Глава 54

— Вы сегодня к занятиям ещё намерены возвращаться? — поспешно спросил Иллиньен, пока никто не успел ответить на прозвучавший вопрос.

Мысленно поблагодарив соплеменника, Рондвир уже был готов рвануть заниматься немедленно. Но тут Лориин заявила без обиняков:

— Нет. На сегодня точно хватит. Мозг всё равно больше не варит.

— Тогда, может быть, вам расслабиться, пропустив по бокальчику вина? — снова нашёлся Иллиньен. — Лично я бы не отказался, хотя перезаниматься мне и не довелось.

— Я за! — в один голос воскликнули Рондвир и Морис. Первый согласился бы на что угодно, лишь бы увести в сторону беседу. А второй просто был вовсе не прочь выпить и в предвкушении, кажется, даже позабыл о собственном вопросе.

— У меня есть пара бутылок Арзорского… — сообщил Иллиньен, поднимаясь с дивана.

Пока он ходил к себе, Рондвир по-хозяйски достал из буфета бокалы, а заодно и сыр с плесенью, обнаруженный там. Что ж, благородному напитку, обещанному Иллиньеном, закуска вполне соответствовала.

Вот только двумя бутылками посиделки как-то не ограничились. Дальше Рондвир ограбил бар брата на одну, вторую и третью бутылки… А потом за добавкой отправились Иллиньен и Морис. Вампир вернулся ещё с двумя бутылками вина – правда, уже попроще, чем Арзорское. Морис же притащил бутылку виски – видимо, из собственных запасов.

Чисто из любопытства Иллиньен проявил интерес к земному напитку. Но больше конкурентов у Мориса не нашлось, и виски он употребил фактически в одиночку. Правда, в итоге пьяны они с Иллиньеном оказались примерно одинаково, поскольку вампир не имел привычки к столь крепким напиткам. Впрочем, трезвых здесь не осталось вовсе – семь бутылок вина тоже не прошли незамеченными.

Собрание соревновалось в громкости беседы с запущенными на полную катушку «Skid Row», а ещё Иллиньен, вернувшись в последний раз, как назло, позабыл про защиту.

И тут, прямо так скажем, крайне не вовремя, в родные пенаты из Эльты принесло блонвурскую делегацию. В общем, картина называлась «не ждали».

— Вы что, вообще не в своем уме?! — возмутился с порога Элестайл. Грохот музыки и пьяные крики он услышал ещё с лестницы. Музыку король, естественно, сразу остановил. — Иллиньен!

Вампир резко поднялся с дивана, попытавшись принять виноватый вид. Однако его тут же заштормило, и он рухнул обратно – причём, промахнувшись мимо дивана, уже на пол.

А Морис, возмущённый тем, что веселье бесцеремонно прервали в самом разгаре, показал Элестайлу «фак», после чего снова врубил проигрыватель – только пультом, а не магией, как его выключал Элестайл. Тот, впрочем, не замедлил опять остановить проигрыватель. Но Морис тоже был упрям – и вновь нажал кнопку на пульте.

Так продолжалось ещё несколько раз. Лилит безрезультатно пыталась урезонить возлюбленного. Мэйбл, сидевшая по другую от него сторону, тоже. Рондвир полез через неё отобрать у Мориса пульт.

Король попытался решить вопрос радикально – попросту выкачав из аккумулятора магический заряд в том объёме, в котором обычно закачивал его. Однако музыка не смолкла.

— Я сейчас прибью того, кто поддерживает работу аппаратуры! — ледяным тоном посулил Элестайл, заподозрив, что кто-то тут же вновь зарядил аккумулятор.

— Да никто её не поддерживает, — пробурчал Иллиньен, изо всех сил стараясь заползти-таки с пола на диван.

Сидевшие на этом диване Джейлис, Лориин и Эльджета тоже пытались что-то объяснить, однако ничего внятного у них не выходило вовсе.

Наконец Рондвиру удалось вырвать из руки Мориса пульт, и противостояние музыки с тишиной прекратилось. Взъярившись от проигрыша, Морис со всей дури пнул в Элестайла столик, на котором стояли бокалы и бутылки. Нет, в цель тот не угодил, по пути налетев на невидимую преграду. Однако терпение короля истощилось полностью, и в следующее мгновение Морис уже задыхался под его яростным взглядом.

— Прекрати! Ты же его убьёшь! — Рондвир кинулся к брату, но по дороге запнулся об обломки столика и растянулся на полу.

— Да вас всех поубивать мало! — прорычал Элестайл. Но Мориса всё-таки отпустил.

— Дагэлестайл… ты извини… — замычал Иллиньен. — Мы сейчас уйдём, — так и не сумев подняться на ноги, он двинулся к выходу на четвереньках.

