Глава 7

Софи Соколовская

― Хочешь ты или нет, но я за тебя отвечаю, ― спокойно, даже равнодушно говорит генерал. ― Тебе придётся.

Я развожу руками. Что с ним сделаешь? В глубине души я очень хочу, чтобы он настоял и забрал меня отсюда. Всё же жить в комфорте, пусть и с таким несносным типом лучше, чем поглаживать свою гордость, сидя на крыльце маленькой лачужки голодная и больная. 

― Император тебе вещи передал, ― уговаривает меня он. ― И мазь от ожогов волдырника.

― У драконов хорошие лекари, ― вставляет свои пять копеек ведунья.

Он тоже пытается избавить от меня? А как же клятвы в вечной преданности и обещания помощи?

Пожимаю плечами. Я так устала, что хочется лечь и уснуть даже на этом крыльце. А ещё жутко хочется есть, что аж голова болит. 

― То есть мазь я получу только в обмен на переселение к вам?

Давай уже возьми меня на руки и отнеси в свой шатёр. Прикажи нагреть ванну и подать обед или ужин, мне без разницы, лишь бы поесть. Избавь меня от участи показывать свой гонор. Иначе я так и останусь у разбитой лачуги без еды и крова, потому что в домик ведуньи я точно не влезу.

― Хватит ломаться, Софи, я же вам ясно сказал, ― начинает злиться генерал, ― я несу за вас ответственность перед императором.

― Не пойду, ― ляпаю я, прикусывая себе язык. Лучше молчи, Софи.

― Вы уже показали свой гонор и характер. Поверьте, я оценил.

― Да плевать я хотела на вашу оценку, ― опять срываюсь я. 

Вот почему он на меня так раздражающе действует? Я вообще перестаю здраво мыслить, когда он начинает со мной разговаривать.

― Вот я плевать хотел на ваше мнение, ― разозлившись, генерал распахивает калитку, в два шага преодолевает расстояние до крыльца.

Его вид реально страшен. Я сжимаюсь в комок, стараясь быть как можно незаметнее. Хотя делать это надо было раньше, когда генерал только появился у хлипкого заборчика дома ведуньи.

Райан подхватывает меня на руки, словно пушинку, и даже не попрощавшись, выходит со двора.

― Простите меня, матушка Северина, ― кричу я ведунье, но она почему-то поощряющее улыбается.

Неужели и она в своём почтенном возрасте подвержена обаянию генерала.

Я отворачиваюсь к груди Райана, чтобы никого не видеть. Мне ещё работать с этими людьми, а он роняет мой авторитет в их глазах. Но в глубине души я рада, что он поступил по-своему. Теперь я спокойно могу наслаждаться уютом и комфортом.

― Можешь не прятаться, всё равно нас никто не видит, ― успокаивает меня генерал. Я даже начинаю опасаться, что он читает мои мысли.

― А где все?

― На работе в шахте, до самой ночи.

― С таким графиком работ я удивляюсь, что они до сих пор существуют, а не вымерли как мамонты.

― Кто такие мамонты?

― Животные моего мира, которые исчезли с лица Земли.

― Земля, это твой мир?

Киваю. Я скучаю по своей работе и дому, хоть меня там никто не ждёт.

― Всё мы пришли, ― ставит меня в известность генерал.

Я поворачиваюсь и застываю с открытым ртом. Челюсть отпала, сейчас отнюдь не метафора.

Моё сердце бешено бьётся, когда я увидела огромный шатёр генерала, возвышающийся на кромке леса. Затаив дыхание, ощущая волнение, смешанное с любопытством, я перевожу взгляд на довольное лицо Райана.

Кажется, ему нравится моя реакция на его новый дом. И пожалуй, тут есть на что посмотреть.

Шатёр генерала ― настоящий колосс, его высокие стены из плотной ткани возвышаются над окружающими деревьями, словно бросая вызов самой природе. Никогда прежде не видела ничего подобного ― такое грандиозное и величественное сооружение. А уж я-то по своей работе насмотрелась всяких шатров.

Вышивка на поверхности шатра поражает своей красотой и тщательностью исполнения. Причудливые узоры, составленные из нитей различных оттенков, складываются в изображения драконов. 

― Какая красота, ― не сдержавшись высказываю я своё восхищение. ― Вышивка просто восторг.

― Вышивка не только украшает шатёр, но и придаёт ему особую прочность, делая его устойчивым к ветрам и непогоде, ― рассказывает генерал, а я поражаюсь его предусмотрительности.

Меня охватывает чувство благоговейного трепета. Это не просто шатёр, а целый замок, воплощение власти и могущества, которые мне незнакомы. 

