знал, кто она такая и кем является, и, учитывая это, он не мог ее недооценивать. Не после многочисленных попыток убийств, потерянных ресурсов и всевозможных ухищрений.

Мия же смотрела на мужчину, глубоко за сорок. Его отличительной чертой был глубокий шрам у него на правой щеке, который проходил от самого глаза и частично пересекал уголок его губ. Рана была настолько серьезной и нанесенной необычным оружием, раз шрам не просто остался, а выглядел так заметно. Учитывая силу регенерации двуликих – это и вовсе могло бы показаться странным, если бы Мия не знала про оружия и украшенные, которые создавала Амелия. Именно они могли нанести такой вред и оставить после себя видимый след.

Он был очень высок, хорошо сложен, впрочем, как любой, кто занимался боевыми искусствами не ради удовольствия, а для того, чтобы этими искусствами затем воспользоваться по назначению. Филипп же не просто поддерживал форму, а всячески ее улучшал, чтобы ни у кого не было и шанса победить его и занять его место.

Его густые русые волосы сейчас были собраны в низкий хвост, а дикий взгляд, в котором был виден его внутренний зверь, следил за каждым ее передвижением. В нем было видно не только интерес, но и ум, который прятался за всей ширмой, которую он выставлял на показ.

Не обладай он этим самым умом, и даже несмотря на силу он бы не смог удержать свое место, а также встать во главе других Альф. Его ягуар был известен многим как жестокий и безжалостный хищник, который, выбрав свою цель, всегда доведет дело до конца. Отчасти именно по этой причине Мия решила лично выступить против него.

Мужчину окружали многие двуликие, которые лишь слегка уступали ему по силе и были его соратниками. Их было решено захватить живыми и заточить со всеми остальными, если они останутся живыми после грядущего.

Народ, видя, что намечается что-то серьезное, начал потихоньку расступаться, так чтобы не попасть под раздачу. Матери с детьми, которым не посчастливилось находиться у всех на пути, тут же побросали все свои вещи, схватили детей и рванули прочь. Старики и те, кто опасался быть задетым, поступили точно так же. Стража и мужчины, которые проживали в этом городе, наоборот, окружили пришедших, возвышаясь над остальными своей властной аурой и боевым настроем, и были по сигналу своего альфы готовы выполнить любой его приказ.

Сам же Альфа медлил, позволяя Мие все ближе подобраться к нему.

Будь ее задачей просто убрать Филиппа, она бы воспользовалась даром Кирилла, но так как это было не так, то она пыталась сейчас не показать свой страх, который в ней, несомненно, присутствовал. Как бы она ни была уверена в своих навыках, позаимствованных сильных сторонах всех тех, кто смог сделать ее сильнее, и дару Эммы, позволяющий ей выжить, имея даже самые страшные ранения, но терять эту жизнь она не хотела. Умирать больно, и она это знала не по наслышке, а из собственного опыта.

- Мои глаза ведь меня не обманывают? – громко спросил Филипп. – Передо мной стоит сама Судья. – сказал он так, чтобы унизить ее потуги.

- Учитывая, что последних три года ты был тем, кто всячески пытался меня убить, я решила, что нам пора познакомиться лично. – произнесла Мия. - Не вежливо с твоей стороны, не представившись, присылать убийцу за убийцей. – добавила она, все так же не отводя от него взгляд.

Оскар и ее приспешники сканировали окрестность на наличие посторонней угрозы, что позволяло ей сконцентрироваться на главном, да и интуиция Мии могла точно определить, откуда стоило ждать нападения, если такое и последует. Пока она молчала.

- Не считаю, что ты достойна лицезреть такого, как я, но раз ты пришла сама, то так уж и быть, любуйся. – нагло произнес он, и тут девушка поняла, что описание про нарцисса в деле Филиппа было не преувеличением, а констатацией факта. - Хотя отдам тебе должное: наглости и уверенности тебе не занимать, раз ты решилась появиться тут, на моей территории, в сопровождении своих подручных, которые не смогут тебе помочь. Ты лишь привела тех, кто составит тебе компанию в могиле и не более того.

- Не стоит торопить события. – спокойно произнесла Мия. – Ты думаешь, что держишь все в своих руках, но ты ошибаешься. Твоя жажда власти затуманила тебе глаза, и ты не видишь всей картины целиком.

