Глава 28

Весь день я ждала Райнера. Понимала, как сильно он вымотался за время моей болезни, но и ужасно хотела увидеть, поговорить обо всем произошедшим с нами, возможно даже обсудить планы на будущее. Правда о последнем думала с замиранием сердца. Несмотря на любовь к лорду, что только крепла в сердце, я не могла себе даже представить, что смогу быть с ним рядом всегда. Мы провели много дней бок о бок, пока добирались из Аллизарии в Мингерию. Много чего с нами произошло… Но сейчас, когда вернулась домой, все наши приключения казались мне ненастоящими, словно мы были актерами и блестяще исполняли свои роли. Вернулись отчуждение и робость, что испытывала к лорду всегда. Эти два чувства вторгались в разум, всячески отравляя мое счастье.

Обедали мы с магом вдвоем. Все как раньше. Сэр Берингар чревоугодничал со смаком, я же пыталась прогнать грустные мысли. Только на этот раз Клара первой мне накладывала самые лакомые кусочки к неудовольствию мага. Тот старательно хмурился, на что кухарка не обращала внимания, я же не могла сдержать улыбку, боясь как бы он ее не заметил. Это напоминало игру: кто сильнее насолит магу. Ну а в глубине души я считала, что он заслужил подобное поведение со стороны Клары. По мне, так уже достаточно она его облизывала. Пора бы и ему обратить на нее внимание. И кажется, именно это сейчас и происходило. Временами маг на нее смотрел как-то уж очень задумчиво, словно видел впервые.

На улице все еще бушевала непогода, и вторую половину дня я провела в гостиной пытаясь читать. Получалось плохо, все время отвлекали мысли. Их было слишком много в моей голове, и все они требовали моего внимания.

Предприняв очередную попытку сосредоточиться на книге, которая тоже оказалась тщетной, я отложила томик в сторону и задумалась. Вернее, позволила мыслям упорядочиться, выделяя главные. Их оказалось две: почему Райнер до сих пор не пришел, и чем таким занят мой туман, что я его практически не чувствую? Со вторым решила разобраться немедленно, испытывая уже нешуточное беспокойство. Нет, конечно, меня устраивало, что он перестал вмешиваться в мою жизнь и вершить правосудие, когда ему того хочется, разбираясь со всеми по-своему. Но не покидало ощущение, что туман от меня что-то скрывает, и это что-то напрямую связано со мной. Словно он готовит какую-то пакость, а пока решил затаиться, выждать подходящего момента. Только вот сюрпризов итак было достаточно, наступила пора, когда от жизни я ждала предельной ясности.

На довольно суровый призыв проявить себя, туман отозвался практически полнейшим равнодушием. Он разве что лениво шевельнулся внутри меня и снова замер, поглощенный своими делами. Раздражение не заставило себя ждать, и я понятия не имела, что с этим можно поделать.

К вечеру настроение мое испортилось окончательно. А еще и этот дождь вносил свою лепту, зарядив, казалось, навечно.

Когда наступило время ужина, и стол снова накрыли на двоих, я уже казалась себе темнее той грозовой тучи, что висела над герцогством и щедро выплескивала свой гнев.

– Почему лорд Райнер не хочет присоединиться к нам? – напрямую спросила я мага, стоило тому появиться в гостиной, довольно потирая руки и радуясь каким-то очередным алхимическим достижениям.

– А разве он обещал? – казалось даже удивился сэр Берингар, занимая свое место за столом.

– Но я думала…

А что, собственно, я думала? Что изменится все, стоит нам только вернуться? Кажется, в этом я крупно просчиталась. Другой стала я, а все остальное осталось прежним.

– Вы ведь знаете, чем он занят, да? – тихо спросила я, борясь со слезами разочарования.

Маг бросил на меня быстрый взгляд и продолжил наполнять свою тарелку. За ужином Клара нам не прислуживала, и в гостиной мы с магом были одни.

– Лорда Райнера пригласил к себе герцог Вилберт. Сегодня он заночует во дворце.

Вот как? А завтра? Что он придумает завтра, чтобы не видеться со мной?

