12

Гром грянул прямо во время завтрака.

– Тишенька, дорогой, – вкрадчиво произнесла Лора, – будь добр, просвети меня, что будет в нашем с тобой брачном договоре.

Жених Шелест замер, не донеся ложку до рта.

– В договоре? – переспросил он.

– В договоре, – Лора прищурилась.

Дора на всякий случай отодвинулась подальше. Подруга славилась взрывным характером. Бедняга Тихон даже не догадывался, насколько сильно рискует. Он сунул ложку в рот, проглотил овсянку, а потом сказал:

– Ну… э-э… я его еще не составил.

– Отлично, – плотоядно улыбнулась Лора, беря с тарелки булочку. Дора на всякий случай отодвинулась еще дальше. – Тогда я тебе помогу, – Лора рванула булку зубами, и жених Шелест напрягся, глядя, как ее зубы яростно перемалывают откушенное.

– Да не надо, я сам могу, – произнес он, нервно сглатывая.

– Одна голова – хорошо, а две – лучше, – прожевав, сказала Лора. – Вместе мы с тобою напишем быстрее. И грамотней. И ничего не забудем, – Тихон моргнул, уставясь на нее, словно кролик на удава. – Поэтому сразу после завтрака мы с тобой, Тишенька, к делу и приступим. Кстати, я уже всё, поела, – лучезарно улыбнулась она. Слегка побледнев, жених Шелест принялся торопливо доедать овсянку, бросая на Лору нервные взгляды. – Да ты не торопись, Тишенька, я подожду.

Глянув на свою почти нетронутую порцию, Дора тоже решила ускориться. Гроза вроде бы прошла стороною, однако мешкать не стоило.

Закончили они с Тихоном одновременно. И даже все вместе вышли из столовой. Затем, взяв жениха Шелеста под руку, Лора увлекла его прочь. Дора замешкалась, раздумывая, куда пойти. Идей не возникло, и она решила просто побродить по академии.

Дойти удалось только до угла библиотеки.

– Невеста Шарович, – послышалось за спиной, – а мы вас ищем.

Дора оглянулась. Капитан Фуксия с незнакомой спутницей подошли ближе.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась Дора, прикидывая, не сделать ли реверанс. Вид у незнакомки был очень к тому располагающий – она выглядела сногсшибательно, знала себе цену и изучала непоколебимую уверенность.

– Добрый, – ответила физкультурница. – Знакомьтесь, невеста Шарович, это госпожа Сон.

– Жизель, – её спутница, мягко улыбнувшись, протянула Доре руку.

– Дора, – растаяв от её обаяния, произнесла Дора.

Рука оказалась тёплой, а рукопожатие крепким.

– Ну ладно, дальше вы сами, – заявила капитан Фуксия. – Если что, сестренка, ты знаешь, где меня найти, – и она бодро унеслась в сторону спортзала.

– А вы правда сестры? – не удержалась от вопроса Дора.

– Правда. Наши матери – родные сестры, – ответила Жизель. – А теперь не будем отвлекаться, нам с вами нужно о многом поговорить. Как вы смотрите на то, чтобы прогуляться в город?

Дора смотрела положительно, и вскоре, неспешно беседуя, они покинули академию. Доре казалось, что Жозефина вот-вот начнёт грузить её знаниями и приёмами, учить и требовать отработки на практике, но та лишь слушала, изредка задавая вопросы. Общаться с ней было одно удовольствие, и вскоре, сама того не заметив, Дора поведала ей абсолютно обо всем – и о происшествии на крыше, что так внезапно изменило планы на жизнь, и об уроках госпожи Ягодки и капитана Фуксии, и о неудачных занятиях с госпожой Штык.

А затем с удивлением обнаружила, что уже не идёт по улице, а сидит за столиком в кафе. Рядом, благоухая ароматом, стоит чашечка кофе, а на тарелке ждет своего часа воздушное пирожное.

