ГЛАВА 15. Обошлось

Наталья очень быстро влилась в нашу маленькую компанию. Гочи великодушно разрешала иногда чесать себя за ушком, Игорь радовался, что новая помощница не чурается тряпок и ручного труда, а я просто наслаждалась освободившимися часами. Косметолог, магазин одежды, отдел современных косметических средств и приборов для укладки – как я по вам скучала! Заодно появилось время, чтобы наверстать пропущенные уроки по языкам, и я даже записалась на практическое занятие на вертолёте. Одно дело знать в теории или отрабатывать на симуляторе, и совершенно другое – управлять настоящим, "живым" вертолётом. Так я считала ровно до того момента, как оказалась в салоне. Панель управления такая же, а летать в итоге на симуляторе оказалось даже интереснее – там инструктор хотя бы программировал разные ситуации, от бокового ветра до отказа одного из двигателей. В итоге, сделав тихий, спокойный, торжественный учебный круг, я очень удивилась, когда инструктор вдруг поздравил меня, а браслет пикнул, оповещая о новом доступе. Я получила разрешение водить настоящий вертолёт в пределах нашей солнечной системы. Ну надо же, как просто! А я боялась, что не сдам с первого раза. Вечером, аккурат после ужина, когда я мирно пила чай с печеньем и с умилением наблюдала, как Игорь ловко расправляется с беспорядком после моей готовки, раздался вызов от нашего капитана. Олег, сияя чисто выбритыми щеками с тонкой ниткой царапины, подозрительно вежливо поздоровался и даже не стал меня никак обзывать. Странно, я уже привыкла к его уважительно-снисходительному "барышня". И где он умудрился порезаться? Неужели брился древними станками? Даже Игорь пользуется пеной для удаления волос, а уж он-то третий до мозга костей и личные традиции и причуды бережёт, как школьник своё первое ИТС! – Олег, слушаю вас, – сразу после приветствий перешла я к делу. – Юленька, я звоню вас порадовать, в пятницу на Малую Луну прибудет мой знакомый с двумя ящиками. Всё как в тот раз, смешанный груз, бумаги и декларации в норме… Олег что-то ещё говорил, улыбаясь и воркуя, как торговый робот, а я буквально оцепенела. Как он меня назвал?! К счастью для капитана, рядом оказался Игорь, которому я и скинула вирт-окно разговора. – На, пообщайся, я не могу спокойно с ним разговаривать, – раздраженно бросила я и ушла в гостиную. "Юленька", вот ведь… Пусть лучше барышней обзывает! Я сидела на диване с Гочи на коленях и уже почти успокоилась, когда в дверях показался Игорь. – Выяснил что-нибудь? – со вздохом поинтересовалась я, уже догадываясь, что ничего хорошего не услышу. – Угу. Наш бравый капитан проигрался в карты, но денег у него нет, поэтому он отдал два ящика с грузом и пообещал, что мы за них заплатим, – Игорь плюхнулся рядом со мной на диван и почесал Гочи. Стоило ему убрать руку, как малышка недовольно тявкнула и сделала вид, что пытается сама себя почесать лапкой за ухом. Мол, делай вот так. Мы с Игорем рассмеялась и в четыре руки принялись тормошить наглую, но такую любимую вымогательницу. – Погоди, он же ещё не долетел до той системы, где закупался в прошлый раз, даже за границу Союза не успел выйти. Откуда он взял ящики? – озадачилась я, осмыслив слова Игоря. – Я спрашивал. Там был какой-то другой знакомый, который задолжал, или два знакомых, я не понял. В общем, капитан всем своим должникам объявил, что часть долга можно отдать такими товарами. Пожалуй, я не хочу знать, где и как Олег получил первую партию ящиков. Игорь молча перебирал шерсть на загривке у Гочи. – О чём задумался? – Помнишь, ты говорила, что преступника можно спровоцировать. Почему бы не