Глава 23

Я рассчитывала провести на корабле две шикарные недели, наполненные романтикой, а в итоге прошла через настоящий ад, который считала своими личным. С каждым днем мне становилось только хуже. Отчасти в этом была виновата я сама, потому что упорно продолжала вытравливать из себя ночные бессонницы, отказываясь от сна днем. Если и позволяла себе вздремнуть, то ненадолго, каждый раз прося Райнера будить меня к определенному часу. Почти все время я проводила в своей каюте, но в полном бездействии, глядя в иллюминатор. Благо морская пучина располагала к наблюдениям. Иногда мне даже удавалось подсмотреть за проплывающими рыбками. И каждый раз приходилось сражаться с желанием, чтобы эта толща воды разбушевалась, чтобы разыгрался настоящий шторм. Такие мысли особенно пугали, я боялась навлечь беду на головы всех тех пассажиров, которые даже не подозревали, что за чудовище путешествует рядом с ними.

Да, я считала себя чудовищем, в душе которого царила злоба. Я отдавала себе отчет, что поселилась она там без моего желания, но и прогнать ее не могла. По глазам Райнера догадывалась, что он понимает происходящее со мной. Только по глазам, потому что улавливать его эмоции в какой-то момент мне стало невыносимо, и по нити, связывающей нас, я пустила туман. Теперь я точно знала, что именно он помог мне тогда «отключить» Келса. И даже не сомневалась, как пристально тот продолжает следить за мной и управлять чернотой.

В моем распоряжении было несколько книг. Когда-то, в крепости, литература этого мира отлично помогала отвлечься от грустных мыслей. Мне нравилось погружаться в нее с головой, постигать тот скрытый смысл, что таили в себе слова и строки. Но сейчас, стоило только открыть книгу, как в сон клонило еще сильнее, а этого допустить я не могла. Несмотря на крайнюю усталость, мной владел почти спортивный интерес, как долго я смогу продержаться, когда Келс решит, что если и дальше будет мешать мне спать, то просто-напросто убьет меня.

Конечно же, недосыпание отражалось на моей внешности. Дошло до того, что я перестала смотреться в зеркало. И не черные глаза пугали, хоть в них я и не находила ничего привлекательного, а даже наоборот. Отталкивала синюшная бледность, что покрывала лицо. Сама себе я напоминала ожившего мертвеца, бродившего тенью по каюте. Аппетитом тоже не могла похвастаться, каждый раз насильно впихивая в себя кусочки пищи.

Все это не могло длиться вечно. С той ночи, когда застал меня на палубе, Райнер больше не пытался даже прикоснуться ко мне, лишь пристально наблюдал, чем тоже выводил из себя. Но я терпела, потому что встречалась с ним исключительно за едой. Но однажды он не выдержал. Это случилось за завтраком, когда я чувствовала себя особенно отвратительно. По телу разливалась такая слабость, что даже вилку получалось удерживать с трудом, и голова кружилась сильнее обычного.

– Зачем ты это делаешь? – резко спросил он.

– Что именно? – нехотя посмотрела я на него.

– Изводишь себя до полного истощения, когда тебе наоборот нужны силы?

– Силы?! – разозлилась я и даже ощутила прилив этих самых сил. – А для чего они мне?

– Чтобы бороться!

Райнер старался говорить спокойно, не повышая голоса, но я заметила каких трудов ему это стоит. Сама же я уже не могла сдерживать злость, что буквально выплескивалась из меня.

– С чем бороться? С тем, что теперь является частью меня? Но зачем? Мне и так неплохо, – рассмеялась я ему в лицо. – Я лишь хочу вернуть себе ночи, вот и все!

– Вижу, что убедить тебя не получится.

Лорд резко встал и поднял меня со стула. От его прикосновения по телу пробежала дрожь отвращения. Скрыть ее не получилось, как я ни старалась, но он, казалось, не обратил на это внимания. Продолжая крепко держать меня, Райнер склонился к самому моему лицу и произнес:

– Прежде чем ты начнешь сопротивляться, родная, хочу предупредить, что я гораздо сильнее тебя. Не заставляй меня делать тебе больно, просто смирись.

