Глава 12

Инесса Кроун

Ян Арс ушел, а я принялась рисовать портрет на разных мольбертах вместе с Джоном. Роза постоянно нас поправляла, и приходилось стирать грифель и перерисовывать. Наконец, черно-белые портреты были завершены и мы каждый показали Розе. Мой был более романтизирован, чем рисунок моего друга, поэтому не удивительно, что девушка выбрала мой портрет.

Когда я выходила, меня задержал Джон.

«Сильно не волнуйся, хорошо?» — написал он на листке, и я улыбнулась.

— Не буду, — пообещала я, но Джон еще не закончил.

«Когда я выходил за чаем, столкнулся с яном Арсом. Он стоял у дверей, в бывшем чулане, и не решался войти», — прочитала я и невольно улыбнулась.

Значит, он всё же ревнует? Собственная реакция пугала, но при этом ощущения, испытываемые мной, определенно мне нравились. Легкое увлечение — это ведь так невинно, правда?

— Спасибо, Джон, — искренне поблагодарила я и направилась вслед за Дэнком в кабинет яна Арса.

 Ему мы показали оба рисунка. Он задумчиво их разглядывал, а после пообещал откопировать и принять необходимые меры. После обеда мы с Дэнком проводили Розу домой, решив узнать — из какой она семьи и где живет. Лавочка её отца была скромной, но при этом пользовалась спросом — видно, плотником он был умелым.

— Спасибо вам огромное! — воскликнула девушка у дверей дома. — Я верю, что вам удастся найти Томла!

Мне тоже хотелось в это верить, к тому же неудачливая невеста мне приглянулась.

— Всего доброго, яна Роза, — отозвалась я, Дэнк снял шляпу в знак прощания, и мы отдалились от её дома. — Хорошая девушка.

— Кто знает, — пожав плечами, произнес Дэнк. — Идем, я провожу тебя.

Обычно веселый ян Жиляски неожиданно стал подозрительным. На прощание сказал, что разыщет этого дворового мальчика и с пристрастием расспросит его, а после буквально передал меня с рук на руки яну Арсу.

— И чего он такой мрачный? Понимаю, история неприятная… — начала я, и жених качнул головой, усмехнувшись. — Что?

— Ничего, — с улыбкой отозвался мужчина и позвал меня в свой кабинет. Когда мы расселись по местам, он задумчиво спросил: — Что ты думаешь обо всей этой истории?

— Мне жаль девушку. В любом случае, жениха у неё нет, есть только негодяй с неясными мотивами.

— Или наоборот, — с нехорошим оскалом отозвался дракон, и его глаза полыхнули золотом.

— Что ты хочешь этим сказать? — прямо спросила я, уже не боясь фамильярничать с ним. В конце концов, не я ввела эту норму общения.

— Неважно. Ты не нарисовала эскиз платья для Розы?

— Нет, — отрицательно качнув головой, ответила я. — Мы не успели. Но у нас еще будет время.

— Замечательно. Тогда занимайся делами салона, а все остальное я возьму на себя, хорошо?

— Хорошо.

Я уже направилась к выходу, когда мне донеслось вслед:

— Инесса, запомни: драконы всегда охраняют свои сокровища.

Безумно хотелось спросить о каких-таких сокровищах он говорит, но я не стала, боясь услышать ответ. Я еще к нему не готова.

Вернувшись в свою комнату, увидела Эйлиту с бутылкой виски в руках.

— Яна Инесса, я нашла вот это. Мне поставить её в бар столовой?

— В бар? Зачем в бар? — удивилась я и забрала у изумленной горничной бутылку. — Пусть стоит здесь. Сохраннее будет.

— Как прикажете, — отозвалась девушка и, взяв с комода конверт, подала его мне. — Вам письмо от яна Кроуна. Пришло сегодня.

— От яна Кроуна? — обеспокоенно спросила я и раскрыла конверт. — Спасибо, Эйлита, ты можешь быть свободна.

С поклоном девушка удалилась, а я села на софу и принялась читать письмо, ничего хорошего от него не ожидая.

«Моя дорогая племянница,

До меня дошли беспокойные слухи о том, что ты открыла некий салон. Не могу раскрыть источник информации, но он достоверен. Моему сердцу больно от того факта, что я услышал об этом не от моей дорогой племянницы, а от постороннего человека. У нас с тобой разве есть секреты?