Вот только позора ползающей по коридорам свиты ему и не хватало! Элестайл магически захлопнул перед его носом дверь, едва не прибив ею Фортейл. Из задержавшихся внизу зайти успели только Лонгаронель и Ворон.

— Что здесь происходит? — осведомился Лонгаронель, обводя взглядом комнату. У самых его ног на четвереньках переминался Иллиньен. Чуть дальше с пола, усыпанного обломками и осколками, поднимался Рондвир. На одном диване в ужасе застыли Эльджета, Лориин и Джейлис. На другом Морис пытался отдышаться, а Лилит с Мэйбл наперебой вопрошали, как он. Довершал сцену бледный от ярости Элестайл, стоявший над Рондвиром.

— Ничего особенного, — холодно ответствовал король. — Просто попойка явно удалась.

Лонгаронель с Вороном переглянулись. Что разрушения на совести Мориса, сомневаться не приходилось. В остальном же восстановить картину событий в точности вряд ли представлялось возможным.

— Элестайл, прости… — Рондвир встал перед ним с опущенной головой. — Это я предложил выпить, — поспешил он взять вину на себя. — А на Мориса, при твоём появлении, мне, конечно, следовало сразу же накинуть ловушку, но на пьяную голову я не сообразил.

— Он что, всегда так себя ведёт?!

— Нет. Только спьяну. Но, к сожалению, с тормозами у него по части спиртного плохо.

— А по-моему, с тормозами тут плохо у всех вас. Это вот что там, в углу, ползает?! — зло вопросил Элестайл, указывая на Иллиньена.

54-2

Проштрафившийся вампир как раз надеялся скрыться из поля зрения, забившись в угол, но явно не преуспел. Похоже, вместо концерта WASP’а он теперь отправится прямиком в Бозуир. И что его, придурка, дёрнуло нажираться в королевских покоях!

— Иллиньен тоже пил виски вместе с Морисом. Это крепкий земной напиток, что-то вроде рома, — конечно, достоинства виски по части крепости Рондвир несколько преувеличил, причём намеренно.

— У тебя кровь, — хмуро заметил Элестайл, посмотрев на окровавленные руки брата.

— Ничего.

— Хоть останови.

— Потом. Всё равно сперва надо вытащить осколки.

— Сдурел, что ли?! Сядь, — Элестайл указал на ближайший диван. — А вы подвиньтесь, — это уже относилось к троице Мэйбл-Морис-Лилит.

Места на диване было только для четверых, и Мэйбл с него как ветром сдуло в ту же секунду. Морис тоже передвинулся, едва не сев на Лилит.

Решив не спорить дальше, Рондвир опустился на диван. Элестайл устроился рядом, принимаясь за его порезы.

— Давай я, — вызвался Лонгаронель.

— Думаешь, сам не справлюсь?! — огрызнулся Элестайл.

Спустя некоторое время Джейлис всё же решилась раскрыть рот:

— Налить тебе вина?

— Предлагаешь догнаться до вашего состояния?! — ядовито усмехнулся король.

— Да мы-то как раз уже протрезвели.

Элестайл снова устремил на неё взгляд:

— Нет, спасибо, конечно, что хоть коленями тут полы не протирала. Ну ладно бы кто другой!.. Но вы с Рондом уж порадовали так порадовали! — выплюнув последнюю фразу, он вернулся к лечению.

— Прости… — пролепетала Джейлис.

Но её извинения, как и извинения Рондвира, остались без ответа.

— Морис, поставь Virgin Steele, — вдруг попросил Лонгаронель. Элестайл пригвоздил его на месте взглядом, однако ничего не сказал. — Только негромко, — добавил Лонгаронель и, подняв с пола пульт управления, вручил его Морису.

Хакер устремил вопросительный взгляд на Элестайла, но тот его проигнорировал, и тогда он всё же решился. Зазвучала «The Black Light Bacchanalia». Для Лонгаронеля выбор Мориса явился неожиданностью – не самый лучший, лично на его взгляд, альбом группы, а Элестайл его ещё вовсе не слышал. Однако именно на этом альбоме вокал DeFeis’а звучал как-то по-особенному умиротворяющее – что вообще не слишком нравилось Лонгаронелю, но, безусловно, как нельзя лучше подходило к нынешней ситуации, и, кстати, полностью соответствовало целям, которые вампир преследовал изначально.

— Стоп. А почему это вообще до сих пор играет?! — опомнился на третьей песне Элестайл, вспомнив, что вроде бы выкачал из аккумулятора весь заряд, и, как его тут убеждали, никто не заряжал оный снова.

