Глава 29

Теперь я знаю, через что проходила бабушка, когда купала меня в детской ванной, которую ставили в комнате, пока меня нельзя было таскать в баню. Мне, конечно, было весело, водой хлюпала, вместе с корабликом ныряла и любила запускать мыльные пузыри. И даже не догадывалась, как после меня убирался весь бардак, потому что на полу скапливалось воды больше, чем оставалось в ванне.

— Смотри, какая ты чистая и румяная, — улыбнулась я Энджел, обтирая насухо ее короткие, но уже густые волосы. — Настоящий херувимчик. Не хватает только крылышек и лука со стрелами.

Девочка улыбалась и хихикала, когда я пощекотала ее пяточки. Любовалась ею и понимала, что собственная мать малышки больше никогда не увидит этого и не насладится. Не сможет смотреть, как растет и меняется дочь. И, видимо, что-то изменилось в моем лице, потому что Энджел снова начала тянуться ко мне.

— Ох, милая, — взяла малышку на руки. — Ты такое очаровательное чудо, — поцеловала ее в лоб. — Самое настоящее совершенство.

— Ты в порядке? — голос Дио рядом заставил меня выбросить из головы дурные мысли.

— Да, просто немного устала, — улыбнулась эльфу. — Мальчики, вы там закончили? — поднялась со скамьи.

— Ага, — голова Рора показалась из-за ширмы. — Я помыл Чешуйку, соскреб с него всю грязь. Теперь он выглядит как приличный дракон.

«Я и без этого выглядел хорошо», — прошипел малыш.

Чешуйка оказался завернутым в одну из чистых тряпок, которые использовались вместо полотенец. Ребята закутали его надежно, так что не шелохнуться, и только голова сердито поворачивалась в разные стороны.

— Эви, ты помылся? — перевела взгляд на третьего мальчика.

— Да, — он подтянул слишком широкую для себя рубаху.

Чистые и свежие после горячей ванны и в новой одежде они все выглядели так по-домашнему. Комната буквально наполнилась атмосферой уюта и теплоты. И былые переживания на некоторое время отошли на задний план. Мне хотелось сесть и закрыть глаза, наслаждаясь спокойствием. Но покой нам только снится, особенно с четырьмя детьми под боком.

«Я хочу е-е-есть», — протяжно заныл Чешуйка.

— Еда уже на столе, — раздался голос даруга, который будто и ждал этого момента. — Идите в кухню.

Я собиралась позвать мальчиков за собой и пойти первой, когда почувствовала прикосновение к своей руке. Опустила голову и увидела Эви. Он не смотрел на меня, а уставился перед собой, и его маленькая ладошка крепко сжала три моих пальца. Так крепко, словно я могла ускользнуть от него.

— Идемте есть.

Поймав на себе взгляд Дио, я увидела понимающую ухмылку, потому что рядом со мной шагал дракончик, и еще один сидел на моих руках. Думаю, ему, имеющему трех сестер, этот момент был очень близок. Я же, не испытывающая ничего подобного ранее, пока не могла до конца разобраться в своих чувствах. С одной стороны, я хотела, чтобы дети чувствовали себя комфортно и безопасно рядом со мной. А с другой… Я же когда-нибудь покину этот мир.

Кухня в доме оказалась очень большой, наверное, больше гостиной. В печи горел огонь, освещая половину помещения, на стенах висели подсвечники, в которых свечи, казалось, вообще не сгорали. В середине комнаты стоял длинный стол, уже заставленный всевозможными блюдами. Воздух был наполнен умопомрачительно запахами, от которых кружилась голова, а рот наполнялся слюной.

По стенам расставлены и развешены ящики с разной кухонной утварью. Все они выполнены из добротного дерева, только столешницы из камня, мало похожего на гранит, к которому я привыкла, но такого же крепкого. Ножи предусмотрительно убраны на самый верх подальше от любопытных детей, которые уже оглядывались по сторонам, выискивая что-то интересное.

Эта кухня — самое настоящее сердце дома. Я представила, как тут каждый день собирались предыдущие владельцы, рассказывая друг другу последние новости, делясь радостью и вместе переживая неудачи. Никто из них тогда не мог и подумать, что однажды придется бросить дом. Я очень надеюсь, что они смогли спастись.

— Не спи, — гаркнул даруг, когда я чуть не споткнулась, зацепившись носком сапога о ножку стула. — С дитем на руках, смотри куда идешь.

— Простите, — у меня голова и правда слегка плыла от теплоты и запахов.

— С тобой все нормально? — Дио заботливо пододвинул стул, помогая мне сесть. — Хочешь чего-нибудь?

— Воды, пожалуйста.

Устроившись с Энджел за столом, я, наконец, заметила Огиера, который пригрелся возле печи. Он вытянул длинные ноги и сжимал в руке большую кружку с чем-то дымящимся. В пальцах второй руки держивал трубку, от которой вверх устремляется дым. Странно, но запаха табака я не чувствовала.

— Вижу, вы умылись и привели себя в порядок, — едва открывался рот старика, который выглядел куда более уставшим. — Это хорошо, не стоит ложиться на чистую постель грязными. Спасибо, Светик, что позаботилась о них, — звучал его голос с подозрительно знакомыми интонациями. — Эх, помню, был я ребенком, и матушка каждый вечер заставляла нас мыться, потому что возвращались мы с улицы вечно похожие на пару грязевых монстров.

Оу, ну тут все ясно. Мой дедушка тоже как выпьет немного своей вишневой настойки, сразу ударяется в воспоминания и становится очень милым да ласковым. А мне в такие моменты очень интересно посидеть рядом и послушать его истории. Обычно он у меня не шибко многословен, а уж пил вообще раз в год.

— Я ему отвар расслабляющий приготовил, — объяснил даруг.