- Деточка, власть — это то, что всегда принадлежит сильнейшим, а значит, двуликим. Ты и твоя шайка слишком слаба, чтобы претендовать на роль сильнейших и остановить нас. – сказал он, нагло ухмыляясь, искренне веря в свою правоту. - Ты зовешь себя Судьей, посланницей Природы... Самой не тошно от таких громких званий. Все что ты представляешь – это слабость, которую мы получим, объединявшись с людьми. Они наши слуги. У них нет зверя, а значит, они слабее нас и не могут быть с нами наравне. Так было столетиями, и так жили наши предки. Сама Природа наградила нас правом обратиться в зверя. Кто ты такая, чтобы говорить, что мы должны смириться с переменами и возвысить тех, кто нам и в подметки не годится? – Мужчина явно выражал свои мысли, которые звучали в устах других его последователей и которые он сам вдалбливал своим людям. - Не будь они столь полезны, как наши слуги, они бы и вовсе не были бы достойны разделить наше право жить на этой земле и наслаждаться дарами природы. – добавил он, и его приспешники тут же его поддержали. – Тут действуют законы стаи, и слабые в ней не выживают. Значима лишь сила и право ей обладать, а раз так, то ты тоже должна доказать, что достойна этого права, или просто погибнуть от руки таких, как мы.

- Ты уже пробовал меня убить. – ответила она. – Как показала практика, даже отверженная может быть сильной. Зверь не является показателем вашей силы и гордости. Он лишь дар, который Природа даровала вам, веря, что вы сможете совладать с ним. Кичась вашими правами на то, что вы одни достойны права жить в этом мире, вы лишь принижаете все то, что даровала вам Природа. Вы искажаете ее намерениe и учения в свою угоду. Не боитесь, что за ваши мысли и действия придет расплата? – спросила Мия, при этом максимально аккуратно доставая из своего рукава иглы с ядом, которыми ее обучил Кирилл.

Нападать моментально она не собиралась, но быть готовой отбить атаку все же нужно было.

- Серьезно? И кто же меня накажет? Природа? Та, кто сама даровала нам зверей, или ты? Судья, которая сама пришла нам в руки, чтобы раз и навсегда покончить с этим фарсом? – спросил он и сделал шаг вперед, тем самым пытаясь ее подавить не только словесно, но и физически.

- Не только я и Природа, а все те, кто устал от сложившейся несправедливости и желающие покончить с этой эпохой страданий и гнета. – ответила Мия, и вместо того, чтобы отступить назад, она сделала два шага вперед, становясь почти в плотную с Филиппом. Ее ничуть не смутило то, что ей при этом пришлось смотреть на него снизу вверх из-за разницы в росте. – Я пришла сюда, чтобы провозгласить, что война между нами началась. Больше не будет пустых стычек и слухов о том, что творится. Мы объявляем вам бой за право жить, а не выживать! – в этот раз она сказала это максимально громко, чтобы ее голос разлетелся по всей округе.

- Тогда пусть будет война! – ответил Филипп, при этом довольно улыбаясь. - Но помни... Она может стоить тебе всего, и не факт, что ты доживешь до того момента, когда мы нанесем вам сокрушающий удар. Не факт, что ты вообще сможешь живой покинуть это место. – сказал он, даже не дрогнув, откровенно угрожая ей.

- Лучше потерять все, чем позволить тебе управлять этим миром. – ответила Мия крепко сжимая кулаки, при этом между пальцами у нее были заготовленные иглы, и стоило ей лишь поднять свою руку, и дело было бы закончено.

- Громкие слова, но ты думаешь, что сможешь меня ими остановить? Не думаешь же ты, что я испугаюсь и тут же сдамся? – спросил он и засмеялся, посчитав это хорошей шуткой.

Жители этого города тут же подхватили его смех.

- Не словами, а действиями. – поправила его Мия.

- А знаешь, так даже интересней. Раз ты отстаиваешь права Природы, то давай выясним, кто из нас прав в ее глазах. – неожиданно прекратив смеяться, мужчине посмотрел на нее с неким предвкушением и произнес. – Хочешь бой, давай его проведем. Я даже согласен следовать всем правилам. – яро заверил он ее, и Мия заволновалась, потому что не была уверена, что же он такого придумал и почему он так спокоен. – Проведем поединок чести. – предложил он, и все те, кто до этого вслушивались в их разговор, резко замолчали.

