Глава 10. Решимость

С утра Селена старалась держаться бодро, хотя ситуация оставалась безрадостной. Она уже знала: без решительных действий им не выкарабкаться.

Она решила вопрос с арендодателем по поводу крыши, пообещав, что сделает ремонт, если тот даст ей небольшую отсрочку. Тот неохотно согласился: похоже, перспектива самостоятельно чинить крышу его не вдохновляла.

После Селена решила пойти на рынок волшебных аксессуаров, где обычно можно было услышать последние новости и встретить тех, кто знает подноготную брачного бизнеса. Возможно, она сумеет переговорить с кем-то из старых знакомых, или хотя бы понять, кто именно стоит за аферой против них. Команда её не отговаривала: они понимали, что Селена ищет любую зацепку. Эйтан порывался пойти с ней, но она наотрез отказалась, и тогда он тихо сказал напоследок: «Будь осторожна». Фьор собрал ей коробочку с печеньем на дорогу, а Гриннет дёрнула за край её плаща, молча пожелав удачи.

Рынок волшебных аксессуаров располагался в западной части Лирмана. Здесь продавали магические нити для шитья чарующих платьев, кристаллические серьги, которые меняли цвет от времени суток, маски, способные скрывать истинный облик, и прочие диковинки. Шум стоял постоянный: то гномы ругались о качестве камней, то эльфы торговали амулетами, то феи вили кружевные перчатки из лунных нитей и напевали при этом. Над прилавками кружили пикси-рекламщики, выкрикивая о скидках. Но стоило Селене появиться, как некоторые из тех, кто знал о скандале, перестали улыбаться. Она улавливала косые взгляды. Похоже, слухи о «Верности» дошли и сюда.

Не обращая внимания на перешёптывания, Селена решительно направилась к одной из лавок, где раньше приобретала вещицы для декора агентства. Хозяин лавки, увидев её, быстро спрятал улыбку и сухо спросил: «Что хотите?», хотя раньше обращался к ней на «ты». Её попытка завести разговор провалилась: он лишь отмахнулся, сказав, что сегодня нет времени. Ясно, уже не хотят связываться, боятся испортить свою репутацию. Пришлось идти дальше.

Вскоре Селена заметила знакомый силуэт. Высокая фигура, нарядная, в шляпке с перьями, тяжёлом ожерелье и расшитом камзоле стояла у ряда прилавков. Малиандра. Беспринципная женщина, считающая, что брак — это прежде всего удачная сделка и готовая пойти на что угодно ради выгоды. Селена решила: может, стоит попытаться поговорить? Конечно, нельзя заранее предугадать, как поведёт себя Малиандра, порой она отчебучивала что-то из ряда вон выходящее, но иногда прямой разговор даёт больше, чем пересуды. Да и времени на «потом» у Селены нет.

Она подошла ближе. Малиандра осматривала браслеты, щёлкая длинными ногтями по камню, словно пробуя его на твёрдость. Заметив Селену, презрительно сощурилась.

— О, кто это к нам пришёл! — протянула она ядовито. — Наша романтичная и, увы, потерпевшая фиаско сваха. Что, пришла просить советов? Или денег? Или, может, хочешь вернуться?

Селена сжала губы, стараясь сохранять достоинство.

— Малиандра, я не хочу ссориться. Я пришла, чтобы понять, почему ты столь враждебна. Нам нет нужды мешать друг другу, город велик, места всем хватит. Клиентов тоже.

Малиандра хмыкнула, поправила пышный воротник.

— Наивная девочка. Этот город — арена. Здесь побеждают те, кто умеет играть. Сводить принцесс и лордов — это тонкое искусство, требующее умения манипулировать. А ты вздумала пропихнуть свою тупую идею «искренней любви»? Смешно. Стоило появиться серьёзному заказу — и вот результат: грандиозный скандал, позор, клиенты разбежались.

Селена посмотрела Малиандре прямо в глаза:

— Я вот думаю, что этот скандал мог быть кем-то подстроен. Дай подумать… ах, да! Может быть, тобой?

