Глава семнадцатая. Двоечница
- Хренасе… - выдохнул голос ректора.
- И тебе привет, волчок местами цвета кабачок, - я вслушивалась в насмешливый голос. И не верила, что он не звенит в ушах, а доносится откуда-то издалека. Вместе с тяжелыми шагами.
Я чувствовала, как глаза закрываются. А мою руку рывком убирают с портала.
- Не трогай медальон! Он убьет тебя! – заорал голос ректора.
С меня рывком сорвали раскаленный медальон. Я покачнулась, заваливаясь на чье-то плечо. Дыхание согревало мои волосы, мои виски, мои щеки. Я умоляла глаза открыться, но была настолько истощена, что почти не шевелилась. Черная пропасть раскрывалась цветком, поглощая меня.
- Иви! – слышала я крик. И чувствовала, как мое лицо держат в руках металлические перчатки. Каждый вдох давался мне с трудом. Перед глазами все расплывалось.
- Повисите немного, дорогие сволочи, - послышался знакомый голос. – И желательно молча! Иви… И-ви…
Меня трепали по щеке… Что-то звякнуло об пол, и к моей щеке прикоснулась теплая ладонь. Она нежно гладила пальцами мою щеку.
- Так, волчок-кабачок, быстро зализал свои раны и метнулся за ромашками. Нужно… раз… два… пятьдесят две ромашки, - послышался знакомый голос.
- Что?!! – послышался обалдевший голос ректора. – Зачем ромашки?
- Не что, а шевели лапами, - в голосе послышались нотки раздражения. –Что? Уже обделались? Правильно мыслите. Есть вещи, которые я не прощаю.
Я чувствовала, как рука соскальзывает с моей щеки. Мои руки поднимают, собирают вместе, согревая в своих.
- Иви, - в голосе слышалась улыбка. – И-ви… Поганочка моя, я знаю, что ты пришла в себя и боишься открывать глаза…
Он был прав. Я просто боюсь открывать глаза.
- Вы кто такой? – заорали голоса откуда-то сбоку. Он высвободил одну руку, придерживая мои руки одной рукой. Послышались ужасающие крики боли.
- Сорок девять ромашек. Не пятьдесят две, а уже сорок девять, - вздохнул знакомый голос.
- Ты – чудовище! – послышались еще голоса магов.
- Я знаю, - согласилось зло.
Голос склонялся ко мне. Он уже шептал на ухо: «Вставай, моя драгоценная поганочка… Открывай глазки!».
- Я боюсь, - созналась я шепотом. Сердце екало и вздрагивало.
- Чего ты боишься? – прошептал голос на ухо. – Ты же никогда ничего не боялась…
В голосе послышалась теплая улыбка.
- Боишься, что я не такой, каким ты меня представляла? – прошептал голос.
Сердце застыло.
- Я лучше, - шепот мурашками пробежал по моей щеке. В голосе все еще звучала улыбка.
- Ты свою рожу видел? – послышался брезгливый голос ректора. – Вся в крови…
Я распахнула глаза, видя полностью окровавленное лицо и два оранжевых глаза. Они были настолько яркими, что я дернулась. Что-то с ними было не то… Я не могла понять, вглядываясь в них… Зрачок. Вот что не то… Он… Я вспомнила стеклянные глаза дракона и дернулась.
- Согласен, Даргон меня назвали не в честь бабушки, - усмехнулось огромное окровавленное чудовище. – Во всех темных боевых магах древности течет драконья кровь… Благодаря ей мы способны выходить в Астрал. И возвращаться оттуда. А у вас билет в один конец. Пока зло училось сражаться, добро училось быстро бегать.
Я смотрела и не могла понять, какого цвета его волосы. Сейчас они были красными от крови и висели сосульками. Черные доспехи были заляпаны кровью. На груди виднелся след от огромных когтей. Они прорезали доспехи, словно ткань. Кажется, один из когтей все еще торчал в доспехах. Вид у него был жуткий.
Вдоль стен в черных путах заклинания дергались министр, чудовища и боевые маги. Я повернула голову в другую сторону, видя ректора, стоящего над нами. Он смотрел ледяным взглядом, стирая кровь на щеке и тряся онемевшей рукой. В другой руке был веник ромашек.
