Глава 96

В комнате, откровенно говоря, холодно не было. Хотя, конечно, дворяночка не привыкла спать на полу.

Едва заметно, но всё же вздрогнув при словах Зеланны, Хонор накрыл её остававшейся за ней частью одеяла. А потом обнял, причём под одеялом – повинуясь то ли просьбе, то ли собственному желанию.

Зеланна прильнула к нему ещё тесней… и вдруг коснулась его губ. От неожиданности орк отпрянул. Но девушка снова потянулась к его губам. Хонор сдался, отвечая на поцелуй – сперва очень нерешительно… но постепенно вместе с нежностью в нём нарастала страсть.

Ворон закрыл глаза, сочтя дальнейшее подсматривание непристойным. Впрочем, не замечать распространявшуюся от парочки ауру желания теперь было невозможно. Они целовались ещё примерно час. Ворон уж было начал опасаться, как бы орк не вообразил себя в типи. Но в конце концов Хонор нашёл в себе силы остановиться.

— Давай спать, — прошептал он. — Иначе завтра ты просто не встанешь.

— А ты? — с неким вызовом спросила Зеланна.

— Я-то встану, даже если не буду спать вовсе. Но тебе необходимо отдохнуть.

Вправду лишь заботится о ней или опасается, что ещё немного и одними поцелуями уже не ограничится? – невольно подумалось Ворону. В одном он не сомневался – меньше всего Хонор переживает о собственном сне. Если орки сродни индейцам – а очень похоже, что именно так и есть – в выносливости Ворон индейцам вечно уступал. Те умудрялись совершать переходы длиной в несколько суток. Продвигаясь вместе с ними, Ворон уже буквально падал от усталости, а они всё ехали и ехали – будто железные!

По-прежнему используя в качестве подушки плечо Хонора, Зеланна вскоре уснула. Ворон тоже погрузился в сон.

Разбудило его какое-то движение рядом. Открыв глаза, вампир огляделся, встретился взглядом с также проснувшимся Дэлвиром. Все остальные спали, но в комнате не было Хонора. Ворон посмотрел на часы – пять минут пятого. Ну и куда орка понесло среди ночи?! Ладно, быть может, приспичило по нужде.

Прошло минут десять, Хонор не возвращался. Ворон тихонько поднялся и двинулся к двери.

— Куда ты? — шёпотом спросил Дэлвир.

— Хочу поговорить с ним.

Дэлвир закрыл глаза, возвращаясь ко сну. Похоже, уход Хонора его тоже обеспокоил, однако искать орка вдвоём с Вороном он смысла не видел.

Ворон спустился вниз – в обеденном зале никого не было. Закутавшись в плащ, он вышел наружу. Начавшаяся около полуночи метель припорошила все вечерние следы. Единственный свежий вёл к конюшне.

В её дальнем конце Ворон и нашёл Хонора. Орк сидел на охапке сена, уставившись в одну точку.

— Если от желания ты уже и сон потерял, может быть, проще удовлетворить его? — заговорил Ворон, присаживаясь рядом. — Главное, о предохранении не забывать.

Хонор, словно бы через силу, перевёл взгляд на него и с полминуты смотрел молча. Ворон не торопил.

— Это не просто желание, — наконец произнёс орк. — Месяца полтора назад мы разговорились, столкнувшись в библиотеке. И с тех пор Зеланна не выходит у меня из головы. После турнира она пригласила меня на танец. А теперь и вовсе…

— Вот держать её в голове, а тем более, в сердце, я бы тебе не советовал, — вздохнул Ворон. — Ты только пойми правильно. Я люблю индейцев и оркам тоже симпатизирую. Но это я. А семейка кордакских дворян вряд ли придёт в восторг от связи дочуры с орком.

Хонор горько усмехнулся:

— Влад, будь уверен, я не питаю на этот счёт ни малейших иллюзий. И никогда не думал проявлять инициативы. Но оттолкнуть её никак не нахожу в себе сил.

— Боюсь, что всё-таки придётся. Чем позже, тем будет только больней. На Лисьем Хвосте Зеланна не продержится и недели – она не Мильта и даже не Шелда. А в Кордаке тебе с ней рядом места нет.

— Ты думаешь, я не знаю?! — Хонор скривился, словно от боли. — И, кстати, я в курсе, каким образом на притязания Ситала отреагировал отец Шелды, хотя, по их обычаям, она уже не годилась в жёны ни одному шелсуинцу. Как только Зеланну угораздило тоже влюбиться в меня! Клянусь, я к этому не стремился.