– Ой, – воскликнула Дора, оглядываясь по сторонам, – а я и не заметила, как мы сюда вошли.

Жизель рассмеялась.

– Вот вам главный совет по обольщению – умейте слушать, и тот, с кем вы общаетесь, пойдет за вами куда угодно. А теперь расскажите мне, Дора, кого вы хотите заполучить на балу: богатого, красивого, умного или три в одном? От этого зависит наша дальнейшая стратегия.

Жизель подобралась, взгляд ее сделался сосредоточенным.

Дора вздохнула.

– Суженого, – произнесла она осторожно, не зная, в какую из категорий его отнести.

– Ах, суженого, – тут же расслабилась Жизель. – Это проще всего. Суженый никуда от вас не уйдет, даже если вы не сможете подсыпать ему приворотку или как-то не так состроите глазки. Будьте собой, и он к вам притянется. Конечно, я не о том, чтобы ковырять в носу или чесаться.

– А если его кто-нибудь перехватит раньше меня?

Жозефина задумалась.

– Риск есть, – согласилась она, – особенно, если будете зевать. Поэтому ваша задача – осмотреться сразу, как только войдете. И если увидите того, к кому потянет, смело идите к нему, попадайтесь на глаза и во что бы то ни стало оставайтесь в поле зрения.

– А если его опоят…  или обкормят? Я слышала, что на балу будет куча приворотных средств.

– Принимайте нейтрализующие меры. Самая оптимальная – ушат холодной воды, отличное средство почти от любого приворота. Особенно в применении к суженым. Под воздействием шока морок слетит, жертва тут же вас узрит и больше не отпустит.

Жизель пригубила кофе, и Дора решила тоже не ударить в грязь лицом – продемонстрировала умение красиво вкушать.

– Чудесно, – улыбнулась Жизель, – у вас отлично получается. И что же не так с вашей стрельбой глазами? Ну-ка, взгляните вон на того симпатичного юношу за столиком у окна.

Дора оглянулась – «симпатичным юношей» оказался не кто иной, как жених Лось. На его столе громоздилась куча тарелок со сладостями, которые он с аппетитом уплетал. Один, без всякой компании, да так увлеченно, что его шансы заметить «выстрел» равнялись нулю.

Дора наклонила голову и бросила на Лося взгляд из-под ресниц.

Жених Лось замер, перестал жевать, а затем медленно повернул голову.

Не дожидаясь разоблачения, Дора уставилась в свою тарелку. Сердитый взгляд парня она почувствовала кожей. Украдкой глянула на Жизель – та выглядела озадаченно.

– Все, отвернулся, – через несколько мгновений произнесла она. – Попробуйте еще раз.

Дора попробовала.

В этот раз отвернуться она не успела – жених Лось ее застукал, скользнул недовольным взглядом… и уставился на Жизель, приоткрыв рот.

Дора тоже посмотрела на свою спутницу.

– Это жених Лось со стального факультета, – негромко произнесла она.

– Ах, вот оно что. Понятно, – немного разочарованно произнесла ее спутница и отвернулась от восхищенного взгляда. – Тогда не будем отвлекаться. Вашу стрельбу глазами я оценила. Для соблазнения применять не советую, зато, как прием самообороны, она может сослужить вам отличную службу. Да-да, я серьезно. А для обольщения мы подыщем вам что-нибудь другое, – она окинула Дору внимательным взглядом. – Как у вас дела с нарядом для бала?

Дора вздохнула. Заказанное бальное платье номер один она получила вчера вечером, и теперь оно расстраивало ее своим простеньким видом даже через закрытую дверцу шкафа.

– Платье есть, – ответила она.

– Все так плохо?

– Да нет, – Дора пожала плечами. – Все говорят, что оно нормальное.

– Значит, оно нам не подходит. В нормальном на балу вас никто не заметит. Покажите мне этот наряд.

И они отправились обратно в академию.

