Глава 2

Покровительница Рин, воинственная дева Морриган, точно не стала бы пасовать перед трудностями. Хотя, если бы её матерью была Орния Мерфи, в девичестве О’Киф, еще неизвестно, как бы себя повела ирландская богиня любви, жизни и смерти.

Погруженная в мысли о том, как вывести женишка сестры на чистую воду, Рин совершенно упустила из виду, что бабушка Сэйбх непременно оповестит всех остальных родственников, что затворница-ведьма появится на свадьбе. И поэтому то, что разбудил её на следующее утро не ласковый лучик весеннего солнышка, а мамин звонок на мультибрас, стало для Рин неожиданностью. И не сказать чтобы такой уж приятной.

— Лапушка! — проворковала мама. — Я так рада, что мы скоро увидимся!

— Угу, — пробурчала Рин, приглаживая правой рукой встрепанные после сна волосы.

— Ты ведь уже знаешь, что Кэйла выбрала для платьев подружек невесты зеленый цвет?

— Нет. А должна? — В душе Рин зашевелились нехорошие предчувствия.

— Ну как же! — всплеснула руками мама, отчего её изображение сменилось видом на потолок со сверкающей хрустальной люстрой — массивной конструкцией, под которой Рин боялась ходить в детстве, опасаясь, что та рухнет прямо ей на голову. — Ты ведь будешь одной из них.

— С чего вдруг? — насупилась Рин. — Кэйла со мной за без малого три года ни разу толком не поговорила, только открыточки по праздникам слала.

— Ну ты тоже не шибко рвалась общаться с сестрой, — хмыкнула мама и, подпустив в голос трагизма, добавила: — Как и со всеми нами.

— Ой, только не начинай! — скривилась Рин. — Вы все, кроме разве что бабули Сэйбх, смотрели на меня как на инвалида какого-то! Словно быть ведьмой, всё равно что заболеть чем-то не просто неизлечимым, а еще и постыдным.

— Ты преувеличиваешь, золотце! — растянула губы в нервной улыбке мама. — Мы все просто очень за тебя переживали!

— Да ладно! — закатила глаза Рин. — Вы не обо мне беспокоились, а о том, что люди подумают после того, как Иво меня бросил! Во всяком случае — ты.

— Какой ты стала жестокой! — по маминой щеке скатилась одинокая слезинка.

— Ты научилась плакать по заказу? — фальшиво восхитилась Рин.

Мама тут же смахнула слезу и совершенно спокойным тоном произнесла:

— Да, эмоциональная поддержка — не самая сильная моя сторона, а твой отец женился на мне лишь потому, что у меня красивая задница, но…

— Вот только папу не приплетай! — сердито перебила Рин. — Он тебя по-настоящему любит, хотя я временами перестаю понимать — за что.

— Я тоже вас всех люблю! — выкрикнула мама. — Люблю как могу! Забочусь как получается! И если уж на то пошло, то да, ты права: я больше переживала о твоем расставании с Иво, чем о твоей ведьминской судьбе! Но это только потому, что я прекрасно видела — тебе нравится быть ведьмой. Скажешь, это не так?

— Так, — признала Рин.

— Значит, на этот счет мне и не следовало волноваться, а вот о твоей личной жизни…

— О ней тоже не следует! — резко выпалила Рин. — Не лезь в это, мам, если не желаешь со мной поссориться накануне семейного праздника. Все ведь заметят, что мы опять поругались. А ты же этого не хочешь, не правда ли?

— И такой прозорливой ты раньше не была. — Мама тяжело вздохнула.

— Ведьминская интуиция, — пожала плечами Рин.

— Но ты ведь на самом деле не думаешь, что я тебя не люблю? — напряженно уточнила мама.

— Нет, мам, я так не думаю. — Рин тяжело вздохнула. — Просто проявления твоей любви часто кажутся мне… утомительными.

— С тобой, дорогуша, тоже нелегко! — парировала мама. — Я ведь всего лишь хотела убедиться, что ты будешь в зеленом, а мы чуть не поссорились.

— Заметь, уточнить у Кэйлы, сообщила ли она мне о том, что жаждет видеть подружкой невесты, ты даже не подумала, — усмехнулась Рин.

— Ладно, ты меня поймала! — Мама недовольно скривилась. — Я прекрасно знала, что Кэйла побоялась тебе звонить. Собственно, она сама меня попросила с тобой связаться и сказать про платье.

