Глава 11. Затвор

Злата

В яме было холодно.

Я все могла стерпеть, но этот влажный холод просто вымораживал.

Я ходила туда-сюда, танцевала на своем земляном квадратике вальс, шептала стихи, которые помнила наизусть, напевала глупые песни.

Благослава ругалась на меня то ли из соседней ямы, то ли откуда-то, где условия были получше моих.

— Чтоб у тебя язык отсох, кикимора рыжая! — шипела она в ответ на мои «во поле березка стояла».

Я не обращала внимания на ее оскорбления. В конце концов, ее страхи оправдались. Жила она себе прекрасненько, собиралась удачно выйти замуж, а тут появляюсь я, и все меняется в один момент.

К вечеру крышку моего погреба отодвинули. Появился Всеволод, тот силач, который провожал меня до терема.

— Отойди! — велел он и скинул мне соломенный тюфяк, шерстяное одеяло, чью-то шкуру, флягу и булку хлеба. — Тюфяк свежий набили, — добавил Всеволод, как мне показалось, с сочувствием.

— Благодарю, — ответила я.

А что еще сказать?

Тюфяк оказался легким и объемным, и я сначала обрадовалась, что мне не придется спать на грязной земле, но выяснилось, что солома ужасно колется и слишком легко приминается.

Ну, в любом случае это лучше, чем ничего. Я положила шкуру неизвестного зверя на свой матрас и укрыла ноги шерстяным одеялом.

Стало темно. И страшно.

— Благослава? — позвала я.

Она долго ничего не отвечала, а потом все же спросила:

— Чего тебе?

— Я не хотела тебя… счастья лишать, — сказала я. — Я здесь не по своей воле.

— Да уж конечно, кто по своей воле в затвор полезет, — усмехнулась она.

— Да нет! Вообще я к вам попала случайно. Я совсем издалека, и у нас все по-другому.

— Как же это? — спросила она.

— Ну… У нас женщины ходят на работу, сами зарабатывают деньги.

— Так и у нас женщины работают.

Я похлопала глазами. Ну да. У них все так же, только все же не так.

— Ну, у нас женщины много чего решают.

— В семье решают? — спросила она с недоверием.

— Да, — кивнула я, хотя никто моего кивка не видел. — В семье, а некоторые и одни живут, без семьи, если захотят.

— А ты? У тебя семья осталась?

— Мама только, — ответила я, — и брат где-то в мире.

— Дура ты, — сказала Благослава. — Чего толку решать, если семьи своей нет.

И правда.

— А ты давно… Ну… За князя сосватана? — спросила я.

— Сызмальства, — ответила она, а потом пояснила: — Мой отец — воевода во Всеславле. К нам когда прошлый Змей с сыном приезжал, все девки на него, на княжича, заглядывались, а я всегда знала — моим будет. А теперь вот ты возьми и появись…

Я услышала сдавленные рыдания.

— Благослава! — Я даже с «кровати» встала. — Ну извини, я же не нарочно! Я вообще не хотела к вам попадать. Очнулась, а там огонь! И дракон… то есть Змей. Он как посмотрел мне в глаза…

— Врешь! — крикнула Благослава.

— Не вру!

— Змей на людей не смотрит, мы для него, что скотина безмозглая!

Я озадаченно нахмурилась.

— Смотрит, еще как, его взгляд до костей пробирает!

Молчание затянулось.

— Говоришь, не хочешь быть здесь? — спросила она тихо.

— Хочу домой, конечно! Дома тепло и сухо, и стиральная машина, и интернет, а еще хорошая работа, — стала размышлять я вслух. — Дома…

— Так тебя никто не ждет там?

— Ну как не ждет, подруги, мама! Маникюрщица, Света, еще я песика подкармливаю у заправки…

— Ничего не понимаю.

Мы замолчали.

— Спрашивала тут о тебе одна пришлая, — снова тихо сказала Благослава.

Я похолодела. Кто же это обо мне мог спрашивать?

— Ходила по городу, тихонько вызнавала про тебя, но мне девки все выболтали. Говорят, прикидывается срединницей, а вовсе не срединница она. А я ведь сразу в тебе беду учуяла, но кто бы меня слушал!

Мне надоело постоянно слышать про «срединников» и не понимать, о чем со мной говорят. Да еще эта загадочная женщина теперь…

— Благослава! — сказала я громко и уверенно. — Расскажи, кто такие эти срединники? Почему они девушку чуть не сожгли? Почему вы все их недолюбливаете? Почему князь к ним полетел? Зачем принес меня? — обрушила я на нее шквал вопросов.

Благослава недовольно вздохнула.

— Три царства у нас тут. Наше — Семарглово Княжество, соседнее — Вотчина Марены, где колдуны живут, а меж ними — Срединные Земли, наполовину бесхозные.

— А колдунов у вас тут тоже не очень любят? — с сомнением уточнила я, скрестив руки на груди. Сидеть спокойно больше не получалось. Я вскочила, начала ходить взад-вперед, словно движение могло помочь мне разобраться во всем. В голове пульсировала мысль: надо узнать больше об этом странном мире.

— Не любят, конечно! Кто ж их полюбит: коли разозлится один, может мор на целое поле навести!

— А срединники? — с жаром спросила я. — Их почему не любят?

Горячий тон моего голоса даже мне самой казался лишним, но я не могла сдержаться.

— Да нипочему, просто чужие они. Живут за лесом, в лес этот никто не ходит, а кто ходит, тот редко возвращается обратно.

— Почему?

— Нежить там, дурья ты башка. Правда иноземка, — сказала Благослава.

— Н-нежить?

— Кикиморы, ауки, русалки, страсти всякие. Хуже только ведьмы.

— Ведьмы — это те, кто в Вотчине Марены живут?

— Да. Они если к нам попадают, их либо мертвыми, либо опороченными на границу относят.

— К-как это?

— Злата, или как тебя там, — раздраженно сказала Благослава, — ты про мужчину с женщиной-то знаешь, или тебя в твоем иноземье вообще ничему не научили?

— Про то, что случается после свадьбы? — озадаченно спросила я, не находя славянского синонима к слову «секс».

— Как это «после свадьбы»? — хохотнула Благослава. — А к мужу ты собралась неопытной идти?

Мои щеки заалели. Вот это поворот. Не думала я, что мои взгляды окажутся более строгими, чем в прошлом.

Хотя прошлое ли это?

— Э-э-э… — не нашлась я с ответом.

— Поэтому мы чужих и не любим. Как вы там живете вообще с такой выучкой?! — искренне возмутилась Благослава.

— Ну… кто как хочет, тот так и живет у нас.

— И ты приперлась моего жениха забрать из своего «кто как хочет»? — гневно спросила она.

— Да не хотела я никого забирать! — вспылила я.

— Не хотела, да вот я в сарае сижу из-за тебя вторые сутки! — закричала Благослава.

— Сама виновата! Нечего было надо мной издеваться! — не осталась я в долгу.

Раздался сдавленный смешок. Кажется, у нас имелись свидетели.

Благослава тоже их услышала. Больше мы не разговаривали.

Я улеглась на свою постель, поджала под себя ноги и постаралась не нюхать шкуру, которая отвратительно пахла.

А потом я услышала тихое шевеление у себя в яме. Сердце заколотилось, словно готово было вырваться из груди. Я замерла, закрыла глаза и постаралась вообще не дышать.

Но когда что-то маленькое, мерзкое и мохнатое коснулось моих голых ног под сарафаном, мой крик услышало все это Семарглово Княжество!