Голос его звучал довольно грубо, но в глазах плескалась такая любовь, от которой мне стало совсем дурно. А еще зародился страх. Что он собирается делать?

– Я хочу доставить тебя к сэру Берингару живой, – продолжил лорд, гипнотизируя меня взглядом. – Только он сможет тебе помочь. Больше никто.

Он продолжал крепко держать меня, но ничего не делал. Любовь в его глазах уступила место муке. Я даже вздрогнула, когда лорд возвел глаза к потолку и воскликнул:

– Святые силы, помогите мне! Это сильнее меня.

С этими словами он прижался к моим губам. Когда из его глаз полился в меня свет, снова лишь на миг я ощутила прилив чего-то очень теплого и родного, но сразу же за этим меня затопила нестерпимая боль. Как и в первый раз сознание покинуло меня мгновенно.

Райнер заставил меня проспать до самого ужина. Пробудилась я сама, но вставать не торопилась. Каюта была погружена в темноту, но до меня доносились звуки вечерней жизни на корабле. Откуда-то слышались смех и музыка. Пассажиры отдыхали и веселились, делали все то, на что отчасти и я рассчитывала, когда поднималась по трапу. Но все сложилось иначе. Во мне трепыхнулась жалость к себе же, но и ее быстренько прогнал проклятый туман. Видно, и на это мне не оставили права.

Не могу сказать, что была благодарна лорду за то, что усыпил меня, но чувствовала себя отдохнувшей впервые с момента отплытия из порта. И это не укрылось от его глаз. За ужином Райнер не стал поднимать эту тему, лишь попросил:

– Обещай, что не заставишь меня больше прибегнуть к силе, что будешь спать днем.

– Хорошо, – ровно отозвалась я.

Лорд выглядел холодным и отстраненным. Мне даже показалось, что все, происходящее со мной, порядком ему надоело. Да и кому не надоест возиться с сумасшедшей, которая только чудом не превращается в буйную. На его мысли я по-прежнему отказывалась настраиваться. Да и не волновали меня его эмоции, по большому счету.

Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания со стороны лорда и не доводить себя до полного истощения, я стала спать днем хоть по несколько часов. Это позволило мне вернуть себе аппетит и избавиться от вялости. Радостнее мое пребывание на корабле не стало, но сил прибавилось. Да и постепенно я привыкала к ночным бдениям, как и к одиночеству. Последнее стало особенно заметно, когда лорд начал оставлять меня за ужином одну. Не могу сказать, что нуждалась в его компании, но и его явное нежелание со мной общаться немного обижало.

В одну из ночей я как обычно закуталась в халат и побрела на палубу. Давно уже облюбовала там себе деревянный ящик в укромном уголке возле самого бортика, за которым плескалась море. На этом ящике я и проводила ночи, прислушиваясь к тишине и созерцая спящую природу. Труднее всего было ни о чем не думать и не анализировать собственное состояние. Говорят, сумасшедший человек никогда не назовет себя таковым. Я же точно знала, что сошла с ума, и не понимала, каким образом у меня получается отдавать себе в этом отчет.

Я смотрела на море, пока не осознала, что оно меняется, неуловимым образом, прямо у меня на глазах. Появилась светящаяся воронка, и она опускалась все ниже. Любопытство заставило меня встать и приблизиться к бортику, чтобы рассмотреть удивительное явление поближе. Сама не поняла как, но я оказалась на краю обрыва, а воронка превратилась в сияющее озерцо. Занеся ногу над пропастью, я почувствовала, как какая-то сила оторвала меня от земли и увлекла от портала. И тут же меня оглушил гул, больше похожий на завывания. Совершенно оглохнув от него, какое-то время не соображала, где нахожусь. И лишь когда гул стих, поняла, что лорд держит меня на руках, что именно он оттащил меня от воронки. Он ничего не говорил, крепко прижимая меня к себе, лишь глаза его поблескивали в темноте.

