ГЛАВА 19. Нападение

Следующим утром мы с Игорем подозрительно косились друг на дружку. Вероятно, третий, как и я, пытался понять, что же это такое вчера было и что ждать друг от друга дальше. Пожелав хорошего дня и в очередной раз бросив на меня задумчивый взгляд, Игорь ушёл разбираться со своими обязательствами перед Союзом, а я поплелась в космопорт. День прошёл ровно и скучно. Никаких интересных рейсов или дополнительных заданий. В магазине тоже стояла тишина, Наталья отчиталась, что за день была всего пара посетителей. Подумав, сочинила письмо Дельфинаре и отправила ей в подарок цветную пилочку для ногтей и пару деревянных шпилек для волос. Надеюсь, она знает, как с ними обращаться – у меня пока не получались причёски с этими заколками. Наталья удивилась такому тесному знакомству со знаменитой певицей, и, устроив в офисе чаепитие, я рассказала женщине историю знакомства с Дельфиной. Дома меня встретила тишина и шорох волн. Поддавшись порыву, я сменила установку системы кондиционирования на осенний лес и принялась готовить ужин. Хм, надо ещё продуктов заказать и корм для Гочи. За хлопотами пролетел вечер. Когда сработал браслет, оповещая, что в квартиру вернулся кто-то с пропуском, я вздрогнула. Оказывается, я в тайне ждала этого момента весь день. Я выглянула в коридор и наткнулась взглядом на что-то пышное и зелёное в руках Игоря. Третий, увидев меня, замялся, а потом решительно подошёл и протянул свою ношу. – Вот, это тебе, для хорошего настроения. Простой букет я не нашёл, но цветок в горшке и простоит дольше. Я удивлённо уставилась на растение в своих руках. М-да. И что мне с ним делать? Приятно, конечно, очень приятно, но остаётся порадоваться, что фантазии Игоря хватило только на цветок, а то живая пальма или верблюд смотрелись бы в квартире странно. Ну а что? Раз разводят собак и котов, значит, и верблюдов где-то держат. Представив себе эту картину, я расплылась в улыбке. Союз с ней, с полезностью и удобством подарка. Зато теперь у меня есть живой цветок! И, если за ним правильно ухаживать, он долго будет напоминать мне про Игоря. Третий принял улыбку на свой счёт и попытался поцеловать меня, но я ловко выставила подарок между нами. – Игорь, какая прелесть, спасибо! А как за ним ухаживать? На осуждающий взгляд третьего я честно-честно захлопала глазами, и тот, обречённо вздохнув, принялся рассказывать, что поливать нужно по мере высыхания земли, это примерно пару раз в неделю, и несколько раз в год при поливе надо добавлять удобрения. Нового постояльца я определила на тумбу возле дивана в гостиной и отправилась на кухню. Стоило отвернуться, как пришёл сигнал с ошейника Гочи – малышка попыталась попробовать куст на зуб, но система сканирования навороченного ошейника сочла это не самой лучшей добавкой к рациону и ультразвуковым свистом спугнула любопытное животное. Я выглянула в гостиную, поругала Гочи для профилактики и вернулась на кухню. Игорь сунулся с ложкой к сковородке, но получил от меня по рукам. Есть надо с тарелки, а не из общей кастрюли! Отчитав и усадив третьего ужинать, я вздохнула. Неужели все парни ведут себя, как дети? Вон Гочи и то порой поступает разумнее. По-прежнему я косилась на Игоря, а он на меня. Мы говорили о какой-то ерунде, потом третий упомянул, что следующий большой заезд будет через месяц. Я тут же попросила взять меня с собой, посмотреть гонки. А Славик там тоже будет? Игорь надулся, а я решила не добавлять, что просто хочу позвать с собой Свету и познакомить их с парнем. Почему-то казалось, что они найдут общий язык. Спать пока не хотелось, и мы включили фильм. Игорь сел не в кресло, как обычно, а на диван рядом со мной, и к середине фильма даже осмелился приобнять меня за плечи. Сразу стало жарко и непривычно, хотелось одновременно