Глава 55. (Не)удачливый отец

Левон старательно качал обернутую в розовое одеяло дочку и понять не мог, что случилось. Отчего вдруг ласковый и нежный ребенок превратился в кричащую фурию?

Он с ней играл, щекотал пяточки, Каролина смеялась, гулила, вела себя как сущий ангел. Он уже даже успел уверовать в то, что каким-то чудом сделал Кире совершенно идеального ребенка. И вдруг – бац! – лицо дочки исказилось недовольной гримасой, и она зашлась в крике. Левон тут же подхватил ее на руки, постарался укачать, как его учила сегодня Милана. Но куда там, девочка и не думала успокаиваться. Смотрела на него бездонными черными глазищами, полными самых искренних на свете слез, и верещала.

Скоро ее лицо основательно покраснело.

Левон не на шутку испугался, растерялся. Начал еще активнее ее качать, давать соску, отвлекать, а той на старания отца было решительно все равно.

Пытка младенческим воем продолжалась добрых десять минут, и за это время он успел вконец отчаяться. А ведь подготовился к тому, чтобы сидеть с дочкой, посмотрел множество видео, почитал соответствующую литературу о том, как заботиться о младенцах, как их успокаивать. Однако ни один из способов не работал.

Левон уже схватил телефон, только не знал, кому звонить. Милане? Кире? Или сразу в скорую… Ведь с ребенком явно что-то не то.

За криками своей ангелоподобной дочурки он даже не сразу расслышал громкий стук в дверь.

Пошел открывать с ребенком на руках и с облегчением выдохнул, увидев Киру.

– Что случилось? – спросила она с обеспокоенным лицом.

– Кир, я не знаю, – ответил он взволнованно. – Мне кажется, с ней случилось что-то серьезное, она так орет! Может, я что-то ей повредил?

С этими словами он вручил кричащую малышку испуганной матери.

Кира поспешила в гостиную, положила Каролину на диван.

С гулко бьющимся сердцем он наблюдал, как любимая осматривала ребенка.

– Ты ее не ронял? – спросила она взволнованно.

– Нет конечно, – с обидой проговорил он. – Я хорошо за ней следил! Понятия не имею, что случилось. Но что-то ведь случилось…

Кира заглянула малышке в подгузник, но тот оказался сухим. Тогда она прямо при нем расстегнула платье, села на диван и приложила дочку к груди.

И настала блаженная тишина.

Ее нарушало лишь жадное причмокивание маленького ротика. Каролина так старательно ела, что на маленьком лобике выступил пот.

– С ней что-то определенно не в порядке, – начал Левон, встав рядом с Кирой. – Наверное, заболела или еще что, вон как вспотела. Я немедленно вызываю врача!

– Она просто голодная, – заявила Кира неожиданно спокойным тоном. – Тебе Милана разве не давала бутылочку? Ты ее вообще кормил?

– Естественно нет, – Левон развел руками. – Милана ее перед выходом накормила, еще трех часов не прошло… Она выдула целую бутылочку!

– И что? – спросила Кира с удивленным видом. – Если она начала так плакать, почему не дал новую бутылочку?

– Еще же три часа не прошло, – попытался он объяснить. – Я читал, что младенцев надо кормить не чаще, чем раз в три часа. Правильно ведь? Она со мной всего два с половиной, вот я и подумал…

На это Кира лишь шумно вздохнула, закатила глаза.

– Каролина привыкла есть по требованию. А те, кто придумал это правило про три часа, пусть так кормят своих детей. Я еще в роддоме выяснила, что не давать ей еду, когда она просит, – себе дороже.

– Так она была просто голодная и поэтому так орала? – Брови Левона поползли вверх.

– Вполне может быть, – кивнула Кира.

Левон опустился на диван рядом с ней, посмотрел на свою вконец оголодавшую дочку и хлопнул себя ладонью по лбу.

Значит, просто проголодалась и устроила по этому поводу истерику. Ну и характер.

Одно хорошо – легкие у ребенка определенно здоровые, раз умеет так орать.

