Глава 6

Инесса Кроун

Время для меня летело удивительно быстро. За интересными книгами, которые представляли современную действительность, прошла неделя. Окружающий мир теперь казался все более реальным и даже привычным. С яном Арсом отношения неожиданно наладились, если можно так сказать, — едкий тон и обмен «любезностями» стали для нас чем-то обыденным, но не настолько, чтобы перестать доставлять удовольствие. Дракон умел быть спокойным и учтивым, но редко показывал эти качества рядом со мной. Я же стала воспринимать его как единственного близкого человека после Аюль.

Сегодня я проводила время, как и всегда, за чтением романтичной истории. Когда в мою комнату вошел ян Арс, книга выпала у меня из рук. Мне её услужливо подал Джон, за что я его поблагодарила.

— Сегодня ко мне зайдут друзья, — начал ян Арс, задумчиво глядя на меня.

— Рада за вас. Давно пора развлечься, иначе вы меня совсем исколете своими шпильками, — ответила я, улыбнувшись.

Маска доброжелательности слетела с дракона и он протянул:

— Я был бы признателен, если бы ты не спускалась вниз. Побудь в комнате.

— Домашний арест неожиданно сузился до второго этажа? — вскинув брови, полюбопытствовала я.

 — Нет, конечно, нет. Просто пока не время афишировать наши отношения. А из дома ты давно можешь выходить. Я бы тебе советовал это сделать, пока любовные романы окончательно не лишили тебя воздуха. Можешь прогуляться даже сегодня.

— Нет, что вы, сегодня у меня на повестке дня очень интересная книга, — милостиво ответила я, бросив мимолетный взгляд на мужчину, и вернулась к чтению.

Ян Арс, постояв еще с минуту в моей комнате, вышел. Я же отложила книгу и посмотрела ему вслед. Такой прекрасный образец сильной половины человечества (или драконов, как выяснилось), и что-то не влекло меня к нему. Эх, перечитала я романтичных историй, надо чем-нибудь себя занять.

За окном громыхнуло. Я подошла ближе и вгляделась в небо — ни что не предвещало дождя, но вот он тяжелыми каплями срывался вниз, с перестуком ударяясь о крыши домов. Горожане заторопились, а вот немногочисленные возницы, наоборот, замедлили лошадей, чтобы те не поскользнулись. Еще один плюс магических экипажей!

Я села на подоконник и с усилием открыла форточку, чтобы высунуть руку. Пару капель ударились о ладонь, заставив меня почувствовать себя живой. Последняя неделя прошла в книгах, и я уже забыла, что такое реальность. Казалось, все в моей голове смешалось, внеся сумятицу, но именно здесь и сейчас, под усиливающийся стук дождя, я понимала, что жизнь продолжается.

Спрыгнув с подоконника, я закрыла форточку и выбежала в коридор. Я чувствовала себя маленьким ребенком, который проснулся с чувством великого праздника. Пробежав вниз по лестнице, я едва не сбила с ног Лицку, держащую в руках стопку постельного белья. Женщина охнула, опершись на перила, и я бросила ей извиняющуюся улыбку. Из холла я распахнула парадные двери и выскочила на крыльцо. Горожане на улице, спеша укрыться от дождя, даже не понимали, какой сегодня прекрасный день! Сегодня день великих свершений! Меня буквально переполняла энергия дождя, казалось, что именно сегодня мне подвластны горы и моря!

— Яна, осторожней! Заболеете! — выскочила на крыльцо Аюль, но я отмахнулась от неё и, выбежав вперед, протанцевала под дождем.

Мощеная дорожка была еще едва мокрая, укрытая тенью деревьев. Они задерживали влагу на своих листьях, которая после крупными каплями падала вниз. Одна из таких ударила мне точно по темечку, и я, вскинув голову, улыбнулась слабому отсвету солнца, скрывшегося за тучами.

— Ян Арс, она не слушается! — жалобно произнесла Аюль, и я оглянулась на крыльцо, улыбаясь изумленному дракону.

