Глава 26. Drama queen

Проснулась я так же сладко, как занырнула на глубину сонного царства. Причмокивая, разлепила глаза и сонно поморгала, потянулась, отмечая необычайную мягкость пухового, вкусно пахнущего одеяла. Ну вот и ладушки. Напились, сладко поспали, а теперь можно и домой ехать… Ведь для этого ты сюда приехала, Аня, твою ж мать! Позорище какое. Поморщившись из-за засухи в горле, я быстро села в кровати. И удивлённо оглянулась. В комнате, где я находилась, Карим предусмотрительно зажёг ночник на стене, из-за чего по помещению разливался нежный оранжевый свет. Но за окнами уже явно… что? Сильно вечер или уже ночь? Услышав какой-то странный звук в глубине дома, я быстро встала на ноги и как следует растёрла лицо, чтобы прогнать остаточную сонливость и… похмелье. Чёрт. Уже у двери остановилась. Ну и привкус. Да от меня наверняка сейчас пахнет как от пивного завода, пережившего аварию. Мне срочно требовалась жвачка. Кажется, в рюкзаке была. А где рюкзак? Оглянулась в поисках, хотя вероятность того, что он в этой комнате, была равна практически нулю. Но я зацепилась за знакомые голографические логотипы на чёрной ткани. А рядом покоилась моя спортивная сумка с вещами. Карим поднял их сюда??? Ринулась в сторону спасительной свежести. Когда по нёбу растёкся мятный вкус, я, наконец, вышла из комнаты. Интересно, Эрика уже приезжала? Получается, я пропустила её приезд? Наверное, правильней было бы испытать от этого облегчение, но я испытала ревностную досаду. Мне хотелось проследить за этой особой, дать ей увидеть, что я тут, даже несмотря на все её грязные игры. Так-то! Но, видимо, не судьба. Или всё-таки судьба… В доме царил полумрак, в гостиной тускло горела лампа над входом. Стояла тишина, не считая приглушённых стенами дома завываний ветра. Как будто в этом коттедже никого не было. И лишь со стороны кухни иногда доносились обрывки тихих голосов. Пока шла туда, сердце всё сильнее колотилось о рёбра. Выглянув из-за стены, я узрела такую картину: Карим и Эрика, между ними разгорается спор, прямо как между мужем и женой; Карим очень злой, это можно понять по сильно заострённым скулам и тяжёлому дыханию через нос. – …сюда? Как ты мог, Карим?! – Это мой дом. Ты забываешься, – казалось, ещё чуть-чуть и он волоком вытащит отсюда эту девушку, так неспокоен он был. – Это не меняет сути! Мы с тобой только расстались, ты даже свою одежду еще не до конца забрал от меня, а уже привозишь сюда каких-то девок! – Аня не какая-то. И лучше тебе прямо сейчас уйти отсюда, если хочешь сохранить между нами хотя бы нейтральные рабочие отношения. Рычание, смешанное с визгом, и Эрика скидывает с кухонной поверхности всю посуду, что там стояла: чистые тарелки, стаканы, вилки, ножи… С громким лязгом и треском всё это ударяется о плитку, разбивается, а Эрика, кажется, сама в шоке от того, что сделала. – Какого хрена ты делаешь?! – теперь зарычал Карим, даже меня одолел небольшой шок от её поведения. – Карим… я не хотела, – её голос задрожал и затих. Переступив через хлам на полу, она хотела обнять Карима, но он схватил её за плечи, останавливая. – Не знаю, что со мной… Пожалуйста, прости. Мне очень плохо… С лица Карима постепенно сходила злость, и на её месте появлялась жалость к плачущей девушке. Ну и всё. На этом моменте я обязана была вмешаться. Всё, что хотела, я услышала и увидела, а дальше на этот спектакль одного актёра я не имела желания смотреть. Один раз я уже поверила этой стерве, дала ей отобрать у меня Карима, пусть и на один день, но всё же. – Карим? – вышла я на свет и сделала пару шагов, вопросительно приподняв брови. Я тоже умела «играть», если нужно. И сейчас я отыграла спокойное непонимание. – Я только проснулась… А где все? Добрый вечер, Эрика Александровна, – кивнула ей с улыбкой. По-моему, Карим удивился не меньше моему «выходу». – А что вы здесь делаете? И почему посуда валяется? Я медленно приближалась, старалась дышать ровно, не выдавая, как на самом деле мне было не по себе от всего происходящего. – Ребята занимаются баней, – наконец отмер Карим и убрал руки от девушки, дышащей разгневанным драконом. Кивнул ей. – А Эрике уже пора, она передала мне всё, что хотела. Несколько долгих секунд она прожигала меня презрительным взглядом, который с трудом, но я выдержала не менее спокойно. А затем