отодвинуться и, наоборот, прижаться к третьему. Шикнув на разбушевавшийся организм, я выбрала третий вариант и просто осталась сидеть, как сидела. Игорь поглядывал на меня с улыбкой и смотрел больше на меня, чем на фильм. После финальной сцены третий оказался совсем близко, наклонился ко мне… – Я устала, пойду спать. Спасибо за цветок, Игорь, он чудесный, – я для убедительности зевнула, а третий, хитро прищурившись, нежно провёл пальцами по моей щеке и заправил непослушную прядь за ухо. У меня аж мурашки по коже побежали. Что же он творит! И, судя по взгляду, понимает, что со мной происходит. Ах, так. Потупив глазки, прикусила губу, а потом и вовсе облизнулась. Игорь судорожно вздохнул, а я невинно на него посмотрела и, пожелав спокойной ночи, смылась к себе в комнату. Похоже, нам обоим нужен холодный душ. На следующий день я поняла, что дальше так продолжаться не может. Игорь на меня косился, но попыток сблизиться больше не делал и всё больше уходил в себя. Я себя ругала за то, что оттолкнула парня. Да, он мне нравится, и он старался, как мог, а я… Вечером я только открыла рот, чтобы поговорить с ним, как раздался звонок. Игорь коротко поблагодарил за ужин и ушёл к себе. – Да, – с обречённостью в голосе ответила я на вызов. – Юля, хорошего вечера! – лучезарно улыбнулся Стас. – Я не вовремя? – заметив выражение моего лица, нахмурился первый. – Нет, что ты, всё в порядке, – отозвалась я. Интересно, что сейчас делает Игорь? – Точно? Если нужна помощь, ты только скажи. Я звоню узнать, не пойдёшь ли ты с нами в аквапарк? Мы во вторник собираемся, я уже заказал балкон, – без перехода продолжил первый. Гхм, и как бы так вежливо намекнуть, что мне есть, с кем пойти в бассейн? Но даже если Стас согласится взять ко мне довеском Игоря, парням будет некомфортно друг с другом. И есть у меня нехорошее подозрение, что третьего просто не пустят на тот уровень, где развлекаются первые. – Ой, Стас, спасибо, но на той неделе не получится, работы много. Может быть, в другой раз, – улыбнулась я первому. Союз всемогущий, ну и зачем я это сказала? Какой чокнутый робот меня за язык тянул? Вон, Стас уже решил, что я с ним кокетничаю, и, радостно скалясь, отключил связь. Пока я кусала губы, сзади раздался прохладный голос Игоря, я аж подпрыгнула от неожиданности. – Почему ты отказалась? Сходила бы, развеялась, хорошо провела время, – Игорь подпирал плечом дверной проём. – Мне просто не хочется. Лучше я дома посижу, кино посмотрим, – пожала я плечами. – А ты понимаешь, что у меня нет доступа к таким вещам? Что я никогда не смогу сводить тебя в элитный сектор аквапарка, ресторан на верхних этажах башни, подарить щенка? И никогда это не изменится. Сердце ухнуло в пятки. Игорь говорил серьёзно, а у меня с каждым словом что-то обрывалось и леденело внутри. Я стояла, как громом пораженная. Что происходит? – Всё, что я могу тебе дать, это третьесортные гонки на самодельных мотоциклах, пара тумбочек из транспортных ящиков да глупую надежду. Не знаю, о чём я думал. Прости, что забрал твоё время и сбил с толку. Я съезжаю. Я по-прежнему стояла посреди комнаты и хватала ртом воздух, беспомощно глядя в спину уходящего третьего. Что я сделала не так? Чем его обидела? Я не могу, не хочу его отпускать! – Игорь! – я, наконец, смогла сдвинуться с места и бросилась за ним, однако лишь упёрлась в наглухо закрытую дверь. Игорь заперся в своей комнате, и замок не реагировал на мои команды. Ох. Неужели он и вправду ищет квартиру? Я беспомощно сползла по стене. Как я хотела в первые дни своего нового статуса, чтобы Союз оставил меня в покое и забрал этого третьего и необходимость отвечать за него. Какой я была глупой! Слёзы катились по щекам, а я совершенно не знала, не представляла, что мне делать. Я ведь привыкла к пронзительному