Глава вторая. Дикое, но симпатичное привидение
Самый трогательный в мире комочек смотрел на меня умоляюще.
Я украдкой подглядываю на комиссию.
Половина из них уже клевала носом. Закусив губу, я представляла выговор за «преступный сговор с сущностью низшего магического порядка» и мою объяснительную про жалобные глазки.
― Тебе пятерочку, а мне под плинтус, ― предложили мне, доверчиво сложив лапки на груди.
― Четверочку, ― прошептала я, боясь потревожить покой сонного ректора. ― Но только с минусом…
― Сделка? ― предложил страдалец, утерев лапкой нос. ― Тебе четверочку, мне свободу…
― Договорились, ― согласилась я, понимая, что вылететь из Академии со справкой в мои планы не входит. ― Только тихо… Договорились?
― Идет, заюшка, ― послышался голосок.
Я не поняла, как умудрилась внезапно встать во весь рост, грюкнув стулом и замереть. В ушах послышался противный звон. Перед глазами встал сероватый туман. Я что―то говорила. Мой рот открывался и закрывался, но я не слышала звуков своего голоса. Зато их прекрасно слышала комиссия.
Что―то мне подсказывает, что я их куда―то посылаю… Их лица расплывались перед глазами. Я пыталась остановиться, но уже не могла.
Хрустальный шар внезапно пошел трещинами в моих руках. Комиссия вскочила с мест.
Дымящийся шар нагревался так, что держать его стало невозможно. Я дернулась, выронив шар и разбив его вдребезги об пол. Меня покачнуло. Я споткнулась о стул и упала, видя, как из шара вырастает черная полупрозрачная тень, напоминающая драконьи газики.
Звуки вернулись так же стремительно, как и закончились. Я пыталась отползти подальше от этой зловещей тени… Одно молниеносное движение тени и вся комиссия легла, как подкошенная!
Я пыталась возразить, что мы так не договаривались, но просто открывала рот, как рыба…
Увязать жалобные глазки и кровожадную тьму у меня никак не получалось. Поэтому я отползла в дальний угол.
― Все мертвы? Точно? ― послышался низкий мужской голос. ― Вот теперь можно немного порассуждать о принципах добра и зла, поговорить о моем трудном детстве, о мотивах мести, о плохом характере и так далее, и тому подобное…
На полу лежал мертвый ректор и комиссия.
― Ты убил ректора? ― опешила я, забившись в угол.
― Ах, да, ― послышался голос тьмы, а безвольная рука ректора поднялась, объятая темной дымкой и поставила мне мою четверочку. Посмертно…
С прорицанием у меня все в порядке, а вот с дальновидностью как―то не очень. При мысли, что у меня огромные неприятности, я нервно сглотнула.
― А к―к―как же «под плинтус»? ― робко спросила я, все еще не веря своим глазам.
Под столом комиссии лежал труп ректора. Передо мной в сгустке тьмы парила моя справка о сдаче государственного экзамена.
― А как же тихонечко?
― А я и не шумел, ― насмешливо произнесла тьма, нависая надо мной и протягивая ко мне что―то похожее на руку, окутанное темной дымкой. Я
всю жизнь была трусихой, поэтому сжалась и закрыла голову руками.
Мне снился выпускной, на котором мы договорились поставить пьесу «Похотливый старый ректор». Однажды к нам попала книга из другого мира, в котором, видимо, тоже есть магия. У ректора был гарем из трехсот учениц. Зомби, эльфы, какие―то девушки с крыльями, демонессы, все остальные и отличница, которая по любви. У меня в пьесе было всего два выхода! Первый ― сцена с ректором, которому я сдаю экзамен. А второй ― на поклон со всеми остальными.
― О, седое похотливое чудовище! ― заявила я пафосно, отбиваясь от дряхленьких полномочий, которые хотели отметиться в моей студенческой биографии. Зрители сидели в зале, затаив дыхание. ― Уберите свои грязные руки! Ваш дряхлый волшебный посох меня не интересует!
