Глава 40

Сказать, что я была шокирована — не сказать ничего!

Секунд десять, не меньше потребовалась мне, чтобы подняться, проигнорировав протянутую руку Эдварда Старса, что, надо заметить, явно разозлило его.

Перед мысленным взором нёсся калейдоскоп картинок, воспоминаний, чувств, эмоций. Взгляды отца Генри, от которых хотелось съёжиться, спрятаться, стать незаметной… Холодные, оценивающие. Скупые комплименты, под которыми всегда слышалось что-то ещё…

К Генри меня влекло… Его же отец внушал всегда какой-то дикий, бесконтрольный ужас. К счастью, мы редко проводили время вместе с родителями жениха, а на совместных приёмах внимание всегда рассредоточивалось.

Сейчас же… Глядя в холодные глаза мистера Старса, лишь невероятным усилием воли не отворачиваясь, не опуская взгляд, я ощущала, как что-то поднимается с самых глубин души. Смутные, тревожные воспоминания… И я вдруг поняла, что боюсь его не просто так!

— Догадалась, девочка? — ухмыльнулся мистер Старс. — Ты всегда была смышлёной.

Я же вглядывалась куда-то к нему за плечо. Очень странно. Меня словно магнитом тянуло куда за стену за его спиной. Тянуло, как магнитом.

Эдвард Старс проследил мой взгляд.

— А, ты об этом, — усмехнулся он. — Что ж, прошу!

Он махнул рукой в театральном жесте.

И я направилась туда, куда меня так тянуло.

Шаг, ещё шаг. Стена расступается передо мной. Это место я сразу узнала, я бывала здесь раньше. Библиотека в особняке семейства Старс, рядом дверь в рабочий кабинет… Такая же призрачная, ненадёжная, как и моя детская комната в том странном помещении, где меня держали. Я повернула ручку и оказалась внутри.

Отец Генри следовал за мной, я слышала его дыхание, ощущала эмоции, даже ловила отголоски мыслей… Впрочем, и отголосков хватило, чтобы немедленно захотеть помыться!

Но в следующий миг моим вниманием завладел свет.

Вспышка, яркая, ослепительная ударила по глазам! Обрушилась лавиной! Погребла под беспощадным световым потоком! Я невольно прикрыла глаза тыльной стороной ладони и со злорадством ощутила, что мистеру Старсу за моей спиной сейчас несладко. У него какая-то особенная связь с этим светом, но вот удерживал эту связь он с трудом…

Осознание этого придало мне сил.

Я убрала руку от лица, распрямила плечи, словно хотела позволить свету, который так манил меня, пройти сквозь меня.

Сперва было больно, тяжело, глаза щипало, будто в них насыпали песка, на какой-то момент перед глазами даже начало темнеть, и я подумала, что ослепну.

Но вскоре болезненные ощущения сменились просто неприятными, а затем и вовсе сошли на нет.

Постепенно привыкнув к бьющему в глаза свету, я поняла, что стою, открывая и закрывая рот перед прозрачными стенами, напоминающими витрину.

Витрину? Но зачем Старсам витрина в библиотеке? И тем более такая… светящаяся…

Видеть эту витрину было странно, неловко, и даже как-то тревожно, что ли. Тело словно одеревенело, между лопатками зудело, а в световом ореоле вдруг проступили очертания.

Всего на миг.

Но мне хватило.

Стоило увидеть два трепещущих крыла, всё тотчас же миг встало на свои места.

— Это… мои… крылья…

Я рванулась вперёд, но с размаху ударилась о прочную стеклянную преграду, сползла по ней, молотя кулаками.

— Э… нет, девочка. Смотреть — можно, трогать — пока нет, — сказал мистер Старс.

— Пока? — вырвалось у меня недоумённое.

— Именно, — подтвердил ракашас. — Генри — слабак и тряпка. Несмотря на то, что я сделал всё, чтобы мой сын влюбил в себя энхелин, даже дал ему часть твоей Силы, он так и не смог. Что ж. Тем хуже для него. Ты с самого начала должна была принадлежать мне. И ты станешь моей, Ангелина. Я получу твою Силу, и мы вместе станем править Семи Мирами!