попробовать? Раньше его поймаем, раньше сможем жить спокойно, без оглядки. Я кивнула. – И как ты собираешься это делать? – Мне кажется, с прошлой партией груза проблем не было просто потому, что преступник не знал, что мы ждём товар. До этого заказы ты оформляла через систему магазина… – А с учётом вируса в моём браслете и той шпионской программы, которую ты выловил в офисе, это было всё равно, что лично сообщить преступнику, что и у кого мы заказали, – подхватила я мысль. Верно, с Олегом мы договаривались едва ли не просто на словах и нигде по системам эта сделка не проходила, только в бумажных документах. – И как ты собираешься ставить в известность того типа? Разошлёшь сообщения "приходите и воруйте, груз прилетает в пятницу"? А если и вправду коробки перехватят? Этот неизвестный капитан ведь нас и наши правила не знает. – Ну, мы ведь можем пошутить или случайно перепутать дату… Скажем, на среду или четверг. Я хмыкнула и, обсудив с Игорем постепенно вырисовывавшийся план, набрала Михаила. Поддержка следователя нам понадобится. На следующий день мы в магазине работали втроём. Наталья обслуживала покупателей в зале, я разбирала остатки последнего ящика из прошлой поставки, Игорь метался между нами, помогая то мне, то Наталье. И при этом мы с ним громко обсуждали, как неудобно забирать груз среди недели, и не мог бы капитан прибыть не в среду, а в субботу, к примеру. Да и парковочное место у него неудобное, вдали от лифтов. В общем, сливали информацию, как могли. Чтобы преступник наверняка не заблудился и был в назначенном месте в нужное время, я занесла в офис-программу вымышленный заказ. Игорь что-то пошаманил, и в программу пришла "обратная связь" от "капитана", где было подтверждение сделки, место и время передачи груза и прочая обязательная в таких случаях информация. Отец, услышав, в какую авантюру мы ввязались, был жутко недоволен. Ругался, что я не имею права так рисковать, говорил, что каждый должен заниматься своим делом и нечего мешать стражам правопорядка. Пришлось позвонить Михаилу, и после почти часовой беседы с ним отец немного успокоился, но всё равно смотрел на меня хмуро. Я ходила взбудораженная, ожидая "дня икс", Игорь, как всегда в таких случаях, напротив, стал задумчивым. Одна Гочи ни о чём не подозревала и не волновалась, ровно до того момента, как в среду утром в магазине не поднялся шум. Я вышла из офиса, чтобы выяснить, что произошло, и замерла, не в силах сделать и шаг. Гочи лежала на полу, лапки дрожали и, похоже, она просто не могла встать, а из пасти шла пена. – Юлия! Она что-то съела, подобрала с пола, – ко мне подбежала Наталья. Это послужило переключателем, и я начала действовать. Подхватила переноску, аккуратно переложила туда Гочи, не задумываясь, активировала с браслета один из аварийных адресов для ИТС – хорошо, что до ветеринара лететь совсем близко, в соседний район. У меня в памяти не отложилась дорога, я не могла вспомнить, как оказалась в просторном холле клиники. Лишь мимоходом отметила, что на стоянке нас уже ожидал врач – спасибо браслету, который отправил тревожный сигнал. – Девушка, не переживайте, ваша собака поправится. Вы успели вовремя, и организм у неё молодой, среагировал правильно. Только услышав от медсестры, что всё позади, я расплакалась. Потом меня отпаивали успокоительным, объясняли, какие лекарства давать собаке и как за ней ухаживать во время болезни, я звонила Марине и отпрашивалась на несколько дней. Я куда-то ходила, что-то делала… А потом оказалась на пороге своей квартиры с переноской в руках. Запустила диагностику на ошейнике, убедилась, что показатели