Так же прискорбно знать, что ты не попросила денег у меня на создание салона, а взяла их… собственно, мне остается только догадываться, откуда у тебя есть капитал для открытия собственного дела. Новости разлетаются быстро — город полнится слухами о вашей с яном Арсе помолвке. Мне отрадно слышать это от моих знакомых.

Моя дорогая племянница, со здоровьем у меня все в порядке, а посему я приеду навестить тебя аккурат через три недели, как раз успею к празднованию Дня рождения его величества.

С наилучшими пожеланиями, твой дядюшка»

О нет! Нет-нет-нет! Только не это! Не хочу его видеть! Методы уничтожения шаальского слова так и не найдены, как и пути возвращения в свой мир. Признаться, я стала свыкаться с местной жизнью, все меньше думать о своих родных и, в целом, чувствовала себя как на курорте. Здесь всё прекрасно, хотя когда-нибудь это закончится и я вернусь домой.

Вот только я могу и не вернуться. Что же делать?

Ян Арс вернулся к обычному общению. Мы вычеркнули ссору из нашей жизни, будто её вовсе не было. Такому повороту я была рада, но все же моё будущее продолжало висеть на волоске. Мне необходимо поделиться тайной, на которую наложена печать молчания, и только Джон, такой же заложник этих обстоятельств, понимает меня.

И тут я кое-что поняла. А ведь и правда! Почему я раньше не догадалась? Я могу рассказать Джону, так как магия не запрещает мне общаться с ним на тему попаданства, а тот — яну Арсу. Но что если магия не позволит ему написать о чем-то таком? В конце концов, он же мертвец, пусть и оживленный!

Решено! Так и поступим!

Я бросилась к выходу, сжимая в руке конверт, но резко остановилась. Слишком много сейчас проблем, с тем же салоном и с Розой. Когда все решится с этой девушкой, тогда и попрошу Джона все пересказать на бумаге яну Арсу, а пока просто покажу ему письмо от яна Кроуна.

Дракон нашелся в кабинете. Жених внимательно читал каждую строчку, а после отложил бумагу и скрестил руки на груди. Он внимательно смотрел на меня и тем неожиданней стало для меня его короткое:

— Прости.

Повисла неловкая пауза. Я растерялась, не представляя, за что у меня просят прощения, а ян Арс встал и прошелся по кабинету. Собравшись с мыслями, он сел передо мной и взял мои руки в свои.

— Прости за мою недавнюю резкость в высказываниях. После разговора с Лумленом я пришел к выводу, что у тебя есть тайна, которую ты просто не в силах рассказать. Хочешь, но не можешь, действительно не можешь. Раньше я воспринимал эти слова как ложь, но теперь изменил свою позицию. Я буду доверять. Доверять всему, даже твоему молчанию.

Я слушала, затаив дыхание. Это было лучше, чем признание в чувствах. Это было взвешенное решение взрослого мужчины, его смелость в изменении приоритетов. Я не знала, что на такое ответить. Благодарность будет неуместна, а молчание — неопределенно.

— Я найду способ поделиться с тобой своими тайнами, — пообещала я в свою очередь, и ян Арс кивнул, пытаясь скрыть улыбку.

— Для меня многое значат эти слова. Буду ждать. Кажется, я кое-что задолжал тебе.

Ян Арс поднялся на ноги и достал из верхнего ящика стола, закрывающегося на ключ, мой паспорт и любовный роман, передав их мне. Я обняла свои сокровища, улыбнувшись, а потом вновь вернула яну Арсу.

— Приезжает мой «дядюшка». Думаю, у вас это будет сохраннее.

Спорить он не стал, убрав паспорт с книгой обратно, а потом сел в кресло и откинулся на спинку.

— У тебя не слишком хорошие отношения с родственником.

— У меня с ним нет никаких отношений, — искренне ответила я, и ян Арс промолчал. — Вернусь в салон. Меня долго не было, быть может, в мое отсутствие уже кто-то приходил и я упустила клиента.

Ян Арс кивнул, и я направилась на выход. Салон был все так же пуст. Я перевернула табличку на входе, убрав слово «закрыто», и прошла в мастерскую, где Тифала шила шляпку.

— Доброго дня! — поприветствовала я неутомимую швею. — Выспалась?

