Глава 28. Кровавые разборки

Глава 28. Кровавые разборки

Цветкова.

Следующим утром к нам зашел незнакомый охранник. Он поставил на тумбочку тарелку с бутербродами и бутылку воды. Молча осмотрел все помещение, понял, что мы ничего не замышляем и так же молча вышел.

Мы с Юлией все съели и молча сидели на застеленной кровати, каждая думая о своем. Но обе понимали, что в любой момент может приехать тот, кому нас грозились отдать или продать. И это в нашем современном мире? Просто безумие! Безумие и вседозволенность тех, у кого большие деньги.

Неожиданно с улицы раздались странные звуки, какой-то шум и мужской непонятный возглас. На первом этаже началась возня и послышался топот ног. Мы испуганно переглянулись.

— Что это? — Юля подбежала к окну, и мы услышали выстрелы.

— Отойди оттуда! — крикнула я, вскочила с кровати и кинулась к ней.

Обнявшись, мы встали спинами у стены, недалеко от окна.

— Что там? — посмотрела на Юлю. — Успела что-то рассмотреть?

— Я… Я не знаю. Там несколько людей в черной одежде побежали к дому, и начались выстрелы, — взгляд Юлии нервно забегала по комнате.

Мы осели на пол, продолжая держаться за руки. Выстрелы стали громче. На первом этаже послышались маты и крики.

Наша дверь с грохотом открылась, ударяясь об стену. В комнату зашел Вольский, сжимая в руке пистолет. Сидя на полу, мы обе вздрогнули от неожиданности.

— Ты! Его сучка! — проорал, тыча через кровать в меня пистолетом. — Идешь со мной! Быстро!

— Что случилось? — боясь ослушаться, под прицелом встала с пола.

— Он пришел за вами! — со злостью выплюнул Вольский.

— Сережа? — Юля вскрикнула и схватила меня за ногу, продолжая сидеть на полу.

— Но получит он вас только через мой труп! Пошли я сказал! — указал пистолетом в сторону двери.

Я направилась к выходу. От волнения ноги слушались с трудом.

— Арина! — вскочила Юля на ноги.

— Сидеть! Иначе я пристрелю ее прямо тут! — заорал он на нее.

Юля, бледная, испугавшись за меня, осталась стоять около окна.

Вольский грубо схватил меня за шкирку и вывел из комнаты. Джинсовка неприятно стянула тело. Он захлопнул за собой дверь, но забыл ее запереть, потому что я начала вырываться из его захвата. Или просто был уверен, что запугал Юльку до смерти, и она сама носа оттуда не высунет.

— Не рыпайся! Иначе я прикончу тебя прямо сейчас! И Громов не увидит момент своей потери! — ядовито прошипел мне на ухо, больно сжал руку и ткнул в висок холодным дулом.

Он, прикрываясь мной, как живым щитом, стал спускаться по лестнице.

— Громов! Я убью твою шлюху, Громов! — заорал он во все горло.

Мы медленно спустились вниз.

— Не делай глупостей! — послышалось из какой-то комнаты, справа от нас.

«Сережа! Это сказал Сережа!» — мое сердце радостно забилось и стало трудно дышать.

На паркетном полу заметила следы крови. И вновь уставилась в дверь, откуда, предположительно, был слышен голос Громова.

— Выходи! Посмотри и ты, каково это, когда самое дорогое умирает у тебя на глазах!

— Вольский! — Сергей медленно вышел из-за угла.

Мужчина был весь одет в черную одежду. Он целился в Вольского, двумя руками удерживая пистолет.

У меня пошел холодный пот. Из-за окутывающего страха кровь отхлынула от конечностей. Вольский перехватил меня за волосы левой рукой, а правой больно упирался дулом мне в висок. По ощущениям, словно тысяча иголок впились мне в голову и я, чтобы ослабить его хватку, как могла, задрала голову вверх. При этом, не отводила взгляд от Сережи.

— Это бессмысленно. Дом окружен и твои люди обезврежены, — спокойно произнес Сергей.

Вольский злобно рассмеялся и вновь потянул меня за волосы.

— Мне плевать! Даже если я сдохну сегодня. Но прежде, я заберу с собой все, что тебе дорого!

— Отпусти ее. Давай все решим по-мужски? — кивнул Сергей.

В этой ситуации он был на удивление спокойным.

— Скажи это Рите! Раньше надо было об этом рассуждать! — заорал во всю глотку.

— Да брось! Ты больше хотел влезть в мой бизнес, чем думал о благополучии своей сестры!

— Она умерла из-за тебя! — чуть ли не визжал Вольский.

— Она и до меня уже увлекалась спиртными напитками! Я её не спаивал!

Между ними повисла зловещая тишина. Я сжала челюсти, кожа на моей голове сильно болела.

— Пора заканчивать, — тихо произнес Вольский.

Громов почувствовал изменение в его голосе.

— Ты сам не смотрел за ней! С самого начала знакомства хотел впарить ее мне! Но я изначально ничего не обещал! Почему, ответь мне, она вела себя до меня, как шлюха? Я в этом виноват?!

