Глава третья. И снова здрасте!
Я уже начинала жалеть о том, что согласилась, пока на ухо слышался гаденький смех.
― Послушай, ― я мельком осмотрелась. ― Тебя низверги случайно не за это?
― Нет, что ты, ― ласково заметила тьма, пытаясь отдышаться от смеха. ― Меня уничтожили за гнет, тиранию, узурпацию власти, жестокость, насилие и за чувство юмора! Слушай, тебе охота торчать в этом лесу? Если нет, то давай, ищи вещь, которая соответствует трем критериям! Ее не видно на первый взгляд. Это раз. Она всегда с тобой. Это два. На нее никогда не подумают. Это три!
Мой взгляд скользнул по разворошенному чемодану, а я села разбирать свои пожитки.
― Может, кольцо? ― спросила я, глядя на дешевенькое колечко из магической лавки.
― Ты что? Замуж собралась? ― усмехнулось зло, пока я перебирала все, что у меня осталось. ― Ищи!
― Свитер с оленями, ― я подняла старый свитер крупной вязки, на котором было изображено два очень уставших оленя. ― Никто его так и не заметил… Хотя нет… Так, может ручка?
Мне кажется, или зло сейчас гадливо потирает лапки, пока я выворачиваю чемодан наизнанку.
― Ах, да! Забыл сказать еще одну важную вещь! С тебя не должны это сорвать! Ни случайно, ни нарочно. Так что думай! ― послышался голос зла, пока я листала свой старый блокнот с цветными закладками.
Я вытащила ворох вещей, чувствуя, что вряд ли найду что―то подходящее.
― Жаль, что ты не попила водички на дорожку, ― с сожалением выдохнуло зло, а я вопросительно замерла. ― Тебе бы сейчас приспичило, и мы бы уже вернулись в Академию!
― Ты слишком хорошего мнения обо мне, ― вздохнула я, глядя на мрачноватую чащу.
― Нет, я слишком много знаю про этот лес, ― зловещим голосом произнесло зло, пока я искала хоть что―нибудь. Магическая краска для волос пролилась прямо на старые конспекты и одежду, а я достала свои трусы.
― Вот! ― послышался голос зла, пока я смотрела на магическое белье «Дикая фея».
― Что? ― опешила я, в надежде, что зло пошутило.
― А что? Всегда с тобой. Ну, или большую часть времени. Просто так их никто не снимет с тебя. Ни них никто никогда не подумает… ― усмехнулось зло, а я видела, как тьма окутывает черное белье, а на трусах появляется розовый бантик.
― Фух! Не зря берег последнюю магию! Держи! Носи на здоровье! ― послышался довольный голос, пока я с удивлением рассматривала обновку. ― Трусы ― невидимки! Делают тебя невидимой, пока ты их не сняла! А теперь заметаем следы! Разбрасывай вещи и режь руку!
― Зачем? ― спросила я, глядя на свой чемодан.
― Здесь только что произошло страшное убийство моих нервных клеток. И тебя заодно! ― произнесла тьма, пока я смотрела на Академию с замиранием сердца.
Пнув ногой свой чемодан, раскидав вещи по полянке, я стала резать себе руку старым магическим перочинным ножичком.
― Давай, не стесняйся! ― усмехнулось зло, когда я мазала кровью ручку чемодана и ствол дерева. ― Представь, что на тебя напало что―то страшное, жуткое и очень голодное. Как показать, что это было нечто такое ужасное?
― Я сходила в туалет перед экзаменом! ― ответила я, понимая, что из гениального плана вряд ли что―то получится.
― Можно и так. Вполне сойдет! Пусть думают, что тебя убило древнее зло, страшное проклятие, или ты просто споткнулась и неудачно упала, а волки довершили дело, ― заметило зло, пока я перематывала себе руку и надевала «неведимки».
―Ты точно древнее могущественное зло? ― спросила я, протягивая свою руку и видя полупрозрачные пальцы. Они действительно были полупрозрачными, а не невидимыми.