– Как ты узнал?

Он не поднимался по ночам на палубу. Это было мое время, где ему не было места.

– Сам не знаю. Какая-то сила пробудила меня…

– Спасибо! – только и сказала я и пошевелилась, намекая, что пара уже опустить меня.

Райнер понял меня правильно и поставил на ноги.

– Советую не оставаться здесь, – ровно произнес он, – он может повторить попытку.

Значит, лорд догадался, что за всем этим стоит Келс, что не сама мгла управляет мною, а это делает гархал. Именно он открыл сейчас портал, чтобы заманить меня обратно в Аллизарию. Но я этого не хотела, и была благодарна лорду за вмешательство.

Больше такого не повторилось. До самого прибытия в мои ночи не пытались вмешаться ни Келс, ни Райнер. Ну по крайней мере, вмешаться физически. А вот разговора с гархалом в мою последнюю ночь на корабле мне избежать не удалось.

Как обычно я поднималась на палубу, а оказалась в Сонном лесу, в иллюзорном Сонном лесу. Я это сразу поняла по перламутровому сиянию, заливающему пространство, и по белому туману, стелящемуся по песку. Двоякое чувство испытала. С одной стороны, обрадовалась, потому что успела соскучиться по необычной природе Аллизарии, с другой – я не знала, чего могу ожидать от встречи с Келсом.

Он вышел из тумана в традиционном черном одеянии и когда подошел ко мне, выглядел настолько реальным, что в иллюзию верилось с трудом. Но все же, я точно знала, что все это обман зрения. К тому же, я даже не спала, как это случалось раньше.

«Рад видеть тебя, Линда», – произнес принц гархалов.

– Не могу ответить тебе тем же, уж прости.

«Мне и не нужна твоя радость».

– Тогда, что?.. Что тебе от меня нужно?

«Ты. Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне, и сделала это по доброй воле».

– Это ты называешь доброй волей? – усмехнулась я.

«Это была вынужденная мера, чтобы ты поняла, где тебе будет лучше. Люди не примут тебя такой, а со мной ты будешь счастлива».

– Счастлива… – как эхо отозвалась я, а потом рассмеялась неожиданно даже для себя. – Его нет, счастья! Мы придумали это понятие, чтобы оправдать собственное состояние.

«Есть, Линда, и тебе ли об этом не знать».

Поднялся легкий ветерок, принесший с собой шелест листьев. Келс грустил, и я это прочитала по его глазам, которые теперь были такими выразительными.

– Я не вернусь, и ты об этом знаешь.

«Ты не сможешь так жить долго. Это сведет тебя с ума».

Уже, дорогой… Уже свело…

– Как ты это сделал?

Я спрашивала о том, как ему удалось спровоцировать приступ у Райнера, чтобы защитить меня от инкуба черным туманом, который я же потом и поглотила? Келс понял меня правильно, но ответ его не внес ясности.

«Такова его сущность, Линда, которую ты всячески отвергаешь. Для этого мне ничего не пришлось делать».

– Уходи, Келс.

«Ты примешь правильное решение, когда жизнь твоя станет невыносимой».

Он склонился к моему лицу и поцеловал. Я позволила ему это сделать, хоть и толком не почувствовала ничего. Ведь это была лишь иллюзия. Интересно было другое – как мои эмоции отзовутся на прикосновения Келса. И они не разочаровали. Поцелуй гархала мне был так же неприятен, как и Райнера.

На следующее утро наш корабль причалил к берегу в небольшом портовом городке. После длительного плавания непривычно было ощущать твердую землю под ногами. Да и я по-прежнему не чувствовала себя очень здоровой.

Райнер раздобыл карету, поняв, что передвигаться верхом мне будет проблематично. За чуткость была ему благодарна, но не более. Чем ближе к дому, тем сильнее мне хотелось от него избавиться.

