Глава 30

— А они нужны? Роман ты серьёзно не понимаешь, почему? Там досье на меня и на других женщин, с которыми ты спал. У тебя были с ними отношения.

Нет, я не спрашивала про отношения, это я проверила. Как оказалось, когда что-то ищешь конкретное в интернете, то это легко находится. И должна заметить, я, наверное, была первая из женщин Романа, которая стала «серой лошадкой». Другие в той или ионной степени были медийными личностями.

— Да со всеми, кроме твоей сестры. По полученному отчёту, на всех присутствующих в канун нового года в отели женщин, она подходила больше всех. Да, я встретился с ней на фотосъёмке, которую специально устроил мой секретарь уже через две недели. И хотя твоя сестра очень хороша и вы с ней реально похожи, но я понял, что она не мой Ангел.

Роман совершенно спокойно отвечал, но не на тот вопрос, который я задала.

— Роман, вопрос не в Люсе. Ты ведь их не просто так выбирал? А меня? По двум, самым важным показателям, я не твой типаж! Хотя тогда ты и не знал, но сейчас? Ты ведь просто захотел, доказать себе и мне, что смог найти меня? Случайная девушка, оказавшаяся не в том месте, не в то время?

— Да, тебя не должно было быть в том лифте. В моём лифте.

— Уж прости, выбирая между тем, чтобы спустится с десяток этажей вниз или подняться на один вверх, я выбрала второй вариант. Но сейчас вопрос не в том, как тогда я оказалась в том лифте, а потом в — я оборвала себя, чуть не сказав

— В кровати, ты хотела сказать — закончил за меня фразу Роман.

— Нет, я хотела сказать, на яхте! — стукнула я кружкой по столу — Это не важно. Ты предпочитаешь блондинок, а тогда я была блондинкой. Вот и всё. Но вот второй параметр выбора, он так важен для тебя?

Барский не сразу ответил на мой вопрос. Молчание казалось затянулось, и мне казалось, что на этом он решит закончить наш разговор. Но я ошиблась, просто мужчина из моих слов сделал свои для меня непостижимые умом выводы.

— Так тебя задел тот факт, что я встречался с женщинами, только заведомо убедившись, что они бесплодны? Так весь сыр бор сейчас только из-за того, что я спал только с теми, кто не мог от меня залететь, даже случайно — спросил Роман и засмеялся.

Он сидел напротив меня и смеялся.

— Ангел, мне от них требовался только секс и поверь, они оставались довольными.

— Барский ты, кабель. Циничный кабель!

— Или тебя задевает их количество?

Он продолжал смеяться, я не выдержала и зашвырнула в него кружку, которую так и держала в руке пустую, забыв про уже давно готовый кофе. Роман увернулся, вслед за первой полетела вторая кружка, а потом ещё и, до чёртиков раздражающая меня, чёрная тарелка. Роман легко уворачивался от летящих в него снарядов.

— Говорят, посуда бьётся на счастье, но думаю, нам уже хватит счастья, а то вдруг ты случайно попадёшь в меня — сказал мужчина и начал обходить стол.

Я же искала, что ещё можно в него зашвырнуть, и обязательно тяжёлое, нашла.

«И уж в этот раз я не промахнусь!» — решила я, увидев ту самую, начатую бутылку сока.

— Анжелика всё! Поиграла и хватит!

Роман успевает перехватить мою руку, уже тянущуюся к новому снаряду, и прижимает меня к себе, заводя руки мне за спину, причём обе мои руки.

— Пусти — рычу я.

— Ангел, я же сказал тебе раньше, не отпущу. Ты моя!

— Да ты так и написал «Ты попалась Ангел!». Ты ведь когда приехал в мой город, ты всё заранее рассчитал? А как же твой шаблон? Я уже не блондинка и могу ещё иметь детей?

— Это только бонус — совершенно спокойно ответил он.

— Барский ты издеваешься? — крикнула и попыталась вырваться — пусти мне больно.

— Если это, то что нужно для того чтобы ты наконец-то нормально со мной поговорила, а не закрывалась, за твоими «да, хорошо», «да, нормально», то я не пущу! Лика, ты спрашиваешь про эти досье? Я отвечу! У меня уже был сын, поэтому я не собирался заводить ещё детей. Но я безумно счастлив, что есть Злата и что возможно у нас могут ещё быть дети. Вот скажи, чем тебя так задело бесплодие тех женщин?

Я и сама не могла толком объяснить даже себе, что меня так взбесило в этом, но в тот момент, это показалось таким циничным.

— Если ты не хотел детей, мог просто сделать операцию — высказала я.

— Я не хотел детей от тех женщин

Это был чисто мужской ответ, в этот раз засмеялась я.

— Но секс с ними тебя устраивал.

Барский не выглядел раскаявшимся, но говорил сейчас искренне.

— Ангел мой, ты сбежала с яхты, испарилась, тебя безуспешно искали несколько детективных агентств. Почти год целибата. Но прости я мужчина и, да я начал находить похожих женщин, и у меня был секс с ними. Уж прости, но я не монах. Только все они были подделкой, и поэтому я легко менял их. Ни одна из них не была той что я искал.

На этих словах, я поняла, что он уже не держит мои руки, ведь его ладони были на моих щеках.

