глава 12
Все обернулись. По проходу шел бледный оборванный парень лет двадцати, красивое лицо было в грязных потеках и ссадинах, золотистые волосы свалялись. Сбежавший сводный брат Альбы.
- Зиберт?! - потрясенно воскликнул король. - Но как..?
- Брак не может быть заключен, - проговорил парень и показал на Алену, стоявшую у алтаря. - Эта девушка - самозванка.
В первый миг повисла зловещая тишина. Но вот все пришло в движение.
- Ты с ума сошел! - рыкнул король.
А Зиберт продолжал упрямо идти по проходу и вытянул вперед руку, указывая на нее:
- Эта девушка не Альба. Потому что... - он внезапно болезненно поморщился. - Я ждал в условленном месте, чтобы забрать с собой. Альба умерла у меня на руках.
- Откуда ты можешь это знать?! - снова загремел голос Норта. - Ты счел ее мертвой и сбежал, а она очнулась. Альбу нашел и привез к нам Мидхэм. Я, король! Неужели я не разберу, кто передо мной - самозванка или моя воспитанница?!
- Мессир, принц Зиберт, - вмешался Лорвель, переводя взгляд с него на короля. - Это голословное обвинение, нужны доказательства. Все проверить, разобраться...
И тут раздался спокойный голос Гаэля Дарта:
- Это ваши семейные дела, и они меня не интересуют. Я вытащил из костра эту девушку, и на ней я намерен жениться. Если других возражений, кроме слов Зиберта Волхана, нет - мэтр, продолжайте церемонию.
***
Алена до конца не могла поверить, что их наконец обвенчали.
Даже несмотря на то, что им выписали особое свидетельство, а ей надели брачные браслеты на запястья. Все казалось, что сорвется, что-то пойдет не так.
Только когда въехали в замок и оттуда навстречу им столбом поднялось пламя в жаровнях и с приветствиями и песнями выбежали люди, она вдруг расслабилась. Вокруг кричали:
- Виват хозяину и хозяйке! Виват прекрасной Альбе!
А она прижалась к Гаэлю и наконец засмеялась.
***
Гаэль видел, что она напряжена и едва держится. То, что сказал мальчишка Зиберт, давно уже не было для него тайной. Он знал это, видел другую душу в этом теле и безумно дорожил ею. Нашел бы среди сотен миров. И ему безразлично было, как ее зовут - Алена или Альба, это была его суженая.
И да, он мог бы воспользоваться неразберихой, которую Зиберт устроил в храме, послать всех в бездну, а девушку забрать к себе. Но. Все еще могло переиграться, а ему нужна была уверенность, что Норт с Лорвелем не начнут опять чинить препятствия и устраивать каверзы. Поэтому брак был заключен официально.
Полным церковным обрядом.
Чтобы никаких претензий.
Но сейчас, когда все наконец закончилось, ему хотелось порадовать ее, чтобы забыла обо всем, что ей пришлось пережить, и смеялась. Черт побери! Он хотел танцевать на своей свадьбе!
А после - ночь.
***
На празднике надо было высидеть хотя бы до темноты, так сказал Гаэль.
Незаметно стемнело. Алена уже и натанцевалась, и от переизбытка эмоций валилась с ног от усталости. Но вот он взглянул на нее, и пламя у него в глазах. Пора.
Как рукой сняло всю усталость.
Когда камеристки уводили ее, чтобы подготовить к брачной ночи, а все кругом кричали пожелания, она не знала, куда спрятать глаза. И потом тоже, пока помогали ей снять платье и растирали горячим, умопомрачительно пахнущим ароматическим маслом. А после одели в тончайший кружевной пеньюар и оставили одну. Шепнув напоследок:
- Милорд сейчас будет.
***
Все это время, пока вез ее, прижимая к себе, потом, пока сидел за столом с ней рядом и ощущал трепет ее тела, руку ее держал в своей руке, Гаэль горел на медленном огне. Когда Альбу увели в спальню готовить к ночи, как будто нить из сердца потянулась за ней. Жар сжигал его изнутри, но мужчина хотел продлить это томление еще на несколько минут. Предвкушение.
Выдержать. Наконец он поднялся из-за стола и направился в спальню. Яд желания подтравливал кровь, и все же Гаэль не спешил, шел медленно, у него еще было дело. И... Но об этом после.
У самой лестницы к нему с докладом подошел человек, которого он отправил разыскать и привезти в замок молодого принца Зиберта.