– Линда, я должен кое-что сказать тебе, – обратился ко мне Райнер, когда мы уже сидели в карете. – Кучер довезет нас до границы этого герцогства. Дальше начинаются Запретные земли, куда люди не вхожи. Но это единственный путь в Мингерию, и со мной тебе там не грозит опасность.

Напугали ли меня его слова? Вряд ли… С недавних пор я не думала, что есть что-то страшнее тумана, властвующего в твоей душе. А вот любопытство Райнеру удалось разжечь. Мне захотелось узнать побольше о том месте, где он родился и какое-то время жил.

– Расскажи про это место, – попросила я.

– Что именно ты хочешь услышать?

– Все, что ты захочешь или сможешь рассказать.

Наш диалог казался мне странным. Я выспрашивала у лорда подробности, которые интересовали меня наполовину. Мое второе «я» скучало и пребывало в полнейшем равнодушии, куда мы направляемся и зачем. До сих пор не могла привыкнуть к этому дисбалансу, хоть уже и прошло достаточно времени. Лорд не производил впечатление человека, жаждущего поделиться подробностями о месте, где родился. Но в то же время, он старался быть вежливым, хоть в последнее время ему это давалось все с большим трудом, что, в общем-то, меня тоже не удивляло. Умом я понимала, что веду себя отвратительно по отношению к человеку, который пришел за мной, чтобы спасти. Только вот загвоздка в том и состояла, что я уже далеко не была уверена, стоило ли ему ради меня идти на такие жертвы.

– Наверное, сэр Берингар тебе рассказывал о Запретных землях…

– Сэр Берингар обмолвился только, что таковые есть, и что ты периодически там бываешь, – резко отозвалась я, готовая откусить себе язык.

В данном случае я злилась даже не на Райнера. Взбесило его упоминание о маге, которого я считала самым главным обманщиком. Теперь я уже не знала, можно ли верить тому, что он рассказывал про лорда. Какая часть истории любви инкуба и человеческой женщины, а так же рождения у них ребенка является правдой? Что если все это выдумки воспаленного сознания?

– Там живет мой биологический отец, с которым я тебя обязательно познакомлю, – заговорил лорд, отвлекая меня от негативных мыслей, заставляя прислушаться. – Запретные земли потому так и называются, что туда нельзя входить людям. Ты должна знать… – он замялся, но лишь на секунду, – …что их населяют демоны.

– Как ты?

Райнер внимательно посмотрел на меня, прежде чем ответить.

– Как я, – кивнул он, оставаясь серьезным, даже суровым. – И то, что я наполовину человек, не делает меня менее опасным, чем они.

– У меня была возможность в этом убедиться, – отвернулась я к окну, но не видя мелькающий за ним пейзаж. Желание сказать что-то особенно грубое кипело во мне. Приходилось сдерживать себя изо всех сил. Сидеть рядом с лордом один на один, в тесноте кареты, становилось все более невыносимым. Мне уже не хватало воздуха, а туман бурлил внутри, желая выплеснуться наружу.

– Линда, – тихо, но твердо произнес лорд, прижимая мою руку к сидению. Вряд ли он рассчитывал сделать мне больно, но в тот момент сама себе я напоминала сжатую пружину, которая моментально взвилась ввысь, едва получила такую возможность.

Я вырвала руку и отодвинулась от него как можно дальше.

– Не прикасайся ко мне, очень прошу, – с угрозой произнесла я. Впервые я позволила себе угрожать ему открыто.

– Хорошо, не буду. Но и ты не пытайся меня обидеть. – Сейчас он не выглядел ни добрым, ни ласковым. Глаза лорда светились льдистой сталью. Мне даже показалось, что еще чуть-чуть и из них посыплются искры. – Это может быть опасным. Не забывай, кто я.

От его слов холодок пробежал по спине и вовсе не от холода. Хотя как изменилась погода я поняла сразу же, стоило только сойти с корабля. От южного солнечного тепла не осталось и намека. Небо затягивали свинцовые тучи, накрапывал дождь, и холод пробирался под толстую накидку, о которой лорд позаботился заранее.

