Глава 20

Старая служанка протянула хозяйке халат сына, чтобы та укутала свою наготу. Но леди Хорн отказалась от него. Она поднялась в полный рост. Высоко задрав подбородок и расправив плечи, королевская фаворитка направилась к выходу. Обе женщины последовали за ней. – С какой стороны летит внук? – деловито уточнила она. – С запада, – Душечка понимала боль женщины. Она так долго ждала внуков, а теперь возможность познакомиться с родной кровиночкой таяла с каждой секундой. Случись бой, и леди Хорн может потерять обоих: и сына, и внука. – Неужто вы что–то задумали? – осторожно спросила Пен. – Боюсь, хозяину это не понравится. – Как его зовут? – леди Хорн проигнорировала слова служанки. Она обернулась у порога в ожидании ответа. – Лерош, – подсказала Душечка. – Он служил здесь, в крепости, и был другом вашему сыну. Они вместе ходили в разведку. Не знаю, что могло произойти, чтобы Лерош вдруг захотел убить отца. Он выстрелил ему в спину отравленной стрелой. – Мой внук не мог выстрелить в спину. Ищите другого предателя, – процедила через зубы леди Хорн и, взмахнув выпущенными крыльями, рванула вверх. – Надо же! На лету поменяла ипостась, – с восхищением произнесла Пен, глядя вслед хозяйке. – Опыт свое берет. А хороша–то как! Тело молодое, сильное! – И у вас такое будет, дайте время, – сказала Душечка, направляясь назад в башню. – О, так ты и леди Хорн облагодетельствовала? А она знает? – Думаю, что нет. Иначе не пыталась бы поссориться со мной, – Душечка применила более мягкую замену слову «сжечь». – По людским меркам вы гораздо старше, поэтому не ожидайте такого быстро результата. Но я уверена, вы будете еще той красоткой. – Пока только зубы болят, – пожаловалась Пен и не удержалась, чтобы потрогать шатающийся резец. – Ой! – она показала его на вытянутой ладони. – Выпал! – Ничего, новые вырастут, – успокоила Душечка. – Еще замуж выйдете и родите ребеночка. – А за хозяина можно? – Пен догнала поднимающуюся по лестнице Душечку. – Он мне давно нравится. – Если его мама позволит, – бросила через плечо Душа, невольно отметив, что сказала эти слова не без удовольствия. – Я бы сто раз подумала, если бы была живой. Она приложила руку к груди, где когда–то билось сердце. Сейчас оно определенно начало бы стучать чаще. Душечка ревновала. «Хотя какое мне дело? – попыталась она утешить себя. – Меня скоро не будет, а за Любимым присмотрят сразу две преданные ему женщины. Вон как леди Хорн налетела, защищая сыночка от ведьмы. Надо бы ей сказать, что я фея». Жалко, ей до слез было жалко, что изменения идут неотвратимо. Душечка не стала никому говорить, что исчезло не только колье. Не так давно она обнаружила, что на руке больше не болтается браслет, а сейчас заметила отсутствие сережек. Подняв подол платья перед самой высокой ступенью, за которой начиналась крыша, Душечка громко хмыкнула – пока шла, лишилась туфель. «Так недолго остаться голой». Она огляделась. Соседние башни ощерились стволами орудий. На стенах выстроились лучники и копейщики. Комендант разминал руки, собираясь применить боевую магию – она шипела, плевалась огнем и прошивала воздух колючими разрядами. Весь гарнизон готовился к бою. – Что? Что там? – Пен поспешила занять место у перил. – Эх, были бы у меня крылья, я бы сейчас тоже полетела за леди Хорн, – с тоской произнесла Душечка. – Ой! – вскрикнула Пен и присела. Над башней пронеслась дюжина драконов. Впереди всех – лорд Хорн, которому наверняка уже донесли, что его мать направилась прямиком к врагу. Когда Пенелопа распрямилась, то с удивлением обнаружила, что Душечки рядом не оказалось. Служанка в недоумении огляделась. Перегнулась через перила, чтобы убедиться, что ее подружка не лежит где–нибудь внизу. И только когда обвела взглядом небосвод, то заметила белое полотно, трепыхающееся в лапах дракона. «Ее фата!» – мысленно воскликнула Пен, удивляясь, как быстро исполнилось желание Душечки полетать. Странно было то, что дракон летел совсем не в ту сторону, куда кинулась леди Хорн и двенадцать пограничников. *** – Эй! Нельзя ли повежливее! – крикнула Душечка, оказавшись в лапах дракона. Да, она мечтала полететь вслед за Любимым, но не в такой неудобной позе – ее несли вниз головой. – Молчи, подлая тварь, – прошипел дракон с женскими интонациями в голосе. «Определенно женскими!» – ни на минуту не усомнилась Душечка. Внимательно присмотревшись к брюху похитителя, она уверилась в догадке – ее тащит похитительница. Во время прошлого полета у Душечки была возможность тщательно изучить виверну, поэтому сейчас она точно знала, что отличает ящера–мальчика от ящера–девочки. – Кто вы такая? Представьтесь, пожалуйста, – решила поддержать беседу Душечка. Пусть вниз головой, но в беседе быстрее пролетит время. – Скоро узнаешь! Больше, как бы Душечка ни старалась, похитительница не произнесла ни слова. Пришлось поймать фату, укутаться в нее, как в кокон, и притвориться спящей. На этот раз летели чуть дольше, чем в первый. И замок был совсем другой. Дракон опустился на огромном балконе и достаточно аккуратно положил свою ношу на пол. Вот что значит, женщина. Душечка помнила, как виверна швырнула их в глубокий колодец. – Спасибо, моя