19. Взлёт

Нулевые

Нике, разумеется, он ничего не рассказал. Несмотря на подколки Ланы, уверяющей, что он не выдержит и побежит к любимой каяться в измене, Андрей пока что был в своём уме. Он прекрасно осознавал, чем ему грозит эта исповедь — уж точно не пониманием и прощением.

Это был единственный раз, когда Андрей порадовался, что они с Никой живут в разных городах, иначе она обязательно обо всём догадалась бы. Он тупо не сумел бы скрыть от неё такое. Там и говорить бы ничего не пришлось, поведение выдало бы его с головой, потому что чувство вины в первые дни после случившегося грызло его абсолютно невыносимо. Он даже на Лану не мог смотреть спокойно, хотя она-то вела себя как ни в чём не бывало, словно ничего не произошло. А вот Андрей не мог встречаться с ней глазами, тут же заливаясь краской, начинал мямлить и заикаться, чем, очевидно, здорово её забавлял.

А ещё о том, что они с Ланой переспали, едва ли не в первый же день догадался Маратик. Вероятно, понял всё по лицу Андрея. Улучив момент, когда Пятанова куда-то вышла, он вполголоса спросил:

— Вы с ней трахались?

Андрей растерялся и ничего не ответил, но Маратику и не нужны были слова: физиономия сконфузившегося прелюбодея была достаточно красноречива.

— Вот же сучка! — выдохнул он в сердцах, покачав головой.

Андрей с подозрением покосился на Маратика:

— Ты её любишь?

Тот в искреннем недоумении выкатил на него глаза.

— Кого?! Ланку, что ли? Прикалываешься, да?

— Но ты ведь с ней… вы же тоже… в смысле… — Андрей замешкался с выбором подходящей фразы.

— Вот именно! — горячо поддакнул Маратик. — Разве можно любить такую блядищу?! Да, в постели она просто огонь, но испытывать к ней что-то серьёзное — упаси боже, себе дороже.

Возражений на это у Андрея не нашлось.

Прошла неделя, затем другая… чувство вины постепенно притуплялось, а затем и вовсе исчезло. Иногда он даже забывал о том, что умудрился переспать со своей продюсершей. А когда вспоминал, удивлялся, словно не верил, что это было с ним на самом деле. Всё-таки человек по своей природе — порядочная скотина, думал иногда Андрей с горькой самоиронией. Нет, он не оправдывал себя, но и терзаться угрызениями совести так же остро, как раньше, в конце концов перестал. А смысл? Всё равно уже ничего нельзя было исправить. Фарш невозможно провернуть назад, и мясо из котлет не восстановишь.

***

Песня “Ты больше не моя” и снятый на неё клип выстрелили.

И если Андрей до последнего не был уверен в успехе, точнее, боялся в него поверить, то Лана, казалось, ничуть не сомневалось, что песня станет хитом. Она чётко знала, чего хочет, и уверенно шла к намеченной цели.

Сюжет клипа был довольно незамысловат и полностью соответствовал выбранному для Андрея амплуа “принца с разбитым сердцем”: он знакомился в кафе с девушкой, влюблялся в неё с первого взгляда, они проводили несколько счастливых дней вместе, а затем она его бросала, и Андрей красиво и мелодраматично страдал под дождём, что заставляло сердечки всех чувствительных зрительниц сжиматься от сочувствия и нежности.

Сниматься ему понравилось. Несмотря на то, что он делал это впервые в жизни, кажется, всё получилось. Режиссёр клипа был молодой и очень модный, сразу же схватывающий настрой потенциальной целевой аудитории, и сработались с Андреем они просто великолепно.

Сначала Андрей опасался, что не сможет достоверно изобразить чувство к совершенно незнакомой актрисе, тем более, им нужно было целоваться в кадре, но всё оказалось не так уж и страшно. Даже поцелуй был вполне невинным, без языков.

Отсняли клип быстро, всего за пару дней: несколько сцен в павильоне, остальные — натурные. Для того, чтобы изобразить ливень, использовали специальную киношную “дождевую установку”, которая работала только перед камерой: оператор снимал картинку как бы “через дождь”, но вокруг было сухо и не промок никто, кроме, собственно, Андрея, находившегося в кадре. Да, немного продрог, зато влажная рубашка так сексуально облепила его тело, что режиссёр шутливо гарантировал обильное слюнотечение у всех зрительниц от мала до велика.

Сразу после того, как клип показали на паре главных музыкальных каналов страны, Андрея начали узнавать на улицах. Вот так, вдруг — был никому не известный парень, а стал: “Ой, а вы же тот самый Андрей Вишневский, который “Ты больше не моя” поёт, да?” Автографы, совместные фото с поклонницами, выступления на сборных концертах, первые подаренные цветы… всё это одновременно и удивляло, и приятно кружило голову.

Дальше — больше. Девушки стали присылать ему письма с признаниями в любви… к счастью, пока что на адрес офиса, но Лана ванговала, что вскоре фанатки разузнают его домашний адрес и примутся караулить у подъезда. Телефонный номер, кстати, особо ушлые поклонницы раздобыли довольно быстро (в Москве даже существовал свой бизнес по продаже номеров знаменитостей), причём не только мобильный, но и домашний, и повадились звонить, чтобы страстно и взволнованно дышать в трубку или глупо хихикать.

Ночные звонки на домашний Инессы Ивановны не слишком-то радовали старуху, да и дневные тоже, ведь отвечать на них приходилось именно ей. Андрея всё чаще не было дома, с каждым днём он становился всё более и более востребованным — приглашения выступать и сниматься сыпались одно за другим. На гастроли Андрей пока не ездил, так как известен был в основном столичной публике: нужно было подкопить побольше музыкального материала и снять ещё как минимум пару клипов, чтобы его физиономия стала узнаваемой в глубинке.

Впрочем, вскоре он получил предложение выступить в одном из модных ночных клубов Питера и — разумеется, с одобрения Ланы — с восторгом согласился. Питер! Больше, чем просто город. Это было место, где жила Ника. А значит — внеурочный шанс увидеться с ней. Андрей решил пригласить её на своё выступление, уверенный в том, что она будет радоваться за него и гордиться его успехами.

Как же он заблуждался!..