Как будто заворожённая я изучаю причудливые узоры на ткани, разглядываю крепкие колья, удерживающие шатёр, и пытаюсь представить, как много людей потребовалось, чтобы возвести это огромное сооружение.

― Магия, дорогая Софи, просто магия, ― отвечает на мои невысказанные мысли генерал.

― Шатёр ― просто магия? ― моему разочарованию нет пределов.

― Нет, конечно, ― улыбаясь, отвечает Райан. А улыбка у него красивая, отмечаю я. ― Шатёр настоящий, устанавливают его с помощью магии.

Он подходит ближе и перешагивает за порог. Прям как новобрачные, мелькает шальная мысль, заставившая меня густо покраснеть.

― Не переживайте, Софи, у драконов не придерживаются так строго правил приличия, ведь всё можно проверить магически, ― неправильно истолковав моё смущение, подбадривает меня генерал. ― И раз уж мы будем жить под одной крышей, называйте меня Райан.

Я машинально киваю, потеряв дар речи от увиденного. Внутри его жилище выглядит ещё более впечатляюще.

Мы попадали в просторное и уютное пространство, разделённое на несколько функциональных зон. Первая комната встретила нас ярким освещением, создаваемым множеством масляных ламп, развешанных по стенам. Здесь же находится обеденная зона с огромным столом и шикарными удобными стульями.

― Этот шатёр я проектировал сам, ― с гордостью произносит он, радуясь, что его творение производит на меня такое сильное впечатление.

Райан проводит меня через арку, и мы оказываемся в спальном отсеке, отгороженном от основного пространства плотными войлочными занавесями. Эта комната поражает своей роскошью: здесь расположены мягкие ковры, пушистые подушки и несколько удобных лежанок, накрытых тёплыми шкурами.

― Здесь располагается мой кабинет, ― делает взмах рукой налево генерал и я вижу такую же войлочную занавеску.

― Я сначала хотел поставить деревянные двери и стены, чтобы они были прочнее, а потом счёл это глупостью. Таскать через портал дерево не рационально.

Такой роскошный шатёр сам по себе не рационален, а из чего он уже мало имеет значения. Особенно если переносит его грузовой портал, а устанавливает магия. При доставке и сборке ни одна лошадь не пострадала.

― Дальше, в самой глубине шатра, находится святилище ― место для медитаций, молитв и ритуальных практик, ― знакомит меня со своим домом генерал. ― Туда тебе хода нет.

Не больно-то и хотелось. Я вообще нерелигиозная. Была. До появления в этом мире.

― Вы постарались на славу, генерал…

Вжавшись в пол шатра, я отрицательно мотаю головой.

― Как знаешь, ― пожимает плечами генерал, поднимает меня на руки и несёт в соседнюю комнату. 

Меня охватывает паника. Неужели он воспользуется моей беспомощностью? Но вместо того, чтобы отбиваться, на меня нападает апатия.

Отбиваться всё равно нет смысла. Райан намного сильнее меня, да и с ожогами на ладонях не повоюешь. 

― Отпусти, ― зло цежу я. ― Ты же генерал, неужели нельзя обойтись без насилия?

Он удивлённо смотрит на меня.

― А как, позволь тебя спросить? Ты не слушаешь ни советов, ни приказов. Что мне делать, по-твоему?

Я окончательно теряюсь. Странная фраза, в которой нет места страсти. Тогда куда он меня тащит, если не хочет…хм, провести со мной ночь. 

― Что вы хотите от меня?

― Самую малость, чтобы ты разделась и приняла ванну. Мой денщик её уже приготовил.

О, боги! Ванна! Какое счастье! А я тут размечталась, но ванна превзошла все мечты.

― Затем я намажу тебе раны специальной мазью.

Киваю, вздыхая с облегчением.

― Эта ведунья со своими пророчествами даже не помогла мне.

― Зря ты так, ― укоризненно произносит генерал. ― Северину знает даже император. Она пророчица и очень сильная.

― Она представилась матушкой Севериной, ведуньей из Ивового ручья. Вправила мне ногу, а о ранах словно забыла. Вместо того чтобы помочь, начала кормить меня сказками.

― Для того чтобы смазать раны, их нужно тщательно промыть, да и тебе не мешало бы помыться, ― насмешливо сверкая глазами, говорит он. ― У Северины нет возможности организовать тебе ванну. Видимо, она знала, что я приду за тобой.

Отличное оправдание! Генерал что, верит в сказки деревенской ведуньи? Просто смешно!

― Не заговаривай мне зубы, как она могла знать? Хоть она мне и понравилась, но ведунья из неё никакая.

― Я поставлю тебя возле ванны, дальше сама справишься? ― спокойно спрашивает генерал, пропуская мимо ушей мои умозаключения насчёт местной ведуньи. 