Настроение было испорчено окончательно. Больше я не задавала вопросов. Еле дождалась, когда закончится ужин, так и не сумев проглотить ни кусочка, и поднялась к себе в комнату. По пути встретила Гифта. И надо мне было прочитать сочувствие в глазах этого немого слуги. В комнату я уже заходила, заливаясь слезами. Благо Джитты там не было. Зато подушка встретила меня как родная. В нее-то я и излила свое горе.

Что же это за невезение такое? Иначе как фатальным и назвать его не могу. Стоило бороться за мужчину, который желает остаться независимым, не хочет что-то менять в своей жизни, впускать в нее меня? И что делать мне со своим разбитым сердцем? Ведь такие мелкие осколки даже не склеишь.

Так я и уснула, в слезах, не раздеваясь. Позже пришла Джитта. Служанка разбудила меня и настояла подготовиться ко сну как положено. Она прочла целую лекцию о вреде корсета во время сна. Да кто бы спорил! Только вот, когда сама жизнь становится не мила, о таких мелочах, как корсет, уже не думается.

На следующий день я решила объявить забастовку. Раз в моем обществе никто тут не нуждается, то и я никого видеть не хочу! Даже болтовня Джитты раздражала и напрягала. Чтобы поскорее избавиться от нее, я потребовала завтрак в комнату и прозрачно намекнула, что хочу остаться одна.

После завтрака бесцельно валялась на кровати, активно себя жалея. Обида жгла глаза злыми слезами, но плакать себе я запретила. Достаточно было влаги на улице. Дождь не то что перестал, а он еще и усилился, просто уливая землю. Если и дальше так пойдет, то в герцогстве случится потоп со всеми вытекающими последствиями.

Когда уныние мое достигло пика, я вспомнила, что есть же существо, которое точно во мне нуждается и вынужденно томиться в клетке. Конечно же Гавлу не разрешили обосноваться в крепости. Да и я понимала, что такой большой птице будет тесновато в доме. Лорд распорядился выделить ему отдельный загон, довольно просторный. Но это все равно ограничивало его свободу, к которой физил так привык в Аллизарии. И виновата в этом была я, что разрешила ему принадлежать себе. Понимала, что это был его выбор, но не могла не сочувствовать. Его-то я и решила навестить – единственного, кого считала настоящим другом.

Гифт преградил мне дорогу, когда собиралась уже выйти на улицу. На лице слуги было написано осуждение вкупе с сомнением в моей нормальности. Да я и сама понимала, что нормальный человек в такую погоду на улицу не попрется без крайней необходимости. Но у меня был как раз такой случай, и отступать не собиралась.

– Не волнуйся, Гифт, я не раскисну как кисейная барышня. Что я дождя не видела никогда по-твоему?

С этим словами и задранным выше крыши подбородком я попыталась обогнуть слугу, но не тут-то было. Пропускать меня явно не собирались. И тут внутри меня ожил туман, сооружая надо мной купол, как тогда, когда меня Келс забирал из молельни. Если бы темная магия, что жила во мне, вдруг смогла заговорить, то эпитетов в свой адрес услышала бы немало, и вряд ли среди них были бы положительные. Я прямо физически ощущала, как туман надо мной надсмехается, называя недалекой. И он был прав. Ведь я владела магией гархалов, про которую все время забывала. Как сказал маг, мне дарована уникальная способность, которая теперь стала и моей. Но любую способность нужно развивать, совершенствовать.

– Спасибо, дружок! – тихо поблагодарила я, пытаясь сохранить серьезность. Эмоции на лице Гифта не поддавались описанию. Но и преградить путь он мне больше не пытался.

Хорошо, что двор крепости был щедро усыпан щебенкой. Только она и спасала, чтобы не утопнуть в грязи по колено. Под куполом было тепло и сухо, тогда как за его пределами бушевало настоящее ненастье, конца и края которому не было.

Гавл встретил меня радостным щебетанием и едва не повалил на землю в приступе нежности.

– Прости, мой хороший, что забыла про тебя, что зациклилась на своих проблемах, – чуть не расплакалась я, обнимая физила за шею и прижимаясь лицом к его теплым перышкам. – Обещаю больше так не делать и каждый день выводить тебя на прогулку. Пойдем, – распахнула я дверцы загона.

Мне хотелось вырваться на волю не меньше, чем этой птице.