Волосы уже намокли, верхняя ткань платья — тоже, но все это добавляло к сегодняшнему дню одну примечательную особенность — не важно, в каком мире, я так же могу чувствовать и радоваться. Вернусь я или нет, но это моя жизнь, и только мне решать, какой её сделать. Прожить взаперти или попробовать исполнить свою мечту в другом мире.

— Инесса, с вами все хорошо? — вкрадчиво спросил жених, и я уверенно кивнула.

— Вы даже себе не представляете, насколько, — ответила я и двинулась к дому, пока меня не приняли совсем за сумасшедшую.

Аюль проводила меня в мою комнату и принесла сухие полотенца. Заставив раздеться, она насухо вытерла меня, после чего я с улыбкой залезла под теплое одеяло. Джон подобрался ко мне с листком бумаги, на котором было написано следующее: «Неужели ты поняла, как выбраться отсюда?».

— Нет, Джон, нет. Я поняла более простую истину, — отозвалась я, счастливо улыбаясь. —  Жизнь многогранна и требует к себе уважения. Не имеет смысла тратить её на надежды, когда можно потратить на воплощение мечты.

«И что же является твоей мечтой?»

— Даже не знаю, — задумчиво ответила я. — Каждая девочка мечтает выйти замуж и родить детей, я бы хотела этого же, но не в ближайшем будущем. В детстве, смотря фильмы и читая сказки, я мечтала сыграть множество свадеб. Не обязательно, чтобы невестой была я. Мне просто хотелось организовывать счастливые мероприятия, где юные красавицы были бы облачены в платья, созданные мной. Наверное, именно поэтому я училась на дизайнера.

Скелетик согласно «кивнул» запястьем, после чего сел рядом и что-то не решался написать на бумаге. Следя за его неуверенными попытками, совсем не заметила, как мои глаза сомкнулись и я провалилась в сон.

Проснулась тремя часами позже, бодрая и полная сил. За окном уже утихал дождь, а Джона нигде не было видно, зато на кровати лежала записка.

«В доме есть одна комната, которая тебе, возможно, понравится. Жду тебя внизу».

Ого, а мы заделались в шпионы? Преисполненная энтузиазма, я оделась и спустилась вниз. Из гостиной на первом этаже доносились мужские голоса — гости яна Арса уже в сборе. Интересно, когда именно Джон написал записку? Долго ли он меня ждет? У скелетов вообще есть чувство времени? А у артефактов?

Ян Арс просил меня не выходить из комнаты, но что поделаешь, если тобой движет любопытство? Я же тихо, как мышка, меня никто и не заметит!

Стараясь держаться подальше от гостиной, я свернула налево и на цыпочках пробралась мимо кухни к каморке с инвентарем для уборки. Здесь я остановилась, прижавшись спиной к двери, и огляделась. И где же меня ждет Джон?

Чувствовала я себя при этом настоящим шпионом! Даже волосы на затылке зашевелились от волнения. Или не от волнения?

Посмотрев вверх, я едва не вскрикнула, вовремя подавив эмоции и узнав Джона. Неугомонная рука зависла на светильнике и проводила по моей голове пальцами, держа мизинцем увесистый ключ. Я облегченно выдохнула и отошла на шаг. Артефакт спустился, ухватился за ручку кладовки и потянул вниз. Механизм со скрипом сработал и дверь приоткрылась. Я вновь огляделась по сторонам, ухватившись за ручку поверх Джона. Быстро заскочив внутрь, я подождала артефакт и захлопнула дверь, после чего развернулась в кромешной тьме и тут же задела ногой швабру.

Та упала на меня вместе с мокрой тряпкой, я зажмурилась и отпихнула её от себя, задев ведро. Оно со звоном покатилось по полу, опрокинув несколько стеклянных баночек с моющими средствами. Испугавшись шума, я приоткрыла дверь, чтобы впустить свет и хоть что-то увидеть. Джон успел поймать все склянки и теперь стоял, растопырившись, а в открытый проем на меня смотрела Лицка, прибежавшая на шум.