Эрика сидела шаг в мою сторону и стала цедить слова: – Думаешь, ты одна у Карима такая? Мололетняя шлюха, готовая на всё ради денег! Или слишком наивная идиотка… – Так, всё, мне это надоело, – Карим говорил сдержанно, но огонь в его глазах горел намного смертоноснее, чем даже у меня. – Тебе пора. Он схватил Эрику за локоть и потянул её к выходу. Благо она не сопротивлялась, иначе боюсь представить, какой цирк развернулся бы в ином случае. Весь этот абсурд и так затянулся. – Вот увидишь, он поиграется с тобой, с кем-то ещё, а потом всё равно придёт ко мне, – только выплюнула девушка на выходе из кухни ядовито. – Уже бегу, – низкий, сдавленный раздражением ответ от Карима, и… они скрылись в коридоре. А я протяжно выдохнула. Потёрла грудь. Слова Эрики снова оглушили на какое-то время. И хоть я повторяла про себя, что ей нельзя верить, один раз она уже нагло обманула меня, сказанное монотонно отражалось от стен черепной коробки. «Думаешь, ты одна у него такая…» «Поиграется и бросит…» «Неужели со мной всё это снова произойдёт?» Очнулась только тогда, когда стало больно. Я зашипела и дёрнула руками, выпуская из них осколки. Оказалось, что я в своих мыслях решила собрать разбитую посуду. Сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее с ладоней на чёрную плитку и ошметки белой керамики капала кровь. – Аня? Карим увидел мои руки и, в одно мгновение подскочив ко мне, аккуратно схватил меня за запястья. – Зачем трогала? Пойдём, надо остановить кровь… Карим вытащил белое полотенце из ящика одного из столов, прижал его к моим ладоням и, обеспокоенно посматривая на меня, вывел из кухни в гостиную. Уже когда раны были обработаны, ладони обмотаны бинтом, я сидела на диване, а Карим на полу напротив меня, я тихо спросила у него: – Карим, скажи, вы с Эрикой долго были вместе? Он нахмурился. – Зачем тебе это, Аня? Неужели он не понимает, что после такого вопроса на вопрос желание разузнать всё становится только кровожадней? Мне надо. Знать, насколько близки они с Каримом были. – Просто скажи мне. – Около двух лет, – быстро ответил он на этот раз, чем выбил воздух из моей груди. Но я этого не показала, только глаза немного удивлённо округлились. – И жили, наверное, вместе? – бросила следующий вопрос будто непринуждённо, только вот Карим отлично видел, что творилось внутри меня в этот момент. Несколько секунд он смотрел в мои полные ожидания глаза. А потом усмехнулся, сдаваясь. – Ты не оставишь это? Пришлось быстро мотнуть головой. Карим снова вздохнул и перехватил мои руки чуть выше запястий. – Жили вместе около полугода, но это не значило больше, чем мы обговаривали. С Эрикой покончено, Аня, хочу, чтобы ты это поняла. После сегодняшнего мы и работать вряд ли будем вместе. Я подыщу ей другое место, дам рекомендацию, – Карим поморщился так, будто ему даже вспоминать было неприятно произошедшее полчаса назад. – Ты, надеюсь, не восприняла всерьёз то, что она говорила? Опустив взгляд, я помялась какое-то время, а потом решила озвучить то, что чувствовала. – Я не знаю, кому и чему верить. Но очень хочу тебе. – Ты должна верить мне, Аня, – приподнял пальцами мой подбородок, заставляя посмотреть на него. Снова в глазах Карима плескалась предельная серьёзность и что-то такое, от чего бежали мурашки, и это не давало ни единого шанса на «свободу». – Я всегда стараюсь быть честным. С собой, другими людьми. С тобой я тоже везде был честен, как и с Эрикой, поэтому… – взял мои ладно в свои и поднёс их к своим губам, коснулся губами пальцев. – Верь мне, и всё будет хорошо. Я тут же сдалась. Кивнула медленно, слушая внутренний голос, кричащий о капитуляции. Наверное, именно сейчас я должна была окончательно усвоить то, что Карим не мой бывший отмороженный предатель. Что «мы» – это отдельно существующее, и прошлое его или моё не может нам мешать. Наклонившись чуть вперёд, к губам Карима, я судорожно выдохнула в его рот, мне так хотелось поцеловать его, ведь последний наш поцелуй был у того магазинчика, где он меня встретил днём. И то слишком сумбурным он получился. И вот я почти коснулась его губ своими, Карим опустил свои ладони на мои бёдра, сжал их, но… – …уехала эта курица? – ворвался в нашу интимную тишину звонкий голос Тани. А после и всех остальных ребят, зашедших в следующую секунду в гостиную. Очень вовремя.