Глава 24

На следующий день случилось то, чего Кейт ожидала и боялась одновременно — Джил взяла ее в оборот. Девушка даже начала подозревать, что та действует не столько из типично женских, сколько из садиствких побуждений. А чем еще можно объяснить потраченные только на магазин одежды двенадцать часов жизни? Двенадцать часов без перерыва!

Суккуба к вечеру находилась уже на грани срыва, а ведь это только платья, еще предстоит покупать украшения. На робкие предложения взять их внаем, чертовка на нее только странно посмотрела и буркнула что-то насчет неимоверной тупости некоторых демониц.

— Милочка, ну раскройте уже глаза чуть шире, — Джил элегантно сидела в кресле огромной примерочной, и для завершения образа роковой женщины ей не хватало только мундштука и шляпки, обязательно красной. — Нужно фривольное, но на грани приличия платье в пол, а вы мне показываете наряд путаны. И не говорите, что нужно поддевать черное белье. И с ним, и без, одинаково плохо. Я вам не голливудская звездулька, у меня вкус есть!

Это был уже седьмой салон самых дорогих и изысканных вечерних нарядов, и Кейт уже вплотную подошла к тому состоянию, когда хочется то ли загрызть помеху, то ли махнуть на все рукой и смиренно ждать, отрешившись от суетности этого мира. Если учесть, что до встречи с Алом и, соответственно, кормления, остается не менее двух часов, второй вариант казался гораздо привлекательнее, и девушка сейчас экономила силы и нервы.

— Нет, это совершенно невыносимо! — бушевала чертовка, отвлекая Кейт от постижения дзен. — Ну почему Ал не дал сшить платье на заказ?

— Потому что у нас только три дня? — вставила суккуба, за что получила взгляд, полный праведного возмущения.

— Во времена моей молодости, этого было вполне достаточно. Не сошьешь платье — не поедешь на бал, все просто. Главное, знаешь ли, мотивация.

— Ты же не предложила сшить сама, — спокойно возразила Кейт, про себя уже матеря всех причастных к этому чертову мероприятию, — а сейчас так уже не работают. К тому же, нужен дизайнер, модельер, или кто там эти фасоны придумывает? Думаешь, он согласится сделать это за столь ничтожный срок?

— В чем-то ты права, конечно. Давай сойдемся на том, что это Ал во всем виноват. Мог ведь и предусмотреть приглашение.

Бросив на чертовку скептический взгляд, Кейт еще раз перелистала каталог и случайно зацепилась за почему-то в первый раз не замеченное платье. О, да, такое бы и она надела! Оно было очень откровенно, но просто шикарно — ярко синее, в пол, спереди два разреза, идущих от бедренных косточек. Под такое белье не полагается, но, тем не менее, все стратегически важные места прикрыты. А декольте? Что это был за вырез! Полукруглый и, в целом, вполне скромный, но от того не менее изящный, плавно переходящий в тонкие бретельки и совершенно открытую спину. Самый простой из возможных силуэтов, но при этом неземное, летящее как ветер. Модель в нем как будто парила над землей.

У девушки в голове загорелась ярко красная надпись «Хочу!», не позволяющая отвлечься на посторонние раздражители, типа на заинтересованно смотрящей ей через плечо чертовки.

— А что? — задумчиво протянула та. — Очень даже неплохо. К нему отменно подойдут чистейшие бриллианты и белое золото или платина — это надо смотреть.

— Мне нравится…

— Остается только одна проблема — научить тебя в нем ходить. Это, знаешь ли, не то же самое, что в трениках по дому рассекать.

— Ну и сленг у тебя, — поморщилась суккуба.

— Милочка, — проигнорировав шпильку, Джил подозвала продавца, — принесите это.

