Глава 26

Майя

— В городе не было особого выбора, — произносит Инесса, протягивая мне роскошный пакет из дорогого бутика. — Но думаю, тебе понравится то, что я нашла.

Я глубоко вздыхаю, медленно беру пакет и заглядываю внутрь. Белоснежное кружево переливается в мягком свете утреннего солнца.

Инесса садится на кровать с большим стаканом кофе. На ней всё ещё огромные тёмные очки, которые, вероятно, скрывают её покрасневшие глаза. Интересно, дал ли ей диджей Маха поспать прошлой ночью после вчерашней вечеринки.

— Это похоже на нижнее бельё, — говорю я, осторожно беря платье и вытаскивая его из упаковки. — Ох! Это действительно потрясающее. Боже мой, оно прекрасное!

Инесса выглядит довольной собой, пока я прикладываю платье к своему телу перед зеркалом. Похоже, оно идеально подойдёт по размеру. Оно элегантное, респектабельное, без глубокого декольте. Даже плечи закрыты короткими пышными рукавами в романтическом стиле.

— Я же говорила тебе, — произносит Инесса, явно довольная своим выбором. — И не забудь про туфли.

Я заглядываю обратно в пакет и вижу очаровательную пару белых босоножек на невысоком каблуке точно моего размера. Я могла бы её расцеловать от благодарности.

— Сколько всё это стоило? — спрашиваю я, боясь услышать сумму счёта.

Она небрежно отмахивается рукой:

— Я записала на кредитную карточку Богатырёвых. Они даже не заметят такую трату.

Я снова благодарю её, поворачиваясь к зеркалу, взволнованная предстоящей примеркой платья.

— Где Аня? — спрашивает она, поправляя свои волосы. — Я и для неё взяла платье.

— Проверь комнату Романа, — отвечаю я со смехом. — Прошлой ночью она не вернулась в номер.

— Разве Роман не живёт с родителями и Алиной?

— Тогда, возможно, стоит проверить какие-нибудь сиреневые заросли в округе отеля.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего особенного, — говорю я со смехом. — Можешь оставить платье здесь. Я напишу ей сообщение, чтобы забрала.

— А что с причёской и макияжем? — спрашивает она, вставая и выбрасывая пустой кофейный стаканчик в урну.

— Ты не против помочь?

— Вовсе нет. Садись поудобнее.

Я сажусь в кресло и внимательно слежу за тем, как она искусно делает мне волосы, завивая их в свободные романтические волны, и за косметическими продуктами, которые она использует для лица, запоминая, как их правильно наносить.

К тому времени, как она заканчивает свою работу, у меня есть целый список косметических средств для покупки, и я выгляжу довольно неплохо. Не уверена, смогу ли повторить этот образ самостоятельно, но я обязательно попробую.

— Ты выглядишь совершенно потрясающе, — восклицает она, когда я выхожу из ванной комнаты в платье и туфлях. — Как ты всё ещё остаёшься свободной?

— Я не была на брачном рынке, — отвечаю я с грустным смехом. — Слишком занята работой и карьерой.

— Понимаю тебя, — говорит Инесса, подходя и поправляя мне непослушную прядь волос. — Проклятье предпринимателя. Надо иногда высовывать голову из офиса, иначе какой смысл во всей этой суете?

— Я начинаю это понимать, — отвечаю я, улыбаясь ей благодарно. — Слишком долго была виновата в этом.

— Нет лучшего времени начать новую жизнь, чем, когда ты выглядишь сногсшибательно. Пойду проверю Артёма. Он вчера слишком налегал на бар в ресторане, и я волнуюсь, что он всё ещё спит. Сможешь самостоятельно добраться до утреннего мероприятия?

— В этих босоножках я чувствую, что могу пробежать московский марафон, — говорю я со смехом. — Я доберусь до нижнего этажа без проблем.

Она уходит, и я собираюсь убить время с телефоном, когда раздаётся настойчивый стук в дверь.