То, что тот сказал в храме: «Альба умерла у меня на руках», было важно. Гаэль считал, что это может быть опасно для нее, и потому хотел расспросить сводного брата Альбы.
- Милорд, - человек замер перед ним в поклоне.
Гаэль остановился.
- Что?
Мужчина покачал головой.
- Когда я добрался, было уже поздно, но я узнал, что молодой принц взят под стражу и теперь находится в Фелтане.
Быстро сработано. Гаэль нахмурился, потом оглянулся в сторону лестницы и кивнул.
- Хорошо, ты свободен. Иди, веселись.
А сам прикрыл глаза, чувствуя, как его заливает волной. Она уже должна была найти его подарок. Еще несколько мгновений. Еще...
Через секунду он, перескакивая по ступеням, уже шел к ней.
***
Закрылись двери. Алена осталась одна. Волнение... Так глупо, ждать-то всего пару минут, а она не знала, куда себя девать. Прошлась комнате. В одном углу были сложены подарки. Различных подарков было много, целая гора. Ларец на столике.
Она открыла крышку и в первый момент удивленно застыла, а потом беззвучно ахнула и прижала пальцы к губам. Там были драгоценности. Изумительно красивые, сказочные. Но больше всего ее поразил искусно выполненный букетик - белые подснежники. Цветы были как живые. Откуда он мог знать, что она любит подснежники?
А под букетиком записка: «Люблю тебя».
Она только потянулась взять записку и букетик, как тихо отворилась дверь.
Гаэль Дарт стоял на пороге, смотрел на нее.
В первый момент она вздрогнула от неожиданности. Глупость какая, пронеслось в мозгу, ведь все это время она ждала его. А потом уже ничего не осталось, только жгучее смущение почему-то и жар, разгорающийся внутри. На целый долгий миг мир исчез, остался только этот большой и сильный мужчина, окруженный невидимой тьмой. Только огонь в его глазах.
- Ты... - она встала, забыв обо всем.
Потом опомнилась, оглянулась на ларец.
- Спасибо.
Мужчина бросил быстрый взгляд на стол, а потом резко выдохнул и шагнул в комнату.
Он готов был весь мир положить к ее ногам. Если бы попросила сердце вырезать из груди - отдал бы.
«Здесь все твое, а ты благодаришь за такую малость?»
Другая, далекая. Суженая. Желанная. Единственная.
- Тебе понравилось? - низкий голос дрогнул, охрип.
Столько слов дрожало внутри, но ее как будто сковало огненным кольцом. Алена смогла только тихо выдохнуть:
- Очень.
И нервно сглотнула, потому что он был уже рядом.
Вот оно. Ведь она знала, что теперь будет, и с Гаэлем уже проходила этот обжигающий, безумно сладкий путь. Но не до конца. Не до конца.
Сейчас...
Было немного страшно.
Он подошел, обнял ее за плечи.
- Ничего не будет такого, чего ты не захочешь сама. Ты мне веришь?
Лицо сосредоточенное и хмурое, брови сведены. Он ждал, а она застыла, глядя на его твердые губы, потом подняла взгляд:
- Да.
- Тогда... - голос внезапно охрип, вызывая в ней волны дрожи. Как будто изнутри прикасался.
Аххх... Хотелось закрыть глаза. Шершавые мужские ладони мягко прошлись по ее плечам, даря ласку, а потом он взял ее за руки.
- Пойдем со мной.
Алена невольно покосилась на огромную брачную постель, застеленную кипенно-белыми простынями. Но тьма уже закружилась вокруг них сполохами.
«А как же...» - мелькнуло у нее в голове.
Ведь завтра опять чуть не весь замок слетится с утра смотреть на простыни. Уголок его красиво очерченных твердых губ чуть дернулся.
«Плевать, не думай об этом».
Осторожно и медленно касаясь, спустил до пояса сначала легкий кружевной пеньюар, а потом и тонкие бретельки рубашки. Теперь она осталась перед ним, укрытая лишь плащом из длинных огненно-рыжих волос. И только после этого скинул дублет и рубашку сам. Теперь они стояли друг против друга.
Совсем близко, рядом, кожа к коже.
Как тогда, во время ритуала.
И так же, как тогда, Алене казалось, что земля уходит из-под ног, кружится голова, а в легкие заливается обжигающе сладкая лава. Нечем дышать. Только им. Потому что он уже подхватил ее на руки и целовал. Потом прижался губами к ее левому запястью, посылая всему телу волну дрожи, и как во сне она услышала:
- Пойдем, жена моя.