Село оно как влитое. Кейт крутилась и вертелась перед зеркалом, рассматривая со всех сторон и не узнавая в этой миниатюрной статуэтке с точеной фигуркой и фарфоровой кожей себя любимую. Платье выгодно подчеркивало все ее достоинство и не скрывало отсутствие недостатков. Но чертовка оказалась права, ходить в нем так, чтобы ничего лишнего не было видно, невероятно трудно. А когда принесли еще и туфли на десятисантиметровых шпильках, стало совсем грустно.

— Не волнуйся, я тебя научу, — с азартов прокомментировала Джил, взвалив на свои плечи очередную почти невыполнимую задачу — сделать из этой суккубы человека. Точнее, из обычной соседской девчонки настоящую демоницу, которая не посрамит имя Лилит.

— Именно этого я и боюсь, — с тяжелым вздохом ответила та.

К счастью, платье было таково, что подобрать к нему украшения было не очень сложно, потому как чертовка решила закончить с покупками именно сегодня, и очередного марафона Кейт бы не выдержала.

Что ж, платина и чистейшие как слеза бриллианты в гарнитуре из колье и браслета, выгодно дополнили наряд, сделав из суккубы настоящую диву. Единственное, чего не хватало в этом комплекте — это уверенности и умения себя подать.

Джил никогда не боялась трудных задач, но на этом фоне даже неумение девушки правильно ходить меркло. Поэтому, сразу как они добрались домой, точнее в особняк Сайласа, чертовка взялась за дело.

Если Кейт думала, поход по магазинам был мучением, то сейчас она готова была признать эту страшную ошибку. Кроме того, эта садистская экономка где-то раздобыла длинную деревянную линейку, которой с удовольствием лупила суккубу за малейшую провинность. Опять сгорбила спину — получила по ней же, споткнулась — отметина на бедре.

Именно в момент, когда орудие пытки в очередной раз коснулось уже слегка покрасневшей филейной части, а тренировалась девушка в одном белье, и вошел инкуб.

Перед ним предстало совершенно завораживающее зрелище, как одна любовница, теперь, правда, бывшая, шлепает по мягкому месту другую. Причем, в клубе, в его личной комнате, лежит точно такая же линейка, используемая для того же. И Джил об этом знает, поскольку, временами, бывала в его играх третьим номером, доминой, разумеется.

— Что… — мужчине пришлось откашляться из-за внезапно севшего голоса. — Что, дьявол побери, тут происходит?

— А, хозяин, — чертовка сверкнула ослепительной улыбкой, — вот готовлю нашу малышку к выходу в свет. Вам нравится?

— Да, впечатляющее зрелище, — понимающе кивнул Ал, поворачиваясь к совершенно пунцовой суккубе. — Девочка, ты отлично выглядишь, и мне нравится твоя порозовевшая попка.

Инкуб подошел к Кейт вплотную и, прижав к себе, погладил упругие ягодицы с розовыми отметинами. Его рука скользнула вниз, погладила девушку сквозь уже влажные трусики.

— Спасибо за помощь, Джил, а теперь оставь нас!

Наклонившись ниже, почти касаясь ярко-красных, искусанных губ девушки, инкуб всматривался в ее глаза и видел там то, чего уже очень давно хотел. Он ждал лишь подходящего момента и, судя по всем, тот настал. Они оба физически ощущали эти языки пламени, занимающиеся где-то в глубине.

С губ Кейт сорвался тихий стон, и она прижалась к мужчине настолько плотно, насколько это было возможно. Почувствовала его возбуждение и чуть улыбнулась, будто про себя.

Легко подхватив суккубу на руки, Ал пинком распахнул дверь спальни. Да, тут нет такой огромной кровати с очень удобными столбиками или решетчатым изголовьем, за которое так сподручно привязывать, но сейчас ему и обычной двуспальной вполне достаточно. К тому же, к ограничению подвижности девочка еще не готова, это инкуб видел достаточно четко.