— Иллиньен изобрёл способ увеличить ёмкость магического аккумулятора, чтобы её хватало на несколько часов звучания, — доложил Рондвир. — Мы ещё немного доработали его совместно. А потом решили отпраздновать данное весьма полезное изобретение.

Переставив события местами, в общем и целом, Рондвир не солгал. Иллиньен поднял тему, едва были разлиты первые бокалы. И за его успех тосты произносились затем не раз.

Элестайл бросил взгляд на всё ещё обречённо сидевшего в углу Иллиньена, кажется, тоже оценив его заслуги перед меломанами, а точнее, металломанами Альтерана.

— Кто-нибудь вообще собирается убирать бардак здесь?! — строго вопросил он, теперь уже не глядя ни на кого конкретно.

Морис сорвался с места. И тут же столкнулся головой с головой Иллиньена, ринувшегося к останкам столика с противоположной стороны комнаты. Девушки попытались помочь им в уборке.

— Нет, — смеясь, остановил их Элестайл. — Пусть поработают особо отличившиеся.

Собирая обломки, Морис поднял на него покаянный взгляд:

— Извини, пожалуйста. Что-то меня совсем занесло…

— Если бы на моем месте оказался кто-то другой – твоя выходка могла обернуться весьма плачевными последствиями, — назидательно заметил Элестайл. — Силища у тебя та ещё, хотя с виду вроде и не скажешь.

— Я не хотел кидать стол в тебя. Просто пнул его со злости.

— Хотел или нет, давай смотреть в лицо фактам. Ты пнул стол, не задумываясь о последствиях. Я тоже мог бы со злости ударить тебя так, что сейчас ты лежал бы здесь мёртвым. Однако не сделал этого, хотя взбесил ты меня, честно скажу, уж явно не меньше, чем я тебя.

— Но ты тоже чуть не придушил меня, — напомнил Морис.

— Ошибаешься, убивать тебя я не собирался и силу воздействия рассчитывал. А привести тебя в чувство давно было пора. Но ты мне вот что скажи – как же тебя магии-то учить, если в ярости ты полностью теряешь контроль над собой?! Ведь пришибёшь же кого-нибудь в очередном приступе бешенства.

— Нет! — с горячностью возразил Морис. — Мебель я крушу, конечно, не в первый раз, но до сих пор это было без риска для окружающих. А тут… Знаешь, наверное, подсознательно я был уверен, что ты защититься сумеешь.

— А если бы ошибся – что тогда?

— Да нет, я своего бездумного бешенства не оправдываю, — потупил взгляд Морис. — Конечно, нужно учиться сдерживаться…

— Жалко, что здесь не оказалось меня, — произнёс Ворон.

— Ты бы усмирил его раньше? — усмехнулся Элестайл.

— По крайней мере, поставил бы защиту на столик.

Элестайл расхохотался:

— То есть тебе уже доводилось спасать от него предметы меблировки?!

Ворон кивнул с улыбкой.

— Нет, Морис, от меня не жди, что я буду расставлять защиты на мебель, — предупредил Элестайл. — В следующий раз вломлю так, что у тебя будет время хорошенько поразмыслить над своим поведением. Если только ещё хоть один бокал от тебя пострадает…

— А если рюмка? — в шутку поинтересовался Морис.

Элестайл засмеялся:

— Кажется, я начинаю понимать, за что тебя терпят твои друзья.

— Как вы съездили-то? — спросил Рондвир, обрадовавшись, что вроде бы брат сменил гнев на милость.

— Тебя именно поездка интересует? Погода стояла замечательная, — с ироничной улыбкой приступил к рассказу Элестайл. — Солнечная, безветренная. Вот только птиц почти уже неслышно.

— Решил начать вести дневник натуралиста? — язвительно осведомился Рондвир.

— Учись точнее формулировать вопрос.

— Так мы услышим о результатах поездки?

— В результате поездки мы встретились с Наэлем и Луарэ, — продолжил изгаляться Элестайл. — Составили им компанию за обедом, побеседовали о том о сём…

— А в результате переговоров что? — невозмутимо поинтересовался Рондвир, решив всё же не дожидаться, пока брат перейдёт к перечислению блюд королевского меню.

— А в результате переговоров позвольте вам представить нового проректора Блонвура, — Элестайл сделал жест в сторону Ворона, — Владислава Воронова. — Выждав, пока стихнут радостные возгласы, он продолжал: — И новую группу на втором курсе Арда мы для вас тоже пробили.

— Значит всё, мы зачислены!? — вскричал Морис, хватая Лилит в объятия.

— Да. Хотя кое-кто тут уже имел все шансы и быть отчисленным.

Морис «скромно» потупил взор.