Следующий шаг был в темноту. Куда он нес ее, прижимая голой грудью к своей крепкой, словно литой груди, Алена не знала. Уже и мыслей не осталось, только ощущения, заливавшие ее волнами огня. А дальше - ложе.
На которое он внес ее на руках. Безумие поцелуев. Его тьма. Прикосновения. Каждое, словно удар молнии, снопы искры под веками и сполохи огня. Ей казалось, что волны пламени рвутся из ее души, окутывают их, лижут их сплетенные тела, доводя остроту ощущений до немыслимого предела, а вокруг его тьма.
Но ей же мало, мало... Хочется большего...
- Сейчас, - сквозь кровь, ревущую в ушах, слышится его срывающийся голос. - Сейчас...
Мужчина привстал и приподнял ее над собой. Прижал крепко, лаская всем телом. Совсем иначе теперь было все, в крови бежали жаркие искры! Казалось, она сейчас вспыхнет. Ну что же он... Невозможно было терпеть эту пытку. Алена застонала и выгнулась в его руках, подставляя грудь его губам.
- Ахх-ха-хаааа!
Следующее мгновение принесло острую боль. Рванулось пламя, взвихрилось, смешалось с тугими черными сполохами тьмы. Мужчина замер, прижимаясь лицом к ее груди. И только сила его рук, стиснувших ее стальными обручами, его поцелуи, сбитое горячее дыхание.
Он говорил ей что-то на непонятном рокочущем языке, Алена почти не слышала, не понимала, но его слова забирали боль, оставляя только огонь, ревущий в крови. Первое осторожное движение, погладить собой изнутри, и мир качнулся. А потом все просто сорвалось в бездну, и уже осталось только наслаждение, слепящее, чистое.
***
После, когда все свершилось, Гаэль снова нес ее на руках. И как они оказались в спальне, Алена не помнила. Просто рассеялась тьма вокруг них, а он уложил ее на брачную постель и лег рядом, покрывая поцелуями.
Все было так волшебно. Ее еще несло потоком страсти, но в голову уже начала просачиваться мысль - а как же простыни?
Гаэль усмехнулся ей в губы, словно услышал. Оторвался от нее, приподнялся на локте и смотрел в глаза так пристально, как будто видел душу. Потом взял ее правую руку и поцеловал запястье.
- Жена моя.
Этот его низкий глуховатый голос...
Дрогнуло и сладко сжалось в ответ все внутри. И только сейчас Алена заметила, как мелькнула под его губами у нее на правой руке черно-огненная вязь - брачный знак. Она потрясенно замерла, а мужчина обнял ее и выдохнул:
- Ты устала. Спи.
Она хотела возразить, что не устала нисколько, но глаза сами собой закрылись, и ее унесло в сон.
***
По приказу короля Зиберта схватили прямо в храме, и теперь он сидел в той же самой камере в подвале, куда однажды бросили Альбу.
А сам государь Норт сидел на стуле в своей спальне. Босые ноги в тазу с горячей водой, на лице застыл оскал. Вокруг него хлопотал бессловесный слуга. Подлил в воду кипятка и выскользнул, ибо король был вне себя от гнева.
- Так-то вы подготовили все, мэтр?! Это был ваш надежный вариант?! - рыкнул он на Лорвеля, потому что на ком-то нужно было сорвать злость, иначе его самого разорвет. - Не знали элементарного! Время было! Вы могли бы найти более талантливую шлюху или какую-нибудь вдову другого темного. В конце концов! Вы могли им заплатить!
Норт подался вперед, сейчас его перекошенное лицо было страшно. Однако Лорвеля тоже не так-то просто было смутить. Он вскинул руки и нервно выдал:
- Не мог я, сир. Не мог. Все не так-то просто. Темные достаточно редки, и церковь уже много веков неуклонно борется за то, чтобы их не было вообще.
- Плохо боретесь, - выплюнул Норт, откидываясь на спинку стула и прикрывая глаза.
Сейчас он переживал свое поражение снова и снова. Досада разливалась в нем, заставляя его скалиться и рычать. Но он не намерен был сдаться и отступить.
- Что еще можно сделать? - спросил он наконец.
- Сир... - Лорвель словно предвидел этот вопрос, встал с места и прошелся по комнате. А потом обернулся к королю и, ловким жестом вскидывая широкие рукава сутаны, проговорил: - Сейчас нам следует принять положение как есть. А чтобы добиться желаемого...
Он замер, глядя королю в глаза.
