Глава 7

Нет, нет, нет! Я открыла рот, чтобы закричать, но вовремя прихлопнула варежку. Не хватало еще, чтобы «папа» узнал о моих чувствах к «лорду Медоузу». Наверняка это сильно удивит его, раз уж он сообщает мне о предстоящей свадьбе таким будничным тоном.

Однако удар был сильным. И если в прежнем мире я его кое-как, но смогла пережить, то здесь то же самое известие почти меня добило. Тяжело дыша, я опрокинулась на подушки, ощущая, как лоб покрывается испариной.

— С тобой все нормально, Элора? — обеспокоенный папенька чистым носовым платком вытер пот с моего лба.

— Да, — попыталась я улыбнуться, но удавалось это плохо. — Все хорошо правда. Я уже могу встать.

Мне и впрямь необходимо было подняться. Нужно одеться и идти искать Олега с Анькой, пока они не поженились. Я обвела глазами комнату.

— Где мое платье? — только сейчас я с ужасом поняла, что лежу под простынями в чем мать родила, если не считать тончайшей ночной рубашки.

— Его пришлось выкинуть, — откликнулся папенька и укоризненно посмотрел на меня. — Уж не знаю, где вы там бродили, в каких колючках, но на твоем наряде места живого нет.

— И в чем же мне сейчас выйти?

— Не беспокойся, Клара отправилась домой, скоро привезет другое платье.

— Клара?

— Ну да, — пожал плечами Крситофер. — Твоя служанка.

Ого! У меня есть собственная служанка. Не скажу, что это известие мне не понравилось.

— А мама где? — поинтересовалась я у нового «отца», который до ужаса напоминал прежнего. — Почему ее не видно? А сестра?

— Мама дома, — тяжело вздохнул Кристофер. — Ты и этого не помнишь? Она больна, уже третий год лежит, не встает. Серафина осталась с ней, а мы с тобой отправились сюда, на торжество в честь помолвки Ориона и Анабеллы.

Папенька немного помолчал и с улыбкой добавил:

— Серафина еще мала, а вот ты на выданье, тебя следует чаще вывозить в общество.

В дверь постучали и на пороге возникла полная женщина, навьюченная коробками и свертками. Женщина напоминала Розу, но была пониже ростом и не столь мощной.

— Клара, ты все взяла? — отец встал, помогая женщине разложить принесенное на столе.

— Да, господин Кристофер, — кивнула женщина, бросая на меня улыбчивые взгляды. — Как там наша малышка? Оправилась?

— Да, ей уже лучше, но… — отец чуть понизил голос. — Но она временно потеряла память, так что учитывай это, когда будете общаться.

— Ой, беда, — приложила пухлые ладошки к таким же пухлым щекам женщина, глядя на меня сочувственно. — Бедная госпожа! Это все Абертау, я вам точно говорю! Нечего было звать демонов этих, не к добру такие гости…

— Ладно, Клара, — перебил стенания служанки Кристофер. — Помоги лучше Элоре одеться и пусть выходит, ее все ждут.

— Конечно, господин.

Едва за «отцом» закрылась дверь, как я мигом вскочила с кровати и бросилась к принесенным служанкой вещам. Мне необходимо было выбрать все самое лучшее и красивое. Я собиралась нарядиться так, чтобы у Олега челюсть отвисла до пола, чтоб он и думать забыл жениться на Аньке. Или как там ее сейчас зовут, Анабелле.

— Пусть вы и потеряли память, госпожа, — улыбнулась Клара, глядя на меня. — Но самое главное осталось при вас.

— Что же это? — рассеянно поинтересовалась я, рассматривая розоватую ткань, расшитую нежными зелеными листочками.

— Желание красиво одеваться, хорошо выглядеть и всем нравиться, конечно, — широко улыбнулась Клара и поближе подвинула мне пару расшитых золотой парчой туфелек на среднем каблучке.

— Почему ты так похожа на Розу? — спросила я у служанки, натягивая розовый, похожий на воздушный зефир, наряд. — Я потеряла память, как ты уже знаешь, так что не удивляйся моим порой странным вопросам.

— Конечно, — кивнула Клара, пытаясь казаться спокойной, однако взгляд ее был сочувствующим. — Роза моя сестра, старшая. Ой, как вам идет это платье, госпожа! Служанка взвизгнула, глядя на меня. Я посмотрелась в висевшее на стене мутноватое зеркало в тяжелой резной раме и чуть не присвистнула. Выглядела я и впрямь впечатляюще. Розовый, расшитый нежными зеленоватыми листочками, шелк, так и льнул к телу, обрисовывая контуры фигуры, окутывая нежным облаком.

— Теперь прическу, — провозгласила Клара, придвигая мне стул. — Садитесь, госпожа.

— А это обязательно?