взгляду третьего, к его постоянному присутствию, к его внимательной заботе. Союз, зачем ты так с нами! Если бы не эта дурацкая программа адаптации третьих, мы бы с Игорем никогда не познакомились. Я бы не знала, что можно так переживать за кого-то, не знала его деликатной заботы. Сколько раз он меня выручал, оказывался рядом именно тогда, когда был больше всего нужен. И в какой, Союз его побери, момент интересы Игоря стали для меня важнее своих, а его присутствие заменило воздух? Я всхлипнула и обхватила себя руками. Какая же я дура, дура, дура! Так привязаться к тому, кто на два уровня ниже меня. Знала же, чем это закончится, и всё равно ничего не могла с собой поделать. Влюбилась, как последняя идиотка. Где-то над головой щёлкнул замок, дверь приоткрылась, и рядом со мной оказались ноги Игоря. Серые брюки и чёрные носки. Ну кто так носит? Я снова всхлипнула, не поднимая глаз. Над головой раздался вздох. – Не сиди на холодном. Я промолчала, упорно буравя взглядом пол, и тогда сильные руки подхватили меня и отнесли на диван в гостиной. Игорь отпустил меня и ушёл, а я свернулась в комочек, обхватила колени руками и спрятала в них лицо. Вокруг шумел лес, шуршали листья на ветру, и к аромату "лесной свежести" примешались кофейные нотки. Стук стакана о столик, и меня притянули за плечи к тёплому боку. Я всхлипнула и уткнулась носом Игорю в плечо. Не хочу, чтобы он видел меня такой, заплаканной. – Ну что ты так? – расстроенный голос Игоря. Я помотала головой. Ничего. Пусть не волнуется, я сильная, переживу. – Я не хотел тебя обидеть, правда. Но сама подумай, что нас ждёт, если мы попытаемся быть вместе? – Не попытаемся, а будем. И всё у нас будет хорошо, – буркнула я. Игорь тяжело вздохнул и погладил меня по спине. – Давай уедем из Союза, выбросим бесполезные браслеты и просто будем вместе. Ты умный, везде найдёшь работу, а я как-нибудь устроюсь, – предложила я, чувствуя, что говорю несусветную глупость. – И куда мы поедем? В Серую Грязь? Нет, так не пойдёт. У тебя здесь отец, друзья и место в жизни, я не хочу это ломать. – Так не ломай, – шепнула и, набравшись смелости, обняла третьего за талию. И пусть теперь попробует уйти! Не пущу! – Не буду, – мне почудилась грустная улыбка в словах Игоря, но я упорно не хотела поднимать глаза. Мою спину снова легко погладили, утешая. – Мои родители были счастливы, – тихо произнесла после долгого молчания. – А ты? Столько лет обижалась и считала, что тебя бросили. – Это было досадное стечение обстоятельств. И потом, мы теперь знаем, как делать не нужно, – пробурчала Игорю в подмышку и крепче вцепилась в его рубашку на спине. Всё! Я решила! Не отпущу! Всхлипнула, понимая, что отпущу и даже сама придам ускорения, если понадобится, если ему со мной действительно будет плохо или найдёт кого-то, с кем ему будет лучше. Союз, ну почему всё так сложно?! – Упрямая, – с улыбкой в голосе произнёс Игорь и поцеловал меня в макушку. Я замерла, не веря себе. Он передумал? Не уходит? – Хочешь кофе? Я тебе заварил, – внезапно предложил Игорь. Почему-то вспомнились рассказы подружек о том, что мужчины совершенно теряются перед женскими слезами и начинают делать странные вещи. Вот зачем мне кофе, интересно? Да ещё на ночь глядя? – С молоком и корицей? – полюбопытствовала я, хотя уже давно унюхала пряность. – Конечно. Как ты любишь, – с ноткой самодовольства подтвердил Игорь. – Хочу, – улыбнулась я. – Ой, а я тебе печенье испекла, овсяное, как ты любишь, – машинально повторила слова Игоря и подняла на него глаза. Третий задумался. – И они на кухне, остывают в духовке, так? – прищурился он. – Так, – кивнула, не понимая, к чему он клонит. – В таком случае мне сейчас до них никак не добраться, – притворно огорчился Игорь. – Почему? – попалась я на удочку и даже немного