– Да, кажется, я понимаю, почему ваши запаснушки редко выходят замуж, – произнесла Жизель, когда Дора примерила платье. – Ну, не беда, это легко исправить.

Дору овеяло волной магии, и платье зашуршало, меняя очертания.

– Взгляните, – сотворив магическое зеркало, произнесла Жизель. – По-моему, так значительно лучше.

Дора взглянула на отражение и восхищенно вскрикнула. Но почти сразу поникла. Платье было вызывающе-великолепным, но…

– В таком виде меня не пустят на бал.

– Пустят, – хитро улыбнулась Жизель. – Если, до того, как попасть в зал, вы примените маскирующее заклинание. Уберете его, когда окажетесь в гуще событий. Я научу вас, как это сделать.

– А если ректор будет за мной наблюдать? Она же увидит. И выгонит меня.

– Увидит – да. Выгонит – нет. Она тоже хочет выдать вас замуж. Сама она предложить подобное не осмелится, статус не позволит. А мне можно, я человек посторонний.

Подумав, Дора решила, что идея не так уж плоха. Но потом вспомнила, на каких условиях Жизель обещали пригласить на бал, и расстроилась.

– Что с вами? – озадачилась помощница.

– Из-за меня вас на бал не пригласят. Шарму-то я не научилась.

– Ваш шарм – в естественности, он всегда при вас. Было бы глупо навязывать вам чужое поведение. Я объясню это госпоже ректору. Если она со мной не согласится – не беда, балов на свете много.

Не успела Дора переодеться после ухода Жизели, как вернулась Лора. Взгляд метал искры, ярость лилась через край. Затем увидела Дору – и на несколько секунд застыла. Ярость сменилась потрясением.

– Ох, ничего себе! – подскочив, она потянулась к платью. – Я тоже такое хочу! Как ты это сделала?

– Это не я, а сестра капитана Фуксии.

– Ничего себе! – повторила Лора. А потом глянула на Дору озадаченно. – Подожди, тебя же в нем на бал не пустят.

– Маскирующее заклинание применю, – понизив голос, произнесла Дора.

– А ты умеешь? – восхищение Лоры вновь хлынуло через край.

– Уже да.

– Дорочка, милая, научи! Очень надо! – взмолилась подруга.

– Ну ладно, – Дора посмотрела на нее озадаченно. – Попробую. А что случилось?

Лора выглядела так, словно готова была расплакаться.

– Этот паршивец меня обманул! Нет у него права котов дарить. Хотел голову задурить, чтобы я на балу, в пылу эмоций, не глядя договор подписала. Ради своего дурацкого наследства на все готов!

– И дядюшки с кошачьим приютом нет?

– Есть. И дядюшка, и приют, и коты. Да только Тишка распоряжаться котами прав не имеет. Тем более дарить. Нет у меня больше жениха, и котов нет, – она всхлипнула. – А я-то, дура, поверила.

– Может, оно и к лучшему, – осторожно произнесла Дора. – Ну что бы это за жизнь была, с нелюбимым мужем, – Лора посмотрела на нее исподлобья. – Да-да, – Дора решила закрепить результат, пока обида подруги не остыла. – Без любви и котики не милы будут, – и поняла, что просчиталась.

– Котики всегда милы! – воскликнула подруга. – Особенно боевые! А Тишка еще пожалеет, что так нагло водил меня за нос! Локти будет кусать, когда поймет, кого упустил! Я тоже платье свое переделаю, все женихи мои будут! И тоже заклинанием прикроюсь. Ну, Тишка, держись! – она потрясла кулаком.

В сердце Доры зародилось неприятное предчувствие.

– Ты что, влюбилась в него, что ли? – осторожно произнесла она.

– Кто, я? – подруга нервно расхохоталась. – Да как ты могла такое подумать! Да я… Да он… – и внезапно разрыдалась.

– Ну и дела, – озадаченно произнесла Дора.