Мне и сейчас мои волосы очень нравились. Густые, каштановые с рыжиной, волнистые, в них так и хотелось зарыться с головой. Я представляла, как это сделает Олег, когда мы с ним наконец объяснимся. Но как он будет зарываться в мою шевелюру, если ту стянут в тугой пучок?

Но Клара уже держала в руках длинные шпильки, неумолимо качая головой.

— Простоволосыми только крестьянки ходят, — презрительно изрекла она, втыкая в мои волосы первую шпильку. — А вы дама благородная, вам подобное не пристало.

Я вздохнула, смирившись с участью.

Вскоре на моей голове красовался средних размеров «вавилон», из которого по обоим сторонам от лица свисали две изящно подвитые пряди. В уши Клара мне вдела длинные серьги с крошечными изумрудами:

— Маменька ваше просила передать, это ее бабушки, — произнесла Клара, втыкая мне в мочки украшения. — Она забыла вам их дать, когда вы на пикник отправились, вот сейчас только вспомнила, когда я вернулась.

Серьги мне очень понравились. Удивительно изящной работы, они были стильными и винтажными одновременно. А зеленое свечение изумрудов очень подходило к зеленым листочкам, вышитым на платье.

— На шею жемчуг, — проворковала Клара, цепляя ожерелье из крошечных розоватых жемчужин. — На ручку тоже.

В следующее мгновение мое запястье было увенчано жемчужным браслетом из десятка тонких цепочек с розовыми камнями.

Клара с удовлетворением оглядела свою работу и улыбнулась.

— Теперь туфельки и вы само совершенство. Хоть сразу замуж выдавай!

Служанке настолько понравилась произнесенная ей самой фраза, что она не переставала улыбаться, помогая мне вдеть ноги в шелковые башмачки.

Я же подумала о том, что Клара может быть недалека от истины. Ведь если я найду Медякова, теперь-то уж он не отвертится. Влюбится и женится! А я стану леди Медоуз, ха! И пусть Анька кусает свои острые локотки. Хватит с нее того, что она обошла меня в старом мире, второй раз я ей такой финт провернуть не позволю.

— Ну все, я иду, — я стряхнула руки служанки, которая пыталась поправить мне подол. — Отстань, Клара! Я сама удивилась тому, с какой легкостью приняла на себя командование служанкой. Какие-то барские замашки проснулись, ранее мне чуждые. Но размышлять было некогда, пора в бой! С этой мыслью я, похожая на колышущуюся сладкую вату, вывалилась из спальни.

Дышать было трудновато. И только пройдя по длинному коридору с десяток шагов, я поняла, почему. В платье имелся корсаж. Но не мой прежний, а настоящий — из китового уса. И сжимал он так, что дай боже. Я глубоко вздохнула, но легкие не расправились. Так, на полувыдохе, я вышла на полянку возле дома. Там все было по-прежнему. Дамы смеялись и болтали, мужчины степенно переговаривались, упоминая в разговорах каких-то троллей, войну и чье-то предательство, сновали слуги, шампанское лилось рекой.

Оглядевшись, я не увидела ни Олега, ни Аньки. Зато меня увидели все. Раздалось дружное аханье, кто-то захлопал в ладоши. Ко мне подскочили парочка дам и несколько мужчин. Все они наперебой осведомлялись о моей самочувствии, не присесть ли мне, не жарко ли, принести веер или вина, и о тому подобных важных вещах. Одна из дам похвалила мой наряд, вторая же при этом закатила глаза к небу и покачала головой. Реакция второй мне понравилась куда больше, так как он означал, что с выбором платья я не ошиблась. А ведь Клара привезла еще парочку — скучное голубовато-серое и цвета топленого молока. Но розовое оказалось самым эффектным.

Мужчины старались прикоснуться ко мне, особенно к обнаженным рукам, до локтей закрытых длинным перчатками. Один из их, довольно низкий и субтильный, но очень миловидный, похожий на ангелочка, даже приложил к губам мою руку в атласе.

— Элора, — выдохнул он. — Вы просто великолепны.

Надувшись от всеобщего восхищения, я уселась в тени высокого дуба, откуда открывался хороший обор на выход из дома. Мне нельзя было пропустить появления Олега. Миловидный парень осведомился, не принести ли мне вина или лимонада. На последнее я дала согласие.

Спустя пару минут я уже пила через трубочку желто-зеленую шипучую жидкость из украшенного кусочком лайма стакана. Это оказался мятный лимонад, и он был очень освежающим.

Парень, принесший напиток, не отходил от меня. Он стоял рядом и бросал на меня украдкой странные взгляды.

— Ты чего? — не выдержала я наконец. — Чего смотришь?

Он смутился, отчего его милое лицо без признаков растительности стало напоминать личико фарфоровой куклы.