Мы с Гавлом направились в сторону лесопосадки. Хорошо, что и тут землю устилал плотный мох. Идти по нему было не трудно, даже приятно. Конечно, этот лес даже отдаленно не напоминал Сонный, но тоже рождал приятные ассоциации и легкую грусть. Не хватало только Келса и наших с ним задушевных бесед. Я скучала по гархалу, хоть и знала, что у него все хорошо. Мы постоянно поддерживали связь, жаль не могли нормально общаться так часто, как того хочется.

А почему, собственно, нет? Почему я не могу позвать Келса, когда он мне так нужен? Мысленный призыв отправить оказалось проще простого. И принц с радостью на него откликнулся. Это я прочитала в его эмоциях, которые улавливала постоянно. А вскоре и он сам присоединился к нам с Гавлом. Вот тогда я впервые за последние много дней ощутила в душе почти идеальную гармонию.

Келс рассказал мне о новостях. Оказывается, после выходки мутантов в Запретных землях, королевский совет Аллизарии принял закон об их принудительной изоляции. Теперь, чтобы покинуть страну, им нужно было специальное разрешение, которое не так-то просто было заполучить. Уже одно это делало ночи для людей не такими опасными, как раньше. А значит, что не за горами то время, когда люди и гархалы перестанут сторониться друг друга и смогут вместе существовать в этом мире. Мне хотелось в это верить, как и в то, что и я внесла свою лепту в примирение таких замечательных рас.

Еще Келс поделился со мной об идее, которая захватила жреца с головой, превратившись в цель всей его жизни. Могущественный карлик решил, что может найти магический рецепт зелья, избавляющего гархалов от светонепереносимости. На эту мысль его натолкнули исследования перемен, произошедших с принцем. И теперь все свободное время жрец проводил в магических опытах. Этим он мне напомнил сэра Берингара. А еще в голове зародилась мысль свести этих двоих помешанных на магии. Думаю, они быстро найдут общий язык и смогут быть друг для друга полезными.

Мы долго гуляли и общались. Сильно углубились в лесопосадку. Когда настало время возвращаться, Келс вызвался проводить нас с Гавлом. Я понимала, что предложил он это, не желая расставаться. Но и сама испытывала примерно то же, а потому с радостью согласилась. И надо же было такому случиться, что в тот момент, когда мы выходили из леса, мимо промчался на коне Райнер. Лорд не остановился и, казалось, даже не посмотрел на нас, но я точно знала, что он нас заметил.

После прощания с принцем гархалов нам следовало вернуться в крепость. Уже приблизилось время обеда, и наверняка маг будет волноваться, если, конечно, не пропадет на целый день в своей лаборатории, как случалось нередко. Но оставалось еще одно дело, которое мне вдруг захотелось довести до конца. Не могла я позволить и дальше оставаться неопределенности в наших отношениях с Франциской. Понимала, что рано или поздно нам придется встретиться и со всем разобраться. Так почему бы это не сделать сегодня.

Физил ничего не имел против прогуляться и дальше. Он важно вышагивал рядом со мной под куполом, как верный телохранитель. Как же я была ему благодарна, что захотел жить со мной!

Не могу сказать, что на ферме нас ждал ласковый прием. Суровая служанка, что впустила меня в дом, разве что у виска не покрутила, увидев нас с Гавлом. Физила я оставила дожидаться меня под куполом во дворе.

– Господина нет дома, а госпожа нездорова, – заявила она мне с порога, намереваясь не пускать дальше прихожей.

– Она лежит? – уточнила я.

– Нет, но…

– Тогда все нормально, надолго я ее не задержу, – перебила я ее и прошла в гостиную, не обращая внимания на явное недовольство.

Франциску я застала за вышиванием. Она была точь-в-точь такая, как в моем видении, – бледная и очень несчастная. Сострадание не заставило себя ждать, всколыхнув душу. В любом случае, я уже давно ее простила, да и она стала такой же жертвой обстоятельств, как и я.

– Линда! – воскликнула девушка, стоило ей завидеть меня. Пяльцы с лоскутом ткани соскользнули с ее колен на пол, но она даже не заметила этого.