— Более чем, яна Инесса! Уже и позавтракала. За последние дни я никогда не чувствовала себя такой счастливой.

— Рада слышать.

— Конкурс уже прошел? Вы выглядите усталой, — сочувственно произнесла девушка и отложила нитку с иглой. — Может, вам бодрящего отвара сделать или чаю выпьете?

— Все в порядке, — с улыбкой отозвалась я. — А конкурс прошел, так и не начавшись. Никто к нам не заглянул, кроме одной девушки, но и у неё жених пропал.

— О, — выдохнула Тифала, из-за чего её клюв приобрел смешную форму.

Я вкратце пересказала все швее, и мы вместе посочувствовали несчастной Розе, которой так не повезло с женихом.

— Уверена, она еще встретит свою вторую половинку! И он будет настоящим рыцарем.

— Если бы все наши слова приобретали материальное воплощение, — со вздохом произнесла я и, услышав звон колокольчика, поспешила выйти из мастерской и попутно спросила, еще не видя гостью: — Добро пожаловать! Вы за свадебным платьем?

— Помилуй богиня, деточка! Мой пятый муж в гробу перевернется от подобного, — заметила женщина преклонного возраста и, увидев застывшую маску удивления на моем лице, подмигнула и с улыбкой призналась: — Конечно, это шутка! — Я улыбнулась и старушка уже без улыбки добавила: — Моему пятому мужу, спокойной ему загробной жизни, совершенно плевать на меня было еще при жизни. Бабником был еще тем!

Вот теперь я искренне рассмеялась и подошла ближе к женщине. Протянув руку, я представилась и предложила чаю.

— От чая отказаться не смею. Я давняя любительница чаепитий, — отозвалась женщина и присела на предложенный стул. Джон убежал за чаем. — А меня зовут яна Уклеция, я твоя соседка. Видишь, те клумбы?

— Да, — ответила я. — Они прекрасны! Вы сами их посадили?

— Богиня упаси, милочка! — отмахнулась собеседница. — Я лишь каждый день собираю оттуда цветы для утреннего букета, а мой дом стоит по правую сторону.

Это так накренившийся особнячок, в котором с виду никто не живет? Я некоторое время осмысливала слова собеседницы, пока она не рассмеялась.

— Шутка! Шутка это! Конечно, это мой дом, — призналась она и добавила: — Но цветы я там правда собираю, но тебе не позволю. Кстати, уютно тут у тебя. Все мечтала посмотреть, как изменилось это место.

— Результат вам нравится?

— Более чем! Мило и со вкусом.

— Тогда буду рада видеть вас чаще, раз вам тут понравилось.

— Это хорошо! — отозвалась яна и вновь подмигнула. — А то не везде, где мне нравится, меня рады видеть.

Я рассмеялась. Мне определенно импонировала эта пожилая дама. Джон уже принес чай, и я расставила чашки. Яна Уклеция с интересом наблюдала за костяной рукой, но никак не комментировала. За свою долгую жизнь она и не такого должна была насмотреться.

Стоит сказать немного о её внешности. На вид она производила впечатление этакой петербуржской старушки, которая все еще сохранила манеры и достоинство дворянства и сидела по утрам в какой-нибудь кофейне. Женщиной она была не худенькой, я бы даже сказала, плотной, что не мешало носить ей яркое желтое платье в горошек с пышной юбкой и глубоким декольте. Лицо было щедро припудрено, а губы подведены красной помадой. Если бы у меня был выбор, какой хочу выглядеть в её возрасте, я бы выбрала именно этот образ — счастливая вдова с седыми волосами, поднятыми в высокую прическу, в шляпе с пушистым пером, и не иссякающим оптимизмом. О такой старости можно только мечтать.

— День у тебя был тяжелый, надо думать, — произнесла яна Уклеция. — Выглядишь ты, мягко сказать, не очень. Тебе бы масочки травяные сделать для лица! М-м, а какие маски делал мой второй муж! Да что там говорить, этот обольститель делал прекрасно все, что связано с телом, но увы — внезапно умер.

— А отчего? — сочувственно спросила я.

— Да кто ж его знает? — Собеседница отпила чай и пожала плечами. — Неожиданный кирпич с крыши может застать врасплох, а уж от которой из его любовниц он прилетел — мне невдомек.