медленно, но улучшаются. Гочи капризничала и требовала, чтобы я постоянно была рядом и жалела её. Я и сама не могла бы оставить свою малышку без присмотра. Вернулся Игорь, заглянул в гостиную, где я сидела на ковре рядом с корзинкой. Что-то зашумело на кухне, и передо мной появилась кружка с чаем и тарелка с бутербродами. – Как она? – Поправится. Игорь настойчиво протянул мне тарелку, и я не глядя взяла бутерброд. Кажется, я сегодня не обедала. – Извини, моих кулинарных талантов на большее не хватило, – покаялся третий, и я слабо улыбнулась. Игорь здесь, Гочи скоро выздоровеет. Всё будет хорошо. – Юля… Он не пришёл. Мы снова его упустили, – тихо, серьёзно, словно сознавался в какой-то невероятной ошибке, произнёс Игорь. – О чём ты? – я непонимающе подняла на расстроенного, встрёпанного и уставшего третьего. Союз всемогущий, а он ведь переживал и за меня, и за Гочи. Я протянула руку и коснулась его ладони. Третий слабо улыбнулся и невесомо погладил мои пальцы, а потом крепко сжал. – Я про преступника, Юля. Сегодня среда, он должен был явиться за грузом. Вместо себя он прислал робота без каких-либо указаний на отправителя или владельца, этот робот должен был передать груз другому, а тот третьему. В итоге мы вышли следом за роботами на заброшенный склад, но там никого не было. Ни новых роботов, ни людей. Михаил установил слежку, но ты же понимаешь… Понимаю. Я отобрала у Игоря свою ладонь и посмотрела на задремавшую Гочи. Руки сами собой сжались в кулаки. Я понимаю, что не прощу этому гаду ни Гочи, ни покушение на меня, ни даже нервы Игоря, когда он переживал за нас двоих. Я всё припомню этой сволочи, он ещё пожалеет, что связался со мной. Мы с Игорем какое-то время сидели молча, поглощённые каждый своими мыслями. Гочи задремала, иногда подёргивая во сне ушком или дрыгая лапой. – Игорь, ты записи магазина не смотрел? – подняла я взгляд на третьего. Тот устало покачал головой. – Не успел, пока за этими роботами по всему Светлому Будущему гонялись, Союз их побери, – скрипнул зубами Игорь, угрожая неведомым врагам. – Посмотрим вместе? Я хотела выяснить, что такого опасного и несъедобного собака могла найти в магазине. Я специально оставляла в зоне её досягаемости только большие плотные коробки и неаппетитные товары, чтобы проглотить, утащить или отгрызть от них кусок малышка не могла, максимум, обслюнявила бы. Игорь кивнул и поднялся следом за мной. Бросив взгляд на недовольно сопящую во сне Гочи, я позвала третьего на кухню, и, пока он организовывал доступ из дома к записям магазина, по-быстрому приготовила ужин. Бутерброды, конечно, хорошо, но после такого насыщенного дня, сейчас, когда всё самое жуткое осталось позади, хотелось чего-нибудь более существенного. Игорь с благодарностью принял у меня тарелку и тыкнул вилкой в вирт-окно, которое тут же возмущённо пошло рябью. – Смотри, я прокрутил до того момента, как ты вышла из офиса. Сейчас перемотаем назад, так точнее будет, чем смотреть всё по порядку. Снова видеть Гочи больной было невыносимо больно, но я взяла себя в руки. Не время себя жалеть. На моих глазах собака встала, пошатываясь и припадая на лапы, попятилась к стеллажам. Судя по всему, там её стошнило, потом Гочи столь же неуверенно пошла к дальней стене. С каждым шагом малышка держалась всё бодрее, и вот она медленно задом наперёд пересекла магазин. Какое-то время Гочи топталась у стойки продавца, чувствуя себя прекрасно, а затем спиной вперёд отбежала к входной двери и, немножко почавкав, принялась нюхать что-то на полу. – Приблизь, – попросила я третьего, встав с табурета и едва ли не утыкаясь носом в