Вопреки ожиданиям Кейт, мужчина не пошел к постели, а сел со своей ношей в кресло и легко перекинул ту через колено, разместив так, что попка девушки оказалась вверху, а сама она болталась вниз головой. Приспустив совершенно лишнюю сейчас ткань, он погладил розовые от экзекуции линейкой ягодицы и, не мешкая больше ни секунды, нанес первый удар ладонью по самому мягкому и в этот момент очень чувствительному месту.

— Ай! — от неожиданности суккуба подскочила, но была придавлена обратно и тут же получила второй удар уже по другой половинке. — Ал, ты чего?!

Мужчина опять погладил ее по филейной части. Его пальцы спустились ниже, распределяя влагу по нежным складочкам, периодически ныряя внутрь. Девушка задрожала, кусая губы и пытаясь сдержать рвущийся наружу стон.

Неожиданно рука исчезла, и как только Кейт заерзала, недовольно муркнув, на попке отпечатался следующий удар уже сильнее предыдущего. Дальше на девушку посыпался град шлепков разной силы, перемежающийся путешествием пальцев Ала в промежность.

Суккуба извивалась, стонала и требовала от мужчины одновременно и остановиться, и продолжать. Она уже сама не понимала, чего точно хотела, поскольку каждый шлепок отдавался внизу живота, будто маленький взрыв.

— Ал, пожалуйста! — уже через несколько минут взмолилась девушка, сама подставляясь под удар.

— Скажи, чего ты хочешь, котенок, — Кейт не видела из этого положения его лица, но явно почувствовала усмешку. Мужчина провел по складкам еще раз, чуть надавив на самую чувствительную точку, и нырнул внутрь сразу тремя пальца, вырывая прерывистый вздох. — Ты хочешь, чтобы я остановился, девочка?

— Нет, нет, пожалуйста, — суккуба прерывисто сглотнула, чуть раздвигая ноги и пытаясь насадиться еще глубже. Она почти плакала от неудовлетворенной потребности. — Дай мне кончить, пожалуйста! Не будь сволочью, Ал!

Тут же девушка получила особенно чувствительный удар и взвыла.

— Будешь обзываться, возьму линейку, — хмыкнул мужчина. — А сейчас ты заслужила наказание. Поднимайся.

Кейт немного замешкалась, и мужчина легко вздернул ее вверх, помогая принять вертикальное положение и удержав, когда та покачнулась. Трусики окончательно упали на пол, и теперь она была в одном бюстгальтере и туфлях, в которых училась ходить.

— Принеси мне воды, маленькая. Я там на столике в гостиной видел бутылку.

— Но…

— Ты что-то не поняла? Не смей поднимать трусы, ты и так достаточно одета. Даже, я бы сказал, чересчур, — однако инкуб не стал приказывать снять верхнюю часть черного кружевного комплекта. Так она ощущала себя еще более беззащитной, и ему это нравилось.

— Но ведь… вдруг кто увидит?

— Кейти, малышка, — Ал заговорил вкрадчиво, чуть растягивая гласные, как бы с ленцой, — еще одно слово и кончить сейчас я тебе не позволю, а покормлю только утром.

Резко развернувшись и чуть не потеряв равновесие на непривычных каблуках, девушка шагнула в сторону двери и тут же осознала всю подлую натуру Катона. Ягодицы пекло, не сильно, но неприятно, а вот низ живота скрутило так, что даже до двери дойти было сравнимо с подвигом. Каждый шаг отдавался гулким эхом тянущей боли, а между ног было очень влажно. Чувствительные складочки тоже не добавляли комфорта и легкости движениям.

Кейт обернулась и посмотрела на ухмыляющегося инкуба, желая только одного — вылить ему эту самую воду на голову.

По счастью, в гостиной никого не было, хотя такие мелочи девушку уже не особо волновали — она сосредоточилась только на том, чтобы просто сделать очередной шаг. Правда, с каждым следующим становилось все хуже. Даже возникла мысль помочь себе самой.

— Не смей! — не успела она об этом подумать, а Ал уже запретил. И как узнал только?