Я сидела с открытым ртом, не зная, плакать или смеяться, а яна Уклеция подмигнула и я невольно рассмеялась. Это просто чудо, а не женщина!

— Посетителей-то у тебя немного, я смотрю, — сделала вывод соседка. — Я из своего окна хорошо вижу, правда, через дверную щель лучше — там я точно не буду пойманной на шпионаже.

— Вы неподражаемы!

— А то! Я еще и советы давать умею.

— И какой совет вы дадите мне?

— Вот какой адрес у твоего салона? 30А, правильно? А кто знает, где это 30А находится? Все знают только 30, который и есть дом твоего жениха.

— И что вы мне предлагаете? Ян Арс не согласился вешать на парадную дверь указательную табличку, — призналась я.

— Табличка это хорошо, но есть более кардинальный способ. Тридцатый дом на какой улице стоит? Правильно, на той, а у нас он стоит с обратной стороны. Значит, что надо сделать?

— Дом перенести? — нахмурившись, предположила я, не находя решения проблемы.

— Эх, молодежь! Всему учить! — притворно вздохнув, ответила женщина и продолжила только после того, как доела пирожное: — Не дом повернуть, а дороги поменять. Если эта будет главной, то и твой салон все будут видеть. Дорога тут широкая, вот только пришла в негодность. Её бы отремонтировать, кляузы в департамент городских дорог написать, быть может, и появятся у тебя клиентки.

А это ведь замечательная идея! Завтра с утра этим и займусь! Вот только кого в салоне оставить? Была бы у меня помощница, хотя бы Аюль, осталась бы здесь, а так придется вешать табличку «закрыто».

— Ну, угощение было вкусным, а теперь мне пора.

Соседка засобиралась. На прощание я её поблагодарила и напомнила, что рада видеть её в любое время. Яна Арса в доме не было. Эйлита сообщила, что хозяин отлучился по важным делам.

Арс Дэйринг

Погода была теплая и становилось жарче с каждым днем. Солнце все позже клонилось к горизонту, скоро вовсе наступит сезон белых ночей. С Дэнком мы встретились в пабе, где решили выпить немного эльфийского эля. Когда пышнотелая подавальщица поставила нам на стол две кружки с сырной закуской, я обратился к журналисту:

— Ты нашел этого мальчика?

— Мне кажется, сама богиня его не найдет, — со смешком отозвался Жиляски. — Как точно заметила Инесса, у меня есть целая сеть сообщений среди бездомных. Никто из них не слышал ни о ком, по имени Лиман.

— Недостаточно хорошо эта «Роза» проработала свою теорию, — усмехнувшись, прокомментировал я. — И родители, конечно, тоже не настоящие?

— Почему же? Настоящие. У них даже есть дочь Роза, даже примерно по возрасту подходит, но, конечно, это не она.

— Очень слабо подготовились, очень слабо.

— Да, но дело в том, что более ничего найти не удалось. Она как исчезла. Портрет якобы Томла, который я показал дворовым мальчишкам, указал на одного дворянина, живущего на одной улице с плотником. Разумеется, никакого отношения к делу он не имеет.

— А нам нужно искать мужчину совершенно иной внешности, — подвел итог я. — В любом случае, надо известить жандармов.

— Подожди ты, — шикнул Дэнк, и я даже бровь приподнял от удивления. Кажется, кто-то скоропалительно посчитал меня другом и перешел границы, установленные в обществе классовым различием. Я же пока не стал его одергивать, но журналист понял сам и кашлянул. — У меня есть план. Надеюсь, вы ничего не рассказали о нашей теории яне Инессе?

— Еще нет. Решил дождаться твоего отчета. Но к чему ты клонишь?

— Мы можем использовать её как приманку.

— Нет, — отрезал я, неожиданно разозлившись. —  И это не обс-суждаетс-ся. Я не с-собираюс-сь подвергать с-свою невес-сту опас-снос-сти. Я яс-сно из-съясняюс-сь?

— Да, — сглотнув, односложно ответил Дэнк. — Придумаем другой план. Но яне Инессе всё же лучше надеть следящий артефакт, лишним не будет.

— С-спасибо с-за с-совет, — прошипел я и замолчал, пытаясь возобновить контроль над эмоциями. Когда мне это удалось, я продолжил: — Если таковы обстоятельства, как ты говоришь, не имеет смысла самостоятельно ввязываться в эту историю. Джон набросал мне портрет «Розы», пока вы отсутствовали. Я просто отнесу изображение в отделение жандармов и умою руки.