― Что?! ― послышался мужской голос, а я внезапно открыла глаза. Надо мной нависал довольно молодой мужчина с длинными седыми волосами и дергающимся глазом. Его протянутая в мою сторону рука была отдернута. В мутной голове всплывали какие―то обрывки воспоминаний, пока я пыталась понять, что произошло, где я нахожусь и кто все эти люди, нависшие надо мной! «Вряд ли это она… У нее не хватило бы магической силы!», ― произнес женский голос позади меня. «У нее по боевой магии тройка. Ее бы уделал даже первокурсник!», ― послышалось авторитетное мнение учителя по боевой магии по кличке Коршун, пока я озиралась по сторонам.
― Я думаю, что этот инцидент придется замять, ― послышался голос седого, пока пыталась сесть, хватаясь за голову.
― А как же разбирательство? ― послышался старческий голос.
― Нет необходимости, ― произнес седой, пока я украдкой смотрела на обступивших меня людей. ― Представим это как несчастный случай. Лишнее разбирательство привлечет внимание министерства. А это скажется на репутации Академии.
Все вдруг посмотрели на меня, а я опасливо пробежала глазами по знакомым лицам преподавателей и остановилась на лице ректора. Длинные седые волосы было собраны в хвост, а темная мантия была сколота брошью в виде серебряного черепа.
― Вставай, не бойся, ― я смотрела на протянутую в мою сторону бледную руку, а потом опасливо положила в нее свою. Меня рывком подняли на ватные ноги. ― Мы сейчас пойдем в мой кабинет и побеседуем.
Я плелась по коридорам вслед за черной мантией, которая развевалась от каждого шага. Мы поднимались по лестнице в кабинет ректора, пока я мысленно представляла, что меня там ждет. Тяжелая дверь с сорванной золотой табличкой открылась, а меня вежлив пропустили внутрь, указывая рукой на дорогое кресло.
― Присаживайся, ― послышался вкрадчивый голос, а я с опаской смотрела на старинные потертые часы с надписью: «Люб…ому .. ектору от выпускников». Часы пронзительно тикали, а я опасливо косилась в сторону длинного седого хвоста, вспоминая волос, доставшийся мне на экзамене. Значит, это и есть новый ректор?
Я смотрела на то, как он пододвигает ко мне второе кресло, глядя прямо мне глаза.
― Рассказывай, все, что помнишь. Постарайся вспомнить все, ― послышался негромкий голос, пока я перебирала в памяти воспоминания, даже не зная с чего начать. ― Не переживай. Тебе ничего не будет. Просто нам важно знать, что случилось на самом деле.
Я сбивчиво начала свой рассказ, глядя в холодную серость глаз.
― Не волнуйся, ― снова успокоили меня. ― Тебе ничего не будет. Просто расскажи мне все, как есть. Соберись. Хочешь, чаю?
Сердце в груди гулко билось, пока я пыталась объяснить все, что произошло, а новый ректор понимающе кивал. Раз за разом я делала нервный глоток, чтобы успокоиться и продолжить свой рассказ.
― Ну вот и все. А ты боялась, ― послышался голос, когда я закончила свой рассказ. ― Ничего страшного не случилось. Ты мне все рассказала.
― Я могу вернуться в комнату? ― спросила я, видя, как ректор отошел к окну и стал что―то задумчиво высматривать среди башен Академии.
― Да, ― внезапно произнес он, поворачиваясь ко мне с бледной тенью улыбки. ― Но только для того, чтобы собрать свои вещички и убраться из Академии. Но только после того, как тебя полностью лишат магической силы.
― Что? ― опешила я, роняя кружку с чаем на пол. ― Вы же сказали, что мне ничего не будет!
― Я имел в виду ни диплома, ни выпускного, ничего. Что я не так сказал? ― на меня в упор смотрели глаза. ― Вот приказ на твое отчисление!
― Но вы же обещали, ― задохнулась я, видя в его руках бумагу с роскошным вензелем подписи. ― Вы обещали, что если я все расскажу…
― Приказ готов, ― послышался невозмутимый голос, пока я почувствовала, что меня начинает трясти. Как это? Неужели? Кружка выпала на пол, а остатки чая растеклись по … магической печати. Я поджала ноги, глядя с каким спокойствием смотрят на меня холодные глаза. Его рука открыла какую―то папку, лениво пролистала ее.