А, так это не алкоголь. Ну и хорошо. Люди бывают ужасными, если выпьют, не хочу думать, какими могут стать драконы, если переберут.

— Дедушка обычно плохо спит, — прошептал Рор, чуть наклонившись в мою сторону. — До твоего появления в пещере и исчезновения Чешуйки вообще не спал несколько суток. Вот почему он не проснулся, когда вы с Дио ушли.

Понятно. Видано ли дело — потерять одного из своих детей, за которым обещал присматривать. Я бы тоже покой и сон потеряла.

— Хватит болтать, — нетерпеливо стучали ножки даруга по каменному полу, когда он перемещался от печи к столу. — Ешьте, пока горячее.

Я оглядела стол и не знала, за что хвататься. На самом деле я так устала, что тело не хотело ничего, кроме как принять горизонтальное положение и отключиться. Даже прожорливый кит в моем желудке не подавал признаков жизни. И зеленая жаба не смотрела на все эти блюда с жадностью, желая съесть все в одиночку.

— Чего хочешь, милая? — спросила я Энджел.

— Я уже все подготовил.

Рядом с моей тарелкой появилась поменьше, наполненная разной едой. Яне разбиралась во многих местных продуктах, но понятно, что представленное лучше всего подходило детям. Вареные овощи какие-то, отварное мясо чем-то приправленное, и политое небольшим количеством масла, хлебный мякиш, за который Энджел тут же схватилась и потащила в рот. Даруг совершенно точно знал о детях больше, чем я.

— У предыдущих хозяев были маленькие дети? — решила я немного поддержать разговор, пока все остальные набивали желудки.

Наступила тишина, даже не было слышно топота ног. Дио едва заметно помотал головой, как бы говоря, что это была плохая идея.

— Ешь давай, — ушел от ответа даруг. — Разболталась.

Не хочет говорить — ладно. Кто я такая, чтобы его заставлять? К тому же мне следует быть милой и не говорить лишнего, чтобы позже можно было обсудить наше дальнейшее проживание на ферме. От того, договоримся мы с даругом или нет, зависит мое будущее и будущее драконов. О нас никто не позаботится. Дио, в отличие от остальных, есть куда возвращаться.

***

— Наелись?

Я улыбалась, глядя на мальчишек, которые откинулись на высокие спинки стульев и поглаживали себя по вздувшимся от еды животам. Все блюда стали практически пусты, а тарелки ребят вычищены до блеска их собственными языками. Я бы удивилась, куда в них столько влезает, но у драконов, судя по сказкам, просто бездонные желудки.

— Было очень вкусно, — Рор тяжело дышал.

— Да, — Эви только кивнул.

«Я объелся».

Чешуйка плюхнулся на спину, показывая всем свой животик, на котором даже чешуйки разошлись, демонстрируя тонкую, нежную кожу.

— Смотрите, не растеряйте добро, когда пойдем спать.

Даруг показал дорогу в одну из спален на втором этаже. Там стояла одна большая кровать, уже застеленная, и детская кроватка для Энджел. Мальчишки почти сразу заснули, едва я накрыла их одеялом. Да и малышка в моих руках совсем не сопротивлялась, когда я уложила ее в колыбель и спустилась вниз.

— Чего не спишь?

Я медленно повернула голову и поглядела на маленького человечка. Устроившись на первом этаже в гостиной, я не ожидала, что кто-то еще может не спать. Огиер ушел, еще когда мы ели, детей я сама уложила, Дио сказал, что пойдет к Фериналу. Из кухни больше не доносилось никаких звуков, и из света только камин остался гореть в гостиной.

Но дух дома никогда не спит.

— Не спится, — опустила подбородок на подтянутые к груди колени. — Думала, засну сразу же, как только буду убеждена, что дети накормлены, напоены и их сну ничего не угрожает. Но пришло время позаботиться о себе, и ничего не получается, — посмотрела в камин перед собой. — Просто представляю, что было бы с ними, если бы я не услышала их зова. Где бы они ночевали сегодня? И существовала бы для них эта ночь, или все закончилось в горах?

Я понимала, что дело в уставшем, перегруженном впечатлениями мозге. И это накручивание уже ничего не стоило, так как все уже случилось. Сейчас дети в безопасности… мы все в безопасности. Но вот это пресловутое если бы не давало покоя.

— На…

Под носом у меня оказалась кружка с чем-то терпко пахнувшим. Подняла глаза на даруга, стоящего передо мной и державшего маленькими пальцами кружку.

— …Пей давай.

В этот раз его голос не звучал раздраженно или гневно, скорее, устало, как и у меня. Приняла кружку и наблюдала, как хозяин дома уселся на круглое полено и, как я, подтянул к себе маленькие ножки.

— Были у моих хозяев дети, — произнес он сухо. — И я был бы рад, появись кто-то вроде тебя на пороге этого дома и вытащи их отсюда.

Мое сердце сжалось от боли к чужому горю. Он скорбел и скучал по своим хозяевам. И, может, даже винил себя в том, что с ними случилось.

— Ты сделала все правильно, так что выброси глупые мысли из головы, — ворчал даруг, как старый дед. — Пей отвар и иди в комнату. Спать давно пора, а она полуночничает.

Я сделала глоток напитка из кружки под пристальным взглядом темных глаз.

— Это вкусно, — проговорила чистую правду. — Дадите мне рецепт? Когда мы уйдем, хочу тоже варить такой. Огиеру пригодится в его возрасте.

— Когда уйдете, — фыркнул даруг. — Спи иди. Куда на ночь глядя собралась?

Он продолжал сетовать на мою глупость даже после того, как исчез, но это звучало совсем не зло. В его словах слышалось что-то ласковое и очень родное. Кажется, мы и правда нашли свой дом.