— Яна, с вами все в порядке? — обеспокоенным шепотом спросила она, и я кивнула, не особо уверив женщину. — Точно?

— Сто процентов, — ответила я, и женщина, нахмурившись, протянула руку к моему лбу.

— Жара нет, — пробормотала она и обратилась ко мне: — Может, чаю?

— Да-а, — протянула я. — Горячего. С медом.

— Это я быстренько, — обрадовалась Лицка, подхватила подол и побежала в сторону кухни, я же посмотрела на Джона.

Тот уже расставил склянки по местам, забрался по швабре выше и нашел замочную скважину, в которую вставил виденный мной ранее ключ. Я внимательней посмотрела на стену перед собой и действительно заметила дверь — неприметную, с облезшей белой краской. Я взялась за ручку, не решаясь повернуть её. Казалось, закрыв одну и открыв другую дверь, я навсегда сотру границы прежней жизни, сливаясь с этой реальностью. Зачем же Джон меня позвал сюда? Движимая любопытством, я сделала решительный шаг и вошла в темную комнату.

Глаза, уже привыкшие к полумраку, пытались различить силуэты предметов вокруг, но удавалось это с трудом — вся стена напротив была завешана темными шторами, и даже если там были окна, солнечный свет не проникал в комнату. Джон завозился, а минуту спустя в просторной комнате зажглись магические светильники. От яркости я на мгновение зажмурилась, а после с интересом огляделась и тут же чихнула.

Вокруг были манекены, прилавок, стулья, диваны и прочая мебель, укрытая белой материей. На полу валялись обрезки ткани, кожи, ниток и картона. Я сделала несколько шагов в сторону и сдернула белое полотно с ближайшего манекена, подняв тучу пыли. Вновь чихнув, я зажала нос рукой и посмотрела перед собой. Деревянная скульптура была из дерева, с двигающимися суставами. Такие я видела лишь в исторических фильмах или антикварных лавках, а еще в салоне яны Кроссиеты. Казалось, что на плоском деревянном лице запечатлелись счастливые глаза и улыбка.

Пройдя в сторону, я нашла еще одну дверь. Прямо за ней была мастерская — нитки, иголки, ножницы, несколько швеек, пяльцы — все лежало на двух столах, а так же здесь были длинные доски для рисования с приколотыми на них большими листами бумаги, на которых, когда смелась пыль, оказались эскизы платьев и костюмов. Все иглы и ножницы остались нетронуты временем — ни одной ржавчинки на них я так и не нашла. Вернувшись в главный зал, я подошла к огромным шторам и, желая пропустить яркий свет, раздвинула их в стороны, снова подняв пыль.

— Джон, — произнесла я вслух, откашлявшись, — кажется, мы нашли заброшенный модный салон. — За окном был выход на другую улицу, менее многолюдную, с милым домиком по соседству. Я смотрела на цветы на крыльце того дома и недоуменно спросила: — Как ты нашел это место и откуда взял ключ?

Естественно, артефакт не имел возможности мне ответить, зато позади раздался звон битого стекла. Я обернулась и увидела ошеломленную Лицку, выронившую поднос с чайником и пирожными. М-да, такими темпами Лицка оставит яна Арса без чайных сервизов.

Но не время думать об имуществе дракона! Нужно прятаться! Срочно! Звон был настолько громким для глухого помещения, что в коридоре раздались быстрые шаги. Я бросила затравленный взгляд на выход, желая спрятаться за одним из манекенов, но не успела — в салон ввалились трое мужчин.

Арс Дэйринг

Лумлен пришел первым, чему я не был удивлен. Камьян любил опаздывать, но, как он всегда говорил, «это другие пришли слишком рано». С ним было бесполезно спорить, к тому же, чревато последствиями. Маг прошел вперед, откинул фалды камзола и разместился в кресле, переплетя пальцы рук.

— Я довольно часто бываю у тебя, — сказал он.

— Не слишком, если судить по визитам обычных гостей, а не затворников, — поспорил я.