И тут я увидела наше отражение в зеркалах, которыми украсили зал. В разбитом и окровавленном стекле отражалось мое бледное лицо и хлипкая фигурка в порванном розовом искрящемся платье. Я сидела на полу возле померкшей печати. Вокруг валялись трупы магов и чудовищ.
Рядом на коленях стояла огромная черная фигура в массивном доспехе. Несколько медальонов на его шее тускло сверкали и вращались на цепочках.
- Большой, - вздрогнула я. Сердце дрогнуло. Я осторожно провела пальцами по его руке и задумчиво рассматривала невидимый узор нежности. Мои щеки горели. Нет, даже не горели. А полыхали.
Черные доспехи меня пугали. Меня пугала кровь…
- Не бойся, - прошептал голос. Одна рука без перчатки гладила меня по дрожащей руке. – В учебнике написана неправда…
Я сглотнула, положив свою руку в огромную ладонь. Я смотрела на то, как он держит кончики моих дрожащих пальцев. И осторожно гладит. Каждое прикосновение успокаивало.
- Я намного хуже… - рассмеялись мне на ухо.
Вторая рука спряталась за спиной. На окровавленных губах появилась улыбка. Рука медленно стала приближаться ко мне. Металлическая перчатка развернулась. Я округлила глаза. Черные окровавленные хищные когти разжались. В перчатке лежал маленький белый сверкающий цветок.
- Это мне? – удивленно спросила я, глядя на полупрозрачные лепестки.
- Тебе же никогда не дарили цветы, - произнес голос надо мной.
Мои пальцы прикоснулись к подарку. Он тут же рассыпался светлячками. Рой маленьких светлячков устремился ко мне. Я боялась вздохнуть.
- Ой! – я прижала руку ко рту. А потом посмотрела умоляющим взглядом. - Я не хотела…
- «Артефакты древности или как стать бессмертным». Семьдесят шестая страница. Два тебе, моя драгоценная поганочка. По артефактам. Два, - меня прижали к себе, поглаживая по голове рукой. – Два по боевой магии, два по артефактам, два по прорицанию… Дальше перечислять?
- Ты… Ты седой, - с болью прошептала я, видя белоснежную прядь волос. Прищурившись, я прикоснулась к ней. И попробовала наощупь волосы. Перед глазами промелькнули экзамен по прорицанию, конверт в моей руке, длинный тонкий белоснежный волос и «старик, едва добегающий до туалета».
- Я же вредный старик. Ты сама так сказала. Мне положено брюзжать! – меня гладили по спине.
Я проводила рукой по узору на доспехах.
- Если бы ты знала, как я тобой горжусь, моя маленькая, - меня прижали к себе еще крепче, обняв двумя руками.
Я всхлипнула, обнимая его. Меня подняли на руки.
- Ромашку сюда. Сейчас будем решать, что делать с министерством. Казнить, помиловать, - слышался громкий голос. Я видела, как черная перчатка обрывает лепестки и бросает их на окровавленный пол. – Казнить…
Я дернулась, бросая взгляд на магов и министра, который застыл с открытым ртом.
- Ну что ж, бантики, - послышался голос. – Готовьтесь… Я же предупреждал вас. Чтобы я не видел вас на территории моей Академии.
Заклинание вырвалось из его рук, разлетаясь на тысячи черных осколков. Внезапно осколки остановились у бледных рыдающих лиц.
Черные путы резко спали. Маги вставали на дрожащих ногах, не веря своим глазам. Они рыдали, как дети. Тряслись, как студенты перед выпускным экзаменом. Маги мчались к выходу, таща за собой икающего министра.
- Мне кажется, я становлюсь старым и сентиментальным, - вздохнул Даргон, глядя им вслед.
Меня несли в сторону двери.
- Так, мы кого-то забыли, - мы внезапно остановились. – Волчок, чего стоишь? Наводи порядок. Ты – ректор. У тебя выпускной.
- То есть, ты меня оставляешь ректором? – глаза некроманта округлились.
- Не ты, а вы. Занимайся Академией. Ты хотел быть ректором? Будь. Мне же проще, - усмехнулось зло. – Это тебе подарок за то, что защищал мою девочку. Я сегодня добрый и сентиментальный.
