Глава 9

Я закрываю дверь номера за собой, прислоняюсь к ней и закрываю глаза. Все тело ноет после того, что произошло на яхте и в роще. Губы опухшие, кожа горит под следами его пальцев.

В моей жизни не было такого крышесносного секса. Я вообще не знала, что можно испытывать настолько сильный оргазм.

Я иду в душ, затем, запахнувшись в халат, выхожу в комнату.

И тут замечаю коробку на кровати. Черная, с алой лентой. Сердце замирает. Подхожу, развязываю бант. Красное платье. Шелковое, с глубоким вырезом и разрезом до бедра.

На дне коробки записка:

«Завтра ты будешь королевой этого ада. — А.».

Я прижимаю ткань к груди. Она будто пахнет им — риском и опасностью.

Раздается стук в дверь.

— Влада? — голос Миши.

Я замираю.

— Спишь? Нам надо поговорить.

Открываю.

Он стоит на пороге, растрепанный, в помятой рубашке. От него несет алкоголем.

— Ты.... — его взгляд скользит за мою спину, к коробке, к платью на кровати. Лицо искажается.

— Это от него?

Я не отвечаю.

— Ты спала с моим братом, — это не вопрос.

Тишина.

Значит, мне не показалось, что кто-то наблюдал.

— Тебя это не касается.

— Видел, как ты стонала в роще, — с горечью произносит и, зайдя в номер, прикрывает дверь.

— Выйди.

— Как ты могла? Не думал, что ты такая шлюха!

Отвешиваю ему пощечину.

Миша ловит мою руку и больно сжимает.

— Где браслет?

— Он мне разонравился. Отпусти. Мне больно.

Миша не сразу, но отпускает.

— Ты не имеешь права судить меня! Ты пытался поцеловать меня сегодня, когда твоя невеста была в двух шагах! — отвечаю я.

Он бледнеет.

— Это другое! Я люблю тебя! И всегда любил!

Я закрываю уши ладонями.

— Замолчи! Не хочу знать!

Его глаза горят. Он хватает меня за плечи, прижимает к стене.

— Артем тебя использует!

— Я сама разберусь, — шепчу я.

— Он знает о моих чувствах к тебе и хочет забрать! Он всегда так поступал! Всю жизнь! Успешный, мать твою, Артем и его неудачник брат! — взрывается Миша.

— Ты же теперь тоже успешный… Или нет?

Миша застывает, его пальцы сжимаются в кулаки. В глазах мелькает что-то дикое — страх, ярость, стыд.

— Ты ничего не понимаешь, — его голос срывается на хрип. — Он всегда... всегда был лучше. Умнее. Сильнее. Даже наши родители....

Миша проводит костяшками пальцев по моему лицу.

— Только ты всегда понимала меня, Влада. Поддерживала, была рядом, верила.

— И потом ты бросил меня.

Он берет мое лицо в ладони.

— Я ошибся, моя девочка.

— Это уже неважно.

— Мы должны быть вместе. Какая разница, что у меня будет жена? Вы не такие хорошие подруги. Ты многого не знаешь.

— Миша, уйди. Перестань озвучивать весь бред, который возникает в твоей голове!

— А прощальный секс?

Он резко дергает за кушак халата и запускает туда руки. Они яростно начинают хватать меня. Я вырываюсь.

— Не ломайся. Переспала с моим братом, я не хуже! Все время строила из себя недотрогу! Сегодня я увидел, какая ты!

Его руки грубо скользят под халатом, пальцы больно впиваются в кожу. Дыхание перехватывает от ярости и отвращения.

— Прекрати! — я бью его ладонью по лицу, но он только смеется, прижимая меня к стене.

— Ты же любила это раньше, — его губы скользят по моей шее.

— Хватит!

— О, теперь хочешь играть в невинность? — его смех звучит мерзко. —Я видел, как ты обслуживала моего брата!

Он прижимается всем телом, и сквозь ткань брюк я чувствую его омерзительное возбуждение.

Я резко поднимаю колено, попадая ему в пах. Миша кряхтит, ослабляет хватку. Этого достаточно.

— Убирайся! — шиплю, распахивая дверь. — Или я закричу на весь отель!

Он выпрямляется, лицо искажено злобой.

— Ты пожалеешь об этом, Влада.

Миша выходит, хлопнув дверью.

Я медленно сползаю на пол, дрожащими руками завязываю халат.