— Не важно. Смотрю, у тебя нет новых слуг. Не хочешь обновить штат сотрудников?

— Тогда ты совсем не будешь приходить, ссылаясь на незнакомцев в моем доме, — резонно ответил я, и маг поморщился. — За эти годы я осознал, что всем твоим словам есть оправдание. Скажи мне, какое на этот раз. Что ты имел ввиду, говоря о новых слугах?

— Ты же знаешь о моей проблеме — мне нужна домработница. Аюль я знаю давно. Мне кажется, она довольно хорошенькая и смышленая. Ты не будешь против, если я предложу ей более высокое жалование?

— Ты хочешь самолично платить моим слугам жалование? — изумился я, едва сдерживая улыбку, и Лумлен бросил на меня недовольный взгляд.

— Ты понял, о чем я говорю! Я хочу переманить Аюль.

— Она действительно сообразительная, от таких горничных так просто не отказываются. Но чтобы предложить больше, тебе сначала надо узнать мою ставку, но тебе её я раскрывать не собираюсь.

— Тьфу! Это разве проблема? Вряд ли ты платишь ей сумму, намного выше рыночной. Я же предложу в два раза больше.

— Уверен ли ты, что тебе нужны такие затраты? — недоуменно спросил я.

— Я не буду принимать поспешных решений и еще понаблюдаю за ней, — неуверенно отозвался Лумлен. — В конце концов, выбор слуг — ответственная задача.

Какой же этот маг-затворник бывает забавным!

— Но погоди, — сказал я, разогревая и без того тонкий лед, — чтобы присмотреться, тебе надо чаще бывать у меня. Последний раз ты выбирался ко мне в гости полгода назад. То есть для следующих наблюдений должны пройти еще полгода. А для более частых визитов ты разве  сможешь поступиться своим затворничеством?

— Поверь мне, я постараюсь, — раздраженно отозвался друг, и я рассмеялся. — Опять потешаешься? Бессердечный дракон!

— В конце концов, имею право, как более взрослый собеседник, — весело отозвался я и серьезно добавил: — Аюль — горничная Инессы и единственная, к кому она привязалась. Я не могу их разлучить.

— Яны Инессы, ты хотел сказать? — поддел меня маг, озорно улыбнувшись, и получил мой недовольный взгляд. — Молчу-молчу. Но с другой стороны, невеста у тебя недавно. Так что от легкой замены с неё не убудет.

Отвечать на это я не собирался, поэтому сменил тему:

— Мы еще долго будем обсуждать вопросы слуг? Это может и наскучить.

— Все равно надо скоротать время, — обронил Лумлен и посмотрел на напольные часы. — Камьян обычно опаздывает не меньше, чем на час. У нас еще много времени. Успеем обсудить и слуг, и ужин, и твою невесту, и даже твои отношения с ней.

— У нас нет никаких отношений, — отрезал я. — Более того, по поводу того документа. Архивариус тоже не может сказать, что за символы использованы в тексте. Он обещался более внимательно изучить его, но, забрав его вчера, я так и не получил никаких ответов.

— Да, тот занимательный документ куда важнее ваших с ней отношений, — поцокал друг. — Если, конечно, не учитывать того факта, что девушками ты совсем не увлечен. Может, тебя привлекаю я? М-м?

Лумлен поиграл бровями, и я лишь фыркнул ответ.

— Просто не желаю отнимать пальму первенства у Камьяна. Боюсь его обидеть, ведь если вступлю в бой я, боюсь, он потеряет статус первого ловеласа королевства.

Маг хохотнул, но решил не комментировать. Так за разговорами мы провели ближайший час, а вскоре Аюль доложила о приходе некоего яна. Мы прошли в холл, где Камьян в своей неспешной манере снимал цилиндр.

В гостиной уже стояли закуски и напитки, а на карточном столе разместились несколько колод карт. Я вспомнил, что видел одну колоду у невесты, но тогда не придал этому значения. Карты и карты, что с них возьмешь? Но сейчас я подумал, что стоило бы ближе с ними познакомиться.

