Глава 7. На ловца и зверь бежит

Инга не находила себе места. Она уже сто раз посмотрела заново фотографии пропавшей птицы, но так и не поняла что же делать. Если Захар действительно сам браконьер, то его шуры-муры с продавщицей и связь через нее с местным инспектором, лишь подтверждают, что обратиться ей не к кому. Но он убедился, что она действительно подруга Алекса и Леры. Значит ей вряд ли что-то будет угрожать, если сидеть и не выходить в темное время суток. А про старую дорогу, к которой ведет заросшая тропинка и вовсе стоит забыть. Отпуск пройдет быстро и она и не заметит как снова вернется в Москву и забудет все, как страшный сон. Инга заварила себе чай с тимьяном. В этот момент в дверь раздался стук. Инга вздрогнула и решила, что не будет открывать. — Инга, это я. У меня тут гостинцы для тебя, открывай. Я видел, что ты дома. Инга отодвинула засов и постаралась не выдать волнения: — Что за гостинцы? — Михалыч заезжал в поселок и оставил этот пакет для тебя. А я как раз был в магазине. — А, понятно. Фиалковая фея. Ни дня без встречи. — Я к отцу ее ходил. — И как отец? — Не получилось встретиться. Он в городе оказался. — Как удобно. Ладно, спасибо, что принес. Мне работать надо. — Ты в отпуске. — Я помню. Мне над книгой надо работать. Разговор не клеился и очень скоро она закрыла дверь за Захаром. Мог ли он забрать колодку с птицей и успеть сходить после этого в поселок? Теоретически мог. Может ли инспектор быть с ним в деле? Тоже возможно. А Ирина - их связная. Все складывается. Она бы, правда, хотела не вмешиваться в это дело. Но не сможет остаться в стороне, раз уже встретилась взглядом с гордой дикой птицей, обездвиженной и заточенной в деревянные устройства. Инга взяла телефон, нож, на всякий случай сунула веревку в рюкзак и сменила яркую красную байку на неприметную серую. Вечерело и в воздухе разливались ароматы летней теплой ночи. Теперь Инга шла неторопливо, аккуратно делала шаг, стараясь не задеть соседних веток. Она посмотрела на свои капканы, прикрытые сухой травой и свернула на уже знакомую широкую дорогу. Совсем скоро до нее донеслись отдаленные голоса и Инга прижалась спиной к старому кедру. Один голос был пониже и принадлежал мужчине постарше, а второй был значительно моложе. Инга замерла и прислушалась, но как ни старалась, не смогла разобрать ни слова. Говорили на каком-то восточном языке, похожем на арабскую речь. Сколько она так простояла, сказать трудно, но ноги затекли и ладошки стали совсем холодными. Она попробовала достать телефон и снять видео. Но в темноте на таком расстоянии ничего не разглядеть, а рисковать, чтобы ее заметили смысла не было. Спустя час голоса начали отдаляться и она услышала, как завелся двигатель машины. Выждав для надежности еще минут десять, Инга со всех ног бросилась в сторону дома. Что же теперь делать? А она, дурочка, подозревала Захара. Он, конечно, не положительный герой, но кажется в этой ситуации, единственный, кому можно доверять. Она включила фонарик, схватила на всякий случай палку и быстрым шагом пошла в сторону, где, судя по всему, должен быть дом Захара. Свернув тнаправо с дороги, ведущей к поселку, она долго пыталась найти дом, но только спустя минут десять поисков, услышала какой-то стон со стороны старой ели. И только благодаря доносившемся в тишине звукам, обнаружила неровную покосившуюся пристройку к стволу дерева. Неужели в этом возможно жить? Стук в дверь разнесся между деревьев и ей показалось, что она услышала что-то в ответ. Расценив это как приглашение, Инга шагнула внутрь темного пространства: — Зачем ты ко мне пришла? Не подходи! Я не специально! Я не хочу тебя видеть! Инга вздрогнула и застыла в изумлении. Но Захар метался из стороны в сторону на кровати, занимавшей почти всю комнату и, кажется, вообще не замечал ничего вокруг. Она бросилась вперед и стала сильно трясти его за плечи, пытаясь привести в чувство. Результат не заставил себя ждать. Захар вскочил и непонимающим испуганным взглядом посмотрел на нее. А сообразив, что сон закончился, протянул: --- А, Инга? Тебя только не хватало. --- Так что, это вся тирада не мне предназначалась? — Размечталась. Дурной