Моё сердце замирает на мгновение. Я торопливо подхожу к глазку и вздыхаю с облегчением, увидев там Марию. Я всё ещё рада её видеть, но это не тот человек, на которого я втайне надеялась.

— Вау! Ты выглядишь потрясающе! — восклицает она, когда я открываю дверь.

— Ты тоже выглядишь прекрасно! — отвечаю я, оглядывая её в очаровательном жёлтом летнем платье. — Заходи, пожалуйста.

— Рада видеть, что ты не в тюремной камере отеля, — говорит она со смехом, заходя и усаживаясь на кровать, словно уже чувствует себя как дома. — Мы боялись, что тебя арестуют за кражу из бассейна или что-то в этом роде.

— Я сыграла карту невесты, — отвечаю я со смехом. — Сработало как по маслу.

Мы немного болтаем о свадьбе и предстоящем мероприятии, смеясь над тайным президентским стриптизом, в котором я участвовала.

Меня не покидает одна навязчивая мысль. Я пытаюсь вставить её в разговор изящно, тонко, ненавязчиво…

— Так, а Михаил придёт на утреннее мероприятие?

Она бросает на меня грустный понимающий взгляд, и я чувствую, как моя радость постепенно угасает. Я уже знала ответ, но… всё ещё надеялась на чудо.

— Я от него ничего не слышала, — отвечает она с тяжёлым вздохом. — Я заходила к нему в номер, но никто не ответил. Я почти уверена, что он уехал обратно домой. Могу написать ему сообщение, если хочешь.

— Нет, нет, — быстро говорю я. — Всё в порядке. Просто интересовалась.

Снова стук в дверь, и я бросаюсь к глазку, снова позволяя себе взволноваться. Некоторые люди никогда не учатся на своих ошибках. Похоже, я одна из них.

Это Аня.

— Где ты была всё это время? — спрашиваю я, открывая дверь. Она всё ещё в платье подружки невесты, и в её растрёпанных волосах полно сухих листьев. Может, она и правда ночевала на природе с Романом…

— Не спрашивай подробностей, — произносит она, заходя в комнату. Она идёт прямиком к мини-холодильнику, хватает бутылку минеральной воды и выпивает две трети одним длинным глотком. — Уф-ф.

— Боже мой, — стонет Мария, качая головой с неодобрением.

Аня быстро приводит себя в порядок — как обычно, выглядит потрясающе даже после бурной ночи — и мы втроём направляемся на утреннее мероприятие. Я чувствую себя намного лучше с моими девочками рядом. У меня никогда раньше не было настоящих подруг, и это идеальный момент для…

Дверь перед нами неожиданно распахивается, и София выходит, заметно хромая.

— …потому что они мне точно понадобятся.

— Артём, — зовёт она в комнату, закатывая глаза с раздражением. — Твоя невеста здесь.

— Дай мне ещё секунду, — отзывается он из глубины номера.

В воздухе повисает неловкое молчание. Обычно на Аню можно положиться, чтобы разрядить напряжённую обстановку каким-нибудь странным комментарием, но она полностью занята перепиской с Романом.

Мои щёки горят от стыда, когда я отвожу взгляд от Софии, вдруг жалея, что на мне нет белого платья. Кажется, будто я нарочно втираю ей это в лицо.

— Как твоя лодыжка? — спрашиваю я с комом в горле.

— Всё ещё сломана, — отвечает она напряжённым голосом. Её глаза опускаются на обручальное кольцо, застрявшее на моём мизинце. Я непринуждённо, ненавязчиво прячу руку за спину.

Моё сердце бешено колотится, пока она смотрит на меня строгим взглядом, скрестив руки на груди в защитной позе.

— Мне действительно очень жаль за произошедшее, — пищу я еле слышно. — Я не хотела причинить…

Она поднимает руку, резко обрывая меня:

— Просто не делай из меня дуру за завтраком и держись подальше от нашей жизни навсегда.

— Эй, — вмешивается Мария, заступая передо мной защитно. — Не говори с ней в таком тоне. Она просто помогала семье. Злись на маму и папу, но не на неё.