Я опомниться не успела, как мы стояли посреди знакомой комнаты. Разбросанные вещи валялись на полу и кровати. Коробка из-под платья была перевернута. Печать на полу была стерта. В зеркалах отражался зал, который восстанавливали.
- Никакого алкоголя! – кричала мадам Лерой. Я смотрела, как зачарованная на платья и выпускников, которые прибирались в зале. Гирлянды возвращались на места. Столы снова становились рядком.
- Иди, моя девочка, - прошептали мне. – Это твой выпускной…
- Нет, - мотнула я головой.
- Иди, я кому сказал! Я приду позже, – меня погладили по щеке. Свободная рука зажимала бок.
- Ты ранен! – в ужасе воскликнула я, срываясь к нему. – Если бы у меня была магия, я бы… я бы… подлечила…
- У тебя по целительству четверка, моя сладкая поганочка. Я прекрасно видел, как ты сдавала экзамен. И где прятала шпаргалку, - улыбнулись мне сквозь кровавую маску. – Хотя мне плюс-минус две тысячи лет, я еще слишком молод, чтобы умирать…
Окровавленный наплечник со звоном слетел на пол.
- Иви, я терпеть не могу шумные мероприятия. Но я хочу, чтобы у тебя был настоящий выпускной. О котором ты мечтала. Ты сама говорила мне, как он важен для тебя, - меня прижали к себе. Я с ужасом смотрела на руку, зажимающую рану.
Перед моим носом щелкнули пальцы. Меня окутала дымка тьмы.
Я очутилась перед дверью в зал. Платье на мне снова было полностью целым. Я стояла возле двери. За дверью играла веселая музыка.
Мои пальцы рассеянно гладили ручку двери. А я порывалась вернуться обратно. По щекам лились слезы. Он ранен, а я ничем не могу помочь…
- Иви … восстановлена в правах, - доносился голос ректора. Я висела на ручке двери. – И снова является выпускницей Академии. Я бы даже сказал, гордостью Академии. Она сражалась наравне с боевыми магами…
Я открыла двери, входя в зал. На меня снова глазели. И молчали. Все были по парам. Я была одна.
- Прости меня, Иви… - глухо произнес ректор, подходя ко мне.
- Что? – я подняла глаза.
- Я жалею, что так поступил с тобой. Никогда не думал, что какая-то серая мышка доставит мне столько проблем, - на губах ректора дрогнула улыбка.
Я вздохнула и улыбнулась в ответ. Правда, получилось плохо, но я старалась. Я пыталась затеряться в толпе, когда снова заиграла музыка. Я отошла в темный угол. Без ехидных замечаний мне было ужасно скучно и одиноко.
- Давай сделаем какую-нибудь гадость, - послышался шепот на ухо. – Разнообразим это скучное мероприятие…
Я вздрогнула, а меня поймали в объятия. И прижали едва ли не до боли…
Повернувшись я застыла, не веря своим глазам.
- Как там было? – слышала я едкое. И смотрела, словно зачарованная. – Старичок, для которого добежать до туалета уже сродни подвигу?
Я бы никогда не подумала, что зло может выглядеть так! Он был так красив, что мне показалось, я сплю. Пепельный цвет волос переходил в белоснежный на концах. Янтарные глаза смотрели на меня. На губах расползалась улыбка, от которой внутри что-то странно зашевелилось. А не заметила, как покраснела.
Мою руку взяли в свою и провели ею по своей щеке. Сердце забилось так, что я едва не отдернула ее и не смутилась.
- Понимаю, разочарована, - на меня смотрели пристальным взглядом, от которого у меня начинали прогибаться колени. – Я впервые в жизни хотел понравится…
Мои пальцы сжали.
- Ты… ты… очень красивый, - икнула я. – Я даже представить не могла…
- А я представить не мог, что однажды буду мечтать. Я привык получать то, что хочу. Причем, сразу… И недавно я поймал себя на мысли, что мечтаю тебя обнимать… Каждый день… Просто не выпускать…
- Даже в ванную? – дрожащим голосом спросила я. Я подняла глаза и любуясь всем сердцем.