Райнер больше не смотрел на меня и сразу становилось понятно, как сильно он зол. Я видела, как сжимает он челюсти, как ходят желваки под натиском зубов. Как ни странно, но его злость принесла спокойствие моей душе. Появилась возможность подумать, что же ждет меня в будущем.

Я смотрела в окно и понимала, что с приходом осени природа потеряла все краски. Если мне суждено вернуться в Мингерию, я не найду ее уже настолько красивой. Деревья стояли голые и в силу своей низкорослости выглядели до странности карикатурными, словно вырубленными неумелым дровосеком. По мере нашего продвижения мелкий дождь перешел в густой туман, и чем дальше, тем гуще он становился. Постепенно видимость становилась все хуже, а карета все замедляла ход. В какой-то момент родились ассоциации, что мы куда-то крадемся, что впереди нас ждет что-то очень опасное.

– Советую тебе поспать, – проговорил лорд, по-прежнему не глядя на меня. – Ехать нам еще долго, а впереди у тебя бессонная ночь.

Голос его прозвучал настолько отстраненно, что самым уместным я сочла промолчать. Да и судя по всему, вступать в диалог со мной никто не собирался. Я закрыла глаза, решив быть послушной, и прислонилась к мягкой обивке. И все же интересно, что так сильно его разозлило? Ведь я и раньше вела себя отвратительно по отношению к нему, а он умудрялся все сносить стойко и даже подбадривать меня временами, о чем я не просила. А сейчас… Мы и парой фраз не перекинулись, как он вышел из себя.

Незаметно меня сморил сон, и в нем я стала прежней. Однажды я уже это видела. Только на этот раз я стояла не в Сонном лесу. Место, что окружало меня, было незнакомым и каким-то зловещим. Оно не выглядело страшным, нет. Все та же степь с разбросанными по ней редкими деревьями. Тут тоже все тонуло в тумане, и я ощущала его холод и липкость. Но даже не это меня пугало. Что-то нездоровое и нагнетающее беду было в самой атмосфере. И я никак не могла разглядеть, что же там маячит, впереди. По очертаниям это нечто напоминало замок, но чем ближе к нему становилась я, тем сильнее размазывались его контуры. Словно туман сгущался именно вокруг него, постепенно поглощая целиком.

Я уже не шла, а бежала, потому что кому-то, очень дорогому моему сердцу, нужна была помощь. Он звал меня, только вот я совершенно его не помнила. Сердце разрывалось от боли. Я знала, что не успею его спасти и ничего не могла с этим поделать. Слезы застилали глаза, и я повторяла единственное слово: «Дождись!»

Внезапно меня окутало тепло. Вдруг стало так уютно и спокойно. Я продолжала бежать, но ноги мои перестали касаться земли, словно я воспарила в воздух, совсем невысоко, на пару сантиметров. Я купалась в новых ощущениях, которые казались до боли знакомыми и ужасно приятными. Что-то коснулось моего лица, проскользило по щеке, остановилось на губах, лаская их. Тепло разгоралось в моей душе, и голос, назвавший меня по имени, показался самой приятной в мире музыкой.

– Линда… Во сне ты прежняя…

И снова мои губы пустились в завораживающий танец, даря ответную ласку тому, кто заставил мою душу трепетать от наслаждения. Это было чудесно! Не хотелось просыпаться, но что-то внутри меня уже подталкивало к этому, настойчиво заставляло открыть глаза и вернуться в реальность. Но я не могу!.. Ведь мне еще предстоит спасти того, кто так во мне нуждается!

– Дождись, – произнесла я, и звук собственного голоса заставил меня пробудиться.

Лишь какой-то миг, пока находилась между сном и явью, я позволила себе растворяться в объятьях Райнера, уже отчетливо понимая, что именно он подарил мне то тепло, что испытала во сне. Но туман не бездействовал. Стоило только мне открыть глаза, как он моментально вытолкнул весь тот свет, что заполнял меня до этого. Вернулась злоба, уже ставшая моей вечной спутницей. Поцелуи и объятья Райнера мгновенно нашли отклик. Но сделать или сказать что-то я не успела, он вовремя отстранился от меня и отодвинулся вглубь кареты.