сон приснился. С кем не бывает? — Древнии верили, что во снах мы создаем другую реальность. — Меня устраивает первая. Глупости все. — Многие считают, что в сны уходят наши вытесненные, нереализованные желания. — Инга, что за чушь? Как я могу желать это все видеть? Только сумасшедший может такого захотеть. А я нормальный. Понятно? — Вполне. — А ты чего пришла? Неужели соскучилась? Я же врач-убийца. Не страшно со мной одной в лесу? — Слушай, мне очень жаль, что я так сказала. Делать вид, что этого не было, бессмысленно. Я это произнесла и ты это слышал. Я много думала. В общем, здесь, как ни странно, ты - единственный кому я могу доверять. — Логично. Если медведей и барсуков не брать в расчет, то я здесь, Инга, в принципе, единственный человек. — Не ерничай. Мне нужно обсудить с тобой одну историю. — Ты что вломилась ко мне практически ночью чтобы обсудить свои истории? Я не силен в комедиях. И двое суток не спал. Она не стала ничего говорить, а молча протянула фото птицы на колодке. Захар вскочил и его большая фигура заполнила все пространство комнаты: — Откуда у тебя это? — Я сегодня сняла в лесу. Бросилась к себе за ножом, чтобы разрезать ремни, но за это время птицу увезли. — Это сокол сапсан. Самая быстрая птица в мире. Может развивать скорость более трехсот километров в час. Собственно этот сокол самый быстрый не только среди птиц, но и среди животных. — Как его могли поймать? И кто это сделал? — Я не хотел тебя пугать, но накануне твоего появления, заметил следы чужаков в тайге. А сюда просто так никто не ездит. Места не туристические. — Я бы предпочла быть в курсе того, что где-то за моим домом притаилась опасность. — Я следил за домом и ты была в безопасности. — Кто-то сегодня лег пораньше и решил посмотреть цветные сны. — У нас был уговор: ты не должна была даже открывать дверь в темное время суток. Ты не понимаешь насколько опасной может быть встреча с теми, кто не хотел бы встретить сейчас людей. Чем ты только думала? Захар отодвинул Ингу и нагнулся, чтобы заглянуть под кровать. Моментально извлек оттуда ружье и накинул плащ. — Пошли. Ты покажешь в каком направлении сделала эти фотографии и после этого закроешься дома на засов и даже носа не высунешь наружу. А я схожу и посмотрю что там. — Надо кому-то сообщить и позвать на помощь. — Кому? — Хотя бы инспектору. — Он в курсе, что в лесу появились чужаки, я передал ему через Ирину. На днях следы их за скалой видел. Там как раз живет пара соколов. Таких птиц всего-то осталось здесь пар двадцать, не больше, в Красную книгу занесены. Я все думал на кого они собрались охотиться сейчас? Вроде не сезон для нерпы. Оказывается, их краснокнижный сокол привлек. Рядом с Захаром было спокойно и надежно. Инга успокоилась и рассказывала все, что успела заметить во время своей вылазки. Арабская речь? Скорее всего планируют на Ближнем Востоке продавать птицу. — Зачем они там? — Арабы ценят диких птиц. Купить сокола из питомника – не проблема. К тому же выращенные в неволе птицы значительно дешевле. Но на Востоке считают, что если птица смогла выжить в природе, значит она выносливее, быстрее и сильнее. Миллиардеры за такую птицу сразу тысяч сто долларов выложат, а может и больше. Соколиная охота - это сегодня королевский вид спорта. — Ого! Золотая птица получается. —Да, восточные люди говорят, что если хочешь, насытить желудок нужно заводить ястреба, а если хочешь чтобы пело сердце - то сокола. — Я бы сказала, что звучит довольно поэтично, если бы не видела сегодня какие муки эта бедная птица испытывала для того, чтобы потом чье-то сердце радовалось и пело. Дорога вывела их на лужайку перед домом. Захар был непреклонен: — Ты идешь в дом и это не обсуждается. Инга вздохнула и вошла в дом. Чтобы как-то отвлечь себя, решила выпить чай. Заварила себе большую чашку и комната наполнилась ароматом байкальского тимьяна. Коробка с ромашковым чаем так и стояла нераспечатанная. Инга поднесла к губам обжигающе горячий напиток и в этот момент всю окрестность сотряс душераздирающий крик. Расплескав чай она, выскочила на улицу прямо в майке и бросилась в сторону, куда ушел Захар.