Ворон положил руку ему на плечо:

— Насколько мне известно, «отец Шелды» к тому времени уже не был её отцом. Впрочем, реальный шелсуинец, боюсь, отреагировал бы ещё непримиримей.

Скрипнула, приоткрываясь, створка ворот.

— Хонор, ты здесь? — послышался несмелый оклик Зеланны.

Ворон поспешил ретироваться, перескочив через загородку денника, находившегося напротив места, где они сидели, и затаился за ней. Хозяйская лошадка удивлённо посмотрела на ворвавшегося к ней постояльца, однако решила не выдавать его проявлением беспокойства – как будто вступила в молчаливый сговор с ним. Или дело в том, что Ворон был хорошим учеником и управление животными уже освоил?

— Хонор… — ещё раз тихо позвала Зеланна.

— Я здесь, — не слишком охотно откликнулся-таки орк. Девушка кинулась на его голос со всех ног. — Зачем ты меня ищешь? — остудил он её пыл ровным, если не сказать холодным, тоном.

Зеланна остановилась в паре шагов от него, будто на неё, и вправду, вылили ушат ледяной воды.

— Я проснулась, а тебя нет… — вымолвила она с несчастным видом.

— Тебе лучше пойти снова лечь спать.

Её глаза наполнились болью.

— Почему? — спросила она, собравшись с силами.

— Так будет правильней.

Зеланна медленно, будто встретив физическое сопротивление чего-то невидимого, преодолела разделявшие их пару шагов и уткнулась лбом ему в грудь.

— Почему? — тихо повторила она. — Я тебе совсем не нравлюсь?

Хонор молчал. Со стороны пару они представляли собой типа Ситала с Шелдой – рослый мускулистый орк и тоненькая, словно тростинка, кордакийка. Её белокурые волосы лишь усиливали контраст.

— Речь не о моих чувствах, — наконец произнёс Хонор, беря её за плечи и отстраняя. — Мы никогда не сможем быть вместе.

— Но ведь твоя сестра встречается с человеком! — в отчаянии всхлипнула Зеланна. — И, кажется, даже собирается за него замуж.

— Кэйден – другое дело. Его семье… всё равно, с кем он и что с ним.

— Я написала брату, что встретила тебя.

— Написала брату? — изумился Хонор. — Когда? Зачем?

— Ты меня совсем не помнишь? — в её голосе прозвучало расстройство.

— Нет, почему же, я прекрасно помню наш разговор в библиотеке, — заверил её всё же несколько сбитый с толку орк.

— Но в библиотеке, здесь в Блонвуре, мы общались не в первый раз. Значит, не помнишь, — вздохнула Зеланна.

Хонор выжидательно смотрел на неё, явно не понимая, о чём она.

— А ведь тогда именно ты дал мне силы жить дальше, — немного помолчав, продолжила девушка. — Я находилась за гранью отчаяния. В стране творился полный ужас! Сплошные казни, казни, казни… Минт – это младший из моих братьев, он старше меня на пять лет – успокаивал меня, что нас это не коснётся. Однако коснулось и ещё как! Вампиры арестовали всю мою семью – как раз когда Минт уехал в столицу, надеясь там найти ответы на вопросы. Я спряталась в потайной комнате и думала, что только поэтому вампиры не схватили и меня.

Но оставшись одна в осиротевшем замке, обезумела от горя и, позабыв об опасности, кинулась следом в Ласиду. Я слышала, что Лорго вернулся, и решила любыми путями добиться его аудиенции, надеясь испросить милости для родных. Наивно полагала, что мне удастся убедить короля в их невиновности, уверить, что они его не предавали.

Но получить аудиенцию монарха не вышло. Страждущих попасть к нему там была целая толпа. Некий вампир заявил, что Лорго слишком занят, к тому же мою семью уже казнили. Он добавил что-то ещё – про каких-то варитов, но тогда это слово было для меня пустым звуком. Кто бы только знал, как в тот момент я возненавидела вампиров, а ещё больше – Лорго, устроившего эту безжалостную резню по всей стране в честь своего возвращения на трон![1]

— И ты решила отомстить, убив его самого, — неожиданно продолжил за неё Хонор. — Безумная затея девочки, у которой от горя помутился разум.

