Глава 25. Ослик Иа-Иа

Левон долго бродил по супермаркету в поисках гостинцев для Киры и ребенка.

С пустыми руками он в гости не ходил, не так воспитан.

У него были друзья с детьми. Обычно в качестве подарков он преподносил подарочные сертификаты в детские магазины. Но, во-первых, уже дал денег Кире, она сможет купить, что захочет. Во-вторых, хотелось сделать именно подарок, с которым малышка будет играть. Странное и ничем не мотивированное желание, но так он чувствовал.

Побродил по детскому отделу, однако ничего не выбрал. Зарулил в продуктовый и набрал целую корзину фруктов. Манго, ананасы, личи, киви, кокосы… Сгреб все экзотическое. Пусть Кира порадуется, поди давно не может позволить себе таких вещей.

Запаковав корзину с фруктами, он уже собрался уходить, как вдруг наткнулся на стенд с мягкими игрушками. Их на полках лежали десятки, сотни. Но внимание привлек именно ослик Иа-Иа. Огромный, мягкий, жутко обаятельный. Малышке стопроцентно понравится, при желании она даже сможет на нем спать. Взял и его, а потом прихватил медведя – в подарок для племянника Киры.

Нагруженный презентами, порулил по известному адресу.

Левон был очень доволен собой, а также тем, как развивались события. Кира пошла навстречу, что очень радовало. И деньги взяла, и даже предложила познакомиться со своей дочкой. Дело явно идет к сближению, а ему того и нужно.

Его очень радовало то, как Кира изменилась. Не гуляла, не строила глазки мужикам, а посвятила себя ребенку. Хорошее качество для женщины, как ни крути.

Ему также понравилось то, с какой неохотой она брала деньги. Другая бы сразу схватила конверт, а она нет. Хотя, может быть, это была игра, он же видел, как загорелись ее глаза при виде купюр. И все же положила конверт обратно на стол. Если бы он не настоял, не взяла бы. А раз взяла, значит понимает, что Левон настроен возобновить отношения. Ведь так?

Он шел в гости в очень приподнятом настроении.

Постучал в дверь с улыбкой. Она стала еще шире, когда увидел на пороге Киру. С жадностью осмотрел бывшую невесту. Ну до чего же она стала притягательная, набрав несколько килограммов! В синем домашнем платье, так плотно облегающем ее фигуру, она выглядела гораздо более соблазнительной, чем в униформе горничной.

– Привет, – проговорила она, пропуская его в прихожую.

Левон заметил, как натянута ее спина.

«Нервничает, что ли?» – предположил.

Впрочем, он тоже немного нервничал.

Прошел в комнату, почувствовал доносящийся из кухни аромат свежей выпечки. Интересно, его пригласят выпить чашку чая? Хотя, наверное, Кира для него старалась, пекла. Мысленно он поставил ей еще один плюсик.

– Только потише проходи, дети спят, – попросила Кира.

Он кивнул, поставил на стол в гостиной презенты. Мягкие игрушки, правда, не поместились. Он усадил их на диван.

– Гостинцы вам, – проговорил с довольным видом.

– Спасибо, – охнула Кира. – Такие большие игрушки…

И тут из спальни вышла Милана.

– Привет, – поздоровался он.

Только хотел сказать, что принес для ее малыша подарок, как заметил, с каким пренебрежением она на него смотрит. Будто Левон и не человек вовсе, а так, противный клоп. Это с чего бы ей так на него смотреть?

На приветствие она, к слову, не ответила, зато подметила с сарказмом:

– Ну и зачем дома эти пылесборники?

Она многозначительно посмотрела на принесенные им игрушки.

– Милана, не надо… – попыталась осадить сестру Кира.

– А что не надо? – фыркнула та. – Ты зачем-то его приглашаешь, а я должна изображать вежливость? Не буду! – а потом она развернулась к Левону: – И фрукты свои забери! Ты хоть понимаешь, насколько они аллергенны? Детей потом высыплет, если мы их съедим, ну думать же надо…

– Милана, иди на кухню! – строго шикнула на нее Кира.

Сестра бывшей невесты недовольно глянула на Левона, но все же подчинилась, ушла.

– Чего это она? – спросил он недоуменно.