Почти подбежав к столу и найдя злополучную бутылку, Кейт ринулась в обратный путь. Лишь протянув воду своему мучителю, она смогла немного расслабиться.

Мужчина демонстративно сделал один глоток и, поднявшись с кресла, поставил бутылку на прикроватную тумбочку. Тут же он подхватил девушку и уложил животом на постель, подложив пару подушек так, чтобы попка призывно торчала вверх, и незамедлительно обрушил на нее шквал ударов.

— За что?! — только и смогла пискнуть Кейт, пытаясь увернуться.

— Слишком медленно несла, — хмыкнул он и резко вошел. Гортанный стон и выгнутая спина были ему ответом — суккуба находилась уже на грани. Но нет, еще слишком рано.

Начал двигаться, он то подводил девушку к самому краю, то замедлялся. Всполохи сексуальной энергии освещали комнату и парящие в высоте мелкие предметы. Это было даже красиво, если бы кто-то сейчас рассматривал, но они были слишком заняты друг другом, чтобы отвлекаться.

Кейт ощущала своими израненными, горящими ягодицами его тело, что доставляло дополнительный дискомфорт, но и возбуждало еще больше. Руки мужчины держали за бедра так сильно, что будь она человеком, остались бы синяки. Больше нигде они не соприкасались, Ал просто высился над ней, как монолит, контролирующий ее тело, ощущения, эмоции.

Эта пытка продолжалась долго — инкубы вообще на многое способны, но Катон хотел продлить ее агонию, возбудить так, чтобы отзывалась и горела каждая клеточка в теле. А легкие электрические разряды сделали девушку еще чувствительнее. И она кричала, срывая голос, повторяя только имя своего хозяина и кусая край подушки, поскольку было уже невозможно терпеть.

Они одновременно подошли к крайней точке, и энергия, бурлящим потоком, ринулась в тело суккубы, сметая последние мысли и вознося ее на вершину блаженства, такого удовлетворенного и сытого, что слезы сами навернулись на глаза.

Очнулась девушка в объятиях Ала, по губам которого скользнула самодовольная мужская усмешка, как только она смогла немного приподнять голову.

— Как твоя попка, маленькая?

Честно говоря, Кейт в пылу страсти немного забыла о саднящих ягодицах, но теперь вспыхнула уже вся и не только от смущения.

— Почему ты это сделал?

— Потому что давно хотел и потому что тебе это нравится.

— Мне не… — Ал так на нее посмотрел, что девушка смутилась еще больше.

— Что, котенок, скажешь, не текла, когда Джил тебя шлепала линейкой или я рукой? — суккуба попыталась отвернуться, но мужчина не дал. — Когда я отшлепал тебя в наказание, что ты почувствовала?

Кейт задумалась, больше, чтобы скрыть свой стыд, чем на самом деле желая ответить на вопрос. Но неожиданно, поняла кое-что странное.

— Облегчение. Я почувствовала облегчение.

— От чего?

— Ну, от того, что ты больше не злишься и еще от чего-то… сама не знаю. Что это?

— Тебе нравится подчиняться, угождать, делать хозяина счастливым. А еще ты немного маза.

— Кто?

— Мазохистка, — девушка тут же вскинулась, желая то ли ответить что-то резкое, то ли оправдаться, но мужчина приложил палец к ее губам, не позволяя говорить. — В этом нет ничего плохого или страшного, маленькая, просто тебя возбуждает в сексе небольшая боль и команды. А главное, мне это подходит, так что мы с тобой отличная пара.

У девушки на языке крутилась куча возражений, обвинений и возмущений, но так ничего и не высказав, она вынуждена была частично согласиться с инкубом. Голова пухла от новой информации и тех неожиданных ощущений, которые она вызывала — возбуждение и тянущую боль внизу. Ей очень хотелось повторить, и чтобы в следующий раз линейка была в руках Ала, а не Джил.