Глава 35. Стрела

Весь мир будто гаснет, а в ушах раздается громкое тук-тук, тук-тук, пока завороженный взгляд дракона, моего бывшего врага, прожигает меня насквозь. Он даже не моргает. А я тону в глубине его глаз. Все еще алых, но, как ни странно, таких родных.

И этот цвет мне в который раз напоминает о том, кто этот мужчина передо мной. С какой стихией он сражался там, на поле боя, и сейчас внутри себя. И я не о наемниках говорю. А о Тьме, которой он вопреки всем законам логики и ожиданиям, до сих пор не поддался.

Как он это делает?

Всматриваюсь в его глаза, а он тем временем наклоняется ко мне. Секунда и его рука по-хозяйски обвивает мою талию, притягивая меня к его мощной груди. Я задерживаю дыхание от нахлынувших ощущений, и едва тело наполняется сладкой истомой, он целует меня.

Жадно, страстно, до головокружения. Наши языки сплетаются в чувственном танце, рождая внутри пожар, который в этот раз, боюсь, не смогу остановить…

А может быть, и не надо?

Я тону в этом поцелуе, теряя связь с реальностью. Весь мир сужается до размеров наших обнимающихся тел, до вкуса его губ, до ощущения его сильных рук, бережно сжимающих меня.

Наши поцелуи становятся все более исступленными, граничащими с безумием. Пальцы зарываются в его волосах, притягивая ближе, жадно исследуя каждый изгиб его губ.

Его руки скользят по моей спине, обжигая кожу даже сквозь ткань платья. А затем сжимают мои бедра, притягивая меня еще ближе, и внизу живота происходит что-то такое, чего я не испытывала прежде.

Все тело пылает, и мной руководит уже не разум а чувства и инстинкты.

Я выгибаюсь навстречу его прикосновениям.

— Лагея, — только и слышу его хриплый голос над ухом, даже не успев понять, когда вы вдруг оказались в постели, и куда делась одежда. И в пору бы покраснеть, но чувства так обострены, что я едва ли находусь в своем уме. Только и смотрю в иступлении на дракона, который кажется все еще противится себе. Но не более секунды.

— Моя Лагея, — срывается жадный хрип с его губ, и он нависает сверху. Что-то говорит, но я не почти не слышу.

Растворяюсь в его объятиях, плавясь от нахлынувших ощущений. Пока низ живота не пронзает тупая боль. Едва хочу выгнуться, как Дар Эн прижимает меня к себе, усыпая все тело поцелуями, шепчет мне на ушко такие слова, что я уже и не помню о боли, лишь стараюсь привыкнуть к этому новому странному чувству.

Легкие осторожные движения в то время, как кое-кто готов взорваться, вызывают в душе теплое чувство благодарности, но она тут же затирается за волнами накатывающего наслаждения. А затем и вовсе отдаюсь во власть собственной страсти, забывая где заканчивается реальность, и начинается мечта. Ибо, ну не бывает такого по-настоящему. Или бывает?

Толчок, и меня накрывает лавиной, а он замирает, тяжело дыша.

Я все еще в бреду, в неге, но вижу как горят искорками радости его глаза, а на губах играет довольная улыбка. Знаю, что отдала ему свое сердце без остатка, и верю, что он будет бережно хранить его.

Обессилев, располагаюсь щекой на груди, и чувствую, как он закапывается носом в мои волосы. Как жадно вдыхает запах, прижимая меня к себе так, будто я могу сбежать в любой момент, и под звук его дыхания и грохот сердца засыпаю.

Не помню, когда я в последний раз спала так сладко, или когда открыв глаза была счастлива ярким лучам солнца. По началу даже пугаюсь, запутавшись, сном все было или явью, но тут же прихожу в себя, обнаружив внимательно глядящего на меня дракона.

За окном во всю светит солнце, а он все еще здесь в постели, со мной. И кажется, уже давно проснулся.

Он, что же, все это время просто смотрел?

— Ты спишь, как младенец, — в подтверждение моих мыслей сообщает Дар Эн, а затем одним движением подтягивает меня к себе, позволяя вновь расположиться на груди и закапывается носом в волосы.

Мне нравится. Даже очень. Уже не так краснею, потому что не нужно смотреть в глаза, зато отчего-то безумно счастлива. До бабочек в животе.

Так, Лагея, соберись. У нас тут куча нерешенных вопросов без ответов остались.

— Как ты? — хочу начать с самого простого и в то же время самого важного, но Дар Эн задает точно такой же вопрос на секунду раньше.

Приятно, когда тобой интересуются вот так открыто.

— Не хочу выбираться из постели, но у нас там полный двор гостей, да? — только и тяну я, а Дар Эн смеется.

Впервые слышу его смех и влюбляюсь с первых нот. Хочется услышать еще. Но, видимо, чуточку позже. Дел правда осталось очень много. Об этом и решаю разузнать, задавая то один, то другой вопрос, пока вырисовываю кончиком пальца узоры на рельефной груди Дар Эна.

— Значит, это все было спланировано? — подытоживаю я. — Ты специально заманил генерала в ловушку?