— Ты что, подружилась с ней? — спрашивает София, глядя на нас с полным неверием.

Мария решительно берёт мою руку.

— Да, подружилась. И что с того?

Артём появляется в коридоре, надевая запонки. Это далеко не такое приятное зрелище, как Михаил, надевающий свои вчера вечером.

— Девочки, вы прекрасно выглядите, — говорит он, выходя в коридор в элегантном костюме. — Детка, ты справишься с комнатным сервисом?

Она просто молча смотрит на него холодным взглядом.

Он неловко улыбается и принимается за другую запонку:

— Мария, сбегай и скажи маме с папой, что мы спускаемся.

Он даже не смотрит на неё, произнося эти слова.

— Нет, — отвечает она твёрдым непоколебимым голосом.

Он поднимает взгляд, впервые за утро встречаясь с ней глазами.

Она смотрит на меня, и между нами проходит что-то невысказанное.

Ты справишься, девочка.

С глубоким вдохом она решительно поворачивается к нему:

— Нам необходимо серьёзно поговорить.

— Хорошо? — произносит Артём, выглядя совершенно растерянным.

— Это было действительно отвратительно с твоей стороны, — говорит она прямо.

Артём смотрит на меня, ища поддержки. Мои глаза сужаются в ответ.

— Ты даже не сказал мне, что вы уезжаете. После всей работы, которую я проделала, помогая организовать эту свадьбу. Составление списка песен, выбор торта, украшения зала, покупка платья, выбор цветочных композиций, рассылка приглашений.

— У нас была Инесса для всех этих дел, — отвечает он пренебрежительным тоном.

— Это всё делала я! — огрызается Мария. — И я бы оценила хотя бы благодарность и нормальное прощание.

Он делает глубокий вдох, внимательно глядя на неё:

— Мне пришлось срочно уехать. Папа сделал этот день исключительно о себе. Ты же знаешь, какой он эгоистичный. Он всё делает исключительно ради себя.

— А ты всё делаешь ради себя, — продолжает она с горечью. — Тебе совершенно плевать, что ты разбил сердце Михаилу, и теперь тебе плевать, что разбил и моё.

— Михаил? — произносит он с недоверчивым взглядом. — Это было пятнадцать лет назад. Почему он просто не может пережить прошлое?

— А ты когда-нибудь извинялся перед ним? — спрашивает она с твёрдым взглядом. — Возможно, это бы помогло! Его лучший друг погиб, а ты просто отмахнулся от него. Как сейчас отмахнулся от меня. Мне пришлось узнать от мамы и папы, что вы уехали. Вы понимаете, как заставили меня себя чувствовать? Как я была взволнована предстоящей свадьбой? Вам, ребята, было совершенно наплевать на мои чувства.

Артём думает несколько секунд, затем опускает глаза с тяжёлым вздохом.

— Прости меня, — произносит он тихим голосом. — Я действительно должен был тебе сказать.

— Наверное, мы слишком увлеклись вихрем всех этих событий, — добавляет София с грустным взглядом. — Прости, что не учли твои чувства в этой ситуации.

— Спасибо за понимание, — отвечает Мария, сдерживая подступающие слёзы.

— Ты обязательно будешь присутствовать, когда мы поженимся по-настоящему, — обещает Артём, нежно обнимая Софию за плечи.

— Запиши меня на двоих, — заявляет Мария. — Я беру с собой плюс одного.

София расплывается в довольной улыбке:

— О-о-о, ты с кем-то познакомилась прошлой ночью? Кого ты собираешься взять с собой?

— Мою подругу Майю, — отвечает она, гордо задрав подбородок. — С ней на свадьбах всегда весело и интересно.

Она снова уверенно зацепляет мою руку и решительно уводит меня прочь. Я оглядываюсь на Артёма и Софию через плечо с извиняющимся взглядом. Они оба выглядят совершенно ошеломлёнными, провожая меня глазами.

Мы сворачиваем за угол, и Мария радостно подпрыгивает к лифту:

— Боже мой, это было просто потрясающе!