— А писать мне она почему не стала? Неужели боялась спровоцировать на разговор о Брадане?

— Ну вот, ты сама всё понимаешь, — робко улыбнулась мама. — Ты ведь не сердишься на сестру, Лисичка?

— Коварная злобная ведьма Ноирин Мерфи — гроза запуганных родственников! — усмехнулась Рин. — Хотела бы я быть таким монстром, каким вы меня порой считаете.

— Да ты что⁈ — мама картинно прижала правую руку к сердцу. — Вся наша семья прекрасно знает, что ты — нежная и трепетная натура.

— Я⁈ — поразилась Рин. — Не Кэйла?

— Ну… Кэйла тоже, — после недолгого размышления согласилась мама. — Вообще все женщины семьи О’Киф обладают тонкой душевной организацией. И даже гены вашего толстокожего отца не смогли на это повлиять.

— Папа просто уравновешенный.

— Знаешь… — мама перешла на доверительный шепот. — Мне иногда так хочется его треснуть чем-нибудь тяжелым, чтобы выбить хоть какие-то эмоции.

— И что же тебя останавливает? — на губы Рин сама собой наползла улыбка.

— Жалко его. Пусть и бесячий мужик, но мой. И другой мне не нужен. Но я рада, что Кэйла нашла себе мужа, совершенно не похожего на отца. Брадан очень эмоциональный, ты же знаешь?

— Ага, — помрачнела Рин. — Очень-очень! Такой возбудимый! Чуть завидит какую представительницу женского пола, так сразу прямо фонтанирует эмоциями.

— Это в прошлом! — уверенно заявила мама. — Ты когда их вместе с Кэйлой увидишь, сама всё поймешь.

— Хотелось бы верить… — скептически протянула Рин.

— Так мы договорились? Ты наденешь зеленое? — вернула беседу в практическое русло мама.

— А какой фасон нужен? Мы же должны быть с Кэйлой в одном стиле, нет?

— Необязательно. Ты ведь будешь не главной подружкой невесты. Главной будет Мэрид Даффи.

— Кстати, почему она мне не позвонила, раз уж Кэйла боится?

— А ты бы стала слушать Мэрид, м? — мама иронически приподняла брови. — Не послала бы её куда подальше? Не заявила бы, что будешь разговаривать только с сестрой?

— Ну…

— Вот именно! Поэтому тебе позвонила я, а не Мэрид. Юная Даффи — отличная подруга и милая девушка, но силы характера, чтобы противостоять природной ведьме, ей не хватит.

— Скажи уж правду — она просто боится, что я могу навести на нее порчу за то, что не отговорила Кэйлу от свадьбы, — хохотнула Рин.

— Ну что за чушь! — всплеснула руками мама, снова отправив изображение с мультибраса в полет по хаотичной траектории. — Вы обе прекрасно знаете, что если Кэйла что-то вбила себе в голову, то переубедить её совершенно невозможно!

— Это точно! — Рин рассмеялась. — Пусть выходит замуж, за кого хочет — это её жизнь, в конце-то концов.

— Умница! — просияла мама и быстренько распрощалась, пока настроение дочери-ведьмы не переменилось.

Разговор с мамой, как и всегда, оставил смешанные чувства: с одной стороны, было приятно, что та о ней переживает и заботится, с другой — это же самое ужасно раздражало. Зато относительно сестры Рин наконец-то успокоилась. Нет, она не передумала делать амулет, заставляющий говорить правду, — проверить искренность жениха в любом случае стоило. Но даже если любовь Брадана окажется недолговечной, и он снова возьмется за старое, это будут уже проблемы Кэйлы.

Завтракать Рин не стала — обычная еда для пополнения сил в Умбре не требовалась, вполне можно было обойтись той энергией, что поступала из окружающей среды. Конечно, здесь, в лесу, не было сети, снабжающей дом светом и теплом, а также эками — энергетическими капсулами, которыми можно было пополнить свои силы. Зато жилище ведьмы было снабжено энергоуловителем, выполнявшим те же функции.

Но эки Рин использовала редко, тем более в теплое время года, когда для подзарядки было достаточно выйти из дома и просто посидеть на природе. Ведьминская техника была не слишком сложной — нужно было всего лишь правильно дышать — но требовала концентрации и терпения.

Непоседливой Лисичке Рин подобное давалось тяжело, и если бы не восхитительное чувство единения с окружающим миром, которое возникало в процессе, она, наверное, так и продолжала бы пользоваться эками по городской привычке.