Пожимаю плечами. Откуда я знаю, справлюсь ли сама. На ногу наступать больно. Надо попробовать.

― Ясно, ― произносит Райан, занос меня в особую комнату.

Несмотря на походные условия, это небольшое пространство, отгороженное плотной тканью, настоящий оазис роскоши и комфорта. 

Ему в очередной раз удаётся поразить моё воображение.

Центральное место занимает складная медная ванна на изящных ножках, достаточно просторная для полноценного погружения. Рядом с ней располагался переносной умывальник, увенчанный зеркалом в позолоченной раме, отражающим мягкий свет нескольких масляных ламп.

Пол устилают толстые ковры, поглощающие влагу и создающие уютную атмосферу. На стенах полки с туалетными принадлежностями и мягкими полотенцами.

Я хочу здесь остаться жить. Для меня ванная комната важнее спальни. Просто обожаю поваляться в ванне с ароматическими маслами, пеной или морской солью. 

― А как тут вода появляется? ― не удержавшись, спрашиваю я. ― С помощью магии?

― С помощью инженерной мысли, ― говорит генерал. Если бы он не держал меня на руках, то наверно постучал бы пальцем по лбу, настолько самодовольный у него тон. Будто-то бы он сам придумал всё это. ― Смотри, кожаные мехи и трубы обеспечивают подачу воды, которая нагревается на походной печи за пределами ванной комнаты.

Обалдеть! Я впечатлена. 

Воздух был наполнен тонким ароматом благовоний, маскирующим неизбежные походные запахи. Небольшой столик с хрустальным графином довершает картину.

Генерал ставит меня на мягкий пол возле ванны.

― Помочь? ― спрашивает он внезапно севшим голосом, буравя меня горящим взглядом.

Мотаю головой. 

― Сама справлюсь. 

Он пожимает плечами и выходит.

― Понадоблюсь, зови, ― приказным тоном произносит он. ― Только, Софи, не геройствуй. Сейчас не время и для ложной скромности. 

Я отвожу от него взгляд. Не время, но только я не готова раздеваться перед первым встречным мужиком. Какие-то же нормы морали должны остаться? Правила приличия, в конце концов?

― Твои раны нужно тщательно промыть и лишь потом смазывать мазью. Лучше, чтобы это сделал кто-нибудь другой. Сама ты не справишься, ― спокойно говорит он, словно и не было того горящего взгляда.

Я разочарованно отворачиваюсь. Да, что такое в конце-то концов. Генерал наглый, самодовольный тип, с которым меня связывает только желание вернуться домой. И всё! 

Ты сама-то себе веришь, Софи?

Пытаюсь снять пиджак. Не выходит. Про обувь я вообще молчу. 

Может, есть возможность найти какую-нибудь золтку, которая помогла бы мне помыться?

― Генерал, можно пригласить какую-нибудь женщину мне в помощь? ― и поспешно добавляю: ― Пока руки не заживут.

Он заходит, недовольно оглядывает меня.

― Если только немую. 

― Какую? ― переспрашиваю я, боясь, что ослышалась.

― Я не приглашаю к себе в дом посторонних, ― предугадывая мой следующий вопрос, говорит генерал: ― Ты исключение, и то из-за приказа императора. 

Значит, вся эта забота лишь выполнение приказа?  Если бы не кузен, он бы и пальцем ради меня не пошевелил. Сволочь! 

На глаза набегают непрошенные слёзы. Отворачиваюсь, чтобы Райан не видел, как я расстроена.

В своём мире никому не была нужна и здесь продолжается. Видимо, что тебе на роду написано, не переломить, не переделать. С тем и жить придётся, хоть в своём мире, хоть в чужом.

― Давай помогу, ― мягко произносит генерал, словно почувствовав моё состояние. ― Да ты не бойся, я тебя не трону.

Я испуганно поднимаю на него глаза. Об этом я сейчас не думала, а он… Кобель и в Африке кобель. 

― Чего мне бояться? Я под защитой императора, ― зло отвечаю я в надежде отомстить. Показать ему, что его желания ничего не значат, когда есть воля императора. ― Против кузена вы не пойдёте.

На лице генерала играют желваки. Кажется, что ещё немного и он ударит, таким страшным взглядом он смотрит на меня.

Решила уязвить мужскую гордость. Вот дура!

― Ты не в моём вкусе, — император знал, кого давать в помощницы, ― бьёт наотмашь словами Райан. ― Главным критерием отбора был пункт, чтобы меня не возбуждала.

Гады! Ну ладно! Покажу тебе… Что я хочу ему показать, сама не знаю, но язык опережает мысли:

― Тогда раздевай, ― ласково произношу я.

Посмотрим, чья возьмёт!