экран. Он молча увеличил картинку, и стало понятно, что перед собакой лежал какой-то предмет. Не больше ногтя на мизинце, круглый, и, похоже, очень притягательный для Гочи. На курсах первое, чему её научили – не брать ничего у посторонних и не поднимать еду с пола без разрешения хозяйки. И уже не раз этот навык проходил проверку, когда в порту вновь прибывшие или их дети пытались чем-нибудь покормить собаку, Гочи просто убегала и пряталась за меня, не притронувшись к угощению. Значит, на полу в магазине лежало нечто невероятно притягательное, так, что пройти мимо не было никаких сил и возможности. Но как оно попало в магазин? – Мотаем дальше? – словно прочитав мои мысли, спросил третий. – Да, конечно, – кивнула я, вновь опускаясь на табурет. Следующие несколько минут ничего не происходило. На экране я, подхватив собаку, вышла из магазина – утром я приехала последняя, ходила отрабатывать посещение спортзала. К моему удивлению, в магазин заглядывал Стас. Я с немым вопросом уставилась на Игоря. – Искал тебя, хотел передать игрушку для Гочи, я не успел отдать, – буркнул третий и, выудив из кармана, плюхнул на стол розовый мячик. Я только хмыкнула и перевела взгляд на экран. Потом об этом поговорим. В вирт-окне Игорь и Наталья оказались за дверью магазина, закрывая – вернее, открывая – магазин. – Стой! – вновь подскочила я и указала на экран. – Отравы нет, смотри. Значит, она оказалась внутри после открытия. Сосредоточившись, мы несколько раз просмотрели на медленной скорости отрезок видео, заставляя людей на экране то бегать задом наперёд, то ходить нормально. – Вот, смотри, сейчас, – Игорь что-то поменял в настройках, и я, наконец, чётко увидела, что отрава в буквальном смысле проникла в магазин следом за одним из посетителей. Мини-робот доставщик с дистанционным управлением, каких много в детских магазинах, проскользнул в открывшуюся дверь следом за покупателем, сгрузил отраву недалеко от двери и в следующий раз, когда открылась дверь, прошмыгнул наружу. Озадаченно переглянувшись, мы просмотрели запись снова, а потом переключились на камеры внешнего наблюдения. Куда исчез робот, было непонятно, он просто выехал за пределы видимости камеры. А вот до того момента, как проник в магазин, робот прятался под скамейкой недалеко от входа. Мы отмотали ещё назад, и вот, за час до открытия магазина, камере удалось заснять подозрительного прохожего. Оглядываясь по сторонам, знакомая фигура в невнятных одеждах прошла мимо камеры, словно невзначай уронив что-то возле скамейки. Поставив на паузу приблизив, мы с Игорем убедились, что это и был тот зловредный робот. Уходя, фигура обернулась, и стало понятно, что лицо скрывает не только капюшон, но и очки ночного видения, плюс шарф, поднятый на нос. Вот ведь… Союз бы его побрал! – Я отправлю всю информацию Михаилу, пусть тоже посмотрит, может, сумеет разглядеть что-то, что мы упустили. А ты иди, отдыхай, – перевёл взгляд с экрана на меня Игорь. Я благодарно кивнула. Развела лекарство, напоила несчастную Гочи, а после, поставив корзинку на кровать, долго её гладила, жалея и её, и себя. Так мы с ней и уснули, жалуясь друг дружке на несправедливости мира. Сквозь дрёму я слышала, как заходил Игорь, дал Гочи следующую порцию лекарства. А перед тем, как выйти из комнаты, он укрыл меня одеялом. Интересно, когда он успел отменить ограничение на вход в мою комнату? Сонная мысль мелькнула и пропала, оставив улыбку на губах. В конце концов, голых мужиков в ванне я больше не находила, а против вот такого, заботливого третьего не возражала. Ночью я несколько раз вставала, проверяла, как дела у малышки, и