— Ты великолепно справилась, — говорю я, пока мы с Аней идём за ней следом. Аня всё ещё полностью погружена в экран телефона, тихонько хихикая, переписываясь с Романом.

— Спасибо тебе огромное, Майя, — произносит она с большой тёплой улыбкой. — Ты была абсолютно права.

Я смеюсь, когда лифт прибывает с мелодичным звоном:

— Не так часто я бываю… о, чёрт возьми!

Дыхание буквально вышибает из лёгких, когда я вижу белорусского посла, внимательно смотрящего на меня.

Он стоит прямо в лифте. Так близко, что я отчётливо вижу седые волосы в его больших чёрных густых усах.

— Доброе утро, София, — произносит он глубоким гулким голосом с белорусским акцентом. — Могу я с вами поговорить.

Мария решительно заступает передо мной:

— Мы поедем на следующем лифте, — твёрдо говорит она ему.

— Нет, — решительно отвечаю я, смотря на него прямо в глаза и оттягивая её за себя. Я собираюсь покончить с этой ситуацией раз и навсегда. — Встретимся внизу, девочки.

Аня и Мария неохотно смотрят, как я уверенно захожу в лифт.

Я слегка киваю им на прощание, пока двери медленно закрываются.

Теперь нас только двое в замкнутом пространстве.

Лифт плавно начинает спускаться вниз.

Конкретные детали… Ты можешь это сделать, убийца.

Его массивные руки скрещены на большой бочкообразной груди, и он смотрит на меня с явным неодобрением, словно собирается снова отчитать меня на языке, который я совершенно не понимаю.

Он открывает рот, чтобы начать говорить, но я с силой бью по красной кнопке аварийной остановки. Лифт резко дёргается, останавливаясь, когда я решительно бросаюсь вперёд, угрожающе тыча пальцем ему прямо в лицо и стиснув зубы.

— Что вы вытворяете?! — шиплю я яростно. — Пытаетесь сорвать моё тщательно продуманное прикрытие?

Он отступает назад с шокированным выражением лица. Я успешно загнала его в угол.

— Я белорусский шпион, подчиняющийся напрямую президенту Республики Беларусь!

Чёрт побери, что я вообще несу?

— Я нахожусь на самом пороге внедрения в ближайшее окружение следующего председателя Государственной Думы Российской Федерации, а вы только мешаете моему стратегическому прогрессу! Хотите, чтобы я немедленно доложила о вашей некомпетентности? Это именно то, чего вы добиваетесь?

— Нет! Нет! — кричит он в полной панике, размахивая толстыми руками перед собой. — Не нужно!

Он совершенно не знает, с кем имеет дело, я так от всего устала! Его большой рот продолжает нервно открываться, но слова никак не выходят наружу. Пора нанести решающий нокаутирующий удар.

— Ваша вопиющая некомпетентность поставила вас на очень тонкий лёд, господин посол.

Он покорно опускает голову в глубоком стыде. Я нажимаю на кнопку, и лифт снова плавно приходит в движение.

— А теперь покиньте этот отель немедленно и никогда больше не упоминайте моё имя никому из живых. Иначе я лично позвоню президенту на его личный мобильный телефон — да, у меня есть прямой номер — и немедленно доложу о ваших действиях. Я достаточно ясно выражаюсь, господин посол?

Он яростно кивает головой, быстро отступая от меня к противоположной стенке:

— Я всё понял, — бормочет он испуганно.

Я не прекращаю сверлить его суровым взглядом, пока двери лифта не открываются в просторный вестибюль, и он практически не выбегает из здания, словно за ним гонится сам дьявол.

Я тихонько хихикаю, когда остаюсь совершенно одна. Я это сделала! Я действительно успешно солгала и выкрутилась из ситуации.

Жаль только, что не могу рассказать об этом Михаилу…

Радость мгновенно вышибает из меня, и её заменяет глубокая тяжесть, которая становится до боли знакомой.

