Глава 32

Когда кровь вновь прилила к мозгу, пришло прозрение. Вместе с ощущением, будто я на всех парах еду в автомобиле, у которого отказали тормоза. И вот-вот врежусь в столб. Вложив все силы в руки, попыталась оттолкнуть бывшего. А когда увидела его наглые, полные удовлетворения глаза, ладонь будто сама полетела в него, чтобы стереть это выражение с его физиономии. Но не успела. – Варя, все здесь уверены, что мы муж с женой. Не устраивай сцен, – произносит шёпотом, ловя мою руку. И прижимая теснее к себе. Не давая лишний раз пошевелиться. Но чем дольше смотрю на него, тем сильнее меня трясёт от гнева. Такого горячего, что если я и дальше буду его сдерживать, то просто истлею изнутри. – Какое же ты ничтожество, Андрианов. Ты ведь только женился. Или для тебя это никогда ничего не значило? – цежу сквозь зубы, ощущая, как бывший муж поглаживает мою спину. Словно имеет на этот телесный контакт право. И к собственному сожалению, ощущаю, как от его прикосновений по телу расходятся мурашки. – К чему эта лирика, дорогая? Я же вижу, что не вызываю у тебя омерзения. Так почему бы тебе не заменить Игоря на меня? Думаешь, он сумеет дать тебе больше, чем я? – абсолютно серьёзно продолжает Матвей. Я вглядываюсь в его глаза, надеясь увидеть в них какой-то намёк на то, что он шутит. Но ничего подобного не обнаруживаю. – Чего ты от меня хочешь, Андрианов? – Мой голос дрожит от волнения и неприятного озарения. – Чтобы мы с Мишкой стали твоей второй семьёй? – Можешь называть это и так. Почему бы и нет, – Матвей неопределённо пожимает плечами. Ощущение, будто меня окунули в помои. Когда-то успешный мальчик Андрианов решил сделать меня своей женой. Вопреки всему. Теперь хочет присвоить и обладать мной уже иным способом. – Я лучше буду жить на улице в коробке из-под холодильника, чем быть твоей любовницей, – язвлю, ощущая, как от очередного разочарования подкатывают слёзы. – Ты вроде взрослая, но такая наивная, – почти мягко произносит, не впечатлённый моим отказом. Приподнимает мой подбородок, вглядываясь в глаза. – Большинство женщин мечтает о том, что я могу тебе дать. Вы с сыном ни в чём не будете нуждаться. Ты можешь заниматься чем душа велит и не работать. Путешествовать, ходить в салоны красоты, по магазинам, – перечисляет досуг обычной содержанки. – И время от времени встречать тебя, когда ты будешь приезжать от жены? – спрашиваю с горькой улыбкой. Может быть, он и прав. Очень многих бы прельстили те перспективы, что он мне обрисовал. Никаких забот. Переживаний о том, как заработать на жизнь. Особенно когда в сердце нет никаких чувств. Но моё глупое сердце всё ещё болеет им. Поэтому подобное существование меня просто сломает. Обескровит. Уничтожит. Да и не сумею я заключить сделку с совестью. Я могу его обмануть. А себя обмануть не получится. – А чего ты хочешь? Чтобы я развёлся? Седьмое чувство подсказывает, что он заманил меня в болото. Один неверный ответ, и меня затянет трясина. Стоит ответить честно – он меня растопчет. – Хочу, чтобы ты убрал от меня руки и валил к своей жене, – в очередной раз пытаюсь сбросить с себя его руки. И на этот раз Матвей меня наконец отпускает. Любопытные взгляды медперсонала, ставшего свидетелем этой сцены, буквально жгли мою кожу. Стоило оглядеться, как я встретилась глазами с миловидными медсестричками, которые следили за нами с таким же интересом, как за персонажами из сериала. Похоже, девочки не считали агрессивным язык моего тела. Или мне лишь казалось, что я оказываю сопротивление, а на самом деле плыву от его близости? Вот это уже стыдно. На лице бывшего на мгновение появляется разочарование. Словно он действительно рассчитывал, что я соглашусь на эту «выгодную» сделку. До чего же плохо он меня знает. – Пока моё предложение открыто, Варя, – заявляет, пряча руки в карманы брюк. Будто ему трудно рядом со мной не распускать свои клешни. Или мне просто хочется в это верить? – Скорее ад замёрзнет, – кисло улыбаюсь. – Если захочу – замёрзнет. Проигнорировала его последнюю реплику, сожалея, что в ближайшее время не смогу спрятаться от его общества. В детской комнате сынок уже успел подружиться с какой-то девочкой. Наблюдала за ним, пытаясь представить, какой станет наша жизнь. Но будущее казалось туманным. – Кстати, откуда ты узнал про Мишку? – задаю вопрос, оборачиваясь к Андрианову. Присутствие которого рядом я продолжала ощущать спинным мозгом. Матвей повёл бровью. – Твоя бывшая свекровь сообщила, – отвечает, не отрывая от меня ровного, лишённого эмоций взгляда. Нелюбовь Матвея называть свою мать матерью всё ещё сбивала с толку. – Вот как, – кусаю губы, впечатлённая подобным поворотом. Я-то полагала, что он нанял детектива. И собрал всю информацию про меня. Но, похоже, я в очередной раз слишком переоценила свою значимость для него. Но почему же эта женщина молчала столько лет и созрела рассказать именно сейчас? Хотя, возможно, Инна Марковна решила, что я всё же избавилась от ребёнка… Но что-то здесь не сходилось. Ещё и это подозрительное поведение Натали. Меня совсем не удивит, если эти двое объединились против меня и ведут свою грязную игру. Инна Марковна всегда виртуозно оборачивала любое моё слово против меня же. – И что же она тебе рассказала?