Такого не ожидал никто. Даже Мия удивленно расширила глаза, но затем взяла себя в руки и слегка расслабилась. Идя сюда, она подумывала об поединке, вот только решила, что лучше попытаться совладать со всем иным путем. Однако, раз сам Филипп вслух произнес о поединке, то вторая сторона, а то есть она, более не имеет право отказаться.

Она не была против поединка. В некотором роде он был ей лишь на руку. В любом случае она знала, что этого боя им не избежать, а раз сам Альфа желает сделать все официально, то кто она такая, чтобы сказать ему нет.

Филипп был явно уверен в своих силах, раз он посчитал, что сможет убить ее за отведенное время на виду у всех, однако он не понимал, что, не будь Мия уверена в своих силах, она так же не стояла бы тут.

- Хорошо! Я согласна с твоим предложением. – ответила ему Мия и намеренно широко улыбнулась, чем заставила мужчину усомниться, не было ли это ее изначальным планом. – Проведем поединок чести сейчас. – потребовал Мия.

Поединок чести был запущен в момент, как только один из них бросил второму вызов. Хотя тут и должен был присутствовать хоть один член Триумвирата для того, чтобы бой был бы действительным, но в этот раз можно было обойтись и без этого, так как сама Мия, являясь Судьей, имея статус куда выше любого члена Триумвирата.

Что же касается остального, то правила должны были быть соблюдены, а для того, чтобы ни у кого не возникло вопросов, Филипп решил вслух напомнить всем особенность этого боя.

- Раз бой будет официальным, то сделаем все по правилам. Круг размером три метра в диаметре. – произнес он и в этот момент те двуликие, которые стояли позади него, пришли в движение, достав увесистую балку и начав чертить глубокую линию вокруг них, при этом двигая любого, кто находился поблизости.

Люди и двуликие Мии так же отступили, хотя и не охотно. Они знали правила, и даже они не могли пойти против них.

- Бой продлится десять минут, за время которых один из нас должен умереть. - Продолжил он и намеренно медленно провел по ней взгляд снизу вверх, тем самым показывая, кто из них это будет, по его мнению. – Если этого не произойдет, Природа убьет нас обоих.

- На нужно выбрать наблюдателей. – взяла слово, Мия, говоря о тех, кто будет защищать территорию круга извне, чтобы никто не смог бы вмешаться в бой и тем самым помешать им. – Я начну первая и выберу Оскара. - произнесла она, при этом не поворачиваясь к нему лицом, чтобы не упустить ни одного движения со стороны Филиппа.

- Хорошо… - произнес он и в отличии от нее он вскользь прошелся по своим двуликим и найдя того, кого он искал, он довольно улыбнулся и произнес. – Степан, ты будешь моим наблюдателем, и не дай Матушка, кто-то попадет в круг. Не желаю, чтобы нам помешали и затем мне говорили, что я не смог победить девчонку своими силами. – сказал он, а Мия поняла, что опасаться, что их потревожат, и правда не стоит.

Не после такого указа.

- Оружие?

- То что есть при себе. - ответил он, что значило, что не только она вооружилась для их встречи, но и он и ей стоит быть очень внимательной, чтобы не попасть в еще большую ловушку.

- Ну и, конечно, не стоит забывать самое важное! – смакуя эту фразу, сказал Филипп, теперь полностью сфокусировав свой взгляд на ней. – То, что мы получим в случаи победы и что проконтролирует лично Матушка.

- Огласи свои условия! – потребовала Мия, давая тому возможность произнести свои требования первым.

- Когда я выиграю...— он не сказал "если", точно убежденный в своей победе. - все ваши земли станут частью моей стаи, а люди и двуликие, проживающие на ней слугами. Они не достойны быть нам ровней, но вот от лишних рабочих рук я никогда не откажусь. – сказал он, тем самым показывая, ради чего он изначально нападал на них.

Ему не важна была сама идея, он хотел лишь больше власти и силы.

Мие стало даже мерзко смотреть на такого, как он, но сказать, что она не согласна, она не могла, так как условия были оглашены, и это не ей было решать какие они будут. Одно же она поняла точно: если и раньше от ее победы зависели чужие жизни, то теперь эта ответственность стала ещё тяжелей, однако она же и дала мотивацию на победу.

- Вы примете людей как равных себе. – сказала Мия, чем вызвала шквал недовольства.