Игра была интересной, и только здесь Камьян изменял своей обычной вальяжной манере, с азартом обыгрывая нас с Лумленом. Жгучий брюнет с яркими голубыми глазами и загорелой кожей пользовался огромной популярностью у женщин, он мог вскружить голову любой, не прибегая к своему высокому положению. Мы с Лумленом столкнулись с ним в трактире, где ввязались в пьяную драку. Помощь неожиданно пришла от Камьяна, который посчитал зачинщиком нашего противника, поэтому встал на нашу сторону. Лумлен в таких ситуациях принципиально не пользуется магией, если нет прямой угрозы жизни, поэтому вышли из трактира мы с синяками и ссадинами. Ну как вышли… вышвырнули нас, если быть точным.

А на следующий день дебошира выставили из страны, а у трактира сменились хозяева. Все благодаря Камьяну!

— Кто раздает? — спросил я, на минуту отвлекшись от игры.

— Что-то ты рассеянный, — поддел меня Камьян. — Говорят, у тебя появилась дама сердца?

— Лумлен? — перевел я взгляд на мага, и тот пожал плечами.

— Новости в нашем узком кругу разлетаются быстро, — оправдался он, ни капли не чувствуя своей вины.

— Рассказывай, — сказал Камьян, улыбнувшись. — Какая сердцеедка заставила тебя остепениться? Или, подожди, это нежный нетронутый цветочек?

— Это настоящая ночная фурия, — выдохнул я, и оба друга засмеялись.

— Я же говорил, что он крепко влип, — отсмеявшись, вставил Лумлен, а я, поняв, что моя партия проиграна, сбросил карты.

В этот момент из холла донесся звон. Мы оглянулись, но не сдвинулись с места, продолжив игру. Камьян подвинул к себе свой выигрыш и довольно улыбнулся. Сегодня был явно его день. Через некоторое время звон повторился, но на этот раз он был глухим, словно раздался в большой комнате.

Пустой. Нежилой.

— Подождите здесь. Я скоро.

— Ну уж нет, — с усмешкой сказал Камьян и поднялся на ноги. — А кто нас будет знакомить с невестой?

Инесса Кроун

Одним из них был ян Арс, а двое других, видимо, его друзья. Высокий худощавый шатен смотрел на меня насмешливо, в то время как третий — с недоумением. Взгляд яна Арса же изображал крайнюю степень взвинченности, казалось, что он сейчас проткнет меня молнией, как какой-нибудь небожитель. Я даже сделала шаг в сторону, скрываясь за Лицкой.

— Кто это, Арс? — спросил тот самый, третий. Жгучий брюнет. — Неужели таинственная невеста? Кажется, она боится.

— Предположительно, нас, — добавил шатен, слегка склонив голову, и дотронулся до переносицы, будто пытался скрыть за рукой улыбку.

— Ян Арс! — взвизгнула Лицка. — Все это время у нас под носом была еще одна комната, а мы её не заметили?! И не убиралась! Вы только посмотрите, как тут пыльно! Это непозволительно!

— Лицка, успокойся. Я попросил Лумлена поставить на неё отвод глаз, когда покупал этот особняк, — к чему-то оправдался перед старшей горничной ян Арс. — Что вы так на меня смотрите, Лицка? Мне некогда было перестраивать помещения, да и не до этого. Мне и имеющихся комнат хватает, да и вам для уборки — тоже.

— Но… но… — безуспешно пыталась возразить Лицка. — Предупреждать же надо!

Взгляд дракона ясно говорил, что предупреждать он уж точно никого не собирался и тем более — горничную. Продолжая причитать, Лицка собрала разбитый сервиз на поднос и вышла через каморку. Я осталась одна под заинтересованными взглядами мужчин. Джон как-то неожиданно испарился: или спрятался за манекены, или успел убежать, или отправился наверх собирать мои вещи. Своих он еще не нажил. Да и я, кстати, тоже.