— Мне плевать! Я исполню свой долг! Я давно тебе мщу, — хрипло рассмеялся. — Ты знал, что это я хозяин ваших бед? - улыбка, похожая на оскал, исказила его лицо.

— Взрыв на стройке? — уточнил Громов — Да. Не сразу, но я выяснил, что это был ты.

— Да-а-а, но это все только цветочки! Сейчас мы займемся твоими ягодками! Но, если бы ты не приехал, твои шлюхи остались бы живы! А теперь, ты будешь жить с этим! Но не долго!

— Я убью тебя, — спокойно, но холодно произнес Сергей.

— Хах. А знаешь… Твоей сестре повезло. Она прожила больше положенного!

Сергей слегка наклонил голову, не отрывая взгляда от Вольского.

— Да-да! Ее должно было не стать еще тогда! Но пострадал только Витек. Эх, пара разделилась. Какая жалость! А должны были уйти красиво и вместе!

— Ах ты сукин сын! — выпалил Громов.

— Да! Да, я убил его! Это было не просто дтп. И твоя сестренка должна была быть с ним!

— А-а-а! — со второго этажа раздался отчаянный крик.

Мы все обернулись. По лестнице бежала обезумевшая Юлия. Она сжала кулаки и неслась прямо на Вольского.

— Юля нет! — крикнул Сергей, но она не слушала.

Его сестра слетела с лестницы, но не успела и добежать до нас, как раздался выстрел.

Вольский выстрелил в нее.

Я заскулила и начала дергаться в ее сторону. Юля упала на живот около лестницы. Под ней начала расплываться красная лужица.

Послышался еще выстрел. Сергей ранил Вольского в ногу. Он упал на одно колено. Из двери, рядом с лестницей, выбежал Алексей. Он выбил у Вольского пистолет и ударил поддых. Тот упал, держась за простреленную ногу. Я отбежала в сторону. У меня был шок.

Громов бросился к Юлии, перевернул ее и смачно выругался.

— Юля! Юля! Сестренка! — ладонями обхватил ее лицо, глаза девушки были закрыты. — Скорую! — крикнул он. — Нет! Давай ближе к дому машину Ромыча! Пока едем, предупреди, чтобы нас встретили!

Алексей подобрал пистолет Вольского и вытащил телефон. Быстро раздал команды.

Сергей звал сестру, но она не реагировала. На ее боку, через одежду, просачивалась кровь.

Я отдышалась, немного пришла в себя и подбежала к Юле. Дрожащими руками сняла с себя джинсовую курточку и прижала ее к кровавому пятну на ее боку. Громов завязал рукава кофты вокруг поясницы сестры.

— Нужно быстрее в больницу! — прокричала я, пытаясь задержать выход крови.

— Машину подгоняют! — сказал Алексей.

И тут мы все обернулись на смех Вольского. Он скалился. На его лице отражалась улыбка, вперемешку с болью.

— Знаешь, Громов, а я тебя понимаю. Хорошая у тебя шлюха!

— Заткнись, падаль! — Сергей направил на него пистолет.

— Нет, я серьезно! Как она стонала подо мной! И просила еще!

Сергей обернулся ко мне, а у меня «челюсть отпала». Что он несет? Я лишь смогла качнуть головой в стороны.

— Да-а-а. Я у тебя все забрал, что хотел! Твоя сестра ушла к моей на небеса! Мы квиты! Даже бабу твою поимел на прощание и ей нравилось!

— Что? Нет! — выкрикнула я, зажимая рану у подруги.

Сергей отбросил пистолет в сторону и ринулся к Вольскому. Сел на него сверху и начал наносить быстрые и четкие удары в голову. Он как с цепи сорвался! С ревом бил и со страшной силой!

Я вся сжалась в комок от страха, но не отходила от Юлии.

— Серега! Хватит, Серега! — Леша пытался остановить обезумевшего друга.

— Увези ее отсюда! — посмотрел на меня.

Громов был весь в брызгах крови, костяшки на руках сбиты. Вольский на полу не подавал признаков жизни. Вместо лица у него было кровавое месиво.

— Я сказал, увези ее! — заорал он вновь.

— Я никуда от нее не уйду! — со злостью крикнула в ответ.

Хоть я и была в панике, но отчетливо понимала, что нельзя ее оставлять. От Юлии сейчас отходить нельзя!

Сергей встал и сжал кулаки. Но тут раздался звонок. Алексей быстро ответил и повернулся к нам.

— Машина у входа, — сказал он Громову.

К нам зашли двое в такой же темной форме. Они осторожно подняли Юлию на руки и быстро понесли к выходу. Я посеменила рядом, зажимая рану.

— Леша! Возьми какие-то тряпки! Зажать рану, Леша! — успела лишь выкрикнуть до того, как мы вышли на улицу.