— Я заманивал в ловушку предателей, Приспешников Тьмы. Мы годами пытались их вычислить, но те, кого ловили, тут же накладывали на себя руки. Какая-то смертельная клятва. В общем, до их лидера было невозможно добраться. А когда я понял, что Тьма выбрала именно меня, то и придумал этот план.

— А твой брат и отец были в курсе?

— Оба. Эмбер и должен был привести людей, когда я буду уверен, что поймал истинного лидера. Но я и подумать не мог, что это будет дядя. И тем более не хотел, чтобы ты оказалась под угрозой.

— Он слишком хорошо тебя знал, но ты почти обыграл его. Это я прокололась по глупости.

— Я должен был поставить тебя в известность, а не вести в одного эту игру.

— А мне с самого начала стоило сказать тебе правду, — говорю я, а сама подмечаю, что у нас теперь даже спор как-то не клеится. Странно выгораживать друг друга, зато весело. Настолько, что увлекшись, Дар Эн переворачивает нас, и я оказываюсь снизу, а он сверху, и как-то больше не до спора. Даже сердце подпрыгивает в груди, когда он наклоняется ко мне и увлекает в такой поцелуй, что мы оба вновь отрываемся от реальности.

Благо, стук в дверь раздается раньше, чем нам обоим сносит голову.

— Мне нужно дать распоряжения, а ты отдыхай и ни о чем не беспокойся, — говорит Дар Эн, неохотно выбираясь из постели.

Едва он покидает комнату, как на душе становится чуточку тоскливо, будто тучи небо заволокли на мгновение. А потом вновь солнечно и светло, потому что я знаю, что мой дракон вернется. Чувствую себя такой счастливой, будто крылья за спиной выросли.

Потягиваюсь в постели, а затем пользуясь удобствами королевской опочивальни иду в личную ванную. Приведя себя в порядок, выхожу в комнату, где уже суетится прислуга.

— Госпожа, я принесла вам платье, — говорит она, а я чуть ли не роняю челюсть.

Она ведь немая была!

— Простите мне маленький обман, таково было задание. Никто не должен был знать обо мне, — кивает она, и только сейчас я понимаю, что дама-то вовсе не прислуга. Она тоже человек Его Высочества и тоже играла свою определенную роль все это время? Шпионила?

Ох уж и хитрый жук этот дракон. Вот сейчас оденусь и прищучу его!

С такими мыслями и в полном “обмундировании” в виде новенького лилового платья и выскакиваю из дома во двор, да только планы резко меняются, стоит мне увидеть совершенно иную атмосферу.

Нет больше угрюмых лиц, нет пугающих взглядов и будто бы мертвых глаз. Нет больше ни одного наемника. А воины королевской армии драконов хохочут, расположившись компаниями то там, то тут. Кто-то разбирает старые палатки, кто-то осматривает вещи наемников, протоколируются каждый артефакт. Но при этом совершенно не чувствуется угнетающая атмосфера, как прежде. Напротив, кажется, что даже солнце ярче, а день теплее.

— Спасибо! Спасибо вам! — раздаются душевные слова, и обернувшись я вижу кучку людей в деревенских одеяниях. Те самые, кого Приспешники Тьмы хотели принести в жертву?

Что-то их многовато.

— Мы искали наших людей повсюду, а вы их, оказывается, спасли! Спасибо! — слезно благодарят деревенские, и сейчас я отчетливо понимаю, что часть пришла на поиски, а часть как раз из клетки.

— Не меня благодарите, а брата, — кивает светловолосый дракон, кажется, его зовут Эмбер, в сторону главного шатра, и люди тут же стихают, будто говорить разучились.

— Ваш брат… Его Высочество? — Напрягаются в момент, и получив утвердительный ответ от пепельного блондина, переглядываются.

Зачем о чем-то перешептываются, и решают, что им надо к шатру. Вот уж нет! Сейчас опять нахамят.

— Привет! — раздается сбоку, едва хочу пойти и убедиться, что толпа благодарить отправилась, а не грубить, как в прошлый раз, но останавливаюсь, заметив рядом ту самую златовласую драконицу.

В свое время ее история произвела фурор во всех вестниках. Сирота, которую вынудили прикинуться принцессой Инзании и отправиться в страну врагов. Только вот она не сгинула, она произвела фурор. Поэтому ее я среди сотен лиц узнаю.

— Привет, — отзываюсь несколько растерянно, поскольку не знаю, что ей могло понадобиться от меня, но стоит девушке улыбнуться, как напряжение спадает. Даже не замечаю, как мы начинаем разговор ни о чем, а возле нас уже оказывается светловолосый принц, ее жених.

— Постойте! Это в другую повозку! — суетится Бэль, убегая от нас к воинам, а я ловлю себя на том, что счастлива наблюдать за вот такой вот будничной суетой.

Взгляд сам по себе, как намагниченный скользит к шатру Дар Эна. Едва не роняю челюсть, когда вижу, как гости из деревни кланяются ему. Во взглядах уже нет того ужаса, с коим они смотрели прежде. Там только искренняя благодарность, и от этого тает сердце. Наконец-то справедливость!!

