Глава 31

Поворачиваю к нему лицо, вглядываясь в гордый профиль. Пытаясь разгадать намерения его обладателя. Матвей не отрывает взгляда от дороги, намеренно меня игнорируя. А мне бы так хотелось взглянуть ему в глаза. И покопаться в мыслях. – Это ещё почему? В ответ Матвей только сильнее сжимает руки на кожаном руле. – Если ты переживаешь из-за того, где вам жить, то я сниму квартиру. Выбери любую, которая придётся по вкусу. Но этот человек не должен быть рядом с… вами, – чётко, как на допросе, отвечает, фильтруя каждое слово. Предложение действительно заманчивое. С одной стороны. А с другой, это те же яйца, только в профиль. Я по-прежнему остаюсь во власти бывшего мужа. Вчера в его голову пришла идея поселить меня в одном доме с новой женой. Завтра он разрешит мне выходить из дома только с его разрешения. Чем больше власти у мужчины, тем больше вольностей он может себе позволять. А я устала подчиняться. Подстраиваться. Быть удобной. Нахлебалась всего этого в нашем браке. – Ты ошибаешься, – отворачиваюсь, впиваясь взглядом в окно, тихо отвечаю: – У нас с Игорем всё по-настоящему. Матвей давит на газ, заставляя меня понервничать. Но спидометр показывает, что мы едем в границах допустимой скорости. Он молчит, но я ощущаю, что разговор не окончен. С волнением ожидая, какой контраргумент он может предоставить. – И где же твоё обручальное кольцо? – наконец интересуется. Чёрт. И правда. – Решение было спонтанным, – тихо отвечаю, сожалея, что враньё не мой конёк. В ответ слышу лишь хмыканье. Вздохнула с облегчением, когда мы заехали на обширную территорию современного госпиталя. Повисшее в салоне напряжение мешало дышать. А затаившийся Мишка внимательно слушал разговор, вместо того чтобы играть в планшете. И очевидно, задаст мне очень много вопросов. Пока Матвей искал удобное парковочное место, я повернулась к сыну. – Медвежонок, мы приехали. – Не хочу никуда идти, – отвечает, надув губки и упрямо сложив руки на груди. У кого-то подсмотренным взрослым жестом. И я знала, почему он не хотел. Даже не из-за самих врачей, а потому, что процедуры ожидания, сидения в очередях, осмотры всегда изматывают. А меня ещё и расстраивают. Огорчённо вздыхаю, придумывая слова, которые могли бы подбодрить сына. Но, пока я размышляю, к Мишке поворачивается Матвей. – Чемпион, а хочешь, мы после доктора поедем на хоккей? Я удивлённо смотрю на бывшего, не представляя, откуда он знает, что Мишка фанатеет от этого вида спорта. Глаза Мишки тут же загораются. Он даже забывает, что мужчина напротив ему не сильно понравился. Но интерес к его предложению перевешивает всё. – Правда? – подаётся вперёд сын, уставившись на Андрианова как на Деда Мороза. – Гарантирую, – Матвей улыбается, отчего его суровое лицо мгновенно преображается, становясь неприлично привлекательным, и поворачивается в мою сторону, лишая меня дыхания, – если мама не будет против. Мишка замер, ожидая моего вердикта. А я ощущаю, что Матвей затягивает вокруг меня сети. Чем больше трепыхаюсь, тем сильнее они впиваются в кожу. – Конечно не против, – отвечаю, готовая на всё, лишь бы порадовать сына. Хотя сама не знаю, как реагировать. Что будет, когда сын поймёт, что из-за своей болезни он не сможет заниматься спортом? Об этом Андрианов, конечно, не думает. Матвей сам помогает Мишке выбраться из автомобиля. А тот только рад, потому что у него представляется возможность расспросить дядю о том, куда же мы поедем. И Матвей удовлетворяет его интерес. А мне остаётся только наблюдать за ними со стороны. Переживая болезненный укол в сердце. И испытывая досаду от того, как быстро Матвей сумел втереться к Мишке в доверие. И я понимаю, что в этих мужских делах двух мальчиков, одному из которых за тридцать, я полный аутсайдер. Потому что я никогда не смогу заменить Мишке полноценную семью. Отца. На этот раз нам не пришлось терпеть долгое ожидание. Нас приняла милый доктор, на рабочем столе которой стояла золотая табличка, свидетельствующая о том, что она кандидат медицинских наук. Врач произвела приятное впечатление. На этапе сбора информации о наследственных заболеваниях мне захотелось уползти под стол. Но оказалось, что сведения о болезнях по линии отца у нее уже имелись. Осталось собрать информацию только по мне. Сложно было игнорировать, что пока Матвей вёл себя более чем благородно. Но это почему-то лишь раздражало. После завершения обследования врач сообщила, что сможет назначить новый протокол лечения через пару дней. Когда придут результаты анализов. Мишку заинтересовала детская комната. И пока я вела его туда, искусала все губы. И как теперь дождаться результатов? Вздрогнула, когда Матвей положил тяжёлую ладонь мне на плечо. – Не переживай. Всё будет хорошо, – слегка сжимая пальцы на плече, произносит он. Поднимаю удивлённый взгляд на бывшего мужа. Вроде и слова те самые, которые мне так хотелось услышать. Но почему же у меня такое большое желание сломать ему нос? – Жену свою успокаивать будешь. А я всегда сама справлялась, – пытаюсь стряхнуть с себя его лапу, ощущая злость. Матвей явно не ожидал подобного ответа. Но руку не убрал, наоборот, лишь сильнее сжал, притягивая меня к себе. – А ты что, ревнуешь? – Я? – Мои брови взлетают до небес, пока я смотрю в самоуверенную физиономию Андрианова. – Ты слишком высокого о себе мнения. Я давно выкинула тебя из своей жизни. Не мужик, а кубик Рубика. Хрен отгадаешь эту головоломку. – Странно, вчера вечером мне так не показалось. Матвей оказывается ещё ближе, нарушая все мои границы. Преодолеваю острое желание оглянуться. Потому что мне мерещится, будто за нами наблюдают все медсёстры. И знают, что я милуюсь с чужим мужем. – Показалось. Будь добр, отойди на метр от меня, – нервно прошу, ощущая в его обществе слишком острое волнение. – Давай проверим, – произносит, наклоняясь ко мне. И я слежу за ним, оказываясь в кино на том самом моменте, когда включается замедленная съемка. При этом у меня нет ни сил, ни желания сопротивляться. Потому что стоит его губам коснуться моих, как меня накрывает ужасная слабость. Такая сильная, что не упасть мне помогли лишь крепкие руки бывшего мужа.