в итоге встала ближе к обеду, чувствуя себя разбитой. Гочи вела себя смирно и больше не капризничала, просто со скучающим видом лежала в корзинке и смотрела на меня умными глазами. И весь день, в какую бы комнату я не шла, я брала крошку с собой, посчитав, что одной в спальне ей будет совсем уж грустно. Я готовила обед, когда раздался звонок, предупреждающий о посетителе. Удивлённая, я открыла уведомление: Стас стоял на парковке и ждал, когда я его впущу. Дав команду системе домоуправления пропустить гостя, я помчалась переодеваться. Не красоваться же перед первым в майке в муке и старых любимых шортах! Через несколько минут я в светло-зелёном платье открывала дверь. В другой ситуации я бы с удовольствием надела позитивный и кокетливый лимонный сарафан, но сейчас настроения не было к таким вещам. – Привет, – я кивнула гостю и пропустила его внутрь. – Как Гочи? Как ты сама? – с порога поинтересовался Стас и с тревогой вгляделся в моё лицо. – А откуда ты… – я нахмурилась, внутри кольнуло беспокойство и заворочалось нехорошее подозрение. Я никому не говорила о болезни малышки! – Шутишь? Мне приходят отчёты с ошейников всех животных, которых моя фирма когда-либо продала. Мы серьёзная лицензированная организация и несём ответственность за своих подопечных. Утром выборочно просматривал отчёты, и мне попалось критическое уведомление. Я заволновался, когда увидел, что это от твоей малышки. Так как она? – с искренней тревогой спросил Стас, и у меня от этой заботы словно вынули какой-то стержень. По стеночке я сползла на пол и разрыдалась, выпуская и отпуская все вчерашние переживания. Стас сперва растерялся, потом подхватил безвольную меня и усадил на диван в гостиной, принёс стакан воды, обнял за плечи и позволил выплакаться. Я чувствовала, как он осторожно и деликатно гладит меня по спине, и слёзы начинали течь с новой силой. Союз всемогущий, за что мне всё это?! И бешеные роботы, и преследователь, и теперь вот Гочи пострадала… Стас что-то бормотал, я в сердцах пыталась поделиться своими переживаниями, но не думаю, что за моими всхлипами он что-то разобрал. Наконец, поток слёз прекратился, и Стас тут же деликатно отстранился. – Выпей, твоя аптечка добавила сюда какие-то успокаивающие капли, – Стас протянул мне стакан, и я послушно приняла лекарство. Вытерла слёзы, запоздало мелькнула мысль что я, наверное, выгляжу не лучшим образом. – Ой, Гочи же на кухне одна, – я поднялась с дивана, чтобы проведать малышку, но Стас остановил меня. – Собаку я проверил, она в порядке. Если хочешь, посмотрю за ней, пока ты умоешься. Я благодарно кивнула и скрылась в комнате. Мне действительно не помешало бы умыться. Когда я вернулась, корзинка с Гочи стояла возле дивана, Стас дразнил собаку какой-то палкой, и малышка, к моему удивлению и радости, с интересом наблюдала за первым и даже пыталась поймать игрушку зубами. – Она быстро идёт на поправку, – Стас поднял на меня взгляд и улыбнулся. – Она у тебя умница и красавица. И ты тоже, – тише добавил Стас. Я растерянно замерла, не зная, как на такое реагировать, а первый как-то странно на меня смотрел. – Спасибо, – пробормотала я, и Стас, к моему облегчению, снова повернулся к собаке. Чувствуя себя неловко, я предложила гостю чай с печеньем или, если он немного подождёт, будет полноценный обед, но Стас отказался. Пояснив, что у него ещё много работы, сообщил, что он забегал совсем ненадолго, только проверить самочувствие Гочи, и попрощался. Когда за первым закрылась дверь, я растерянно переглянулась с Гочи. – И что это было? Малышка что-то проворчала мне в поддержку и положила морду на