Малиандра рассмеялась, звук её смеха напомнил Селене скрежет металла.

— Ты обвиняешь меня? Дорогуша, мне не нужно марать руки, чтобы показать твою несостоятельность. Ты сама вляпалась. Принцесса и Дариус теперь в ярости, в том числе злятся друг на друга. Думаешь, они когда-нибудь помирятся? Да никогда! Брак — это сделка. Если они не нашли выгоду, значит, дело провалено. А ты вместо того, чтобы чётко подобрать им пару на взаимовыгодных условиях, гналась за «сказкой». Вот и получила.

Селена сжала руки в кулаки, внутри закипала злость. Но она не могла потерять самообладание.

— Может, ты и считаешь, что брак — сделка. А я считаю, что без чувств он пуст. Да, мы провалились. Но не надо насмехаться. Я пришла сюда понять, почему против нас поднялась целая волна слухов. Может, ты знаешь, кто распространяет эти лживые истории?

— Я? — Малиандра улыбнулась, показывая ровные зубы. — Мне не нужно лгать, я лишь констатирую факты. Пресса тоже не так глупа, как вы о ней считаете. А статьи… может, кто-то водит дружбу с газетчиками. А те печатают то, что им выгодно. Вдобавок я слышала, что и в городских кругах недовольны вашими методами.

Селена поняла, что разговор бесполезен. Малиандра наслаждается её унижением, подливает масло в огонь. Нет смысла ждать от неё помощи или сочувствия. Да и кто прилюдно признается в своей виновности?

— Зачем ты так? — тихо спросила Селена. — Что тебе далось наше небольшое агентство?

Малиандра взмахнула рукой с перстнями:

— Конкуренция — лишняя, крошка. Этот рынок долго был моим, и я не потерплю, чтобы какая-то идеалистка поколебала мой авторитет. Тем более, твой провал — наглядный урок другим новобранцам. Пусть знают, что здесь не место для розовых грёз. Никто не смеет убегать от меня.

Селена поняла, что пора остановиться. Ей стало тошно от этой высокомерной дамы. Развернулась и ушла, слыша вслед насмешливое: «Покарабкайся ещё, маленькая мышка!»

На душе было паршиво. Интуиция подсказывала: Малиандра может быть причастна ко всему этому. Но прямых доказательств нет. Придётся искать дальше. Она посмотрела на свои кулаки и с удивлением обнаружила, что кисти рук источают ровное серебристое сияние, которое стало исчезать, как только она успокоилась.

Скоро Селена почувствовала, что за ней кто-то идёт. Обернувшись, увидела Терину — эльфийку-полукровку, которую встречала раньше. Терина жестом предложила уединиться в переулке между лавками. Лицо у неё было озабоченным, а взгляд настороженным.

— Простите, что потревожу, — заговорила Терина вполголоса, косясь на её руки. — Я понимаю, вам сейчас трудно. Я узнала о том, как всё провалилось с принцессой и Дариусом. Но вы должны знать: есть те, кто хочет воспользоваться этой ссорой, чтобы окончательно затоптать ваше агентство и любовные пары, которые вы могли бы соединять.

Селена прищурилась:

— Вы говорите загадками. Объяснитесь. Я знаю, что выдавливают нас с рынка. В чём дело?

Терина вздохнула:

— Я услышала о вашей честности от гномьей четы, которой вы помогли. Она присмотрелась к вашему агентству, убедилась, что вы искренни, и рекомендовала принцессе обратиться к вам. Да, это была я. Теперь, когда всё пошло наперекосяк, я чувствую свою вину.

— Значит, рекомендация принцессе исходила от вас? — удивилась Селена. — Но почему вы сейчас говорите об этом?

— Потому что я знаю, что всё неспроста. Есть люди, которым выгодно ваше падение.

Селена резко вздохнула. Подозрения оправдались. Не просто конкуренты и слухи — здесь целая схема.

— Малиандра!

— Она лишь винтик в этом механизме. — Терина покачала головой. — У неё тоже рыльце в пушку, но она не главный виновник в этой схеме.