— Господин Вестон, ваш отец, — чуть запинаясь, произнес он, крутя в руках шляпу. — Сказал, что вы временно потеряли память. Вы меня не помните, не так ли? Я кивнула.

— Так вот значит, познакомимся заново, — отчего-то оживился он и протянул мне узкую ладонь. — Я Люсьен Маверик, очень приятно.

— Очень, — чуть опешила я, наблюдая, как он снова тянет мою руку к своим вычурно изогнутым губам. — Я Еле… То есть Элора… Вестон.

— Я знаю, — залился он хрустальным смехом, ужасно напоминающим смех Аньки. — Это ведь не я память потерял.

— Ну да, — согласилась я, с любопытством оглядывая Анькиного «брата».

И со все возрастающим изумление понимала, до чего же они похожи. Люсьен был такой же тонкокостный, невысокий и ладно сложенный, как она. Просто копия Аньки в мужском обличье. Да и нрав у него, судя по всему, тот же — незлобивый, кроткий и веселый. Тут я вспомнила об ее предательстве и стиснула зубы. Несмотря на всю свою кротость и незлобивость Аньку умудрилась почти разбить мне сердце, так что и с ее «братиком» надо держать ухо востро.

— А где… Анабелла? — поинтересовалась я, так как отсутствие Аньки и Олега меня начинало напрягать.

Пусть уж лучше тут будут, перед глазами, чем неизвестно где. Пусть уж лучше на виду у всех за ручки держатся, чем уходят из-под контроля. Моего, разумеется.

— Где-то тут была, — беззаботно махнул рукой Люсьен, явно не разделяющий моего беспокойства. — Помолвка, сами понимаете, дело такое…

Он подмигнул мне, но я в ответ даже не улыбнулась. Не будет никой помолвки! Я поднялась, резко поставив полупустой стакан на столик рядом. Кается, бедняга Люсьен даже подпрыгнул на месте от неожиданности.

— В-вы куда, Элора? — жалобно пискнул он.

— Поищу отца, что-то голова болит, — не думая ни секунды, соврала я.

Может хоть при упоминании об отце этот тщедушный малый за мной не увяжется. Так и вышло, Люсьен остался у столика под дубом. Но идя в сторону дома, я спиной чувствовала на себе его липкий взгляд.

По мере того, как я приближалась к громадному дому лорда Медоуза, на фоне прикрытой белой двери все отчетливее вырисовывалась мрачная фигура в черном. Что-то в этом силуэте показалось мне знакомым. Человек тоже глядел на меня, не отрываясь, как будто не верил своим глазам.

— Абельский! — выдохнула я, оказавшись метрах в двадцати от силуэта.

— Ты тоже здесь?! — то ли спросила, то ли воскликнула я, поравнявшись с Сергеем.

Это действительно был он, как и все мы теперь, наряженный в костюм эпохи ренессанса. Но надо сказать, что ему на удивление шел черный фрак, который оттеняли белоснежные рюши рубашки. Алый галстук был повязан небрежно, а из кармашка фрака торчал кончик носового платка — алого, конечно. Этот старинный наряд придавал внешности Сергея нечто новое, делая его каким-то загадочным.

— Ленка! — его равнодушный взгляд округлился, в черных глазах заплясали искры. — Слава демонам, ты нашлась! Остальные здесь? Я кивнула и взяв Абельского за рукав, потянула в сторону.

— Ну ка быстро рассказывай, какого черта мы здесь делаем и как вообще тут оказались? Твои проделки?

— Обязательно расскажу, — чуть лениво произнес Сергей, а искры в его глазах понемногу успокоились. — Только ты мне скажи вначале, с кем это ты болтала там возле дуба?

Обвиняющим жестом он ткнул пальцем в сторону Люсьена.

— Это? Да никто, просто какой-то… В общем, это брат Аньки, местный.

— Да? — удивился Абельский. — Интересно.

— Интересно ему! — я едва не скатилась с базарный визг. — Выкладывай давай, как ты нас сюда занес и как теперь попасть домой?

Я была очень сердита. Ведь этот мерзавец путем каких-то махинаций создал портал, в который нас засосало, а теперь стоит улыбается, как ни в чем не бывало.

Едва Сергей открыл рот, чтобы ответить, как меня сбоку кто-то настойчиво потянул за локоть.

— Элора, идем со мной, — с плохо скрываемым возмущением произнес папенька, почти силой таща меня в свою сторону. — Лорд Абертау, очень приятно увидеться снова! Сергей кивнул в ответ на приветствие Кристофера. Меня же осенило: Абельский теперь лорд Абертау! Наследник демонического рода! Тот, с кем нельзя иметь никаких дел! Что ж, хоть кто-то попал в шкуру, которая ему подходит полностью.