― Раньше цены были ниже, молодежь куда более воспитанной, куда мир катится? ― послышался старческий голос. ― Надо бы оформить себе пенсию по выслуге недаром прожитых лет… Взять справку, что всю жизнь отработал злом и узурпатором на полставки… И ты будешь вместе со мной ходить по инстанциям, сидеть в очередях, делиться симптомами болезней, ругать магические реформы…
― Ладно, ― вздохнула я, глядя на стволы деревьев, которые виднелись сквозь пальцы. ― Может, и не заметят!
― А потом мы купим спицы и будем вязать с тобой шарфики―удавки, ― продолжало зло, пока я спускалась вниз с крутого пригорка. ― И колючие свитера! Мы будем продавать их магической инквизиции, чтобы через час сознавались даже самые стойкие и отъявленные рецидивисты!
― Ты прекратишь? ― взмолилась я, пока под ногами сыпались мелкие камушки, а я пыталась сократить дорогу.
― Хочешь, научу тебя плести заговоры? ― поинтересовался голос, когда я уже видела знакомые двери. ― Лицевая ― изнанка, лицевая ― изнанка…
Я взбежала по ступеням, как вдруг услышала хлопок заклинания. На небольшой площадке с порталом появился … министр магии собственный персоной в сопровождении помощников и охраны. Я запаниковала, прячась за огромную горгулью и трясясь, как холодец.
― … я даже рад, что так все обернулось, ― послышался голос, сопровождаемый покашливанием и шелестом бумаг. ― Академии давно нужна свежая кровь! Если бы не несчастный случай, то пришлось бы ждать. А ждать я не люблю…
― А как же расследование? ― поинтересовался еще один незнакомый голос.
― Расследование привлечет слишком внимания. Не хватало, чтобы общественность возмутилась. Попечительский совет Академии я уже поставил в известность… ― послышался голос министра, а я выглянула, глядя на его дорогую мантию с драконами. Дверь Академии засветилась, а я сглотнула, понимая, что у меня есть только один шанс.
― Одну минутку, ― послышался суетливый женский голос. ― Я подправлю вам прическу и мантию. Вас, возможно, будут встречать уже в холле, так что вы должны выглядеть солидно!
― Моя торжественная речь где? ― спросил министр, пока один из его помощников шуршал бумагами. ― Я хотел бы отрепетировать ее перед выступлением. Ненавижу эти выступления, дракон бы их сожрал!
― Понимаем! Боюсь, что у вас нет времени. Мы и так задержались, ― послышался голос еще одного помощника с красивой бородкой. Он смотрел на золотые магические часы, а потом на стены Академии.
― Ладно, буду читать по бумажке. Так, где моя речь? ― послышался настойчивый голос министра. Он выглядел совсем не так презентабельно, как на фотографиях.
― Одну минутку! Это отчеты… Это список преподавателей… Взял на всякий случай… ― слышался торопливый голос. Что―то прошуршало, а порыв ветра вырвал бумаги. ―
Одна бумажка улетела прямо на газон рядом со мной.
― Простите, я соберу! Только что ее видел! ― извиняющимся голосом произнес помощник, а ветер разносил бумаги по всему крыльцу.
― Если тебя сейчас обнаружат, то тебе конец, а мне крышка! ― послышался голос зла.
― Это почему же «мне конец»? ― прошептала я, слыша возмущения министра.
― Ты же девочка, ― заметило зло, а я понимала, что нужно что―то делать! Бежать было некуда, поэтому я схватила бумажку, глядя на первую строчку: «Дорогие студенты и преподаватели! Сегодня я рад…».
Я осторожно высунулась и положила ее на крыльцо, видя, как руку почему―то окутывает тьма. Трусливо отдернув руку и замирая, я ждала, когда бумаги будут собраны, и двери гостеприимно откроются.
― Я думаю, что поскольку речь не отрепетирована, стоит воспользоваться неперебиваемым заклинанием оратора! ― произнес министр, а все дружно с ним согласились.
― Отлично! ― послышался счастливый голос зла. Двери скрипнули и распахнулись.
― Давай! ― послышался шепот тьмы, а я поймала себя на мысли, что даже не пошевелилась.― Ну же!