девочка! – произнес скрипучий голос, и на веранду выкатилось кресло с уже знакомой личностью. В этот раз она не удосужилась надеть маску. Служанка, сопроводившая хозяйку, тут же удалилась. – Уф, вы живы! – выдохнула Душечка, обрадовавшись появлению Федейры. Не сразу получилось встать, чтобы поприветствовать старую знакомую – мешала фата. – Я так переживала, что на моей совести сразу три жизни. – Ну, если рассуждать в том же ключе, то только благодаря тебе мы оказались в безопасном месте. На веранде меня не пощадил бы огонь. Еще раз, – Фед невесело рассмеялась. – Это же ты отравила чай? А ты, милочка, оказывается, злодейка. Федейра погрозилась пальчиком, затянутым в перчатку. – О, нет, вы напутали. Я – фея, – Душечка широко улыбнулась. – Я творю только добрые дела. Вы же сами только что подтвердили это. Надеюсь, ваш сын тоже здоров? Огонь его не опалил? – Здоров. Его успели вытащить из темницы. Мой мальчик на собственном опыте убедился, насколько кровожаден его отец. Правда, сейчас никто, кроме тебя, не знает, что мне, Герре и Марж удалось спастись. – И даже Лерош не знает? Раз ей не предложили сесть, Душечка устроилась на полу, уютно сложив ноги по-турецки. – Особенно Лерош. Он пылает гневом, поэтому отправился отомстить за смерть матери. Король Севера тоже вот–вот подоспеет со своим войском. Он ужасно зол, что его дочь погибла в огне. Ему уже сообщили имя убийцы. Потом, когда все закончится, он конечно же узнает, что Марж жива. Будет повод отпраздновать ее воскрешение, но уже на руинах Дерхона. Вашей королеве крепко достанется. Она будет раздосадована. Особенно, когда она поймет, что причина ее несчастий – лорд Хорн. Еще к нашей армии скоро присоединится молодой король Беркура. Ему тоже есть за что мстить: его отца выкрал и казнил Наярд. – Ого, как вас много, – несуществующее сердце Душечки сжалось. – Да, я нашла, как натравить весь мир на своего ненавистного супруга. – Я часто слышала от бабушки, что ненависть убивает. Или сильно портит качество жизни. Наш древний род тоже попал под жернова революции, но мы не стали мстить и пытаться силой вернуть прежнюю жизнь. Наши души не уничтожил яд недовольства и обид. – И откуда такие только берутся? – вздохнула Федейра. – Знала бы ты, чего мы, василиски, потеряли. Тоже хотели бы быть добренькими. Но прояви мы хоть раз милосердие, нас бы сейчас не существовало. – Так расскажите, – Душечка подняла бровки вверх. – Поделитесь со мной. Вот увидите, станет легче. Горе, разделенное пополам, уже не так сильно терзает сердце. Вы же все равно не собираетесь отпускать меня живой? – Нет, не собираюсь, – Федейра покачала головой. – Если Наярд выживет в бою, то сильно расстроится, поняв, что украли его невесту. Пусть и фальшивую. Он ведь тебя любит? Душечка пожала плечами. – Любит, – с грустью в голосе сказала Фед. – За вами наблюдали. Я думала, он никогда не оправится после брака со мной, уже это доставляло мне удовольствие, однако… Я сделаю ему больно, показав твою голову. Если он вдруг выживет. – Вы не верите в победу сына? Вас же так много. – Я знаю Наярда. Он тот еще сукин сын. Здесь Душечка была согласна с Федейрой. Достаточно было вспомнить яростный рев леди Хорн, когда та пыталась сжечь «сноху». – Так что, прости, но конец у тебя один – смерть. Что? Страшно? – улыбка скривила лицо Фед. – Расхотела делить со мной горе? – Да, я боюсь смерти, – прямо посмотрела на собеседницу Душечка, – но хотелось бы провести последние часы не в страхе, а в интересной беседе. – Не знала я, что ты такая дурочка. Что в тебе нашел Най? – Я уже говорила. Он полюбил меня за чистую душу. – Ах, да. Что ж, – Федейра задумчиво посмотрела на восток. – Время есть. Приятно хоть раз в жизни рассказать правду. Заодно очищу свою душу. – А она у вас есть? – Поговори мне еще. Сразу же отправлю к палачу. – Молчу–молчу, – Душечка, захлопнула ладонью рот. – Так с чего же начать? Может быть, сразу с богов? – Федейра поудобнее устроилась в кресле. Душечка слушала историю василисков, раскрыв рот. До того та была невероятна. Не верилось, что раньше, много–много столетий назад, боги жили среди людей и своей волей одаривали «любимчиков» магическими свойствами. Так появились оборотни – драконы, василиски и… виверны. Момент с вивернами Душечке был непонятен (разве они не животные?), но она не посмела перебить рассказчицу. Боги были братьями. Из какого мира они пришли, так и осталось неизвестным, но жилось им среди людей вольготно. Их боялись, поэтому не роптали, когда те выбирали себе любых понравившихся женщин. Их потом отпускали, одаривая драгоценностями и золотом, но возвращались пленницы с потухшими взорами. Они тихо угасали, прячась от своих сородичей. Но однажды вышла осечка. Жених той, которую выбрали боги, не захотел отдавать любимую. Сейчас трудно поверить, что можно противостоять могущественным пришельцам, но молодой василиск убил одного из них. Конечно же, он тут же расстался с жизнью, так и не сумев отстоять возлюбленную. Она попала к богам. Что ей пришлось вынести, осталось только догадываться. Вернувшись, она принесла плохую весть, в которую василиски поначалу не хотели верить. Но время показало, что страдалица оказалась права.