Глава 8

Когда вечером того же дня в кабинет Светланы вошёл сначала Илья, потом очень приятная женщина, два мальчика, один из которых был в инвалидном кресле, и потом… Павел?

Нет, не Павел. Мужчина, как две капли воды похожий на её мужа. Разве что чуть моложе и выше ростом. Зато вот теперь Светлане стало понятно, про какой привет от покойного мужа ей говорила баб Маня.

Вошедший мужчина по-другому говорил, по-другому держался. Хотя, что-то общее, кроме внешнего сходства, у них с Павлом всё-таки было. Что именно, Светлана не могла вот так сразу сказать. Хотя, вот, брови этот Петр вскидывал точно так же, как Паша.

У мальчика, действительно, оказалась болезнь Пертеса. А это значит, что ребенок должен весь следующий год провести в горизонтальном положении. Его сустав уже деформировался под весом его тела, отсюда и хромота, и разница в длине здоровой и больной ноги.

А ведь из того, что говорила тогда баб Маня, правда и то, что Петр в эту женщину влюблен! Это было видно, как говорится, невооруженным взглядом. По тому, как он говорил с ней, как смотрел на неё, даже здесь, в кабинете врача. И тут Светлана поняла: Павел ведь на неё точно так же смотрел! Нет, не может быть, чтобы её Паша и этот Петр были абсолютно чужими людьми. В смысле, не родственниками.

И тут у Светланы промелькнула шальная мысль: Дарья ей предлагала сделать ЭКО, обещала найти идеального донора. Так вот же он, идеальный донор! Идеальный для Светланы. Светлана сама от себя не ожидала того, что скажет в следующую минуту:

– Петр, можно Вас попросить задержаться?

Удивились все, кроме, пожалуй, Ильи, но, тем не менее, вышли.

– Петр, Саша же не Ваш сын?

– Нет. Я оформляю документы на опеку, – последовал спокойный ответ на неожиданный вопрос.

– Но и Ваня тоже не Ваш сын, – Светлана не столько спросила, сколько утвердила.

– Нет, не мой.

– А свои дети у Вас есть?

– Нет, насколько мне известно.

– Не можете их иметь или…? – Светлана понимала, что ее вопросы звучат странно и даже назойливо, но она должна была это знать.

– Могу, поэтому "или", – ответ был коротким.

– Извините ещё раз, у вас был старший брат?

– Я детдомовский. Может и был брат, но я его не знаю. Светлана, говорите уже начистоту, что Вас интересует? – терпению Петра явно пришел конец.

– Петр, извините меня за бестактный вопрос. Он последний, ответите, и я всё Вам объясню. Как Вы туда попали?

Петр сделал глубокий вдох, затем выдох. Видно было, что он не привык говорить на эту, до сих пор, больную для него тему. Светлана уже ненавидела сама себя за это. Но Петр ответил:

– Привезла родная мать, когда мне было 6 лет. Просто привезла и оставила. Больше я ни её, ни отца не видел.

Она помолчала, собираясь с духом.

– Петр, Вы как две капли воды похожи на одного очень близкого мне человека. Ныне покойного. Он погиб. Погиб на войне. Там же, где я потеряла свою ногу.

Светлана, в подтверждение своих слов, протянула Петру рамку, с фотографией мужа.

Петр собрался выразить соболезнования, но она подняла предостерегающе руку и покачала головой:

– Не надо! Вы его не знали, а потому не надо.

Петр кивнул и, взяв рамку, очень внимательно посмотрел на фото Павла. Светлана видела, что он очень удивился, но промолчал, а потом, перевел взгляд на неё, ожидая продолжения.

– У меня к Вам будет очень странная просьба. Обычно о таком в лоб не говорят и уж точно не при первой встрече, – она опять замолчала, потом медленно выдохнула и произнесла:

– Я хочу от Вас ребёнка.

Ответом ей были его удивленно поднятые брови и тишина. Этот удивительный мужчина всё больше и больше напоминал ей Павла. Ни тени улыбки на его лице, ни намека на странность её поведения и предложения. Он просто давал ей возможность высказаться.

– Пётр, я не жду, что Вы сразу дадите мне ответ. Вариант, что Вы оставите для меня свой биоматериал, является идеальным. От меня об этом никто и никогда не узнает. Это будет только мой ребенок, Вы должны это принять и пообещать, что не будете искать с ним встречи. Ребенок будет расти в любви и ласке, нуждаться он ни в чем не будет. Живы мои родители, они тоже врачи, и сейчас уже на пенсии. Так что ребенок будет расти в надёжных руках. Вот моя визитка, звонить можно в любое время. И вот буклет центра репродуктивной медицины. И поймите меня правильно, пожалуйста, – он продолжал молчать, понимая, что она не закончила.

– И ещё, Петр, я запишу фамилию врача, к которому Вам надо записаться с визитом, если Вы согласитесь мне помочь, – Светлана записала телефон Дарьи.

Буклет он взял, кинул быстрый взгляд на него и убрал во внутренний карман пиджака. Этот его жест Светлана оценила. Не увидят буклета – не зададут лишних вопросов. Значит, есть надежда, что он согласится.

– Петр, вот моя визитка. По всем вопросам звоните в любое время.

– Хорошо. Спасибо Вам за консультацию.

Затем он встал и уже у двери зачем-то сказал:

– Я буду здесь две недели.

– Хорошо, – Светлана качнула головой, принимая его ответ.