Должно быть, он неверно истолковал моё молчание, потому что посчитал нужным пояснить:

— Уж не думаешь ли ты, что я затеял всё это ради господства над Гранями? Я не для того десятилетиями стравливал правящие кланы между собой, ослаблял их, изматывал, чтобы править всего лишь одним миром?! Нет, девочка…

— Но моя Сила уже у вас, — прошептала я. — Зачем вам я?

Эдвард Старс усмехнулся.

— Я не мой недалёкий сынок, девочка. Я не стану тебя недооценивать. И я хорошо представляю, что с нами сделают суртуры и нефелимы, когда придётся покинуть Отражение.

— Если вы вернёте меня им, если не тронете меня, они ничего вам не сделают, — покачала я головой.

— Не тронуть тебя? Ты — слишком лакомый кусок, сама по себе, даже без бонусов отомстить заносчивым засранцам, которые низвергли нас, выдворили из Граней, — выплюнул Эдвард. — Получив тебя, я плюну в лицо сразу двоим повелителям, а получив твою Силу — уничтожу их всех!

Меня рванули на себя, сгребли в охапку.

Его губы прижались к моим губам, и я не смогла сдержать рвотные позывы.

Но Эдвард не стал ждать, пока меня вывернет наизнанку.

Просто схватил за руку, потянул куда-то за собой. От этого Света в стеклянной тюрьме, от моих собственных крыльев!

Я упиралась, сопротивлялась изо всех сил… Но воздействие Эдварда было хуже воздействия Генри! У меня было ощущение, что всё это происходит в кошмарном сне, где как бы быстро ни бежал, не можешь сдвинуться с места. Вот и мне казалось, кто я сопротивляюсь, дерусь, как дикая кошка… на деле же это было, увы, совсем не так.

Меня с размаху бросили на кровать. Рванули платье…

Цепенящий душу ужас, вырос, казалось, до размеров Вселенной.

Только не это… Только не так!

— Я и забыл про Зелёную Ветвь, — пробормотал Эдвард, чертыхаясь.

Тело покрывал панцирь из листьев и побегов, а перед мысленным взором неслись воспоминания. Всё, что произошло со мной с тех самых пор, как оказалась в Изнанке.

Я совсем не та, что была раньше!

Я получила Зелёную Ветвь, я прошла в Сад Чудес! Я упокоила призрачный легион! Я смогла примирить суртуров и нефелимов, наконец!

Внезапно перед глазами предстал призрак Белого Некроманта.

Можно лишить тебя Силы, можно даже использовать её во зло. Но невозможно лишить тебя истинной природы, энхелин. Ты — сильнее собственной Силы.

Мир вдруг замер, остановился. Время загустело, как янтарь.

Пространство замерцало, словно под напряжением.

И я вдруг поняла, что мой Свет каким-то образом слышит меня! Что он — откликнулся!

Я толком не поняла, что произошло, но такое ощущение, что грянул взрыв! Потолок исчез, стены осыпались, как стекло. Меня подбросило в воздух. Я посмотрела вниз и с удивлением обнаружила скрючившегося в углу ракашас. Демон был в истинной форме. Громоздкое чудовище с шестью руками…

Вот в комнату врывается миссис Старс и тоже на глазах начинает терять человеческий облик.

Затем появляется, прошибая собой наполовину разрушенную стену Генри…

Вот они с отцом катятся по полу, нанося друг другу чудовищные удары.

В образовавшийся проём заглядывает Клара… куда же без неё?

Раздаются оглушительные крики, брань… Пространство содрогается от ударов. Стены рушатся…

Я оглядываюсь назад и понимаю, что меня удерживают в воздухе крылья.

Крылья Света.

Раздаётся новый удар, и я понимаю, что это не я!

В смысле — то, что ко мне вернулась Сила, которая бурлит, переполняет, искрит в эмоциях и разуме, вернулись крылья — это, несомненно, я!

А вот эти удары, один за другим… это не моих крыльев дело!

Вспомнив разговор с Тиранчиком, я понимаю, что за мной пришли мужья.

И они сейчас атакуют Ледяную Грань.