С тяжёлым вздохом я выхожу из лифта и медленно иду через просторный мраморный вестибюль.

Светлана Валентиновна сидит на бархатном диване у декоративного фонтана, как обычно, полностью погружённая в свой телефон. Олег подходит к ней и садится рядом на диван. Он что-то ей говорит вполголоса, а она едва отвечает односложно. Она даже не отрывается от яркого экрана.

Я уже решительно шагаю к ним, когда Олег достаёт свой собственный телефон и безучастно оседает рядом с матерью.

— Можно взглянуть на секундочку? — спрашиваю я вежливо, неожиданно выхватывая телефон из её рук, а затем быстро из рук Олега. Они смотрят на меня в полном шоке, пока я решительно бросаю оба дорогих телефона в большой мраморный фонтан позади. Они падают точно в середину с громким плеском.

— Что… что ты… — Её мозг явно закоротило, теперь, когда нет привычного экрана, чтобы отвлекаться от реальности. — Зачем ты это сделала?

— Перестаньте постоянно игнорировать свою родную семью! — рявкаю я на неё не сдерживаясь. Она смотрит на меня в абсолютном шоке. — У вас есть потрясающий сын, а вы даже не замечаете, что он растёт совершенно без вашего участия!

Она медленно переводит взгляд на Олега, затем обратно на меня.

— Это касается не только работы и карьеры, — твёрдо продолжаю я. — Жизнь намного глубже и многограннее. Мы должны помнить, ради кого мы всё это делаем, иначе какой вообще смысл во всей этой суете?

Её первоначальный шок начинает постепенно проходить, и в её глазах появляется слегка безумный взгляд, пока она пристально смотрит на меня. Определённо пора отсюда убираться.

— Приятного вам завтрака, — произношу я, нервно сглотнув.

Я быстро направляюсь на праздничный завтрак на открытом воздухе. Огромный стол с разнообразными яствами установлен на живописной террасе у самой воды, и там длинный красивый ряд накрытых столов под огромным белоснежным шатром. Это выглядит совершенно потрясающе. Свежие цветы, изысканная посуда, декоративные фруктовые тарелки, элегантно накрытые стулья, ещё один роскошный трёхъярусный свадебный торт с кремовыми розами. Это место действительно великолепно, и погода просто идеальная. Солнечно и ясно с приятным освежающим бризом с реки. Всего, чего не хватает для полного счастья, — это присутствие Михаила.

— Доброе утро, Майя, — произносит кто-то позади меня приятным голосом. Я резко оборачиваюсь, ахнув от неожиданности, услышав своё настоящее имя. Это отец Сергий. Он медленно идёт по зелёной траве.

— Это… София. Помните меня?

Он фальшиво улыбается, спокойно подходя ближе:

— Отец Сергий, почему в официальных документах были указаны наши настоящие имена?

— Вы венчались в доме Божьем, — отвечает он торжественно.

Я чувствую, как кровь стремительно отливает от лица, пока я смотрю на него в полном ужасе:

— Что вы имеете в виду? Это ведь были не настоящие официальные документы… правильно?

Он самодовольно ухмыляется, явно довольный произведённым эффектом:

— Ожидайте официальное свидетельство о браке через шесть-восемь недель по почте. Оно было подано в ЗАГС сегодня утром.

Мой рот бессильно открывается. Что за чёрт?!

— Я не собирался совершать грех под всевидящими очами Господа, — произносит он с философским пожатием плеч. — Ни ради вашей семьи, ни за какие деньги на свете.

— Но вы всё же оставили себе миллион рублей, верно? — произношу я сквозь стиснутые зубы.

Он высокомерно задирает подбородок:

— Это совершенно не имеет значения.

Миллион тревожных мыслей проносятся в моей голове, пока он спокойно уходит прочь, словно не только что сбросил разрушительную бомбу на мою и так сложную жизнь, разнеся всё в мелкие клочья.

Я замужем?! По-настоящему официально замужем?

Обязательно надо рассказать об этом Михаилу.

К счастью, я думаю, я точно знаю, где его можно найти.