Сделав над собой усилие, я бросилась следом за делегацией, видя, как дверь медленно закрывается. В последний момент мне удалось протиснуться и тут же по стеночке отползти в темный уголок.
― Мы рады вас приветствовать! ― слышались голоса, удаляющиеся по коридору. ― Как добрались? Как портал? Мы без вас не начинали! Все уже в сборе, так что … Эй! Объявляйте торжественное начало!
Где―то грянули фанфары, а я уже собралась идти в свою комнату, как вдруг послышался голос тьмы:
― Неужели тебе не интересно, что там будет на празднике?
― Вообще―то нет, ― шепотом отозвалась я, слыша, как торжественная музыка перерастает в аплодисменты.
― А мне очень интересно, ― жалобно произнесло зло. ― Я, между прочим, никогда не был на празднике. Меня просто не приглашали. А те праздники, где я появлялся, тут же переставали быть праздниками. Это, во―первых. А во―вторых, я просто хочу послушать, как прозвучит немного подкорректированная мною речь! При условии, что остановить выступление они не смогут!
― Ты с ума сошел? ― обалдела я, слыша шелест аплодисментов. ― А если поймают?
― Мы будем кричать, что в неволе не размножаемся сведениями, ― съехидничало зло, пока из зала слышался голос: «Дорогие студенты, дорогие преподаватели! Для нас большая честь представить вам вашего будущего ректора! Мы все скорбим по безвременной кончине…».
― Ну пойдем, ― нудило зло, а я закатила глаза, направляясь в сторону зала. Двери были приоткрыты, а я прошмыгнула в них и затаилась в уголке.
― А мне не слышно! ― снова послышался гаденький голос.
― Хорошо, я подойду поближе, ― вздохнула я, осторожно пробираясь к длинным столам, за каждым из которых сидели разных курсов. За первым столом сидели первокурсники, а за последним ― мои бывшие соученики.
― Обещай, что будешь хорошо себя вести, ― прошептала я, слыша все заслуги и регалии старого покойного ректора, а так же вклад в науку под проценты славы, который он внес…
― Я предпочитаю выносить, а не вносить, ― послышался голос, пока я представляла, что ничего страшного не случилось, что я все еще учусь в Академии…
Шелест аплодисментов закончил проникновенную речь, про то, как всем будет не хватать старика, про то, что в честь него установят мемориальную табличку и назовут новый вид волшебной плесени, которую недавно открыли вместе со шкафом.
― Я знала Гектора Брэнниуса с лучшей стороны, ― всхлипывала мадам Лерой, опуская голову. ― Это был великий маг, ученый, хранитель знаний с большой буквы!
― С большой буквы «Х», ― комментировало зло, пока я нервно осматривалась по сторонам, а потом присела на свободное место с краю стола второкурсников.
― Не описать словами утраты, которую понесла Академия! Кажется, что без Гектора она опустела… ― наперебой одинаково всхлипывали преподаватели, сменяя друг друга на сцене. Министр участливо кивал, вовремя вздыхал и скорбно поджимал губы.
Я смотрела на огромный портрет ректора, висящий на главной стене, чувствуя, что сожалею о случившемся.
― Ом―ном―ном, ― послышалось на ухо, пока Сморчок вдохновенно рассказывал о том, как они вместе ходили на дракона, боролись со злом и спасали мир раз в неделю. В основном по четвергам.
― Ты что? ― насторожилась я, слыша чавкающие звуки.
― Изображаю твою ненасытную совесть, ― послышался голос, пока все изображали вселенскую скорбь. ― Ом―ном―ном―ном! Чувствуешь, как я тебя доедаю? Чавк―чавк―чавк! Это я добрался до твоей самооценки!
― … ничто не способно восполнить утрату. Его великая теория, относительно равноценного магического обмена при использовании дифференциальных заклинаний, основанных на Третьем Магическом Законе равенства затраченной энергии и выданной мощности, была гениальной, опережающей время. Его гипотеза про когерентные заклинания, которая берет начало от первых магических постулатов объединения силы, энергии, времени и пространства ― была настоящим магическим прорывом. А какое изящное доказательство! Просто загляденье! На пятьсот листов! Но Гектор служил не только науке, но и людям! Людям, в первую очередь! ― вздохнула уборщица, вздыхая, а потом видя квадратные глаза студентов и преподавателей. ― Я помню тот день, когда он отдал все ради вас… Ради каждого из вас! Чтобы вы могли сидеть в этом зале! Я помню, как он протянул мне свои научные труды, а я сказала, что у меня нет столько туалетов, а туалетную бумагу подвезут завтра…
― Ам―ам―ам! ― терроризировало меня зло, пока я грустно смотрела в глаза покойному ректору.