Зарядившись под завязку, на что ушел целый час, Рин приступила к проращиванию лаванды. У нее имелся обширный запас этой ценной для всякой ведьмы травы, необходимой и для разных зелий, и для амулетов, но сушеная тут не годилась — сделать из мертвого живое было невозможно даже в Умбре.

Рин достала из подпола три больших пластиковых ящика с поддонами, прикинула, сколько земли понадобится, чтобы их наполнить, и отправилась в лес с маленькой тачкой, мешком и лопатой. Далеко, правда, не пошла, выбрала прогретый солнцем участок ближайшей опушки и принялась за работу. О свойствах почвы она не беспокоилась: если правильно напитать землю энергией, та подойдет для любого растения.

Наполнив мешок, Рин погрузила его в тачку и пошла обратно. Конечно, можно было обойтись и без этого колесного средства: физическая сила ведьмы зависела от количества энергии, а не от объема мышц, но везти мешок в тачке было просто удобнее, чем тащить его на себе.

Землю в ящики она перекладывала руками — так было проще заполнять почву энергией, да и вообще, чем плотнее ведьма контактирует с объектом, тем лучше выходит результат. Долой перчатки, лопатки и прочие приспособления! Только прямой контакт, только максимальное слияние! А от грязи и возможных повреждений руки прекрасно защитит тонкая энергетическая пленка.

Теперь семена. Хорошие, отборные, заказанные в Шанноне, в лучшей оранжерее, где когда-то работала сама Рин. Каждое опустить на нужную глубину, присыпать землей, а когда все окажутся на своих местах, аккуратно полить.

Ну и последний — и самый важный — этап: проращивание. Обрабатывать все три ящика сразу Рин не рискнула — могло не хватить сил. Пошла слева направо. Положила левую ладонь на первый ящик с одной стороны, а правую — с другой, закрыла глаза и сосредоточилась.

Семена лаванды ощущались как маленькие частички сконцентрированной, но спящей жизни. А значит, их нужно было разбудить. Рин аккуратно выпустила легким облачком ведьминскую силу, мягко и осторожно прикоснулась ей к каждому семечку, словно обнимая его, а потом как бы погладила, призывая скрытый в нем росток устремиться к свету.

Когда она открыла глаза, над поверхностью земли зеленели тоненькие стебельки — всё прошло успешно. Конечно, чтобы за десять дней получить полноценные кустики лаванды, подпитывать эти ростки нужно будет каждый день, но главное сделано — они пробудились.

После обработки второго ящика Рин прислушалась к себе и поняла, что на третий запасенной энергии может не хватить. Требовалась подзарядка. Но прежде стоило передохнуть. И лучше всего было сделать это за кружкой ароматного чая.

Приготовить этот напиток в Умбре можно было двумя способами: просто представить конечный результат и материализовать его либо заварить из выращенных или специально созданных ингредиентов. Рин обычно пользовалась вторым вариантом. Разумеется, выращивать чай в ирландском лесу было бы глупой затеей даже для сильной ведьмы, поэтому чайный лист она воплощала, преобразовывая энергию. А вот различные добавки предпочитала натуральные. Сегодня ей, пожалуй, требовалась лаванда: и успокоит, и мысли прояснит.

Однако на этот раз что-то пошло не так: вместо приятного расслабления на Рин накатили воспоминания.

Многие люди считают, что природными ведьмами непременно рождаются: дочь ведьмы становится ведьмой. Однако это не всегда так. И ведьмина дочь может не унаследовать дара, и обычная девушка однажды может его обрести в самый неожиданный момент.

Магические способности у Рин были слабенькие: Тень — особая часть внутренней сути, с помощью которой любой человек в Умбре мог колдовать — у нее была всего лишь первого уровня. И хватало сил этой Тени только на обычные бытовые вещи. Зато она была миленькая — принимала форму очаровательной маленькой лисы. Так что свое прозвище Рин получила не только из-за цвета волос, но и из-за формы, которую принимала её Тень.

Лисица — зверек не только хищный, но и ужасно любопытный. И Рин тоже с детства была такой: интересовалась сразу всем, но понемножку. Поэтому и с выбором профессии очень долго не могла определиться. Так-то в Умбре можно было зарабатывать на эки, с помощью которых тут делалось вообще практически всё, выполняя по поручению тех же городских властей какую-нибудь несложную работу по паре часов в день. Но это было скучно, если, конечно, у тебя нет какого-то серьезного увлечения, которому будешь посвящать свое свободное время.