- Остается только один способ. Физическое уничтожение темного лорда.
На самом деле церковник всегда об этом мечтал - уничтожить Гаэля Дарта и прибрать к рукам его богатые земли и нагорный замок. Сейчас всего лишь озвучивал желаемое. Однако темный лорд был ему не по зубам. Король некоторое время смотрел на церковника, потом презрительно сплюнул себе под ноги.
***
Лорвель давно ушел, а мысль засела крепко.
Норт постоянно прокручивал в голове то, что сказал мэтр. Он и сам понимал, что Гаэля Дарта надо уничтожить. Но ему же не под силу было справиться с темным лордом! Даже с помощью церкви.
Уже наступила ночь, однако король не ложился, так и сидел, задумавшись. Но вот тихо скрипнула дверь, вошла Анхельма. Король молча проводил жену тяжелым взглядом. Ему очень бы хотелось сорвать зло на ней. Запереть эту женщину в подвал, пусть бы посидела там рядом с Зибертом, которого оклеветала. Подумала о смысле жизни!
А может, и не оклеветала, в этом следовало разобраться.
Женщина подошла ближе, с губ короля сорвалось тихое рычание. Когда-то он был увлечен ею? Сейчас государь искренне ее ненавидел.
Однако положения дел это не меняло.
Соглашение между ними продолжало действовать. Норт не мог открыто ее выставить, все было сложно, к тому же ему еще нужна была ее помощь. Значит, пока что Анхельма оставалась королевой. Он в любом случае намерен был избавиться от нее, но позже. А в настоящий момент короля волновало другое.
- Как ты объяснишь то, что ни один из способов, предложенных тобой, не сработал? - спросил он, не повышая голоса.
Кипящая в нем ярость улеглась, государь прекрасно контролировал эмоции.
- В этом нет моей вины, сир, - невозмутимо проговорила Анхельма. - Я сделала все, что могла. Просто темный лорд оказался слишком хорошо подготовлен. Вы же видели, как он ловко обошел все препятствия.
Анхельма умолкла и подошла к окну. Повисла многозначительная пауза.
Фактически, она ему завуалированно намекнула, что Гаэль Дарт был предупрежден. В душе у Норта поневоле зашевелились сомнения. Его предали? Но кто? Лорвель?
Анхельма искоса взглянула на него и добавила вкрадчивым тоном:
- Если еще учесть, что в конце ему даже помогли...
Взгляд.
Слишком многое сейчас пряталось в глазах королевы.
Понятно, что ей хочется избавиться от пасынка и Альбы любой ценой, потому что те кое-что знают, видимо. До этого момента Норт еще мог бы пойти у нее на поводу. Но теперь он просто нехорошо расхохотался.
- Ты так хочешь свалить вину за все на своего пасынка и отправить его на плаху, моя верная жена? Я начинаю верить, что Зиберт невиновен.
- Я? - королева изобразила изумление.
- Ты. Отправила Альбу на костер. Я еще не забыл этого.
***
Анхельма побледнела. Конечно, казнить ее у Норта руки коротки. Но этот мерзкий старик мог заартачиться и применить власть, и тогда ей придется бросить здесь все и искать себе новое место. А ей нравилось быть королевой, и никуда она уходить не планировала.
Значит, придется сделать так, чтобы Зиберт ничего не смог сказать.
Жаль, золотоволосый парнишка был очень хорош собой. Но чем-то всегда приходится жертвовать, если она хочет остаться на троне. А прямо сейчас ей надо было убедить старого подозрительного мужа в своей полезности и направить его мысли в нужное русло. У Анхельмы было что предложить ему, но козыри свои королева выкладывала постепенно.
- Что мэтр Лорвель? - спросила, возвращаясь к столу. - Как вы поговорили с ним, сир?
Взяла серебряный кувшин и налила себе немного вина в маленький кубок. Она прекрасно знала, о чем был разговор, потому что подслушивала. Норт хмыкнул и зло ощерился:
- Лорвель предложил уничтожить Гаэля Дарта физически. Только как уничтожить темного лорда? Как?! Если это невозможно?!
Вот сейчас.
Она поняла, что момент настал, но это было опасно. Анхельма не знала, что в итоге выйдет, и все же решила рискнуть.
- Сир, есть человек.
Старый король уставился на нее и резко подался вперед, скрещивая руки над столом.
- Я слышала, он знает способ, - проговорила она, понижая голос.
Несколько секунд звенело молчание, потом Норт проговорил:
- Приведи его.