― Небольшая потеря для магической Академии. Зато статистику исправим, ― послышался голос, пока я с ужасом порывалась встать с места, но не могла выйти за границы магической печати.
― А вот и объяснение, ― усмехнулся ректор, смеряя меня презрительным взглядом. ― Ну что ж. Я―то думал, что ты ― чистокровная. Да тут и так все понятно. Понабирают всякий сброд полукровок, а потом удивляются! Ну что ж, поучилась магии. С тебя хватит.
Печать под ногами засветилась, а я почувствовала, как из меня высасывает сверкающие нити.
― Что вы делаете? ― взмолилась я, глядя на то, как от моих пальцев тянется в сторону печать светящаяся паутина. На мой вопрос мне не ответили, зато паутинка становилась все тоньше и тоньше, пока не исчезла совсем.
― Ну―ка, простейшее заклинание, если можно, ― послышался голос, пока я с ужасом смотрела на свои руки. Я честно пыталась воспроизвести заклинание светлячка, но ничего… Абсолютно ничего!
― Вот и отлично, ― согласился ректор, пока я упала в кресло, глядя на свои трясущиеся пальцы. В дверь отчетливо постучали, а печать тут же исчезла.
― Ваша речь на церемонию назначения! ― послышался голос заведующей учебным отделом по кличке Уточка. ― Мы исправили ее, как вы и просили!
― Хорошо, оставьте на столе, ― палец показал на полированную столешницу. ― И проводите девушку в ее комнату. Пусть собирает вещи. Через полчаса ее не должно быть на территории Академии! Всего хорошего, Иви.
Я встала и на негнущихся ногах пошла к двери. Не понимаю, как это произошло? Неужели у меня теперь совсем нет магии?
― Шевелись! ― послышался строгий голос Уточки, а я бросила взгляд на ректора, который поднял на меня глаза. ― Вижу―вижу! Отчислена и лишена магической силы! Ясненько…
― Спасибо, Иви, ― почему―то произнес ректор в тот момент, когда я переступала через порог его кабинета. Дверь за мной закрылась, а мне послышалось, что кто―то произнес: «Вот маленькая тварь!».
― Идем, ― бросила Уточка, поправляя магией роскошную прическу. На ней было нарядное платье, которое было бы впору даже дракону. ― Живо―живо! У тебя десять минут на сборы! Давай, поторапливайся!
В коридорах царило оживление: «У нас новый ректор! Такой молодой!». Нарядные студенты сновали туда ― сюда, обсуждая новую кандидатуру. «Обожаю некромантов!», ― вздыхали девушки, перешептываясь и хихикая.
Открыв дверь в свою комнату, разрисованную магическими рисунками, я достала из―под кровати старенький чемодан и стала бросать в него вещи. «Главное ― не плачь!», ― утешала я себя, видя гору учебников на столе и огрызок яблока.
― Иви, шевелись! ― послышался голос в дверях, пока я смотрела на смятую кровать, на потолок с магическими звездами, которые сверкали по ночам, освещая комнату. ― Быстрее, на выход!
Я плелась с чемоданом, все еще не веря в то, что произошло. Уточка шла впереди меня, раздвигая толпу любопытных студентов, которые смотрели на меня любопытными взглядами.
― Может, порталом? ― спросила я, глядя вниз лестничного пролета, а потом на свои пожитки.
― Привыкай. Обычные люди не пользуются порталами, ― произнесла Уточка, глядя на мой приказ об отчислении. Я с трудом стащила чемодан по лестнице, видя, как в сверкающем портале появляется Уточка. «Да―да! Прибудут на церемонию из министерства! Ждем самого министра!», ― долетел до меня обрывок фразы, адресованный явно не мне.
― На выход! ― послышался голос за моей спиной, а огромные магические двери Академии открылись. Я сделала шаг, глядя на знакомые стены, башни и ступени, которые знала наперечет.
Чемодан, тащившийся за мной, раскрылся, а я попыталась его стянуть ремнями, но и ремни треснули. Я шла по широкой дороге, ведущей в лес, чувствуя, как дрожат мои губы. Пройдя еще немного, я прислонилась к дереву, тихо всхлипывая и глядя на аккуратные башенки и узкие окна аудиторий.