— Так значит, это ты покорила сердце моего ледяного брата? — на секунду забываю, что стою не одна, но Эмбер о себе напоминает этим странным вопросом.

Даже не знаю, что ему на это ответить.

— Завидуешь? — в миг оказавшись рядом, подшучивает Дар Эн и уже ставшим привычным движением обнимает меня за плечи. Как же это приятно и тепло.

Остаток дня мы проводим на улице, глядя на алеющий закат под запах вкусного мяса на углях, которым лакомятся оставшаяся с нами полторы дюжины воинов, в основном из числа личных людей Дар Эна. Остальные давно ушли отводить пойманных преступников в подходящее им место.

Здесь стало намного тише, но вовсе не спокойнее. Кто бы мог подумать, что королевская чета драконов вовсе не такая страшная и вовсе не снобы. С ними приятно говорить о том и о сем, узнавая много всего интересного, но раз от раза я скольжу взглядом к Дар Эна и благодарю создателей за то, что сделали его таким сильным. До сих пор не верю, что после затраты стольких сил, он не поддался Тьме. А еще я не верю, что он был в свое время таким засранцем, каким его сейчас описывает брат. Дар Эн лишь вздыхает, мечтая поскорее выпроводить непрошенных гостей, но прошлого не отрицает. Было.

— Наверное, дело было в свете, — соглашается вдруг он, глядя в сторону золотой драконицы.

Между ними что-то было, да? Но даже если и так, то сейчас его взгляд задерживается только на мне. И я верю, что важна для его так же, как и он для меня. Хочу в это верить.

Гам Эл, проспавший целый день под присмотром шпионки-служанки, как назло задает очень неудобный вопрос: как принц справился без его лечения с Тьмой после такой битвы. Кажется, я краснею вместе с кончиками волос.

— Достаточно, — поднимается на ноги Дар Эн, и тут же протягивает руку, чтобы помочь мне встать.

— Вы ведь помните, что этой ночью новолуние? — напоминает Гам Эл то, что я и так кручу весь вечер в голове. — Нужно свершить обряд.

Дар Эн напрягается, будто мне не обряд, а виселицу предлагают.

— Об этом позже, — говорит он подручному.

— Но еще месяц тянуть нельзя… Вы и так по грани ходите!

— Позже, Гам Эл, — только и выдает принц, а затем уводит меня за собой.

И не знай я его, то решила бы, что кое-кто передумал связывать с мной свою жизнь, но теперь мне кажется, что я его чувства каждой клеточкой кожи улавливаю.

— Я хочу, — останавливаю дракона одной фразой, но он не сразу понимает, о чем я. — Я сама хочу отдать тебе свой свет.

— Лагея, это…

— Мы оба знаем, что по-другому угомонить Тьму не получится.

— Знаем, но, может, дашь хотя бы мне возможность сделать тебе достойное предложение? — изгибает бровь дракон.

— Что? — теряюсь на секунду я. Так он из-за этого упрямился?

— Ты ведь не думаешь, что сможешь сбежать от меня после всего? Я хочу, чтобы ты разделила со мной жизнь до самой ее смерти. И может чуточку дольше, — говорит он, глядя в глаза так, что сердце хочет петь.

— Тогда перед этим ты должен кое-что узнать обо мне, — шепчу ему. Не хочу терять время на слова, я просто хочу его поцеловать, но это сказать должна. — Я ведь не магичка.

— И что же это? — улыбается мне дракон Тьмы, как бы странно это не выглядело. Никогда бы не и мысли не допустила, что мы...

Наверное права была та старушка из деревни, говоря, что судьба сталкивает лицом к лицу не только врагов, но и тех, кто предназначен друг другу. По крайней мере, я хочу в это верить. И Дар Эн, уверена, тоже, только...

— Лагея, берегись! — в миг хмурится Дар Эн, став пугающе серьезным, прижимает меня к себе, уводя в сторону, а в следующий миг ловит острую стрелу голыми руками. Какой знакомый наконечник!

— Кто?! — грозовым раскатом расходится его голос, и тут же воины схватываются с мест, а я хватаюсь за плечо дракона, потому что не могу больше стоять.

Ноги подкашиваются, а в груди пылает…

— Лагея? — спешно оглядывается Дар Эн и застывает, глядя чуть ниже моей головы. В глазах его вспыхивает такой ужас, что хочется умереть на месте.

Я знаю, что он увидел. Я чувствую эту неистовую боль в ребрах и то, как расползается пятном по платью моя горячая кровь.

— Стрелы было две, — только и шепчу я, смутно припоминая этот древний обманный манёвр своих же сородичей.

— Фениксы здесь, — хочу ему сказать, но не успеваю… Да уже и не надо. Что-то похожее кричат спохватившиеся воины!

В моих глазах темнеет, и последнее, что я вижу, это безумный страх в глазах мужчины, которого люблю. И я знаю, что это за страх… Страх потерять самое дорогое.

— Лагея! Нет! — уже не слышу его слов, но читаю по губам. Любимым губам.

Мне бы только успеть сказать: “Только не поддавайся Тьме”, но холод и темнота побеждают… Дар Эн…