– Тебе приснился страшный сон, – произнес он.

Я же продолжала молча разглядывать его, пытаясь побороть приступ злобы. Разумом понимала, что в нем нет никакого смысла, но как же трудно было совладать с чувствами! Мстительно подметила, как любовь в глазах лорда уступает место печали, граничащей со страданиями. Да! Я хотела, чтобы он страдал. Я желала ему испытать муки. И я даже не подозревала, зачем все это мне!

– Долго я спала? – заставила я спросить себя, стараясь чтобы голос звучал ровно.

– Достаточно долго, чтобы большая часть пути осталась позади. Совсем скоро мы доберемся до границы с Запретными землями. Дальше пойдем пешком.

Больше не стала задавать вопросов, да и стоило отключиться от лорда, чтобы немного успокоиться. Я все еще не могла простить ему, что воспользовался моментом, когда была безоружной, когда сон сделал меня беспомощной. В памяти жило воспоминание об угрозе. Наверное, нужно и впрямь быть осмотрительнее в будущем. Даже примерно не знаю, что ждет меня в Запретных землях, на территории, которую он считает своей, где он полноправный хозяин. Да и будить в нем такого опасного врага в любом случае не стоит.

Пейзаж за окном показался мне еще более суровым. Кроме того, стало заметно холоднее. Накидка уже не спасала, как я в нее ни куталась.

– В этом месте даже летом холодно, – снова донесся до меня голос лорда. – Потерпи немного. По прибытии раздобудем тебе что-нибудь потеплее.

Несмотря на то, что ехали мы очень медленно, затормозила карета довольно резко и неожиданно.

– Прибыли, – прокричал кучер.

Райнер первый вылез из кареты и помог выбраться мне. Ноги сразу же уперлись во что-то мягкое и влажное. Да и на вид почва показалась мне заболоченной. Даже стало страшно, что попадем в трясину. Хоть жизнь меня в последнее время и не радовала, но умирать, захлебываясь грязью, казалось не очень радужной перспективой.

– На границе всегда так, – правильно понял мои опасения Райнер. – Не бойся, скоро станет гораздо суще.

Очень на это надеялась, как и на то, что в скором времени смогу согреться. Холод, проникающий под одежду, казался вымораживающим. Даже в какой-то момент захотелось, чтобы Райнер оказался поближе, но он, как назло, шел довольно быстро, что я едва поспевала за ним, боясь потерять его в густом тумане.

Лорд не обманул, вскоре идти стало гораздо легче, ноги перестали втапливаться в топкую почву. И появилась еще одна особенность, которую я уловила на интуитивном уровне. В воздухе повисла угроза, словно я вторгалась туда, где мне совершенно не рады.

– Добро пожаловать в Запретные земли! – остановился лорд и дождался, когда я приближусь. – Знаю, что чувствуешь ты себя здесь неуютно, – слегка усмехнулся он, – но скоро это пройдет. Земли впустили тебя, потому что я твой проводник, но еще не привыкли к вторжению человека.

Я продолжала с опаской оглядываться. Все казалось, что сейчас на меня кто-то или что-то нападет. Я боялась, сама не зная чего, и это чувство было очень неприятным.

Когда над нами мелькнула большая тень, едва сдержала крик страха. Но спокойный вид лорда придал и мне уверенности. Рядом с нами спланировал темный силуэт с огромными крыльями за спиной. Не сразу поняла, что выглядит он как человек. Да и поняла только тогда, когда крылья его растворились в воздухе.

– Лорд Райнер! – поклонился высокий очень смуглый мужчина неопределенного возраста. – Меня послал за вами отец.

– Рад видеть тебя Мосс, – улыбнулся лорд, и я сразу поняла, что эти двое давно и хорошо знакомы. – Линда, познакомься, это дворецкий моего отца – Мосс.