— Мой друг сказал, что сделать такую голосовую подделку — очень дорого. Позволить такую магию может только очень богатый человек. Или организация.

— Так и есть, — кивнула Терина. — Принцесса и Дариус злятся друг на друга, и это кому-то очень выгодно. Простите, больше я ничего не могу сказать, потому что сама не всё понимаю.

Селена нахмурилась:

— Значит, наша репутация уничтожается целенаправленно. Подстава с голосами — лишь часть глобального плана. Нам ожидать чего-то ещё?

— Пока не знаю, — сказала Терина. — Но я бы была начеку. Я хотела помочь вам, поэтому пришла. Прошу, не вините меня. Я правда думала, что ваша честность впечатлит принцессу. И она впечатлила — но враги были быстрее.

— Как мне доказать, что мы не виноваты?

Терина задумалась:

— Сложно. Принцесса сейчас взбешена. Её народ оскорблён вместе с ней, а Дариус, в свою очередь, обозлён на принцессу. Оба не хотят слушать оправданий. Да и кто бы поверил, если вы без улик придёте и скажете: «Это не мы, это мошенники»? Нужно найти доказательства.

Селена вздохнула. Раздобыть их будет трудно.

— Я узнала и ещё кое-что, — продолжила Терина. — Оказывается, Дариус получил рекомендацию обратиться в ваше агентство от старого архивариуса, друга его рода. Тот архивариус слышал о «Верности» от эльфа-учёного, которому когда-то Гриннет подбросила рекламную листовку, и вы удачно его свели с парой. Понимаете? Ваша репутация честного агентства успела просочиться в элитарные круги. Я лишь хочу сказать, чтобы вы ни в коем случае не сдавались! Вы на верном пути! И уж точно на своём месте.

Селена молчала. Так вот оно что. Случайные рекомендации на самом деле были не такими уж и случайными. Их честность заметили, люди стали доверять, и кто-то более сильный, с властью, придавил их как букашку. А она, неопытная, не ожидала, что их подставят так грязно. Но поддержка Терины её немного подбодрила.

— Простите, — тихо добавила Терина. — Я понимаю, что рассказываю тяжёлые вещи. Но лучше знать правду, чем жить в неведении. Я готова помочь, если смогу. Я чувствую ответственность. Если бы я не дала совет принцессе обратиться к вам, может, всё сложилось бы иначе. Теперь я хочу хоть чем-то искупить это.

— Помочь? Но чем? — Селена горько усмехнулась. — Если у вас нет влияния на принцессу, то вряд ли сможете.

— Влияния нет, но могу попытаться выведать какие-то сведения. Может, узнаю, кто контактировал с гонцами или попробую перехватить ещё одну звуковую иллюзию. В любом случае во дворце у меня есть глаза и уши. Если вы потом сможете публично разоблачить аферистов, у вас будет шанс восстановиться в глазах публики.

Селена кивнула. Хоть и призрачная, но надежда снова замаячила на горизонте.

— Хорошо. Буду благодарна за любую информацию. Мы в отчаянном положении.

Терина посмотрела в сторону рынка, где шумела толпа:

— Будьте осторожны. Как я и сказала, Малиандра — только вершина айсберга. За ней стоят те, кто привык наживаться на чужом горе. Я подозреваю, что их сеть шире, чем мы думаем. Если вы сможете собрать доказательства и представить их магполиции и принцессе, это может изменить ход событий.

— Попытаемся, — ответила Селена. — Спасибо за предупреждение.

Они обменялись короткими кивками и разошлись. Терина скользнула в толпу, словно тень, а Селена осталась стоять у угла лавки, пытаясь осмыслить услышанное. Ей нужны доказательства, нужны факты. Может, опросить сотрудников оранжереи? Может, кто видел гонца, приносящего иллюзию? Её же ещё установить нужно! Проблема в том, что люди не горят желанием помогать опальному агентству.

Селена побрела обратно к «Верности», по пути замечая, как соседи закрывают перед ней двери лавок или делают вид, что заняты. Они теперь избегают её! Ей казалось, что стены города сами сдвигаются. Стало трудно дышать, и ладони снова «зажглись».

