Глава 76. Гриша
Еле-еле разлепив глаза, я попробовал оглядеться, но хрен там было. Что-то удерживало голову, и в горле ощущалось дикое давление.
И всё-таки это ещё было норм в сравнении с остальными ощущениями в теле, среди которых не наблюдалось ни одного приятного.
Только боль. Много разной боли.
Болело просто, блять, ВСЁ. Что-то посильнее, что-то полегче. Но первым же чувством, которое я уловил, была именно боль, тотальная.
Как говорилось в одном фильме: «У боли есть одно хорошее качество — она означает, что ты всё ещё жив». Только меня в данный момент даже это не радовало. Может, было бы лучше, если бы я сдох. Или хотя бы пробыл ещё без сознания. Скажем, пару лет.
Впрочем, я ж реально не понимал, сколько вот так провалялся и где находился в итоге сейчас. Знал только, что лежу в каком-то помещении с бледно-голубыми стенами. А что это за помещение и как долго я тут пребываю, хер знает.
Повернуться корпусом тоже не вышло. Конечностей я в принципе не чувствовал. Лежал будто бы целиком в гипсе. Мож, из меня живую мумию решили сотворить? Короче, шевелились только глаза и те — с трудом.
Башка раскалывалась… Тошнило адски. Весь я был какой-то ватный, но при этом почему-то вата внутри меня непрерывно болела.
И тут…
Я вспомнил.
Вспомнил последнее, что сохранилось в памяти.
Мне почти удалось завершить трюк. Почти безупречно. Пакеты только загорелись немного раньше, но в остальном вроде всё шло хорошо… Кроме последнего этапа. С какого-то хрена мотоцикл повело. Я попросту потерял управление и влетел… в бетонный блок.
Да. Именно тот серый бетон и был моим последним воспоминанием. То, как стремительно он приближался мне навстречу. А потом переднее колесо на полной скорости впаялось в непреодолимую преграду, и…
Я должен был тормозить. Хотя бы попытаться. Но не тронул тормоз ни на миллиметр. Я должен был спровоцировать лоусайд — положить на бок моц, чтобы избежать столкновения. Но даже слегка не накренил технику.
Я ошибся во всём. Во всём. Совершенно во всём…
Почему?..
Мысли бродили в голове. Вздувались и лопались, кажется, прямо вместе с мозгами.
И вновь меня осенило: я попал в аварию. В серьёзную аварию. В непростительно тупую аварию. И по всем законам физики и геометрии сейчас должен был лежать в гробу со свёрнутой шеей. Но я был жив. При этом не мог двигаться. Вообще. А это значило…
Это значило только одно — шею я всё-таки свернул.
Тяжко сглотнув, я отчётливо ощутил нечто, сковывающее моё горло.
Блять…
Ну, конечно. Воротник. Это был ортопедический воротник. А то, что ниже глаз нихрена не шевелилось, подтверждало очевидную, логичную и самую хуёвую из всех возможных догадок — меня парализовало.
Фак!!!
Зажмурившись, я одновременно пытался бороться с тошнотой, головокружением, сухостью во рту, болью во всём теле и пониманием, что такие травмы никогда не заканчиваются хэппи-эндом.
Налетался, Гриша. Откаскадёрил своё…
И что теперь?.. Вся оставшаяся жизнь в виде овоща?
Лучше б я сдох… Лучше б сдох! ЛУЧШЕ БЫ Я СДОХ!!!
Ещё сильнее я убедился в этой мысли, когда вспомнил, что предшествовало тому ебучему трюку.
Лера… Моя Лера. Моя любимая дрянь и предательница. Моя хорошая девочка…
Которую я сам же и спровоцировал на глупости из-за собственной глупости. Я первый обманул её и продолжал обманывать несколько месяцев. Привязал её к парню, которого даже не существовало в природе.
Какой же я мудак… Какая же я сволочь... Какой же подонок…
Вот и прилетела мне ответочка — ёбаный бумеранг. Потому что я никого не слушал. Никого. Вообще никого.
Я был хреновым сыном. Был хреновым женихом. Был хреновым другом. Был хреновым парнем, который пользовал всех без разбору девочек, кто хотел немного крутых приключений с крутым байкером.
Единственное, где я был хорош, это в каскадёрстве.
Ключевое слово — был…
А теперь всему пришёл конец. Вообще всему. Вообще.
Сука… Ну, почему?!
Я бы закричал в тот момент, но горло продолжал стискивать воротник, а мозг будто бы размозжило в кашу.
Я был один. Совершенно один. Больше не в состоянии двигаться и что-либо чувствовать. Кроме бесконечной адской боли.
Похоже, вот именно сейчас и пришёл реальный конец.
Всему.