96-2

Да. В тот момент, когда Лорго вдруг вышел в приёмную, Зеланна кинулась на него с кинжалом. Но Лорго даже не узнал о покушении – раньше, чем девушка успела замахнуться, её руку перехватил Тень знает откуда взявшийся орк. Это и был Хонор. Он отобрал кинжал и выволок её из приёмной.

Зеланна осыпала его проклятиями. А он лишь крепко держал её, пока она не выбилась из сил. И только тогда спросил, что побудило её так поступить. Зеланна вновь разразилась проклятьями – вперемешку с безутешными рыданиями.

По-кордакски Хонор говорил очень плохо, вовсю смешивал её родной язык с лимеранским. Но Зеланне вдруг захотелось поделиться своим горем, излить кому-нибудь душу, и она перешла на лимеранскую речь. Продолжала через слово сыпать проклятьями, – теперь уже в адрес Лорго и его приспешников-вампиров – она рассказала о постигшем её кошмаре, то есть об аресте и казни семьи – без всякого видимого повода!

Хонор выслушал её, не перебивая. А потом поведал ей, что повод всё-таки был, и более чем серьёзный. От него Зеланна впервые услышала о варитах. Орк объяснил, что в этой войне вампиры не убили ни одного человека – а вот варитов действительно не щадили. И если тех, кого она считала своими родными, казнили, значит, людьми они уже не являлись. Её родные, в самом деле, были мертвы задолго до казни.

Поверить в такое сразу Зеланна, конечно, не могла. Отец, мать, тетя, дядя, братья, сёстры, их жёны и мужья… каждого она знала, как саму себя, и вдруг все они оказываются монстрами из другого мира?! Хонор продолжал делиться сведениями, лишь недавно почерпнутыми им от вампиров. В частности, о том, что именно варит, захвативший тело маршала Солси, ответственен за переворот в Кордаке, за полившуюся реками кровь. Он избавлялся от дворян, обладавших способностями к магии, поскольку только маги способны противостоять варитам. Но наибольшую опасность лже-Солси видел в Лорго – потомке драконов.

Рассказал Хонор и о том, как вариты, ради испытания своего оружия, перебили целое селение орков – его селение. А кое-кого захватили в плен, чтобы использовать в качестве расходного материала в неких экспериментах. В числе тех пленников Хонор и оказался в Кордаке.

Он тоже по вине варитов потерял практически всех своих родственников и друзей. Но находил в себе силы жить дальше.

Зеланне жить не хотелось. Она не представляла себе, что сможет вынести жизнь в одиночестве. Когда кидалась с кинжалом на короля, в глубине души отдавала себе отчёт, что её тоже убьют. Однако последствия волновали её меньше всего – напротив, смерть казалась ей выходом.

На протяжении многих часов Хонор заново прививал ей желание жить. И в конце концов сумел внушить, что смерть – отнюдь не единственный вариант для неё. Постепенно Зеланна оживала…

А потом её вдруг отыскал Минт. Оказалось, что его тело вариты, к счастью, тоже не захватили. Хонор передал Зеланну её брату из рук в руки. Минт подтвердил рассказы орка о варитах и тот факт, что всех их близких сегодня утром казнили именно как варитов.

Откуда-то Минт уже знал, что Зеланна предприняла попытку покушения на Лорго. Он от всего сердца поблагодарил Хонора за спасение жизни сестре. Самому Лорго вряд ли угрожала опасность – наверняка королевская охрана прикончила бы девчонку быстрее, чем та пробилась бы к намеченной жертве через толпу. Тем не менее, за то, что уберёг короля Кордака, Минт тоже поблагодарил орка.

Они ещё немного пообщались, а затем Хонор оставил брата с сестрой наедине.

— Значит, ты всё-таки вспомнил? — Зеланна с надеждой посмотрела ему в глаза. Лунный свет, пробивавшийся в слуховое оконце, позволял что-то видеть и ей.

— Нашего знакомства я и не забывал, — орк тепло улыбнулся ей. — Но тебя саму, признаюсь, узнал лишь сейчас. Это случилось три года назад, — добавил он, словно бы извиняячь. — Тогда ты была ещё ребёнком.

— Да, мне едва минуло пятнадцать лет, — подтвердила Зеланна с оттенком грусти в голосе. — Вот и Минт убеждал меня, что ты наверняка видел во мне лишь напуганную девочку. Но моё девичье воображение ты тогда поразил раз и навсегда. Среди всего творившегося вокруг хаоса, среди паники и отчаяния ты являл собой образчик мужественности и спокойствия. Ты был надёжен, давал чувство защищённости.