Почти сразу же Франциска расплакалась, как только осознала, что перед ней действительно нахожусь я. Сама я тоже с трудом сдерживала слезы, но если мы будем рыдать на пару, то рискуем устроить тут настоящий потоп. Кто-то один должен оставаться сильным. И этим кем-то стала я. Без лишних слов я опустилась перед Франциской на корточки и крепко обняла ее. Какое-то время она пыталась справиться со слезами, прижимаясь ко мне, пока не смогла заговорить.

– Простишь ли ты меня когда-нибудь? Хоть я сама себя не прощу никогда!

Такая мука была в ее глазах, что я бы моментально простила, если бы не сделала этого раньше. Все же я не удержалась и тоже расплакалась. Теперь уже подруга успокаивала меня, в то время, как я оплакивала свое счастье, которое могло бы быть, если бы кто-то так упорно ему не сопротивлялся.

Я бы предпочла просто-напросто все забыть, что произошло между нами. Но Франциска настояла на объяснении, когда мы обе успокоились, и служанка подала чай. Что такое магия гархалов, и как она действовала на людей, я теперь знала не понаслышке, и к концу рассказа убедилась, что вина подруги была лишь в том, что ревновала меня к Райнеру. Но сейчас и от этого пагубного чувства не осталось и следа. Это я поняла из того, с какой легкостью она говорила про лорда и его отношение ко мне.

К тому моменту, как я засобиралась домой, от бледности Франциски не осталось и следа, а я могла занести еще одно доброе дело в свой личный список. На душе было легко и приятно, когда мы с Гавлом покидали ферму. К тому же, мне показалось, что небо немного прояснилось. Хотелось верить, что совсем скоро оно перестанет извергать потоки влаги на бедную землю и даст ей время на передышку.

Время обеда я, конечно же пропустила, но виноватой себя не чувствовала. Не беда, если маг будет гневаться. В конце концов, он мне тоже кое-чем обязан, да и вероломства его в отношении ко мне никто не отменял.

В гостиной меня поджидал Райнер, и выражение его лица не сулило ничего хорошего. Но не на ту напал. Причин сердиться на него в моем арсенале было гораздо больше. А поэтому я с гордым видом прошествовала мимо лорда и чинно опустилась в кресло, протягивая руки к огню. Все же, даже под непроницаемым куполом я умудрилась замерзнуть на обратном пути с фермы.

– Где ты была? – спросил он, и голос его вибрировал от злости.

– Гуляла, – отозвалась я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хоть внутри уже и зарождался трепет, как всегда, когда видела его.

– Тебя не было в лесу.

Надо же! Он и это успел проверить? Надеюсь сам, а не отправил на мои поиски бедного Гифта.

– Я ходила на ферму. Но тебя ведь совсем не это злит, не так ли? – бросила я на лорда мимолетный взгляд и снова отвернулась к камину.

Зря я решила позлить его еще сильнее. Уже в следующий момент я об этом пожалела, когда Райнер схватил меня, выдернул из кресла и прижал к стене.

– Зачем ты встречалась с ним? – прорычал он мне в лицо, напоминая того зверя, какого видела дважды. Но что-то подсказало мне, что за этим не последует приступ, да и туман продолжал бездействовать.

– Соскучилась, – пробормотала я, все же испытывая легкий страх. Даже гнев инкуба пугал, до такой степени суровыми он делал черты лорда.

– И только? Линда, скажи мне правду, – тряхнул он меня за плечи. – Что ты испытываешь к принцу гархалов?

И вот тут меня прорвало. Терпеть и дальше не смогла.

– А по какому праву ты интересуешься этим?! Разве не ты первый отверг меня, стоило нам только вернуться? Так какая тебе разница, что и к кому я испытываю?!

Несправедливость претензий лорда не столько обижала, сколько сердила. Сейчас я была чертовски зла на него. И это чувство даже прогнало страх.

– Но я не хочу…

Райнер вдруг осекся. Какое-то время еще всматривался в мои глаза, пока я не заметила, как злость из его глаз ушла, уступив место грусти. Он выпустил мои плечи, отступил сначала на шаг, а потом и вовсе отошел к окну. Я ждала, что же последует дальше, борясь с крайним разочарованием. Наверное, я бы предпочла накал страстей, нежели такое спокойствие.