- А что я там не видел? – я снова увидела улыбку, от которой задрожали коленки и внутри что-то сладко екнуло.
- Там страшно? В Астрале? – спросила я, потершись щекой об его грудь.
- Смотря с чем сравнивать, - послышался смех. – Если с критическими днями, то нет… Я себя так утешал…
Я вздохнула, чувствуя, как мы покачиваемся.
- Не пущу, - послышался шепот. – Вот так и будем стоять. Просто не пущу… Я безумно хочу вернуть тебе магическую силу. Прямо здесь… Но, боюсь, что выпускники не поймут…
- А это больно? – спросила я, вспоминая ритуал, высасывающий магическую силу.
Я почувствовала, как меня поднимают на руки и закидывают мои руки себе на плечи. Нежный поцелуй превратился в страстный. Мое сердце забилось так, что я едва не потеряла сознание.
- Больно? – на меня смотрели со сладкой улыбкой. А потом склонились к моему уху. – Обещаю, тебе очень понравится…
Мне на палец осторожно надевали сверкающее кольцо. Меня развернули к себе спиной и обняли.
- Какой скучный вечер, моя сладкая поганочка, - послышался зловещий и ехидный шепот. Внезапно дверь открылась, а в нее влетела одна из тварей. Та самая, которую я видела, вылезающей из Астрала.
- А вот это мне начинает нравиться, - усмехнулся голос зла.
Я видела своими глазами, как выпускники ловят ее, пытаются нарядить ее в чье-то платье.
- Может, сразу добить животинку, чтобы не мучилась? – слышался смех.
Все было так, как прежде… Только на моей талии лежали его руки, а я могла с наслаждением гладить их… Закусив губу, я развернулась и … и … сама поцеловала его… Задыхаясь, я целовала его, не заметив, что звуки стихли, а мы стоим в комнате с зеркалами… Мое платье с шелестом опускалось под ноги, но поцелуй все не прекращался…
Утром я проснулась от того, что не могу повернуться на другой бок. Меня крепко обнимали.
- Пусти водички попить, - простонала я.
- Помни, я - не добро, я – зло, поэтому лежи смирно, - меня поцеловали в макушку.
Я потянулась рукой к столику, как вдруг его отнесло магией. Из моих пальцев вырвалась тьма.
- Ой! – опешила я, глядя на свою руку и слыша смех. Столик валялся перевернутым.
- Погоди, - прошептала я, выставляя руку и видя черные нити магии. – Ты … ты… не вернул мне силу… Ты… отдал часть своей?
- Я вот начинаю подумывать, исправить тебе два на три по магической теории, или нет? – меня обнимали изо всех сил. – Куда? Не пущу…Тем более, что у тебя есть магия… Учись…
Я сосредоточилась, пытаясь поднять стакан с водой, но вместо нее в руку прилетел… диплом, лежащий возле столика на полу.
«Иви Фир», - прочитала я. А потом медленно развернулась к любимому.
- Почему у меня столько двоек? – спросила я, чувствуя кольцо рук на талии. – По боевой магии, по теории магии… даже по прорицанию! Там же была четверка! Твердая!
- Посмотри в глаза, бессовестная, старому импотенту, - у меня вырвали диплом из рук. – У меня только одна тройка была…
- Это по какому предмету? – удивилась я, глядя на взъерошенные волосы на подушке. Согласна, прорицание и любовные пророчества – это не моя сильная сторона.
- По прорицанию, - опьяняющая улыбка стала шире. – А остальные двойки. И по боевой магии, и даже по целительству… Про магическую историю я вообще молчу.
- А почему по прорицанию тройка? – удивилась я, вспоминая его магическую силу и знания.
- Я сказал, что стану править миром. Поставлю его на колени. Войду в историю. Добуду цветок астрала, и стану бессмертным. И однажды сделаю такой же ту, которую полюблю. Мне, увы, не поверили, - горестный вздох завершился соблазнительной улыбкой.
У меня в руках очутился стакан с водичкой. Я сделала задумчивый глоток. Стакан исчез.
- Может, я схожу в ванную? – спросила я, чувствуя неловкость.
- Нет. Вместе пойдем, - меня завернули в одеяло и зарылись в мои волосы. - Помни, я тиран, диктатор и узурпатор.