В тот день я пребывала в слишком большом смятении, Минт увёз меня домой, в наш замок. Но уже на следующее утро я поняла, что должна разыскать тебя во что бы то ни стало. Я умоляла брата вернуться в Ласиду. Однако он считал, что сперва мы должны похоронить тела наших родственников, отдать им последние почести, и в этом был непреклонен.

«А ещё твой брат вовсе не хотел, чтобы ты возобновила своё знакомство с орком, — дополнил Хонор про себя. — Тем более что от него наверняка не укрылась твоя влюблённость».

— После похорон мы всё-таки поехали в Ласиду, — продолжала Зеланна. — Только оказалось слишком поздно. Как выяснил Минт во дворце, вампиры улетели, забрав с собой всех орков. Теперь ты, очевидно, находился где-то на пути домой.

Не знаю, как тогда не сошла с ума от отчаяния – я просто бредила тобой! Даже хотела отправиться следом на Лисий Хвост. Минт всё-таки сумел отговорить – твердил, что, не зная даже имени, орка на Лисьем Хвосте можно разыскивать до старости. Это в Ласиде вас было всего несколько, а у себя на родине – тысячи тысяч. И территория Лисьего Хвоста никак не меньше территории Кордака.

Я не забыла тебя, но постепенно смирилась, что больше не увижу никогда. Хотя и не переставала грезить о тебе. Во всех мечтах я раз за разом чудесным образом встречалась с тобой снова. И окончательно не оставляла мыслей, что, став совершеннолетней, поплыву-таки на Лисий Хвост. Правда, за эти годы ты мог найти себе другую девушку и даже жениться.

А минувшим летом Минт решил отправить меня учиться магии. Признаться, я была удивлена, что он повёз меня в Эльту – после истории с варитами у нас в Кордаке повсеместно пооткрывались школы магии, а Лорго учредил в Ласиде и университет, в котором имелся магический факультет. Но Минт сказал, что в Эльтской академии, существующей уже не один десяток лет, знания наверняка дают лучше.

Испытание я прошла успешно, однако в саму академию меня не приняли – определили в её Блонвурский филиал. Минт был расстроен, даже ходил к ректору с прошением взять меня в саму АМИ. Ректор шепнул ему по секрету, что именно в Блонвуре студенты получают наиболее глубокие познания.

Брат всё равно выглядел расстроенным, но спорить и просить дальше не стал.

В предпоследний день лета я приехала в Блонвур. А следующим вечером вдруг увидела там тебя. Моё сердце едва не разорвалось, когда вместе с друзьями ты въехал в ворота замка. Хотела кинуться тебе навстречу, но ноги словно приросли к земле. А потом ты лишь скользнул по мне равнодушным взглядом.

Я терзалась сомнениями, делал ли ты вид, будто мы никогда не были знакомы, или в твоей памяти реально не осталось и следа обо мне. Ты же в упор меня не замечал. Я поняла, что нет никакого смысла навязываться, и запрещала себе всякие попытки возобновить знакомство.

До тех пор, пока мы не столкнулись в библиотеке.

Тогда я пришла к выводу, что ты меня действительно не помнишь. Однако мне показалось, что я сумела зародить в тебе какой-то интерес к себе. Правда, ты и потом упорно избегал меня. Моё приглашение на танец тоже ничего не изменило. Но распрощаться с мечтой о тебе я уже не могла!

Все мои мысли были только о тебе. Я старалась как можно чаще попадаться тебе на глаза – хотя толку от этого не наблюдалось, ты игнорировал моё существование раз за разом. Но случайно подслушав, что вы отправляетесь в Бордгир, я решила подкараулить тебя на дороге и предпринять ещё одну попытку.

— Напрасно, — орк отвёл взгляд. — Между нами ничего не может быть.

Зеланна положила руки ему на грудь:

— Хонор, я люблю тебя! И если в твоём сердце есть хоть маломальское чувство ко мне – умоляю, не отталкивай меня! Я три года схожу по тебе с ума, кроме тебя мне не нужен никто. Да, тогда, в твоих глазах, я была ещё ребёнком, но теперь я выросла. Тебе двадцать пять, не так уж велика разница в возрасте между нами, с годами она сотрётся вовсе.

— Не в возрасте дело, Зеланна, — вздохнул Хонор. — Неужели ты не понимаешь?! Мы из разных миров. Тебе нечего делать в моём, а мне нет места в твоём.