— Хорошо, но я с вами, — нехотя согласился Дэнк и пояснил: — Мне нужно иметь материалы дела для статьи.

— Как знаешь, — безразлично пожал плечами я.

У жандармов мы просидели до полуночи. Нас расспрашивали, даже хотели пригласить яну Инессу, но я был против этого и им пришлось отступить. Законы Кардольи лояльны к представительницам слабого пола. После длительного допроса нас отпустили, и я направился прямиком к Лумлену. Изумленный друг открыл мне дверь с магической бомбой в руке, поэтому мне пришлось поднять руки вверх и капитулировать.

— Арс?! Ты почему так поздно? Невеста из дома выгнала?

— Пошути мне тут, — буркнул я, проходя внутрь. — Я так жутко устал — настроения нет совершенно. Не угостишь кружечкой чего-нибудь горячего?

— Или горячительного? — закрывая за мной дверь, уточнил маг.

— Можно и так, — не стал отпираться я.

Мы прошли на кухню, где теперь царила идеальная чистота, чему я не мог не удивиться. Кладовая была под завязку забита продуктами, поэтому к прекрасной бутылке вина Лумлен выставил еще и две полные тарелки закусок.

— Смотрю, присутствие Аюль на тебя благотворно влияет.

— О, она чудо! — мечтательно произнес друг. — Теперь моя жизнь превратилась в настоящую сказку! Я не отвлекаюсь от экспериментов, вода в ванне всегда идеальной температуры, завтраки, обеды и ужины всегда плотные — прощай голодовка! Вещи стираные, полы мытые…

— Я понял, понял, — поторопился я убедить друга. — Тебе очень повезло с горничной. Инесса вроде бы тоже довольна новой камеристкой.

— Вы помирились? — как бы между прочим спросил маг, тщательно пережевав кусок вяленого мяса.

— Думаю, более чем.

— Тогда я сам могу объяснить ей ситуацию с Аюль и отсутствие у тебя выбора.

На самом деле, выбор у меня был, но зачем портить мнение Инессы обо мне и открывать ей свою мстительность? Она и так уже видела не самые лучшие мои черты.

— Договорились, — легко согласился я. — Но чуть позже. У нас сейчас некоторые сложности.

— А когда их в твоей жизни не было? — с усмешкой спросил маг и внимательно выслушал меня. Пришлось рассказать ему о странностях Розы и её жениха, а также попросить у него следящий артефакт. — «Слежку» я тебе, конечно, дам, но дело тут серьезное. Усиль защиту дома и вплети запрет на вход: просмотри все посещения на «охранке» дома и поставь ауру этой посетительницы под запрет. Во избежание негативных последствий. Я как-то слышал, что в Соединенных королевствах промышляет некая парочка, которая крадет невест у обеспеченных женихов и выманивает из них крупную сумму. История, рассказанная тобой, наводит на мысли об этом.

— Я о них не слышал, видимо, эта история не обозревалась в газетах.

— Да, она держится в строжайшей тайне, чтобы не пугать и без того нервных невест. Ты же знаешь, подготовка к свадьбе — страшный стресс для девушек.

— Инесса посвятила меня в тонкости этого дела, когда рассказывала о плане открытия Свадебного салона.

— Кстати, как у неё дела?

— Пока из рук вон плохо, — пришлось признаться мне. — Но она умная девушка, уверен, что справится. Мне не хочется вмешиваться. Пусть это будет исключительно её заслуга.

— На собственную свадьбу-то позовешь?

Этот вопрос остался без ответа, однако поднял в моей душе шквал вопросов, которые я боялся себе задавать.

Домой вернулся под утро. Эйлита уже проснулась, а Тифала еще не ложилась — салон был открыт, а из мастерской через дверную щель лился свет.

— Эйлита, — подозвал я горничную, которая попыталась незаметно пройти мимо меня, и подал ей кольцо. — Завтра, точнее, уже сегодня, когда яна Инесса проснется, обязательно отдай ей этот артефакт и попроси его надеть. Это очень важно. Ты меня поняла?

— Да, ян Арс, — согласно кивнула девушка и ушла на кухню, я же отправился в спальню.