Вдобавок, судя по разговору, Малиандра проплатила газетчикам. В вечернем выпуске наверняка появятся статьи, высмеивающие «Верность». А она не может просто подать жалобу: нужны улики, деньги, связи. Ничего нет. Как тогда, на улице. Осталась лишь горстка друзей в самом агентстве. И теперь Терина, как ни странно.

Свернув за угол, Селена заметила, как пара прохожих перешли на другую сторону улицы, увидев её. Вот до чего дошло: словно она заразна! Город пестрит слухами, будто её агентство — причина злости принцессы, а разозлить нифари — нешуточное преступление в глазах многих. Да и Дариус, известный в высшем свете оборотень, теперь тоже их враг? Никто не захочет иметь дело с теми, кто рассорил такую пару.

Стараясь не думать о взглядах прохожих, Селена ускорила шаг. Нужно вернуться и рассказать команде о разговоре с Малиандрой и поделиться информацией от Терины. Раз за всем этим стоит целая сеть аферистов (но кто?!), нельзя сидеть сложа руки.

Когда Селена вошла в «Верность», в зале царила напряжённая тишина. Гриннет подлетела к ней со страхом в глазах, Фьор поднял взгляд от миски с тестом, а Эйтан оторвался от какой-то карты улиц, которую он пытался изучить.

— Что случилось? — спросил он.

Селена тяжело опустилась на стул:

— Я встретила Малиандру. Она открыто насмехается, уверена, что принцесса и Дариус никогда не помирятся. Намекает, что все были против нас с самого начала. Судя по всему, ей выгоден наш провал, а пресса уже подкуплена или запугана, будет писать гадости о нас.

Гриннет вздохнула:

— Значит, она во всём виновата? Хочет так отомстить тебе?

— Прямо не призналась, но ясно, что не обошлось без её влияния. Да и Терина нашла меня. Призналась, что рекомендовала нас принцессе, услышав о нашей честности от тех гномов, помните? Сказала, что кто-то из придворных с большой властью нифари точит на нас зуб.

Фьор хмуро сжал руки в кулак:

— Значит, нас хотят утопить окончательно. Что же мы такого сделали? Может дело не в нас, а в принцессе? На крайний случай окружение Дариуса тоже стоило бы проверить.

— Хорошая мысль, — согласилась Селена.

— Пока тебя не было, я сходил в магполицию, — поделился Эйтан, — но меня там и слушать без доказательств не стали.

— Это ожидаемо, — вздохнула Селена. — Терина сказала, что готова помочь. Попытается выведать хоть какую-то информацию. Боюсь только, что у нас мало времени. Враги могут нанести ещё один удар.

Эйтан прошёлся по комнате, раздумывая:

— Если мы сможем напасть на след того, кто причастен к магии голосовой иллюзии, мы могли бы представить это городской страже и далее снова пойти в магполицию. Есть у меня одна зацепка…

Селена вспомнила слова Терины:

— Возможно, нужно следить за теми, кто приближается к принцессе или Дариусу. Надеюсь, Терина сможет это организовать. Она сказала, что у неё во дворце есть глаза и уши.

Фьор в задумчивости потёр подбородок:

— Брунд сегодня дежурит у дворца принцессы, через него попробую что-то выяснить. Я мог бы сходить к нему.

— Сейчас нужна любая информация, — кивнула Селена. — А ты, Гриннет, можешь расспросить пикси-рекламщиков, которые порхают между домов. Они часто видят, кто куда ходит, приносят ли письма. Вдруг найдёшь свидетеля, который видел странного гонца возле «Верности»?

Пикси попыталась улыбнуться:

— Попытаюсь. Хоть многие сейчас косо смотрят, но среди пикси есть мои знакомые, может, хоть кто-то захочет поговорить со мной.

— Эйтан, — повернулась Селена к нему, — можешь проверить письма, что мы получали ранее? Вдруг обнаружишь магическую метку или распознаешь, кто её оставил? Ну вдруг?..