А он дятел… Какой из него отец, раз он даже не понял, что ребенок голодный? И как Кира доверит ему малышку после такого? Целых десять минут дочь орала, просила есть, а он даже не понял, что ей нужно.

– Ты чего так побледнел? – Кира смерила его внимательным взглядом. – Переволновался, что ли?

– Естественно, я переволновался, – развел он руками. – Ты же слышала, как она рыдала! Я, наверное, никудышный отец…

– Да брось, – Кира вдруг посмотрела на него ласково. – Хороший ты отец. А дети плачут, и это нормально. Ну покричала чуть-чуть, с кем не бывает. Я тоже поначалу очень остро реагировала на ее вопли, но быстро привыкла, и ты привыкнешь.

– К такому не привыкнешь! – Он помахал указательным пальцем, однако после слов Киры почувствовал некоторое облегчение.

Действительно, живи он вместе с Кирой и Каролиной, давно умел бы понимать, что дочке надо, когда она голодная или мокрая.

Чуть успокоившись, Левон стал наблюдать за процессом кормления.

Минут пятнадцать Кира ворковала над Каролиной. Потом отняла дочку от груди, чуть покачала, понесла в спальню и уложила в детскую кроватку, которую Левон предусмотрительно принес в спальню этим утром.

Он моргнуть не успел, а девчонка уже спала. Вот так скорость!

– Кризис купирован, – улыбнулась ему Кира. – Я на минутку в ванную, а потом отвезешь нас домой?

– Она же спит! – развел он руками.

– И не проснется, даже когда я ее переодену, – со знанием дела ответила Кира.

Сказала и ушла.

А Левон застыл на месте, оглушенный ее словами. Как домой? Никаких домой! Это что, они сейчас возьмут и уйдут, а ему куковать одному? Ну уж нет, у него на этот вечер совершенно другие планы.

– Кира, – поспешил он следом за ней. – Зачем домой? Останься…

Он поймал ее уже в ванной, повернул лицом к себе.

– Зачем ты собралась домой? – спросил немного обиженно.

– Я устала, – призналась она. – Хочу отдохнуть…

– Отдыхай здесь, – проговорил он уверенным голосом. – Я сейчас закажу ужин, вместе можем посмотреть какой-нибудь фильм, тебе ничего не нужно будет делать. Я помогу с Каролиной…

– Левон, – она тяжело вздохнула, – мне лучше домой.

Вот так просто, и никаких тебе аргументов.

– Ты не можешь поехать домой, – заявил он с чувством.

– Это почему? – спросила она, приподняв левую бровь.

– Замок в номере сломался, – брякнул он первое, что пришло на ум.

– Как сломался? – удивилась Кира. – Только недавно работал, ты же как-то меня впустил…

– Потом я попробовал, а он не работает.

– Когда ты пробовал? – хмыкнула Кира. – Ты же сидел рядом со мной.

– Значит, я сейчас пойду и сломаю этот чертов замок. Ты этого хочешь? – спросил он возмущенно.

И тут он услышал ее смешок. Такой искренний, задорный. Что такого забавного он сказал?

– Кира, пожалуйста, останься… Хотя бы на ужин. Я что много прошу?

– Мы вчера ужинали вместе, – она посмотрела на него с сомнением.

– У нас что лимит на ужины? – возмутился он.

Подметил, как недовольно она сверкнула глазами. Как будто он ей не поесть предложил, а перемыть весь этаж, это как минимум.

Упрямая, вздорная женщина! Но до чего же красивая…

Левон невольно залюбовался ее идеальным овалом лица, дерзко вздернутым подбородком, пухлыми губами.

А потом взял и поцеловал.

Не смог удержаться, слишком тянуло его прикоснуться к ее чудесному ротику. Едва прикоснулся, уже не смог оторваться. Очень скоро почувствовал, как Кира обняла его за шею, доверчиво прильнула. И совсем растаял от такого явного поощрения. Стал целовать ее щеки, шею. А потом наклонился, прошелся руками по бедрам, задирая ее платье, и подхватил, поднял на уровень своего роста, прижав спиной к стене. Стал целовать ее яростнее, с максимальной страстью.

Несколько блаженных минут они миловались так.