― Солнышко светит, травка зеленеет, птички поют! ― внезапно послышался голос, а я вздрогнула. Такое чувство, словно кто―то произнес мне слова на ухо. Я обернулась, но никого не было. ― Знаешь, чего не хватает? Горы трупов и на каждом розовый бантик!
― Это ужасно, ― опешила я, пытаясь понять, откуда доносится подозрительно голос.
― Что значит «ужасно!»? ― послышался голос, а я вспомнила жалобные глазки, которые смотрели на меня из шара. ― Хорошо, бантик мы поменяем на голубой!
― Ты где? ― прошептала я, прислушиваясь.
― Ты девственница? ― внезапно спросил голос, пока я подозрительно вертела головой.
― Что? ― обалдела я с таких вопросов.
― Заменим «я в тебя вошел» на пафосное «я в тебя вселился», ― послышался смеющийся голос. Мои глаза расширились от ужаса, вспоминая тень, нависшую надо мной. ― Мне несколько тысяч лет… Я ― воплощение самой тьмы… Перед моим могуществом падали державы. Я ― тирания, жестокость, смерть… Ух―ты, какие ромашки!
Я боялась вдохнуть, глядя на опрокинутый чемодан, откуда вывалились мои скудные пожитки.
― Тебе есть куда возвращаться? ― послышался голос зла внутри меня.
― Нет, ― прошептала я, обнимая колени. ― Отец пропил дом. Где он сейчас неизвестно. У меня нет даже родственников… Вообще никого…
― Я знаю место, где тебе будут рады, ― послышался ласковый голос, а я подняла глаза, вытирая слезы обиды. ― Я бы даже сказал, что умрут от счастья! Так что не раскисай! Весь мир лежит у твоих ног!
Ветер зашелестел листвой. Я вытерла слезы, пока мечты рисовали прекрасные дали, которые открываются передо мной…
― Весь мир лежит у моих ног, ― воодушевлённо повторила я, пытаясь узреть новые горизонты среди мрачных деревьев.
― И корчится в смертельных конвульсиях! ― торжественно объявило зло, а я замерла. ― Короче, у нас есть место, куда мы возвращаемся! Вперед назад в Академию!
― Что? ― обалдела я, глядя на знакомые башни, над которыми развевались праздничные знамена. ― Ты сошел с ума! Мне туда больше нельзя!
― «Льзя»! ― послышался голос тьмы, а у меня сложилось впечатление, что в этот момент, кто ― то гаденько потирает ручки. ― Думай, как туда пробраться!
― Погоди, ― прошептала я, выглядывая из―за дерева и видя, как над Академией громыхает магический салют. ― Меня лишили магии. Я ― больше не маг.
Я с ненавистью вспомнила нового ректора, чувствуя, как скрипят мои зубы.
― Сомневаешься? ― послышался голос зла. ― Сорви ромашечку… Она успокаивает…
Моя рука потянулась к цветку, и я сорвала его, глядя на неаккуратные лепестки. Пожевать что ― ли?
― Ладно, ― пожала плечами я, дергая первый лепесток и следом второй.
― Обрывай― обрывай, ― послышался голос зла, пока я обрывала лепестки, слыша, как громыхают магические фейерверки. ― В такие моменты я всегда представляю, как отрываю ручки и ножки…
― Эм, ― замерла я, слыша, как тьма прокашлялась: «Ну, иногда, убить или не убить. Знаешь, как мило?». Я поежилась, вспоминая экзамен.
― Я предлагаю тебе сделку, ― нашептывало зло, пока мой взгляд скользил по стенам старинного замка, построенного пару тысячелетий назад. Древний лес шумел, а мимо меня полз ежик, унося с собой мои трусы на колючках.
― Не―не―не! ― очнулась я, тряся головой. ― Мы уже с тобой договаривались! Спасибо, с меня и первого раза хватило! Куда потащил! А ну верни!
