Глава 31. Покой и здравомыслие
Глава 31. Покой и здравомыслие
Громов.
— Она пришла в себя! Только, пожалуйста, не долго, ей нужен отдых! — пытался донести врач до Сергея, когда тот летел по коридору в палату сестры.
— Юля, — тихо позвал он и медленно подошел к койке.
Лицо девушки было бледным и худым. Она медленно моргнула, повернула голову и посмотрела на брата. На сухих губах появилась еле заметная улыбка.
— Сережа… — хрипло и еле слышно прошептала она.
— Не надо, молчи! Пока молчи, набирайся сил, — Громов погладил ее по волосам.
С уголков глаз Юлии скатились слезы.
— Не надо, сестренка, не плачь! Все хорошо. Он отомщен! Вольский предстал перед твоим мужем на том свете!
Юлия моргнула и еле заметно кивнула. У нее не было сил много говорить.
Врач, стоявший неподалеку, попросил Громова дать ей поспать. Но Сергей не обращал на него внимания.
— Ди-ма, — прошептала ослабленная девушка на выдохе.
— Он дома с бабушкой. С Лидией Тимофеевной. Не переживай, все хорошо!
Юлия с облегчением выдохнула, прикрыла веки и начала проваливаться в сон.
— Все хорошо, — уже тише повторил Громов и погладил сестру по волосам. — Я буду часто тут. Поправляйся. Отдыхай, я скоро снова приеду, — поцеловал родственницу в щеку и вышел из палаты.
«Ну наконец-то! С души как-будто валун убрали. Очнулась! Значит должна поправиться. Просто обязана! Все будет хорошо!» — Громов выдохнул с облегчением. В его жизни это были самые тяжелые двое суток ожидания.
Сергей в голове прокручивал, что нужно дать распоряжения на работе и опять потом вернуться к сестре. Последнее время он не мог сосредоточиться на делах. Поэтому временно все переложил на помощника. Но несмотря на это, важные вопросы нужно контролировать самому.
Громов добрался до своего офиса и пытался быстро решить только самые важные вопросы, требующие его личного присутствия. Но его мысли упорно роились вокруг Ариши.
«Моя девочка. Пытаюсь в офисе отвлечься работой, но выходит плохо. Я с первой нашей встречи знал, что не отпущу тебя. Никогда. Даже если ты спала с Вольским по своей воле. Да плевать! Нужно успокоиться. Это лишь отсрочка для нас двоих. И я очень рад, что Юлька пошла на поправку! Хоть немного успокоился и начал здраво мыслить. Надеюсь.»
Стук в дверь. Высунулся Алексей.
— Проходи, Леха!
Мужчина прошел в кабинет и уселся в кресло, напротив стола Громова. Алексей посмотрел на работодателя и нагло улыбнулся.
«Знает, зараза, что как другу многое ему позволяю,» — подумал Сергей и хмыкнул.
— Че ты лыбишься, Лех? — спросил друга. — Я то рад, что сестра очнулась, а ты то, что? — Громов приподнял бровь и откинулся в кресло.
— Арина Владимировна чувствует себя хорошо! Гуляет. Хорошо питается. Иногда, конечно, у нее бывают перепады в настроении, но это нормально! — улыбаясь, весело проговорил он и поиграл пальцами по столешнице.
— Я тебе сказал, не говорить о ней? — Громов подался вперед и поставив кисти рук на стол. — Только по де-лу! — Сергей знал, что нужно мириться с Ариной и часто думал про это, но не хотел, чтобы ему об этом напоминали.
— Окей, окей! — Алексей поднял руки вверх в примирительном жесте и встал, направляясь к выходу.
— Подумаешь, беременна! Хэх! — с ухмылкой обернулся, и положил руку на ручку двери.
— А ну стоять! — Сергей вскочил и направился к другу. — Что ты сейчас сказал?
Алексей улыбнулся во весь рот.
— Леха, я те щас все зубы выбью! Говори!
— А что говорить? Беременна твоя Арина! Недавно была у врача.
— О-о-о… — Сергей провел рукой по волосам, отошел от Алексея и сел на диван у окна.
— Около двух месяцев, как я понял, — Алексей сел рядом и положил руку на плечо друга. — Ну что, поздравляю!
— Ага… Черт… А она как? Она это… бесится, злится на меня, наверняка? — глянул на Леху.
— Угу-у-у… — промычал Алексей, улыбаясь.
— Если поеду к ней, то подумает, что только из-за ребенка! Наверное. Вот же... Я и так хотел уже к ней на днях. Моя она, Леха! Моя! Понимаешь?
Друг только улыбался и кивал.
— Ребенок… Хах! — Громов широкой ладонью протер лицо. — А там это… Все нормально с ним, не навредили ей эти скоты?
— Все хорошо. У меня был допрос с пристрастием, когда я навестил ее врача, — ответил друг, выпивая янтарную жидкость из стакана.