― Зачем ты это делаешь? ― прошептала я, вставая с места и отходя в уголок, чтобы меня не слышали.
― Что именно? Я хочу накормить голодных, избавиться от дискриминации, помочь нуждающимся… ― вздохнуло зло, пока я подошла к огромному портрету покойного ректора, рассматривая черный бантик и ленточку.
― Это, благородно, но я не об этом, ― я задумчиво смотрела на старика, который назидательно поднял палец.
― Конечно, благородно! Голодные твари из тьмы тоже хотят есть. А я обещаю кормить их с завидной регулярностью! Бедные чудовища постоянно дискриминируются! Ты видела, чтобы хоть одно кровожадное чудовище спокойно стояло в очереди на магическое пособие? Вряд ли… Они все нуждающиеся! Их дискриминируют постоянно! Не берут на работу, не пускают в общественные места… ― продолжало зло, пока я дотронулась до рамы. Внезапно по моей руке пробежала тьма, впитываясь с кончиков пальцев в краску и холст.
― Ты что делаешь? ― опешила я, отдергивая руку и нервно оглядываясь.
― Я думаю, мы потом с тобой выберем минутку, пока за нами не будут гнаться, не будут пытаться нас уничтожить, испепелить и так далее, ― послышался насмешливый голос тьмы, а у меня по коже побежали мурашки от перспектив. ― И я расскажу тебе, что плохой девочкой быть хорошо, а хорошей ― плохо.
Министр уже заходил на роскошную кафедру в виде извивающегося дракона, который головой поддерживал столешницу. У нас в Академии драконов любили до фанатизма. Даже над потолком реет огромное чучело дракона в натуральную величину.
Прокашлявшись и незаметно положив руку на засветившийся от прикосновения листок, министр магии сделал умное лицо и…
― Дорогие студенты, дорогие преподаватели! ― начал министр, поправляя золотые очки. Его голос был слышен в каждом уголке огромного зала. Я выдохнула, понимая, что, скорее всего, зло пошутило. ― Я требую вашего внимания! Сегодня мы поговорим о важной теме… Это настолько важная тема, что я поднял ее именно здесь и именно сейчас!
Преподаватели кивали, новый ректор стоял с каменным лицом, а помощники министра откровенно скучали, рассматривая зал.
― Сегодня я расскажу вам про особенности драконьей половой жизни! ― торжественным голосом выдал он, а я прижала руку ко рту. По залу прошло волнение.
― Что? ― послышался голос кого―то из помощников, а министр перевел глаза на свою свиту, продолжая вещать с трибуны.
― Самочка дракона сносит от двух до десяти яиц, ― продолжал министр с умным видом, пока я сползала по стеночке. ― И это еще до начала спаривания! Драконьи брачные игрища ― это кровожадное мероприятие…
― Что он говорит? ― переглядывались все, а глаза министра расширились, но остановится он уже не мог.
― Самочка дракона показывает свою готовность принять самца вилянием чешуйчатой попы. Она сама как бы намекает, что готова поднять хвостик! ― слышался голос министра, а его рот автоматически открывался под действием заклинания. ― Вот так!
По залу прокатились смешки, когда министр к своему ужасу начал вилять всем корпусом. Кто―то из помощников бросился к министру, пытаясь его утащить с кафедры, вырывая у него из рук стопку листов.
― Я хочу принести в жертву ваши уши! ― вещал министр, пока его стаскивали с пьедестала. «Выводите его! Быстрее!», ― паниковала женщина из свиты, нервно оглядываясь по сторонам и пытаясь сотворить заклинание.