– Ты права, я не имею права что-то запрещать тебе, – вновь заговорил лорд, не поворачиваясь в мою сторону. – Ты вольна делать, что захочешь. И встречаться, с кем пожелаешь.

На последних словах голос его заметно дрогнул, и я поняла, с каким трудом они дались ему. А еще исчезла злость, как совершенно бесполезное чувство. Как я могу сердиться на него, если понимаю, что он еще более несчастен, чем я. Коме того, я осознала, что порыв его был вызван ревностью и ничем больше. В другое время меня бы это порадовало, возможно даже, уверило в мысли, что Райнер ко мне неравнодушен. Но сейчас его грусть передалась и мне. Как сказал маг, мы оба оказались жертвами обстоятельств. Каким-то, одним ей известным образом, судьба предназначила нас друг другу, велев продираться сквозь потемки и препятствия на пути к счастью.

Я приблизилась к лорду. Так хотелось обнять его, сказать, что вместе мы со всем справимся, но мешала робость, рожденная его неприступностью. Я смотрела в окно, хоть и ничего не видела. Сердце сдавливала боль, от которой становилось трудно дышать.

– Я не хочу быть ни с кем, кроме тебя.

Казалось, это произнесла не я, а кто-то другой, до такой степени неожиданным было это признание для меня самой.

– Но мы не можем… – как эхо отозвался лорд.

– Почему?

– Я боюсь погубить тебя, – посмотрел на меня Райнер, и мне стало плохо от муки в его глазах. Но вряд ли мне было хуже, чем ему. Его разрывало горе. Он не находил выхода для нас.

– Но ты любишь меня?

Я задала вопрос, ответ на который мне было жизненно важно услышать.

– Больше жизни, – тихо произнес лорд.

– Тогда, все остальное неважно, потому что я люблю тебя не меньше. Кроме того, ты забываешь о моих новых способностях, что я в любой момент смогу защитить себя.

– Но я не хочу, чтобы между нами стояло мое проклятье! – воскликнул лорд.

– А ты считаешь себя вправе решать за нас обоих?

Я уже больше не могла сдерживаться, до такой степени хотелось прижаться к этому сильному и родному телу, по которому я успела так истосковаться. Губы мои сами нащупали губы лорда. Лишь успела попросить туман оставаться начеку в случае чего, как слилась с ним в долгожданном поцелуе. Лорд обнял меня так крепко, как только мог позволить себе, и ответил на поцелуй с такой страстью, что бедная моя голова закружилась в умопомрачительном вихре.

– И ты согласишься выйти за меня замуж, хоть я и не должен просить тебя об этом? – спросил Райнер прерывая поцелуй, чему я совсем не обрадовалась.

– Если обещаешь никогда не оставлять меня одну надолго и без надобности, – счастливо улыбнулась я.

Боже мой! Как все просто, когда в один момент в голове твоей, наконец-то, выстраивается логическая цепочка! И надо-то было для этого всего-ничего – чтобы лорд сделал мне предложение. Сразу же пришло осознание, чем так упорно был занят туман в последнее время, что он так старательно оберегал внутри меня, порой забывая даже о моей безопасности, вспоминая о ней в последний момент. Добавить сюда простую арифметику и собственное легкомыслие, что даже не заметила задержку женского недомогания. А мои слезы и перепады в настроении? Все же настолько очевидно, что только глупец может не догадаться. И вот он, законный финал, что показали мне Святые силы – мы с Райнером и наш маленький сын. Я ждала ребенка от лорда, в чем сейчас совершенно не сомневалась.

– Надеюсь, это странное выражение на твоем лице вызвано ни желанием забрать свое слово назад, – ворвался голос Райнера в мои мысли. Только сейчас сообразила, что уже какое-то время стою с широко распахнутыми глазами и смотрю в противоположную стену, а лорд за мной внимательно наблюдает. – Предупреждаю, что если это и так, то теперь я готов силой заставить тебя выйти за себя замуж.

– Боюсь, тебя ожидает потрясение посерьезней моего отказа, – расплылась я в совершенно счастливой улыбке.

Именно такой я себя сейчас и чувствовала – совершенно счастливой, нашедшей то, к чему стремилась.