Но вдруг Кира прекратила отвечать на поцелуи, уперла руки ему в плечи и зашептала:

– Левон, я к такому не готова…

– К чему «к такому»? – поначалу даже не понял он.

– Ты ведешь себя так, будто мы уже помирились… А мы ведь договорились, что просто встречаемся!

«Просто встречаемся…» – прорычал он про себя. Ох уж эти договоры.

– Ну тебе же приятно, – проговорил он, донельзя возбужденный.

– Мне приятно. Но меня волнует, что будет после вот этого приятного…

– Давай сейчас не думать о будущем, – проговорил он, обжигая ее губы жарким дыханием. – Мы в настоящем, здесь и сейчас мы хотим быть вместе. А будущее будет завтра…

– Здесь и сейчас? – переспросила она взволнованно.

– Да, – ответил он с чувством. – Пожалуйста, позволь мне тебя любить! Ты же тоже хочешь, я чувствую. Только сегодня…

Он опять поцеловал ее, крепче подхватив под ягодицы, и почувствовал, как она снова обвила руки вокруг его шеи.

А потом все было так, как он хотел. Страстный, одуряюще приятный контакт, которого он никогда не забудет. Он прижимал к себе Киру так крепко, как только мог. Ласкал ее губами и руками, доводя до предела. Ведомые одним на двоих желанием они слились в едином ритме, щедро дарили друг другу ни с чем не сравнимое удовольствие.

Кира осталась с ним.

И на ужин, и на вечернее кино, и на ночь.

Он смог ее убедить. Убеждал старательно – словами, ласками, даже молчаливым обожающим взглядом.

О, что за чудесная это была ночь – прямо как в тот волшебный период, когда он жил с Кирой в Москве. Дурак, не ценил тогда, как это здорово просто обнимать ее в кровати, чувствовать ее рядом, быть с ней снова и снова, пока хватало сил. Наконец, засыпать, уткнувшись носом в ее макушку.

Волшебная ночь!

Но вот какая беда – закончилась слишком быстро.

В шесть утра Левон проснулся от плача Каролины. В полудреме наблюдал, как Кира подскочила, принялась кормить дочку.

А потом услышал от любимой искренне ненавидимый им вопрос:

– Отвезешь нас домой?

Что делать, пришлось везти.

Он помог Кире собрать вещи дочки, отвел к машине и порулил по известному адресу. Потом проводил их до квартиры.

Уже у самой двери не удержался, сказал на эмоциях:

– Это какая-то египетская пытка.

– Ты о чем? – удивилась Кира.

– Расставаться с тобой каждый день для меня невыносимо, неужели ты не видишь?

Кира тяжело вздохнула, посмотрела на него с недовольством. Как будто это не с ним она сегодня делила постель и не ему в ухо полночи стонала от удовольствия.

Она упрямо свела брови вместе и проговорила:

– Мы ведь договорились просто встречаться, присмотреться друг к другу. Ты согласился, помнишь? У нас ведь полно времени, так?

Сказала это, вскользь поцеловала его в щеку и ушла.

А он застыл, глядя на старую железную дверь ее квартиры.

Кира думала, что у них впереди много времени. Только его-то как раз и нет.

Левон так и не сказал ей этой ночью самое главное. Хотел признаться, да не нашел подходящего момента.

Вчера ему пришло на почту особенное письмо. От владельца одной из крупнейших гостиниц Москвы. Звали работать, и вознаграждение обещали такое, что он будет последним дураком, если откажется. С такой-то зарплатой он сможет обеспечить Кире с дочкой такое будущее, что им и не снилось. Как не принять подобное предложение?

К слову, ответа требовали в срочном порядке и хотели, чтобы он приступил к работе сразу после Нового года.

Только разве Левон сможет уехать в столицу без Киры с дочкой? Нереально… Как и профукать такую работу. Это ведь открывало столько возможностей для него, для Киры, Каролины и других детей, которых она обязательно ему родит.

Он должен как-то убедить любимую, что ей необходимо поехать с ним. Впрочем, он уже придумал, как.

Левон сделает ей предложение, от которого она не сможет отказаться.