― О, сразу виден уровень магии! ― усмехнулось зло. ― Я тебе уже говорил, что есть маги первого уровня, второго, третьего и «моя бабушка была горничной у некроманта?»
― Я требую, чтобы каждый из вас продал уши демону! ― слышался голос министра, заглушаемый криками: «Остановите его!». ― Грядет конец света! Покакайтесь, пока не поздно!
― Я посчитал, что это очень полезная информация, ― послышался в голове голос зла, пока я грызла ноготь, вжимаясь в темный уголок.
― Помедленней! ― внезапно послышался знакомый голос, а я схватилась за сердце, глядя на портрет старого ректора, который ожил. ― Я записываю!
― Караул! Привидение! ― завопил голос, а визжащая толпа студентов бросилась из зала.
― Самец дракона уже заинтересовался самочкой и готов… Готов! ― икал министр, пока у него из рук пытались вырвать бумагу. И тут новый ректор швырнул заклинание, от которого бумага рассыпалась в руках министра.
― Что происходит! ― побагровел министр, приходя в себя, пока его помощники спрятались за горгульей. Он резко и решительно встал, одергивая мантию и гневно обводя глазами опустевший зал. ― Артемис! Это было покушение на мою репутацию!
― Я разберусь, ― некромант стоял, спрятав руки за спину, и пристально смотрел на портрет предшественника. ― У меня еще не было времени заняться этим вплотную. Я говорил вам, что в Академии царит полный бардак!
― Послушай меня сюда внимательно, ― палец министра ткнул в портрет. ― Снимай корону с бардака! И разберись с этим привидением!
― Я подозреваю, что это вовсе не призрак! ― произнес новый ректор, направляясь к портрету. ― И даже не шутка студентов.
Он стоял так близко, что я мысленно прощалась с жизнью, вжимаясь в темный уголок. Ректор потянул воздух носом, а потом выдохнул.
― Знакомый запах. Я его помню, но не помню, кому он принадлежит, ― внезапно произнес он.
― Привидение в Магической Академии! ― орал министр, с размаху швыряя листы речи на пол и угрожая пальцем. ― Я требую, чтобы это привидение изловили как можно быстрее! Ты же охотник на нечисть!
― Да, но не на привидений! ― огрызнулся некромант, снова потянув воздух носом. Я зажмурилась.
― Да, тяжело ему в общественном туалете, ― послышался голос зла, который я уже возненавидела не только за опыт, но и за шум!
Я пробиралась к двери, слыша гневный голос министра: «Если завтра же вы не отчитаетесь о том, что это было! Я приму меры! И вам они не понравятся!».
Ноги несли меня по коридору, а потом по лестнице. Задыхаясь, я добежала до своей комнаты. Дверь была закрыта, пока я привычным движением выставляла символы замка в нужном порядке. Дверь щелкнула, а я прошмыгнула внутрь, видя знакомые стены.
― Фу―у―ух, ― выдохнула я, усевшись на кровать. Сердце до сих пор колотилось так, словно я пытаюсь убежать от голодного дракона. На полу остался объедок яблока, а на подоконнике все так же валялось сломанное перо.
― Послушай, ― прошептала я, осматриваясь по сторонам. ― Мы с тобой договаривались как? Я получаю диплом, а ты…
― Мир во всем мире, ― продолжало зло, пока я до сих пор переживала этот жуткий момент. ―Ну―ну… Продолжай, бантик, продолжай…
― Зачем ты привлекаешь к нам внимание? ― захныкала я, обнимая колени. ― Мы должны были просто вернуться в Академию, дождаться, когда магия Академии будет выдавать дипломы, получить диплом и все! Мы же так договаривались?
― План замечательный! Но только вот в нем есть одна маленькая деталь, ― коварно прошептало зло. ― Ты хорошо сидишь? Лучше встань!
― Для чего? ― спросила я, представляя, что будет, если меня обнаружат.
― Просто стоя ― падать громче, ― усмехнулось зло. ― Никакой особой магии Академии, выдающей дипломы направо и налево не существует!
― Как не существует? ― опешила я, а мои глаза расширились.
― Как существует и иногда сжимается. А вот особой магии Академии никогда не было! ― послышался ехидный голос зла.