лапки, с удовольствием поглядывая на новую игрушку. День прошёл в хозяйственных хлопотах. Я по часам поила малышку лекарством, приготовила обед и ужин, заказала на дом продукты, составила себе график на следующий месяц, написала для отца краткий анализ показателей рентабельности одного из его подразделений, немного поучила языки. Вздохнула – я пропустила урок, да и перед Мариной было неудобно. За этими размышлениями меня застал Игорь. Бросил неизменный рюкзак в прихожей, быстро прошёл на кухню, чмокнул меня в макушку, приобняв за плечи. – Как ты? Как Гочи? Заглянув через плечо в окно с тестом по инопланетному языку, покачал головой и принялся греметь посудой в поисках ужина. Я же замерла, как погрузчик без задания. Что это с третьим? Он пьян? Никогда не позволял себе такой фамильярности, да и бросать вещи у входа не стал бы! – Всё хорошо, Гочи идёт на поправку. А как у тебя дела? – осторожно поинтересовалась я, незаметно пододвигая корзинку с собакой ближе. Мало ли, что пьяному в голову взбредёт! – Я рад, что ей уже лучше, – Игорь обернулся, одарив шаловливым взглядом, и я в очередной раз засомневалась в его вменяемости. – Ты точно в порядке? – поинтересовалась я, забирая у третьего кастрюлю, чтобы налить борща. Запаха алкоголя нет, может, его отравили или накачали наркотиками?! – В полном. Но проголодался жутко. Покормишь меня? – нормальным голосом поинтересовался Игорь и, дождавшись подтверждения, благодарно улыбнулся и сел за стол. Странно. Быть может, мне показалось? Себе я тоже разогрела ужин, и минут десять мы молча жевали. Я стойко игнорировала жалобный взгляд Гочи, ей следовало ещё неделю соблюдать диету, но собаке-то это не объяснишь. – Ты знала, что на Светлом Будущем проводятся мотогонки? – словно невзначай бросил Игорь, собирая остатки бульона куском хлеба. – Это тот вид спорта, в котором люди катаются наперегонки на неустойчивых двухколёсных открытых конструкциях безо всякой страховки, калечатся, а потом получают за это виртуальные призы и мнимое признание? Да, знала, – пожала я плечами и встала, чтобы налить нам чай. – А что? – Да так, ничего, – буркнул отчего-то разом поскучневший Игорь. – Я к себе, работы много. Проводив удаляющуюся спину озадаченным взглядом, я еле дождалась, пока за ним закроется дверь, и тут же запросила информацию о здоровье Игоря с его браслета. Странно… Показатели в норме, недавно был подъём уровня эндорфинов и адреналина, но всё в пределах нормы. – Ничего не понимаю, – пожаловалась я недовольной Гочи, и та поддержала меня ворчанием. Гочи шла на поправку, и я радовалась за неё безмерно. Первые дни после этого на работе я была рассеянной, перепутала несколько анкет и даже получила замечание от Марины. Правда, она с пониманием отнеслась к ситуации, ограничилась устным выговором и в дело заносить не стала, за что я была ей очень благодарна. Стас стал иногда заходить в гости, но надолго не задерживаться, и мы снова стали встречаться в центре для животных или просто сидели в кафе после работы. Я вдруг поняла, что мне начал нравиться этот парень. Всегда деликатный, неизменно доброжелательный и чуткий, и, что немаловажно, он нравился моей малышке. А вот у Игоря появились от меня секреты. Он поздно приходил домой, запирался в своей комнате и очень неохотно отвечал на вопросы. Браслет демонстрировал отчёты без каких-либо отклонений, но где гарантия, что Игорь не мог их как-нибудь поправить или настроить иначе? Так что я мучилась сомнениями и волновалась за него, а этот… третий только отмахивался от моих вопросов и уходил к себе. Всё это безумно злило. Я за него отвечаю, в конце концов!