— Ты единственная женщина, которую я виде в роли матери моих детей. Ведь ты стала моим наваждением, с того момента как я остановил лифт и увидел тебя. Но ты слишком хорошо пряталась от меня больше семи лет.

— Я не пряталась — вырвалось у меня.

Роман усмехнулся.

— А потом снова лифт и снова твой одновременно и удивлённый, и оценивающий взгляд. Я отменил встречу с новым партнёром, о которой Фил договаривался почти месяц. Поднял весь персонал, пока не выяснил, кто ты и что делаешь в нашем здании. А потом пришёл в переговорную, якобы за сестрой, просто чтобы убедиться, что мне не померещилось. Да ты уже не блондинка и прошло много времени, мы оба изменились, но я хотел верить, что это ты.

— И поэтому ты поцеловал меня там в беседке? Чтобы проверить?

Этот вопрос не вызывает у него сложности, он отвечает сразу, не задумываясь.6dfffc

— Ты же сама знаешь, я поцеловал, потому что хотел, и ты хотела. И сейчас хочешь. Ты моя — шепчет он и начинает целовать.

И, конечно же, я отвечаю на его поцелуи. Он прав, наше желание всегда обоюдное. Наша страсть это только наш танец для двоих. И в этом танце я сейчас следую за партнёром, за любимым. Роман всё настойчивее целует и обнимает меня.

Когда его губы отрываются от моих, чтобы дать мне возможность набрать воздуха в лёгкие, он поднимает меня на руки и несёт в спальню. Укладывая на кровать и раздевая, он продолжает целовать и шептать

— Мой Ангел. Анжелика. Моя Лика. Моя красавица. Моё наваждение. Анжелика… Барская, моя.

Поцелуи становятся более требовательными, ласки более откровенными. Роман уже не сдерживает себя, а я раскрываюсь для него. Он нужен мне, всегда нужен был и всегда будет, Он тоже стал моим наваждением в тот момент, когда я впервые увидела его.

И да я его целиком и полностью, мыслями, телом, душой, желаниями и поступками.

Вся без остатка его.

Он переворачивает нас и вот я уже сверху, он любит смотреть на «полет Ангела», так Роман называет те моменты, когда я достигаю пика удовольствия, находясь сверху.

Я начинаю плавно двигаться, чувствуя его внутри и упиваясь этими ощущениями. Руками я собираю волосы, запрокидываю голову назад и раскачиваюсь, следуя своим желаниям. Наши желания совпадают. Плавные движения, темп выбирает он, держа меня за беёдра и начиная двигаться в унисон со мной. Это длиться и длиться. Я растворяюсь в неспешном удовольствии, которое сейчас переполняет меня.

Мир меняется, когда его более резкие движения, требуют ускорения. И это так же желанно, как и предыдущая нега. Движения становятся, резкими, проникновения более глубокими, мои стоны более громкими.

Мы оба чувствуем скорую развязку, я уже готова распустить крылья.

В момент, когда любимый возносит меня до небес и ещё выше, слова любви срываются с моих губ сами собой.

Из неги, в которую я уплыла, после «полёта Ангела», и восстановив дыхание, меня вырвали слова Романа. Я всё ещё лежала на нём, а он ласка моё тело мимолётными прикосновениями пальцев, и ласкал мой слух, шепча уже знакомое.

— Мой Ангел. Анжелика. Моя Лика. Моя красавица. Моё наваждение. Анжелика… Барская, моя.

— Я не Барская — тихо указываю я ему на ошибку в словах.

— Ты моя? Ты много раз говорила, что «да» — говорит он очевидную, по его мнению, истину.

Это задевает за живое. Я поднимаю голову и смотрю ему в лицо.

— Роман Барский, давайте расставим всё по полочкам. Предложения вы не делали, в загс меня не водили, в храм уж и подавно. Нет я не напрашиваюсь. Моё мнение о всей этой мишуре вокруг свадьбы ты знаешь. Но если по закону — я не Барская. Могу паспорт показать!

В глазах Романа что-то неуловимо меняется. Нет, он не злиться, а наоборот, какой-то триумф победителя. В следующий момент он меняет наше положение, и вот я лежу на спине, а он смотрит на меня сверху и придавливает весом своего тела к матрасу. Потом он берет мои руки в свои, переплетает наши пальцы и говорит.

— Сегодня как раз четыре недели как мы женаты, и ты по закону Анжелика Руслановна Барская.

— Это сейчас была шутка? — пытаюсь осознать сказанное Романом.

— Нет.

Дальше немая сцена.

Через какое-то время я всё-таки осознаю реальность сказанного и уточняю.

— А когда ты собирался мне об этом сказать? Как ты это сделал, даже не спрашиваю. И зачем, тоже знать не хочу. Но сказать мне, ты вообще собирался? Скажи, а ты таким же способом получил единоличную опеку над сыном да? А потом выкинул ту блондиночку из жизни сына?

Этот вопрос давно не давал мне покоя, но раньше я боялась спросить, а сейчас просто само вырвалось.

Роман встал с кровати и, не сказав ни слова, ушёл в ванную комнату. Через не плотно закрытую дверь услышала, как льётся вода. Потом Роман вышел в одном полотенце.

— Если хочешь, можешь принять душ, пока я закажу ужин и сварю новое кофе. Покушаем и поговорим.