53. О, женщины!…

Всю дорогу в машине Настя трещала без умолку, не закрывая рта, о том, какие всё-таки классные парни из “Идолов” — такие милые и добрые, совершенно не зазвездившиеся, даже согласились с ней сфотографироваться и поцеловали в щёчку! Каждый из четверых поцеловал! Кажется, Пётр Евгеньевич даже начал немного ревновать, судя по его не слишком-то довольному виду.

Андрей вызвался развезти всех по домам, включая фанатку Алёну. Неудобно было заставлять её тащиться на общественном транспорте после той неоценимой услуги, что она им оказала. Шоколадные розы очень понравились парням.

— А правда ведь, Женечка похож на корейского айдола? — щебетала Настя, снова и снова пересматривая фотографии в галерее своего телефона.

— Все корейские айдолы на одно лицо, — поддел её Андрей — нарочно, чтобы слегка подразнить.

— Ну нет! — вскинулись хором Алёна и Настя и обменялись одобрительными взглядами.

— Мне вообще нравится азиатский тип внешности, — призналась Алёна. — А корейцы такие утончённые и хрупкие, как фарфоровые статуэтки.

Андрей хмыкнул, но не стал комментировать тот факт, что в кумиры она себе выбрала рослого и крепкого мужика, весьма далёкого от азиатских стандартов красоты. Тем временем женская половина пассажиров живо переключилась на обсуждение корейских дорам, которые любила Алёна, а затем — на сериалы в целом, особенно американские, которые любила Настя.

— А ты смотрела “Этим летом я стала красивой”?[16]

— Ага, очень жду третий сезон! — подхватила Настя. — Стивен — мой краш.

— Ну не-е-ет, я в команде Конни! Хочется, чтобы он наконец был счастлив, — вздохнула Алёна.

— А у Джеремайи глаза — как два океана… — мечтательно произнесла Настя.

— Мы им не мешаем, дружище, не? — Андрей с сочувствием подмигнул Петру Евгеньевичу. Тот весьма похоже изобразил, что его тошнит.

Сначала Андрей довёз до дома Настю и обратился к Егорову:

— Куда тебе? Ты же тоже живёшь где-то неподалёку?

— А можно Петя пока у нас побудет, чтобы мне скучно не было? — быстро спросила Настя и состроила невинную гримаску. — Чаю попьём…

Знаю я ваш “чай”, хмыкнул про себя Андрей и, повернувшись к парнишке, изобразил преувеличенно грозную физиономию.

— Не лапать! — тихо прошипел он то ли в шутку, то ли всерьёз.

Пётр Евгеньевич закатил глаза — совсем как Настя, и буркнул себе под нос что-то вроде “да за кого вы меня принимаете”.

Затем Андрей повёз Алёну в Бибирево.

Непринуждённая атмосфера, царившая в салоне, пока здесь находилась Настя, моментально куда-то испарилась. Андрей вдруг почувствовал себя неловко, потому что не мог подхватить тот лёгкий беззаботный трёп о сериалах и корейских айдолах. Даже удивительно, что эти девицы так спелись… ну, понятное дело: Настя была на эмоциях после встречи с “Идолами”, поэтому и излучала дружелюбие и позитив.

— У вас прекрасная дочь, Андрей, — словно прочитав его мысли, нарушила молчание Алёна. — Она мне очень понравилась.

— Настя… бывает очень разная, — уклончиво отозвался он, но в глубине души — чего скрывать! — ему было ужасно приятно это слышать.

— Да, я поняла, — с улыбкой кивнула Алёна. — Мы с ней немного пообщались во время концерта, потому что оказались рядом в фан-зоне.

Брови Андрея удивлённо приподнялись.

— И о чём же вы… общались?

— О вас, конечно, — без заминки отозвалась она.

— Даже боюсь спрашивать, что именно вы обсуждали, — усмехнулся он.

Алёна снова улыбнулась. У неё вообще была очень милая улыбка. И… и красивые губы.

— Ничего криминального. Но вы должны знать, что Настя вами очень гордится. Она та-ак смотрела на вас во время вашего выступления! Так хлопала и визжала! — воодушевлённо воскликнула Алёна.

Андрей, разумеется, не мог видеть этого со сцены, он вообще обычно не различал лиц в толпе во время концертов, но теперь чуть не лопнул от счастья. Губы помимо его воли растянулись в восторженной улыбке.

— Ну, а как ты сама? Как работа, как отец? — кашлянув, торопливо спросил он, стесняясь своей реакции.

— Нормально… и нормально, — обтекаемо ответила она.

Помолчав, он всё-таки уточнил:

— Тяжело тебе приходится?

Алёна покачала головой.

— Я привыкла. Да и вообще… не люблю жаловаться.

— Это похвально, но… — Андрей покосился на неё и тут же отвёл взгляд. — Обещай, что если будут какие-то проблемы… любые… обращайся ко мне, хорошо?

Алёна сжала губы и молча кивнула. Андрей понял, что даже если проблемы и возникнут, она никогда к нему не обратится. Ёжик птица гордая, пока не пнёшь — не полетит. Впрочем, его дело — предложить, её — отказаться. Он вообще что-то слишком много на себя берёт. Довёз до дома, и ладно. А то ишь чего, уже о судьбе её волнуется, да ещё о том, какие у неё красивые губы, рассуждает.

***

Настя, видимо, решила окончательно его смутить. Первым вопросом, который она задала Андрею после его возвращения домой, был:

— Целовались?

И невинно захлопала ресничками.

— С какой это стати? — возмутился Андрей. Пожалуй, даже слегка переиграл с возмущением. — Я не целуюсь с поклонницами… и в принципе не завожу с ними отношений.

— Ну и зря, — спокойно возразила Настя, — она сасная.[17]

— Какая?!

— Сасная, — повторила Настя, глядя на него почти с жалостью. — Только вы, конечно, старый для неё…

— Я старый? — ахнул он. — Ну, спасибо.

— Я сказала “для неё”, — подчеркнула Настя. — Но вообще она правда норм, только, конечно, на вас немного сдвинута. Прямо-таки повёрнута.

— Просто она любит мои песни, — осторожно ответил Андрей, но Настя только скептически хмыкнула:

— Ага, конечно, только песни. А сама мне мозги промывала на ваш счёт.

— В смысле — промывала мозги? — снова напрягся он.

— Говорила, что я даже не представляю, как сильно мне повезло с отцом.

— А, ну это… — Андрей немного расслабился. — Её можно понять. У неё совсем никого нет, мать умерла, а отец пьёт.

— Понятно, — кивнула Настя, пряча ироничную усмешку. — Что ж, вы всяко лучше, чем какой-нибудь алкаш.

Вот и пойми: то ли похвалила, то ли опустила. Обидеться или посмеяться?

Андрей выбрал второе и заливисто расхохотался.