отстранилась. – Потому как ты меня сейчас никуда не отпустишь, ни в спортзал, хвосты отрабатывать, ни тем более на кухню за печеньем. Я невольно рассмеялась. За печеньем Игорь всё же сходил, а я быстренько умылась и навела себе новую порцию горячего кофе. Мы устроились на диване, включили какой-то фильм, и я уже строила планы на романтическое окончание вечера, когда нам опять всё испортили. Игорь только откусил от второй печенюшки, как где-то под потолком дико завыло и замигали лампы. Третий аж подавился, а я пролила на себя кофе. – Магазин? – пытаясь перекричать вой, спросила я, хлопая Игоря по спине. Тот скорее догадался, чем услышал, и кивнул. Минут пять ушло у Игоря, чтобы заставить сирену замолкнуть и убрать крошки после опрокинутой миски с печеньем. – Поехали? – я переоделась в рекордные сроки, радуясь, что не пью обжигающе горячие напитки, как любит отец. – Ну и куда ты собралась? Я съезжу, проверю, а ты отдыхай. Тебе завтра на смену к восьми. Как ты вообще в такую рань встаёшь? Я на попытку увести тему разговора не поддалась. – Мы едем вместе, или я не дам тебе Тосю и заблокирую магазин удалённо. – Не стоит, ты же знаешь, там делать нечего, просто отключу сигнализацию, подпишу протокол служб правопорядка и сразу же вернусь. Я фыркнула, сообразив, что у нас дома перестал завывать хор ржавых роботов, а вот системы самого магазина продолжают истошно вопить. – Если ты уедешь, я насыплю крошек тебе в кровать, – пригрозила я. – Вот это уже страшная угроза, – вздохнул Игорь, сообразив, что, если не возьмёт меня, мы снова поссоримся. А мне просто было страшно отпускать его одного. Я поседею, пока дождусь! Вот не уверена, что причёска в стиле Антонины мне подойдёт. – Ладно, собирайся, пойдём. Михаилу и твоему отцу я сообщение уже отправил. Всю дорогу мы шутили над "голосом" сирены, Тося послушно заняла привычное парковочное место, но, стоило подойти к магазину, как желание смеяться резко пропало. Мы думали, нас ждёт пара царапин на замке и привычная попытка взлома. Подпишем протокол о том, что внутрь злоумышленникам попасть не удалось, отключим воющую сигнализацию, и вернёмся домой. Только вот попытка проникновения оказалась удачной. Двери были открыты. Присмотревшись, я поняла, что разъехавшиеся в стороны створки заклинили каким-то пластиковым мусором. Внутри царил погром, масштабы которого трудно было оценить, оставаясь снаружи. – Ждём Михаила и стражей правопорядка, внутрь только с ними. Быть может, подождёшь пока в Тосе? – без надежды поинтересовался Игорь. – Ни за что, – не стала его разочаровывать. Игорь приглушил сирену, но отключать насовсем не стал, чтобы показать, что мы ничего не трогали. Ждать пришлось недолго, и вскоре я по просьбе хмурых стражей правопорядка и сосредоточенного Михаила отключила сигнализацию. Первыми внутрь вошли официальные лица, бегло всё осмотрели и зафиксировали. Потом зайти пригласили нас с Игорем, и мы бродили среди обломков витрин и разбросанных поломанных товаров, отвечая на вопросы стражей и Михаила, комментируя происходящее. Игорь ругался сквозь зубы – все камеры оказались замазаны или заклеены какой-то гадостью, и кроме знакомой невнятной фигуры с капюшоном и пары роботов-помощников запись ничего не показала. Одно было ясно точно – так быстро, с момента срабатывая сигнализации, подобный погром устроить невозможно. То есть кто-то обошёл защиту, которую накрутил Игорь, и на время её отключил. Первой странный шорох услышала я. Забрела в офис, беспомощно замерла, оглядывая перевёрнутые коробки, и тут раздался странный звук. – Игорь! – взвизгнула я и прижалась к стене. Там, среди коробов, было что-то живое. А вдруг злоумышленники не успели сбежать? Мужчины прибежали все разом. Игорь обнял меня и заглянул в лицо, спрашивая, всё ли в порядке и что