— Друзья, позвольте вас познакомить, — ожил ян Арс после затянувшейся паузы. — Яна Инесса Кроун, моя невеста. Вам же, моя возлюбленная, позвольте представить моих друзей. Яна Лумлена и… яна Камьяна.

— Весьма приятно познакомиться, — отозвалась я, не сразу отойдя от лёгкого ступора после слова «возлюбленная».

— А как нам приятно, прекраснейшая Инесса, — ответил брюнет, судя по представлению, Камьян.

Он был слишком красив для мужчины. Но даже не красота привлекала внимание, а блеск глаз, легкая улыбка и манеры настоящего обольстителя. Такого в веке девятнадцатом назвали бы Казановой, и были совершенно правы. Он поцеловал мне руку, едва прикоснувшись губами, или вовсе не касался, однако чувство было таким… таким… словно меня вознесли в ранг богини. Неужели так приятно, когда тебе целуют руки?

— Надеюсь, наше неожиданное и спонтанное знакомство не испортило первые впечатления обо мне. Не хотелось бы выглядеть ходячей неприятностью перед друзьями моего возлюбленного Арса, — отозвалась я, вернув шпильку жениху.

Тот уставился на меня изумленным взглядом.

— Ни в коем случае, о прекраснейшая, — отозвался Камьян. — Думаю, эта неожиданность лишь укрепит наше дальнейшее общение, ведь залог хороших отношений — запоминающаяся встреча.

— Думаете? — переспросила я. — Мне всегда казалось, что залог хороших отношений — это взаимоуважение и смех.

— Смех? — зацепился за слово уже посерьезневший Лумлен. — Вы думаете, что в дружбе главное веселье?

— Одно из составляющих, — подтвердила я, стараясь не смотреть на задумчивого жениха. Слишком часто я стала бросать на него заинтересованные взгляды. — Кому хочется общаться с вечно грустным человеком? Такой только вгоняет в уныние. Нет, разумеется, у каждого из нас могут быть трудные моменты в жизни, где нужна поддержка верного друга, но все же, оглядываясь в прошлое, мы вспоминаем радостные и веселые моменты. Такова наша природа. Если же человек унылый и скучный, нам нечего с ним вспомнить, тогда он стирается из памяти и из жизни.

— Но, к счастью, все мы разные, — вставил Камьян, подозревая самое худшее — Лумлен мог пуститься в полемику. — Поэтому мы интересны друг другу. Каждый находит себе человека по своему характеру, и если вам, уважаемая яна, нравятся веселые люди — это прекрасно. Я тоже люблю веселых людей, но не слишком — вдруг такой затмит меня?

Это было сказано так наигранно, что я не могла не рассмеяться. Даже Лумлен и Арс улыбнулись, а последний еще и предложил пройти в гостиную. Конечно, мы все согласились. Как можно отказать хозяину дома, когда его речь звучала практически в приказном тоне? На выходе я задержалась и поискала взглядом Джона.

— Кого-то ищите, дорогая невеста? — едко спросил Арс, тоже остановившись, и я в упор посмотрела на него.

— Значит, вы сами решили продолжить эту игру, ян Арс? — прямо спросила я, и неожиданно лицо жениха оказалось непозволительно близко, словно он желал меня поцеловать.

— Вот именно, продолжить. Но я не говорил, что начинал её.

— Но вы же первый…!

— Тсс, — прижав мне палец к губам, заставил замолчать дракон. — Давай будем хорошими, хотя бы сегодняшний день?

Я подумала, что быть хорошими друг с другом у нас совершенно не получается, но вслух говорить этого не стала. Лишь кивнула, но взгляд неожиданно спустился к его губам. Они выглядели совсем не мягкими, и этим лишь больше манили. К мужчинам, как ни странно, нас притягивает именно противоположность нам.

Мы встретились взглядами. Я покраснела, но дракону были неведомы такие простые эмоции. Он лишь усмехнулся, оттолкнулся рукой от стены и подал мне ладонь, которую пришлось с благодарностью принять.

— И откуда ты такая взялась? — неожиданно спросил он, но вопрос был словно риторическим, поэтому я благоразумно промолчала.