Кругом была суета, люди Сергея смешались с другими людьми в такой же форме. Кто-то выносил убитых. Сбоку что-то в доме дымило. Я задыхалась, сама не зная от чего конкретно. Одной рукой зажимала рану у Юлии, а второй рукой терла свою шею, стараясь убрать невидимый ком и привкус горечи. Знала лишь одно — я хочу поскорее отсюда убраться!

Мы сели в автомобиль. Подбежал Алексей, сел рядом и сунул мне в руку полотенце. Мы быстро поехали в ближайшую больницу. Сергей с другими людьми поехали за нами во второй машине. Мне кажется, что я видела там Макса. Он что-то кричал и показывал на нашу удаляющуюся машину. Потом начал избивать одного из этой шайки бандитов. Его оттаскивали и успокаивали двое. Вокруг было много людей с оружием.

За нами ехало несколько машин. И в одной из них Сережа. Только не плакать! Не плакать! Не сейчас.

Я поверх своей джинсовки положила еще полотенце и двумя руками зажала рану. Сколько мы ехали до больницы, я не знаю. Алексей, видя мое моральное состояние, как мог успокаивал меня. Но для меня это время показалось вечностью. Юлия бледнела на глазах, но пульс я все еще прощупывала. Боролась со слезами, но ничего не выходило. Они текли по щекам, подбородку и капали на мои руки, которые неумолимо окрашивались в красный цвет.

Как только приехали к больнице, мы быстро вынесли Юлию, положили на каталку и повезли по коридорам. Дальше нас встретили несколько врачей.

— Давайте! — сказал один из них, отрывая мои скрючившиеся пальцы от полотенца — Спасибо, дальше мы сами!

Они увезли ее. Двери перед нами захлопнулись.

— Убери ее отсюда! — из-за моей спины вышел Сергей и зашел вслед за врачами.

До меня не сразу дошел смысл его слов…

— Пойдем, — сказал Алексей, мягко дотрагиваясь до моего плеча. — Давай, сначала к раковине.

Он меня куда-то повел. Все было, как в тумане. Но я видела и слышала, как позади орали друг на друга Сергей и Максим.

Алексей подвел меня к раковине и открыл воду. Я посмотрела на себя в зеркало. Лицо осунулось, ссадины на губе и щеке, темные мешки под глазами.

«Сколько нас держали там? Несколько дней? Сколько мы были без сознания, не знаю, но кажется, не прошло и двух суток. А я сама на себя не похожа,» — мои мысли были вязкими, я плохо понимала, что происходит вокруг.

Опустила взгляд на руки. Они были все в крови. Пыталась дышать глубоко, чтобы отвлечься от накатывающей тошноты. Подставила дрожащие руки под воду, наблюдая, как та окрашивается в алый цвет.

Алексей под руки вывел меня из больницы и посадил в машину. Мы медленно двигались по дороге, между других машин.

Человек Громова привез меня в мою квартиру.

— Дай ему время, — он смотрел на меня сочувствующим взглядом.

Я кивнула, держась за стену, чтобы не упасть.

— Моя бабушка? Вы ей…

— Вере Павловне мы ничего не говорили. Сказали, что ты уехала с Серегой на природу отдохнуть, а там проблемы со связью. И что скоро приедете.

— Да. Спасибо тебе, Леш! Так правильно. Ей не нужно волноваться. Немного позже я ей позвоню, чтобы она не переживала.

— Отдыхай, Арина. Серега сейчас переживает за сестру. Все наладится, — положил мне руку на плечо и кивнул.

— Да…

— Тебе точно не нужно к врачу? Может...

— Нет…

— Хорошо, я поехал к ним в больницу, если что, звони, — он тихо прикрыл за собой дверь и ушел.

Я стояла несколько минут в коридоре. Потом сползла по стене и опустилась на пол. Из груди вырывалась такая боль, что я не могла ее удержать. Разрыдалась. Сидя на коленях, я орала. Слезы катились градом. От спазмов и истерики, не могла сделать полноценный вдох.

В это время Алексей стоял в подъезде недалеко от моей двери и нервно курил. Потоптался на месте. Смял в кулаке недокуренную сигарету и пошел к выходу из подъезда.

Я продолжала рыдать. Ко мне выбежал мой кот. Он обеспокоено потерся об меня, заскочил мне на колени и встал на задние лапы. Передними перебирал у меня на груди. Топтался и мяукал. Кот пытался меня успокоить. Справившись с истерикой, я прижала Рыжика к груди и, всхлипывая, пошла на кухню.

На полу у питомца была еда и вода. Значит за ним кто-то ухаживал, пока меня не было.

У меня не было больше сил. Я пошла в спальню. В висках стучало, голова кружилась. Я не могла даже принять душ. Боялась, что упаду и разобью себе голову о кафель. Позже. Все позже… Легла на кровать прямо в одежде, свернулась калачиком в позу эмбриона и обняла кота. Придала его к груди и зарылась пальцами в его густую рыжую шерсть. Кот тут же замурлыкал.

Я закрыла глаза и почувствовала, как на смену истерике приходит опустошение и спасительное безразличие.