― А теперь снимай трусы… Да кто так снимает! Садись! Да не так, а левее! Давай, наездница на белом драконе! Покажи микробам, кто здесь хозяин! ― внезапно произнесло зло, и тут же добавило, ― Я просто репетирую, как буду комментировать каждый твой поход в туалет! Кстати, начало сойдет и на первую брачную ночь, на случай, если ты выйдешь замуж!
― Это угроза? ― насторожилась я. Если дело так пойдет, то поход в туалет станет подвигом для нервной системы!
― Да, ― сладенько заметило зло. ― Так как? Готова к нервным приключениям, в которых главным героем будет дергающийся глаз?
― Нет! ― почти закричала я, видя, как над Академией появляется сверкающий герб, рассыпаясь волшебными звездочками. ― Я не согласна на сделку!
― А как на счет через месяц разбежаться в разные стороны? Тебе ― магию и диплом. А мне ― свободу и мир? ― послышался жалобный голос зла. ― Я ведь многого не прошу! Всего лишь мир на коленях, стонущий под властью жестокости и диктатуры! Разве это много?
Я почувствовала укол надежды, представляя, как на выпускном прижимаю к груди свой диплом. Представляю, как снова создаю заклинание… А потом тряхнула головой, отгоняя наваждение.
― Нет! ― почти выкрикнула я, испугавшись собственного крика.
― Погоди―ка! Одну минутку! ― послышался сладкий голос. ― Сейчас―сейчас… Я тут кое―что интересное видел! Так, «грызу ногти» ― это не то… Эм… А это у нас что? О! «Когда никто не видит, хожу в одних трусах!». Интересно, но не то… Это у нас что? Послужной список: «С кем я целовалась!». Сейчас почитаем… Жаба на уроке обращения… Что? И все? Нет, тут есть еще пол, когда ты споткнулась и растянулась во весь рост…
― Ты что делаешь? ― выдохнула я. Он что? Копается в моей душе?
― Ну как? Подумала? Так «да» или «ад»? ― поинтересовалось зло, пока я и сама понимала, что мне безумно не хочется уходить. Тоска по стенам, в которых я проучилась шесть лет, уже начинала доедать меня, выбивая на скупую слезу. ― Учти, экзамены ты сдала. По факту ты закончила Академию. Но тут загвоздка в том, что дипломы выписывает не министерство. И даже не ректор… Дипломы выдает особая магия Академии. И, поскольку, ты была отчислена незаконно, то, если не покинешь территорию Академии, ты все равно числишься в списках учеников… Ты понимаешь, к чему я клоню? Продержаться в Академии жалкий месяц…
― Думаю, ― прошептала я, вздыхая и глядя на то, как солнце закатилось за горизонт, а тени деревьев зловеще удлинились.
― Представляешь, лицо ректора, когда он читает твое имя на дипломе? ― нашептывало зло, пока я, закрыв глаза, представляла свою улыбку. ― И ничего поделать не может!
― Я соглашаюсь, но только при одном условии! ― прокашлялась я, решительно сжав кулаки. ― Ты никого и пальцем не тронешь! А то я тебя знаю!
Не хватало мне трупов в Академии!
― По рукам! ― усмехнулось зло. ― По рукам тебе за такие условия! Как ты можешь обо мне так плохо думать? Я никого никогда не бил… Я просто пытался разбудить чужую совесть тяжкими телесными повреждениями. Чтобы я кого―то обидел? Да никогда! Я всегда поровну делю звиздюля!
― Ты поможешь мне проникнуть в Академию? ― сердце радостно предвкушало возвращение. ― В принципе, мне уже терять нечего… Можно попробовать! Сначала пробираемся внутрь, а потом думаем, что делать дальше!
― Изумительно, ― умилилось зло. ― А теперь нужно что―то пожать в знак того, что мы с тобой договорились! Без этого сделка недействительна…
― Руки? ― усмехнулась я, глядя на свои руки. ― И как предлагаешь пожать руки? Так что ли? Погоди, сейчас выверну! Как―то так?
― Не совсем,― послышался коварный голос зла, пока я смотрела на свои руки, которые пожимали друг друга. ― Положи руки на грудь… Ниже… Во―о―от!
Я смотрела на свои руки, изображающие бюстгальтер.
― А теперь пожимай! ― рассмеялось зло.