— Я уже думал над этим, — кивнул тот. — Обязательно сделаю это. Но пока хочу поделиться. Я тут кое-что обнаружил на нашей двери.

Он достал из кармана приборчик и показал друзьям.

— Я чувствую, что здесь нанесена руна, но не могу распознать её. Это очень сложная магия, мне пока не даётся.

— Я вижу её, — вдруг сказала Селена.

Все удивлённо повернулись к ней.

— Видишь? — слабо спросила Гриннет.

— Да, — тихо ответила Селена. — Сейчас нарисую.

Она взяла огрызок листа бумаги и начертила узор, который отчётливо видела. Только сейчас он не светился, в отличие от тех, что умел наносить Эйтан.

— Селена, — осторожно произнёс тот. — Ты же понимаешь, что это значит? Это очень сложная, высшая магия. Ты точно фейри.

Селена с силой вздохнула.

— Сейчас это точно меньшая беда из тех, что есть. Подумаю над этим, когда спасём агентство.

Никто не стал с ней спорить.

— Я проведу дополнительные проверки. А потом, если в магполицейской базе найдут схожий магический почерк или у них есть артефакт, который при предъявлении прибора укажет на мага, появится шанс убедить кого-то из помощников принцессы или лорда взглянуть на доказательство.

Селена выпрямилась:

— Прекрасно. Надо действовать. Я понимаю, что нам никто не верит, но если найдём хотя бы одну зацепку, может, появится лазейка в этом заговоре. Терина чувствует вину и готова помочь, это большое подспорье для нас.

Гриннет спросила:

— А принцесса и Дариус? Что с ними?

Селена тяжело вздохнула:

— Они пока в гневе. Терина говорит, что они убеждены в подлинности оскорблений. Каждый злится на другого. В таком состоянии они не станут слушать. Нам надо либо время, чтобы они остыли, либо железные доказательства, чтобы они хотя бы задумались. Но это уже потом. Сначала надо раздобыть улики. Давайте действовать, а я пойду в оранжерею и поспрашиваю сотрудников, вдруг кто что видел.

Фьор покинул агентство, отправляясь к знакомому стражнику, Гриннет вылетела через окно на поиски пикси-информаторов, Эйтан ушёл в подсобку, чтобы работать над магическим анализом.

Селена двинулась вслед за Фьором и свернула на аллею, ведущую к оранжерее. Город был тихим, но она снова чувствовала на себе редкие косые взгляды прохожих. На горизонте показалась знакомая стеклянная конструкция — хрустальная шкатулка, которая раньше переливалась магическим светом и манила любителей экзотических растений. Однако что-то было не так. Окна оранжереи выглядели тёмными, неприветливыми. Двери, обычно приоткрытые, чтобы гости могли вдохнуть сладковатый аромат цветов, оказались наглухо заперты.

Селена подошла ближе и заметила на двери грубый листок с объявлением, небрежно прибитым гвоздями. В нём крупными буквами было написано:

«Оранжерея временно закрыта. В связи с недавним скандалом мы вынуждены прекратить работу. Приносим извинения за неудобства. Все сотрудники отправлены в неоплачиваемый отпуск».

Селена замерла. Сердце сжалось от прочитанного. Она осознала, что вся эта ситуация повлияла не только на репутацию «Верности» и разрушила возможный союз Авелины и Дариуса, но и коснулась невинных людей. Садовники, эльфы, что ухаживали за экзотическими растениями, лишились заработка. Это была ещё одна тень, нависшая над их агентством.

Она потянулась к ручке двери, но она была заперта. Сквозь стекло виднелись заросли тропических растений, оставленных без присмотра. Некоторые листья начали сворачиваться, а цветы увядали. Было видно, что жизнь покидала это место. Селена провела ладонью по стеклу, чувствуя, как внутри поднимается горечь.

— Из-за нас, — прошептала она самой себе, — ещё несколько семей в Лирмане остались без работы.

Она осмотрелась, но на улице никого не было. Никто не мог подтвердить, видели ли в день скандала кого-то подозрительного. Никто не мог рассказать, подкидывал ли кто письма или вёл себя странно. Её поиски оказались бесполезными.

