8.2

— Ужасно несправедливо, — продолжала леди Амирая, чуть нервно размешивая тоненькой ложечкой сахар в чашке с чаем, — что из-за какого-то одного негодяя должны страдать все! Я бы на месте королевских дознавателей сразу бы прямиком к магу Белой башни обратилась. Вот он бы мигом этот вопрос решил.

— Милая, но ты ведь знаешь, он давно уже не хочет иметь никакого дела с людьми, — терпеливо возразил лорд Маврус.

— А вот и нет! — с жаром возразила она. Обычно сдержанная, видимо, слишком переволновалась из-за внезапных моих планов на супружество, вот и принимала все близко к сердцу. — Между прочим, он исцелил Миранелу! Только стоило принести подношение к Белой башне, как вскоре у бедной девушки шрам исчез так, словно его и вовсе не было!

Уже вовсю мысленно паникуя, как мне избежать отрубания рук и прочих нужных конечностей, я все же прислушалась к их разговору.

— А вообще раньше такое бывало, чтобы магию времени применяли? — спросила осторожно, опасаясь подозрений в странном невежестве.

Но нет, видимо, вопрос все же был вполне нормальным.

— Бывало, что пытались, — лорда Мавруса явно больше волновали ягодные пирожные в его тарелке, чем магия времени, — но не всегда удачно. Только хоть удачная, хоть неудачная попытка — все это дознаватели отслеживают. Любая магия опасна для простых обывателей. А магия времени и подавно! В последний раз ее применение едва не закончилось гибелью целой провинции, потому и было решено столь строго карать за запретные заклинания. Ох, и не завидую я тому злоумышленнику, когда дознаватели его найдут…

А я как не завидую…

Вот и услужливо распахнутое окошко в моей комнате, и плевать на холод.

Вот и заранее прихваченная с кухни сервировочная серебряная крышка с большого блюда, ну или как там правильно эта куполообразная штука называется.

Вот и крайне воинственно настроенная я, ждущая в засаде.

Прилетай, милый птенчик, не стыдись.

Заждалась я тебя, нет слов как. Цензурных слов.

Ворон объявился минут через пятнадцать ожидания. Я к тому моменту успела и замерзнуть, все-таки распахнутое окно зимой — не самая лучшая затея. И разозлиться еще сильнее. Так что едва ни о чем не подозревающий пернатый приземлился на стол, я с воинственным:

— Попался, гад! — тут же накрыла его сервировочное крышкой.

Мрачное кар можно было вполне отнести и к ругательству, и к требованию, чтобы чернь недостойная, то бишь я, убрала крышку и принялась бить челом об пол в надежде на прощение.

Ага, как же! А вот и фиг тебе, интриган пернатый!

Вермиль не заставил себя ждать. Мигом призрак нарисовался в паре шагов от меня!

— Тебе птичку не жалко?

— Мне жалко мои руки и мою голову, которые отрубят из-за использования магии времени! Ах, ну да, это же такая мелочь, о которой меня и вовсе не стоило предупреждать!

— Зачем? — вот всего одно слово, но в нем вся суть его отношения. — Чтобы ты вот так вот истерила? Да, магия времени запрещена. Да, ее использование карается вплоть до смертельной казни. Пока она не затрагивает жизни других людей, ее не отследят. Но ты затрагиваешь. Только, во-первых, ты действуешь быстро, а отслеживание идет с запозданием. А во-вторых, применять тебе придется ее не так часто. Всего три раза осталось и все, свободна, жива и невредима. Даже со своими собственными неотрублеными руками. Хотя зачем они тебе? Все равно ведь явно растут не из того места.

Интересно, а из ворона вкусное жаркое получится или такая же гадость, как и сам черный маг?