Мы вернулись в гостиную, точнее, вернулся жених, я же пришла сюда сегодня впервые. Камьян и Лумлен о чем-то оживленно спорили и, когда в поле их зрения попала я, брюнет подался вперед и проникновенно спросил:

— Мы с моим другом-изобретателем поспорили. Я говорю, что девушки больше всего любят внимание, он же утверждает, что заботу. Мне кажется, что покорить красавицу можно только одним способом — постоянно напоминая ей о себе, делая сюрпризы, удивляя её. Но если трясёшься над ней, словно старая компаньонка, влюбить в себя девушку невозможно.

Арс помог мне сесть на диван рядом с собой. Мужчины пили янтарный напиток, наверное, виски или коньяк, уточнять было неуместным. Лицка расставила на столе сервиз и подала мне чай, который я с благодарностью приняла. Отпив, я поставила чашечку на блюдце и внимательно взглянула на двух друзей, ждущих моего ответа.

— Девушки действительно любят внимание, — признала я очевидную вещь, и Камьян возликовал, бросив усмешку изобретателю. Но мысль свою я еще не закончила. — Но влюбляются они в поистине заботливых мужчин. И нет, ян Камьян, это не должно быть надзирательство старой компаньонки, как вы изволили выразиться. Подлинная забота заключается в том, что влюбленный мужчина делает вещи для комфорта девушки настолько незаметными, что сама девушка привыкает к ним и уже не представляет, как без них существовать. Такую заботу можно не заметить с первого взгляда, но без неё уже не получится вернуться к прежней жизни. Будет ощущение, словно у тебя отняли воздух. Можно ли жить без воздуха, ян Лумлен?

— Конечно, нет, — самодовольно ответил изобретатель.

— Внимание женщины любят, безусловно, — вновь повторила я. — Мы можем его принимать от мужчин, совершенно нам чуждых и ненужных, утешая своё самолюбие. Но забота — это зерно для зарождения истинной любви.

— Невероятно сказано, — ответил Камьян, ничуть не расстроившись. Брюнет повернулся к моему жениху и приподнял бокал. — Теперь я тебя искренне поздравляю с помолвкой.

— А меня? — слова вырвались раньше, чем я осмыслила их.

Гостиная взорвалась дружным смехом. Даже Лицка, принесшая фрукты и копчености, широко улыбалась. Почти весь вечер я провела с ними, но при этом думая о таинственной комнате. Джон так и не появлялся, видимо, не желал новых знакомств. Когда друзья решили расходиться, ян Арс вышел их провожать, взяв меня с собой. Он сегодня на удивление вжился в роль жениха.

— Кстати, — перед уходом вспомнил Лумлен. — Я узнал у тебя свой пропавший артефакт, как бы он не желал спрятаться. Не хочешь мне ничего рассказать, Арс?

— О, ты о Джоне? — переспросил дракон, с усмешкой взглянув на меня.

— Ты знаешь его имя? — удивилась я.

— Слухи в доме быстро разлетаются, — не растерялся жених.

— Так вы тот самый хозяин лавки? — догадалась я, обратившись к изобретателю. — Ян Арс обещал вам рассказать о пропаже.

— Запамятовал, — извинился жених, кашлянув, в чем я сразу заподозрила ложь.

— Или решил под шумок вернуть Джона обратно, — высказал общую мысль Камьян и заразительно рассмеялся.

Ян Арс замолчал, но его лицо выражало крайнюю степень оскорбленной гордости. Мне даже стало стыдно за свои мысли. Может, он действительно забыл. Этот мужчина еще ни разу не сделал ничего, чтобы я усомнилась в его благородности.

— Думаю, вам пора, — проговорил Арс и увлёк друзей на улицу.

Через окошко я могла видеть, как друзья еще несколько минут прощались, улыбаясь друг другу. Когда жених вернулся, он не сказал мне ни слова, молча поднявшись в свой кабинет. У меня оставались кое-какие вопросы, а, главное, предложения, поэтому я поспешила к нему.