Селена возвращалась домой медленно, чувствуя, как каждый шаг отдаётся тяжестью в груди. Город, который раньше казался таким уютным и полным возможностей, теперь выглядел враждебным и холодным. Когда она подошла к зданию «Верности», ноги её дрожали. Она открыла дверь, не находя слов, чтобы рассказать команде о том, что видела. Просто опустила взгляд, прошла к столу и села, прижав ладони к лицу.

— Ты в порядке? — раздался голос Эйтана, появившегося из подсобки. Он заметил её состояние и осторожно положил руку на плечо.

— Оранжерея… закрыта, — наконец выдавила она. — Они тоже пострадали из-за нас. Люди потеряли работу. Там всё пусто.

— Это не наша вина, — сказал твёрдо Эйтан и нахмурился. — Кто-то устроил этот скандал специально. Мы должны найти виновного и исправить всё.

Но Селена лишь покачала головой. Её переполняло чувство вины, и от этого все слова утешения казались бессмысленными.

Тем временем атаки конкурентов усиливались. Уже вечером мимо дверей «Верности» прошла пара гномов, громко высказывая презрение, а один орк выкрикнул, что «сваха Селена» погубила принцессин союз. Видно, статьи уже разлетелись. Пришёл курьер с газетой, но, узнав, чьё это здание, грубо бросил газету на порог и ушёл. Селена подняла газету. На первой полосе красовалась огромная статья: «Наивная агентура развалила королевскую помолвку? Или кто здесь мошенник?» В тексте — намёки, что «Верность» пыталась свести принцессу и Дариуса ради собственной корысти, а потом всё пошло наперекосяк. Ни слова о настоящем заговоре, только издёвки.

Селена смяла газету и выбросила в корзину. Значит, им придётся бороться не только за доказательства, но и против пропаганды. Без восстановленной репутации клиентов не будет. А без клиентов — крах. Но Селена уже не была той испуганной жертвой. Она злилась, и злость помогала ей держаться. Если нельзя просто дождаться милости судьбы, она попробует выкарабкаться.

Под вечер вернулся Фьор. Настроение у него было напряжённым.

— Я поговорил с Брундом. Он слышал о некоторых случаях, когда парочки, едва помолвившись, вдруг получали письма с оскорблениями друг от друга и ссорились. Но жалобы страже ничем не кончались. Нет прямых улик. Брунд сказал, что есть подозрения о существовании группы аферистов, но они неуловимы, будто их кто-то «крышует». Никто не может их поймать. Если бы мы смогли отловить одного такого с поличным — было бы дело.

— Значит, схема не нова, раз столько людей говорят об этом, — задумалась Селена, не замечая, как помрачнел Эйтан. — Что у нас выходит: есть группа неуловимых аферистов, которые стравливают пары, даже не самые известные. Принцесса и Дариус просто самые громкие жертвы. Какова их цель?

— Говорят, они получают хорошую предоплату и после ссоры жениха и невесты просто испаряются! — сказал Фьор. — Несостоявшаяся пара видеть друг друга не может, ни о какой поимке аферистов и речи быть не может.

— Пока звучит логично, но никак не вяжется с Авелиной и Дариусом. Нет, за их разрывом точно стоит кто-то серьёзный.

— Малиандра?

— Не думаю. Терина говорит, она лишь верхушка айсберга.

— Но она точно пакостит нам, а точнее, тебе! — возмутился Эйтан. — Её угрозы, презрительный тон… Неужели ты так легко простишь это?

— Нет, — медленно качнула головой Селена, о чём-то напряжённо размышляя. — Мне просто стало на неё всё равно. Пусть злится, пусть заказывает статьи, нас это больше не должно волновать. Друзья, у нас есть какой-то более могущественный враг, которого я никак не могу разгадать. Но я чувствую, что одолеть его нам будет непросто.

— Это твоё чутьё фейри? — тихо спросил Эйтан.

Селена посмотрела на него и улыбнулась.