Раньше он неплохо ладил с Миланой, даже лично пригласил ее на помолвку в Москву. После этого, правда, не общались. Но во время ее визита она была с ним очень мила.

– Не обращай внимания, – махнула рукой Кира. – Я сейчас принесу дочку, ты устраивайся на диване.

Левон уселся рядом с игрушками, проводил взглядом Киру, которая тут же исчезла в спальне.

А ведь маленькая язва права, не подумал он, что цитрусовые нанесут кормящим матерям больше вреда, чем пользы. Но игрушки-то хороши, могла бы и оценить. Особенно учитывая откровенно уродливую обстановку.

Обстановка и правда кричала о бедственном положении сестер. Обшарпанный стол, старый телевизор, продавленный диван.

«Впрочем, тем лучше… Так Кира с еще большим рвением согласится переехать обратно ко мне. Нажилась непонятно в каких условиях», – отметил он про себя.

Бывшая невеста вернулась спустя пару минут, держа на руках одетую в ярко-желтый комбинезон девочку с коротким пушком волос на голове. Та преспокойно лежала на руках матери и разглядывала гостя.

– А мы уже проснулись, – проговорила Кира каким-то особым голосом.

Он такого голоса от нее никогда не слышал. Эдакая смесь сахара, глазури, ванили и любви. Сладчайший голос!

Левон наблюдал за тем, как Кира устроилась на диване рядом, как аккуратно переложила малышку на другую руку. И что-то непонятное зародилось в груди. Необъяснимая, прямо-таки щенячья нежность. Чем дольше наблюдал, тем сильнее становилось это удивительное чувство.

– Красивая девочка, – прохрипел он, вглядевшись в лицо малышки. – Только непонятно, на кого похожа…

Кира уставилась на Левона, захлопала ресницами, а потом сильнее развернула малышку к нему и сказала:

– Она похожа на папу. Разве не видишь? Ничего моего, разве что ласковая душа…

«На папу!» – эти слова клеймом выжглись у него в мозгу.

Присмотрелся внимательнее и увидел – действительно! Брови черные, ресницы длинные, тоже черные, как и глаза. Ни дать ни взять бывший начальник Киры. Тот той же породы – типичный брюнет. Это же надо, как природа пошутила… Неужели девочка не могла родиться похожей на мать? Что за злые шутки судьбы?

«Вот оно, живое доказательство, что Кира спала с другим…»

Стоило об этом подумать, как в груди закололо, заныло. Левон очень постарался скрыть, насколько ему неприятны были слова Киры.

Решил сменить тему:

– Как ты ее назвала?

И тут ему прилетел новый словесный хук справа.

– Малышку зовут Каролина, – ответила с улыбкой Кира. – По-моему, ей это имя очень подходит, как считаешь?

Левон застыл, на секунду погрузившись в прошлое.

В мозгу всплыло воспоминание об одном из вечеров, который они с Кирой провели в его квартире. Долго болтали, лежа на диване в гостиной. Он обнимал ее, периодически целуя в губы, щеки, шею.

Она тогда спросила: «Какие тебе нравятся имена для детей?»

Он не задумываясь ответил: «Для мальчика, конечно, Вазген, в честь отца. А для девочки – Каролина».

«Почему не Карина в честь твоей мамы?» – тут же спросила Кира.

«Потому что моя дочь будет для меня королевой…»

И вот пожалуйста – она называет этим именем нагулянного ребенка. Пять баллов Кире, что тут сказать. Она этим действием, считай, насадила его сердце на шампур. Где у нее вообще совесть? Она что, не понимала, что причинит ему этим боль? Совсем дура?

С него, пожалуй, хватит.

– Ага, подходит, – буркнул Левон, подскочив с дивана. – Кир, я вообще на минуту зашел, мне пора, дела.

Она уставилась на него непонимающим взглядом:

– Ты даже не хочешь взять ее на руки?

– Нет, – отрезал он.

И направился к выходу.

Кира проводила его, заперла за ним дверь.

Напоследок он заметил, как обиженно она на него смотрела.

«Ей ли вообще обижаться?!» – негодовал он по пути в отель.

Ну вот да, не прыгает он от радости, что она родила от любовника, уж простите.