― То есть, ― прошептала я, чувствуя, что зря вернулась обратно. ― Диплом я не получу… Магические силы ко мне не вернуться… И я… Я навсегда…
― Давай порыдаем вместе… Погоди, сейчас вспомню, где у меня слезные железы… Настроюсь… Без меня не начинай! Подумаю о мертвых котятах… ― слышался голос зла. ― Погоди―погоди! Я еще не настроился плакать… Это долгий процесс! Так что ты не торопись…
Я взяла себя в руки, выдыхая и понимая, что нужно что―то думать! Нельзя же так бесцельно шататься по Академии…
― Ну! Я почти готов! ― послышался ехидный голос зла и кряхтение: «Мммм! Мммм!». ― Почти выдавил слезу! Фу―у―ух! Послушай меня, бантик! Не нужно расстраиваться… Помни, что в тебе есть что―то хорошее, мудрое, доброе, вечное… То есть я!
Внезапно в коридоре послышались шаги, а я вздрогнула, понимая, что они приближаются к моей двери!
Я встала, припав к двери и слушая голоса. «… проверить все комнаты!», ― послышался голос ректора, а шаги удалялись дальше по коридору. Я вспомнила, как ректор принюхивался, и услышала стук в чьи―то двери: «Проверка!» Открывайте!». Где―то в конце коридора дверь скрипнула, а я запаниковала. Решительные шаги раздавались по коридору. Они заполняли коридор полностью, пока я металась по комнате перепуганным тараканом. Нарезая круги, я искала место, куда можно спрятаться, но не находила.
― Слушай, а то что наш дорогой ректор часто принюхивается, тебя ни на какие мысли не наводит? ― послышался голос зла, пока я пыталась бесшумно открыть старинный шкаф в надежде прикинуться шапочкой на полке или формой на вешалке.
― Он аллергик? ― рассеянно спросила я, принюхиваясь к себе и потягивая воздух вокруг. Меня сейчас заботило только то, куда бы приткнуться во избежание несчастных случаев.
― Хорошо, пробуем угадывать! Иногда он бывает пушистым! Ну! Давай! Не стесняйся! ― послышался гаденький голос зла.
― Эм, ― напряглась я, понимая, что у меня нет времени на игры в загадки. ― Он бреется не каждый день?
Куда бы спрятаться? Жаль, что окно высоко, иначе бы я уже вылезла в него… Хотя, створка, аплодирующая моему полету вниз, сразу наведет кого―то на мысли.
― Пушистый зверь, ― снова продолжало зло, пока я пыталась уместиться за тумбочку, втайне надеясь, что никому и в голову не придет проверять пустую комнату.
― Хомяк, ― брякнула я наугад, пытаясь открыть старинный шкаф. Тяжелые двери не хотели открываться ни раньше, ни сейчас.
― Воющий на луну хомяк ― отличное украшение вечера! С удовольствием бы сидел и смотрел на воющих на луну хомяков. Сейчас я проведу лекцию! ― тут же предложила тьма, пока я пыталась влезть в шкаф и закрыть дверь изнутри. Несколько раз створка двери попала мне по пальцам, но я отдувалась и не сдавалась. ― Итак, тема нашей лекции ― блохи. Ну, есть какие―то соображения?
― Мне пора в душ? Носки пора ставить в уголок, чтобы никто не уволок? ― предположила я, тревожно прислушиваясь ко всем посторонним звукам.
― Итак, блохи ― это кровососущие насекомые, ― продолжало зло, пока я старалась дышать ровно. ― Блохи живут в чем? Правильно, в шерсти!
― Ну, ― занервничала я, слыша приглушенные голоса поблизости и вздрагивая, когда звучал приказной тон: «Открывайте!».
― Я не одета! ― послышался женский голос. ― Дайте мне время, чтобы я оделась.
Я мысленно поблагодарила любительницу расхаживать по комнате в одном белье, пока зло уверенным менторским тоном вещало мне про особенности жизнедеятельности блох.
― Так вот, если бы ректор был оборотнем, то на нем наверняка были бы блохи, ― скромно закончило зло, а я застыла на месте. Он ― оборотень?