— Возможно. Фьор, может, мы найдём тех, кто уже пострадал и готов подтвердить, что их обманывали? Так мы хотя бы можем найти аферистов — самую мелкую детальку в нашем паззле.

— Думал об этом. Брунд говорит, что прежние жертвы либо давно уехали из города, либо слишком напуганы.

Появилась запыхавшаяся Гриннет, опустилась на подоконник и устало повесила крылышки.

— Я узнала у пикси-курьеров: недавно спугнули странного гонца у резиденции Дариуса. Этот гонец был в неприметной одежде и пытался спрятаться, когда проходила стража. Пикси запомнила, что у него на плаще была брошь в виде чёрной розы. Может, это знак банды аферистов? Но это пока не даёт нам имени.

Селена записала в уме: чёрная роза на плаще гонца. Любая деталь важна.

— Как дела с прибором? — спросила у Эйтана Гриннет.

— Я исследовал его весь день с помощью кристаллов, а также письма, которые мы получали ранее, в том числе то грозное анонимное предупреждение. Нашёл слабый магический след: руна иллюзий. Сигнал слабый, но повторяющийся. Связи между ними нет, но мои кристаллы не такие сильные. Завтра пойду в магполицию. Надеюсь, они согласятся нам помочь.

Селена кивнула:

— Отлично. Было бы здорово поймать ещё одно письмо с угрозами, тогда след был бы свежий. Может, и я бы чего разглядела. Я, кстати, теперь повсюду вижу следы магии. Гуляла по городу и просто надивиться не могла.

— Твоя магия становится сильнее, — с уважением произнёс Эйтан. — Интересно, что произошло, что она начала крепнуть? Хотя я чувствую, что ты стала сильнее и… морально.

— Может, вся эта ситуация повлияла. Одно скажу точно. После того как я увидела, что из-за меня лишились работы ещё несколько жителей Лирмана, помимо вас, внутри меня словно прочертилась какая-то черта. Хватит. Я больше ни одному аферисту, ни одной самодурной выскочке не позволю рушить судьбы и тем более вредить моим друзьям.

Дверг, пикси и маг даже застыли от такой пламенной речи.

— Красиво сказано, — прошептала Гриннет.

— Это не просто для красного словца, — промолвила Селена, и голос её прозвучал угрожающе.

К вечеру они получили ещё один нежелательный «подарок»: к дверям агентства подбросили листовку с карикатурами на «Верность». На ней высмеивали идею о настоящей любви, рисуя Селену с крыльями феи как глупую птицу, несущую золотое яйцо, которое лопается.

Селена подобрала газету с порога, вгляделась и сказала:

— Сын молочника из лавки на соседней улице.

Друзья поражённо смотрели на неё.

— Как ты это делаешь? — поинтересовался Фьор.

— Не знаю… просто чувствую.

— Может, ты и носителя метки с чёрной розой сможешь почувствовать?

— Нет… — сказала Селена, внутренне пытаясь это сделать. — Я никого не знаю с этим символом. Так не получается почувствовать. Так это не работает.

— Нужно поторопиться поймать преступников, пока у тебя так повышена чувствительность. Обычно, когда магия появляется, так и происходит, она словно льётся из тебя. Но потом проходит какое-то время, и всё устаканивается, — пояснил Эйтан.

— Пока я ощущаю только огромный прилив сил, меня будто распирает изнутри. Хочется крушить и ставить на место всех, кто замыслит недоброе против нас.

Её друзья-коллеги ничего не ответили на такое. Уже стемнело, когда кто-то снова подбросил почту на крыльцо агентства. Селена вскочила, но Гриннет уговорила её оставаться на месте.

— Я сама открою, — пропищала она и рассмеялась. — Ещё не хватало, чтобы ты набросилась на невинного курьера в надежде выпытать, кто его заказчик. Ты же знаешь, что магпочта анонимна.

Она выглянула наружу. Пустынная улица, редкие шаги поздних прохожих. Никто не заглядывал из-за угла, даже из любопытства. Она забрала небольшую посылку с крыльца и скрылась внутри.