Рин поработала мастером художественного маникюра в салоне красоты, продавщицей в бакалейном магазине, официанткой в кафе-кондитерской и в конце концов осела в цветочной оранжерее — возиться с растениями ей понравилось больше всего. Она даже в итоге получила профильное образование и обзавелась дипломом ботаника, правда, в Дублинский университет не поехала, а выучилась дистанционно.

Так или иначе, к двадцати восьми годам жизнь Рин устоялась: любимая работа, уютная квартира, парочка подруг и симпатичный парень, от которого со дня на день ожидалось предложение руки и сердца.

А еще каждое лето она хотя бы на неделю отправлялась в Дроминир, чтобы навестить бабулю Сэйбх и побродить по лесам в окрестностях озера Лох-Дерг.

Вот и тогда, в июне двадцать первого, она приехала в деревню и сразу же, наскоро перекусив, ушла гулять. Погода была отличная! Солнечно, но нежарко, приятный ветерок пахнет хвоей и свежей листвой. Рин брела по лесу, наслаждаясь ощущениями. Время от времени останавливалась, чтобы погладить шершавый древесный ствол или полюбоваться игрой света в ветвях.

Впоследствии она часто задавала себе вопрос: если бы знала, что будет дальше, стала бы прикасаться к тому странному цветку, привлекшему её внимание ярко-алым цветом и упоительным ароматом? И приходила к выводу, что, наверное, всё-таки стала бы. Ну как можно было упустить такое чудо?

Волшебный цветок буквально сиял, окутанный не только восхитительным сладковато-пряным запахом, но и порхавшими вокруг золотистыми искорками. Рин наклонилась, принюхиваясь, осторожно погладила пальцем бархатистые лепестки, а дальше — провал…

Очнулась она уже на диванчике в домике Раа О’Ши, местной ведьмы, обитавшей в лесу неподалеку от Дроминира.

— Вот, значит, кто придет мне на смену, — с мягкой улыбкой произнесла тетушка Раа, помогая ей сесть.

— В каком смысле? — озадачилась Рин. — Я ведь не ведьма.

— Теперь уже ведьма, — мягко возразила тетушка Раа.

— Не может быть! — Рин так отчаянно замотала головой, что перед глазами всё поплыло. — У меня нет ведьминского дара.

— Не было, — поправила тетушка Раа. — А теперь есть.

— Да откуда⁈ — неверяще выпалила Рин. — Какой вообще дар? У меня Тень всего лишь первого уровня!

— Тень тут ни при чем, — успокаивающим тоном продолжила объяснять тетушка Раа. — Вернее, то, что она у тебя слабенькая, как раз и позволило принять наш дар. Ведьмин цветок позвал тебя, ты откликнулась, ну и вот.

— Никогда не слышала ни о каких ведьминых цветах, — упрямо буркнула Рин.

— Конечно, не слышала, — покивала тетушка Раа. — О нем только ведьмы знают, а другим не рассказывают.

— Но зачем это всё вообще? — Рин беспомощно развела руками. — Ведьма же в этом лесу уже есть — ты.

— Мне, значит, пришла пора двигаться дальше, — пожала плечами тетушка Раа. — Я давно хотела попутешествовать в джунглях Амазонки, обменяться опытом с тамошними коллегами. Рвану на поиски приключений, раз появилась возможность.

Она улыбнулась, задорно подмигнула, и вдруг, меньше чем за минуту, из благообразной пожилой дамы с седыми волосами превратилась в рыженькую женщину лет тридцати на вид.

— А как это?.. — Рин снова не сумела подобрать правильные слова.

— А очень просто! — Помолодевшая Раа О’Ши заливисто рассмеялась. — Мне нет нужды больше выглядеть умудренной жизнью особой.

— А мне, получается, придется? — помрачнела Рин.

— Зачем? — изумленно вскинула брови Раа. — Всякая ведьма, как, впрочем, и всякая женщина в Умбре, может выглядеть так, как сама захочет.

— Ладно, с этим ясно. — Рин тяжело вздохнула. — А всё остальное? Ты уедешь, а я тут буду вместо тебя? Но я ведь ничего не умею!

— Основам я тебя научу, — успокоила её Раа. — А дальше ты уж сама — у каждой ведьмы свой путь.