— Леха, Леха, так… Каждый день привози ей продукты, ты понял? Ну, фрукты там или что нужно, спросишь у нее, — Громов задумался. — А, ты и так все это делаешь, да?
Он кивнул и чуть не рассмеялся над тем, как засуетился будущий отец.
— Поехали за подарком ей! Нужно, чтобы она меня простила, — хлопнул ладонями по ногам и вскочил в порыве радости.
Но чуть позже Сергей узнал, что Арина только еще хуже заистерила. Продукты взяла, а коробочку с золотым браслетом с сапфирами со злостью бросила обратно Алексею. Вот тогда-то его радость поуменьшилась. С того дня Громов начал лично, когда мог, следить за ней. Но подойти почему-то не решался. Продукты она брала, а все, что было от него лично — возвращала. Так прошло около недели.
Громова Юлия Владимировна. Палата номер семь.
— Братишка! — лежа на кровати, девушка радостно протянула руки к брату.
— Юлек! Та-а-ак, вот тут фрукты, соки и еще…
Девушка рассмеялась. Ей было непривычно видеть его таким. Открыто-заботливым. Обычно, он многие чувства сдерживал в себе.
— Куда мне столько, ты что, я же не съем!
Юлия выглядела уже намного лучше. От нее отсоединили эти пищащие датчики, которые раздражали Громова и заставляли нервничать, вслушиваясь в этот звук.
— У меня для тебя сюрприз! — Сергей открыл дверь.
— Мама! — в палату влетел Димка и подбежал к кровати.
— Сынок мой!
Они стали обниматься, но Юля старалась не вставать и мало двигаться. Пока было нельзя, да и рана еще болезненно давала о себе знать.
— Я так скучал по тебе, а ты заболела! Мне бабушка сказала. А тетя Арина тоже болеет?
Юля посмотрела на Сергея и погладила светлую головку Димы. Она уже пыталась спросить о ней брата, но он не хотел ничего говорить, лишь сухо бросил, что все хорошо. Видимо, не стал ее расстраивать, когда она была совсем еще слаба.
— Боец! — позвал Громов племянника.
— Я! — воодушевленно откликнулся он.
Юлия улыбнулась их забавной перекличке.
— Ну-ка, добудь маме вазу с водой! Цветы нужно поставить.
— Ага, я сейчас!
Малыш был довольно смышленый. Он выбежал из палаты и начал охраннику объяснять, что ему нужно.
— Юля, я накосячил! — начал Громов, сжал кулаки и подошел ближе к сестре.
— Рассказывай уже! — улыбалась она.
— Она беременна!
Юлька расхохоталась, но тут же схватилась за рану на боку.
— Аккуратнее! Ну что ты! — Сергей подскочил к кровати и взял сестру за руку.
— Это накосячил, называется? Это же чудесно! Поздравляю! — улыбнулась она.
— Нет я… Я был в бешенстве! Я не разговаривал и не виделся с ней с того дня…
— Что-о-о? Почему это? — сестра недовольно нахмурила брови и сжала пальцами край одеяла.
— Я, видимо, перенервничал, сильно переживал за тебя. А после слов Вольского, что она прыгала на него сама, меня накрыло и я…
— Что ты несешь, братец?! — перешла Юля на крик.
— Тихо, тихо, Юля! Тебе нельзя нервничать и напрягаться! — вновь наклонился к ней и начал успокаивать.
— Да я прибью тебя сейчас этими яблоками! Прыгала она, а! — Юля опустила голову обратно на подушку и прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.
— Не понял?
— Что Вольский успел тебе наговорить? Сережа, мы все время были вместе! А когда ее увели к нему, то она там пробыла совсем недолго! Да они бы даже расчехлиться за это время не успели! И вернулась она обратно уже с рассеченной скулой! Понимаешь? Тебе это ни о чем не говорит?
— Какой же я идиот, Юль... — Сергей устало прикрыл веки и начал массировать голову.
— Да, братишка. «Шарик — ты балбес!» С ней все хорошо? А с ребенком? Я не видела, что там между ними происходило, но когда она пришла, сказала все нормально, что он только щеку поранил. Но ее, правда, почти сразу вывернуло. О! Так это мог быть токсикоз! Или перенервничала она… А может и то и другое… — с грустью закончила рассуждать Юля вслух.
— Да, сейчас с ней все хорошо. Но теперь Ариша сама не хочет меня видеть. Трубку не берет. Я боюсь давить на нее, — Сергей с грустью опустил голову.
— Ничего! Успокоитесь оба и помиритесь, — улыбнулась Юлия, наблюдая за душевными терзаниями брата, которых раньше на его суровом лице не наблюдалось.
Открылась дверь и в палату зашел довольный Димка, гордо неся перед собой красивую вазу с водой.