меня напугало. Стражи выставили перед собой дальнобойные шокеры и принялись обходить помещение по периметру. Михаил остался у входа, напряжённо всматриваясь вглубь комнаты. За растрёпанными и растерзанными грудами ящиков и коробок было ничего не видно. – Там, – дрожащим голосом пискнула я и указала на ящики у левой стены. Мужчины тут же переместились в указанный угол, а Игорь задвинул меня за спину и остался рядом. Я с опаской выглядывала из-за его плеча и дрожала. Михаил махнул стражам, что-то сказал, и они с трудом приподняли и переложили на пол верхнюю коробку. Потом долго искали, чем открыть ящик, и отвинчивали крышку. Наконец, она поддалась, и с глухим стуком упала на пол. Из открытого ящика стражи выудили Наталью. Я подбежала к своей сотруднице и крепко её обняла. Наталья рыдала, её ощутимо трясло. Было ясно, что связных ответов мы не получим. Пока ждали медицинскую службу, Михаил всё же задал Наталье несколько вопросов, но она ничего не помнила. В конце рабочего дня, как обычно, обошла магазин, всё проверила, вышла за дверь, чтобы запереть и включить сигнализацию, но перед глазами потемнело, а когда пришла в себя, оказалась запертой в ящике. Игорь запустил запись с внешних и внутренних камер за указанное время. Встроенные часы показывали девять вечера, Наталья задержалась, по своей инициативе протёрла витрины. Наконец, собрала вещи, отправила программы магазина в спящий режим и вышла за дверь. Я охнула, а Михаил выругался, когда на записи к Наталье со спины подлетел робот и побрызгал чем-то вокруг головы. Женщина потеряла сознание, робот взлетел выше и забрызгал камеры краской. Всё, что мы успели заметить, так это мелькнувший силуэт в балахоне. Вот ведь… Союз его побери! – Так, – сказал Михаил, когда медики увели Наталью. – Отчёт я составил, к делу приложу. Попробую выбить разрешение использовать программы опознавания ограниченного доступа. При малейшей опасности или даже просто подозрении звоните мне и вызывайте стражей правопорядка. Я бы посоветовал временно приостановить деятельность магазина, но знаю, как вы к этому отнесётесь, поэтому просто прошу быть крайне осторожными. – Ваши слова услышаны. Юлия, добрый вечер, – я подпрыгнула, услышав мужской голос от дверей, но выдохнула, узнав папиных сотрудников. Я несколько раз сталкивалась с ними в офисе, и на улице иногда встречала. Похоже, подозрение, что они за мной по-прежнему присматривают, оказалось верным. – И вам добрый, – устало кивнула знакомым и набрала вызов отцу. Надо же уточнить, действительно ли он прислал этих ребят. Михаил одобрительно кивнул. – Юля? Ты в порядке? – отец выглядел встревоженным. – Привет, пап. Да, всё хорошо, просто магазин снова взломали, – я привычным жестом потёрла переносицу. – Знаю, мне уже доложили, – отец сделал паузу, разглядывая меня, словно сомневался, действительно ли я не пострадала. – Я отправил ребят, они законсервируют магазин. Не спорь, – поднял он руку, не дав мне возразить. – Я потом подарю тебе ещё пятьдесят таких магазинов, или, если хочешь, напишу досрочную передачу прав и обязанностей по своим фирмам. Но пусть сначала следователь разберётся, кто и за что тебе угрожает. Я обвела взглядом перевёрнутый магазин. Отец прав, конечно, но так жалко, и непривычно думать, что после космопорта мне не нужно больше сюда заезжать. – Хорошо, – кивнула я. – Отлично. Больше постарайся ни во что не ввязываться опасное, ладно? Кстати, про гонки я знаю, обожди пока и не ходи на них. В толпе проще всего навредить. А как преступника поймают, развлекайся, как заблагорассудится. Я снова понуро кивнула и отключила связь. – Мы можем забрать вещи? – Игорь, который слышал мой разговор, обратился к отцовским сотрудникам. – Да, конечно, мы подождём. Если нужна помощь, обращайтесь, – последовал ответ.